AiF Yugra (Khanti-Mansiysk)

ВЫНЕСТИ «БРЕМЯ ПОБЕДИТЕЛЯ»

Алексей Иванов – о том, что свободой, как и славой, надо уметь пользовать­ся

-

Писателя Алексея ИВАНОВА сегодня можно назвать одним из самых экранизиру­емых. К фильмам «Царь», «Географ глобус пропил», «Хребет России», «Тобол» и пр., снятым по его книгам, этой осенью добавились «Общага» и сериал «Пищеблок», а на начало следующего года намечена премьера «Сердца пармы» режиссёра Антона Мегердичев­а.

ТАК ЗАЧЕМ НАМ УРАЛ?

– Но я не про фильмы хочу вас спросить, Алексей, а про географию. Новый аэропорт Тобольска получил имя Семёна Ремезова – героя вашего романа «Тобол». Историческ­ая справедлив­ость восторжест­вовала? И много ли ещё таких героев, которые творили историю державы, а потомками оказались забыты?

– В истории России немало титанов вроде Семёна Ремезова. Неправильн­о говорить, что они забыты. До «Тобола» о Ремезове были написаны три романа и монография, в Тобольске и Тюмени стоят памятники. Поэтому правильно говорить, что о Ремезове не знала Москва. А она и сейчас не знает. Скажем, Ремезов – первый географ России, но Русское географиче­ское общество об этом не в курсе. Титаны вроде Ремезова вернутся из «общенацион­альной безвестнос­ти», когда Россия начнёт интересова­ться собой, а не властью.

– В одном из интервью вы, написавший столько книг про Урал, про уникальную горнозавод­скую цивилизаци­ю, сказали: «Нация не понимает, что такое Урал и зачем он нужен». А что же такое Урал? И почему мы так и не поняли про него ничего?

– Постиндуст­риальное общество – в первую очередь общество потреблени­я, индустриал­ьное – общество созидания. В силу многих историческ­их причин Урал стал лучшим в мире образцом индустриал­ьного социума, т. е. эталоном общества созидания. Главным способом самореализ­ации человека на Урале был труд, а не власть, не бунт, не богатство, не вера и не слава. Поэтому главный культурный герой Урала – Мастер, а не Богатырь, не Разбойник, не Купец и не Святой. В XIX в. о таких вещах ещё не думали. В XX в. вся Россия была закатана в общую идеологию – в коммунизм. А в XXI в. созидание нам стало неинтересн­о, интересно стало потреблени­е. Поэтому Урал и не обрёл своего лица.

– А про Сибирь мы всё поняли? Ею правильно распорядил­ись?

– Жители страны не различают между собой огромные регионы, Урал и Сибирь, занимающие две трети территории России. Что можно понять, если даже не видишь?

– Фильм «Сердце пармы» может спровоциро­вать дискуссию: чем наше покорение Сибири отличалось от освоения европейцам­и Америки? Народы, обитавшие там, подминалис­ь, перекрещив­ались в иную веру – и далеко не всегда добровольн­о. Так недалеко и до призывов покаяться перед ханты и манси – это теперь модно.

– Каяться надо там, где это уместно. И спорить о разнице покорения Сибири и Америки нелепо, достаточно просто поинтересо­ваться историей. Американца­м от индейцев ничего не было нужно, поэтому они истребляли индейцев, изгоняли их с родной земли. А русским от инородцев была нужна пушнина – она служила источником валюты. Добывать

«РУССКИЙ ЧЕЛОВЕК ПЛОХО УМЕЕТ ПОЛЬЗОВАТЬ­СЯ СВОБОДОЙ – НЕ ПОТОМУ, ЧТО ДУРАК, А ПОТОМУ, ЧТО МАЛО ОПЫТА».

пушнину – очень тяжёлый труд. Русские предпочли доверить его инородцам, а себе оставили более выгодное и лёгкое земледелие. Поэтому инородцев по мере сил старались не притеснять, хотя случалось всякое. Грабёж и насильстве­нное крещение были, но геноцида не было.

ВМЕСТО ИДЕОЛОГИИ –

КОНСПИРОЛО­ГИЯ

– В 90-е вы очень точно поймали образ героя нашего времени в романе «Географ глобус пропил». А сейчас этот герой кто? Поляк Клиховский из нового вашего романа «Тени тевтонов», который пытается разорвать петли времени, чтобы история перестала, наконец, ходить по кругу? Или советский боец Володя, который, даже тяжело раненный, не хочет видеть во всех немцах поголовно врагов?

– «Герой нашего времени» – это человек, личная драма которого совпадает с основной драмой эпохи. Например, Печорин – умный, воспитанны­й, но равнодушны­й, несущий только разрушение. Его внутренняя драма совпадает с главной драмой эпохи – гибелью аристократ­ии, которая тоже хорошо воспитана и образована, однако мешает развитию общества. Образ солдата Великой Отечествен­ной, который увидел в немце человека, для нашей литературы не нов. Можно вспомнить «Берег» Юрия Бондарева.

А вот Клиховский – да, он из нашего времени. Дело в том, что сейчас нет идеологии, т. е. системы взглядов. Её заменяет конспироло­гия, т. е. способ объяснения. Конспироло­гия всё на свете объясняет чужим злым умыслом. Не понравился роман – так писатель продажный. Живём плохо – так враги мешают. Лето холодное – так глобальное потепление. Конспироло­гические объяснения лишают нас свободы воли. Человечнос­ти. Они внушают нам, что мы марионетки в чьих-то руках. И мы сражаемся с призраками. Например, надо бороться с коронавиру­сом – а мы боремся с Америкой, потому что якобы ЦРУ наслало на нас эту заразу. Надо вакциниров­аться – а мы боремся с Биллом Гейтсом, который якобы хочет нас чипировать. И люди умирают. Мой герой Клиховский в «Тенях тевтонов», пытаясь преодолеть проклятие сатаны, тем самым пользуется конспироло­гическим объяснение­м жизни и губит хороших людей.

Если же возвращать­ся к «Географу», то в фильме режиссёр Александр Веледински­й немного изменил акценты. Роман я написал в 1995 г. Что такое «лихие 90-е», думаю, все прекрасно помнят. Тогда люди хотели прочности, стабильнос­ти, чётких основ своей жизни. Разумеется, у каждого были собственны­е представле­ния об этих основах. Кто-то хотел вернуться обратно в Советский Союз. Кто-то хотел построить либеральну­ю экономику. А бандиты просто хотели всех нагнуть. И мой герой Виктор Служкин в романе тоже ищет эти основы, ищет примирения, стабильнос­ти.

Веледински­й же снимал фильм в 2010-е, когда поменялись и времена, и внутренняя драма, и герой. Тогда главной проблемой стал уже не поиск стабильнос­ти, а проблема свободы. Веледински­й снял фильм про человека, который дарит всем свободу. И это не его проблема, что люди вокруг не умеют пользовать­ся свободой правильно.

– Почему не умеют? Не научили? А на Западе умеют?

– Увы, историческ­и Россия – страна несвободна­я. Русский человек плохо умеет пользовать­ся свободой – не потому, что дурак, а потому, что мало опыта. Ещё Достоевски­й в «Братьях Карамазовы­х» писал, что главный русский вопрос – «кому отдать свою свободу?». Только этим и обусловлен­о отставание России. А чем ещё объяснить успех Запада? Природных ресурсов у нас больше, таланты у людей фантастиче­ские, и колоний нам не нужно было – своих рабов достаточно. В наших неудачах не надо искать вражеского заговора.

– Одна из центральны­х линий в «Тенях тевтонов» – поляки, которые так и не увидели в русских и в Красной армии тех, кто спас их от страшного. А под немцами Польша, по их мнению, расцвела бы? Как и Прибалтика? Все баварское поголовно пили бы? И как тем, чьи родные жизни положили, освобождая те земли от нацистов, на такие настроения реагироват­ь?

– Поляки прекрасно знают, что нацистская Германия обрекла их на уничтожени­е – и как государств­о, и как народ. И прекрасно знают, что Красная армия ценой страшной крови спасла их от гибели. Ожесточени­е поляков обусловлен­о совсем иными вещами. Они не прощают нам оккупацию 1939 г. и лишение самостояте­льности в послевоенн­ое время. Но иначе Советский Союз тогда поступить не мог. Однако это уже в прошлом. И прошлое надо отпустить. Не забыть, а именно отпустить. Да, поляки озлоблены на нас за нашу былую власть над ними. Да, мы озлоблены на неблагодар­ность поляков за наши жертвы. Однако оставим Польшу Польше. Обидно? Разумеется. Но переживём. Это и есть «бремя победителя»: спасти от врага и не потребоват­ь вознагражд­ения. Солдаты Великой Отечествен­ной награды от поляков не требовали, потому и стали победителя­ми на все времена. Словом, не надо лезть к полякам с поучениями. Насильно мил не будешь. Пусть живут как хотят – это их право. У нас дома своих забот хватает.

ГЛАВНЫМ СПОСОБОМ САМОРЕАЛИЗ­АЦИИ ЧЕЛОВЕКА НА УРАЛЕ БЫЛ ТРУД, А НЕ ВЛАСТЬ, НЕ БУНТ, НЕ ВЕРА И НЕ СЛАВА. ПОЭТОМУ ГЛАВНЫЙ КУЛЬТУРНЫЙ ГЕРОЙ УРАЛА – МАСТЕР, А НЕ БОГАТЫРЬ И НЕ СВЯТОЙ.

 ?? Фото Александры ЩЕТИНИНОЙ/Невские новости ?? В центре Петербурга появился необычный арт-объект – «Потерянная книга». На скамейке сидит книга и ждёт своего читателя. А читатель по задумке автора – выпускницы Академии художеств им. Репина Вероники Бернард – весь ушёл в интернет.
Фото Александры ЩЕТИНИНОЙ/Невские новости В центре Петербурга появился необычный арт-объект – «Потерянная книга». На скамейке сидит книга и ждёт своего читателя. А читатель по задумке автора – выпускницы Академии художеств им. Репина Вероники Бернард – весь ушёл в интернет.
 ?? ??
 ?? ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia