56

Atmosfera - - Содержание - Текст: Ма­ри­на ЗЕЛЬЦЕР

«На трид­ца­ти­ле­тие я сде­де­лал се­бе по­да­рок – сва­дьбу» – Вя­че­слав Че­пур­чен­ко офор­мил мил от­но­ше­ния с воз­люб­ленн­ной Вик­то­ри­ей

Имя Вя­че­сла­ва ЧЕ­ПУР­ЧЕН­КО мно­гие от­кры­ли с ро­лью мо­ло­до­го Ва­ле­рия Обод­зин­ско­го в се­ри­а­ле «Эти гла­за на­про­тив», а вско­ре зри­тель встре­тил­ся с ак­те­ром вновь в гром­ких «Из­ме­нах», где он в пол­ной ме­ре про­де­мон­стри­ро­вал и свое раз­но­сто­рон­нее оба­я­ние, и ак­тер­ский тем­пе­ра­мент. Но уже до это­го Вя­че­слав про­явил се­бя на сцене те­ат­ра Оле­га Та­ба­ко­ва, ку­да по­пал по­сле уче­бы в Са­ра­то­ве, вы­та­щив, по соб­ствен­но­му при­зна­нию, счаст­ли­вый би­лет. Вто­рой счаст­ли­вый би­лет ему по­пал­ся вско­ре по­сле при­ез­да в Моск­ву, ко­гда он по­зна­ко­мил­ся со сво­ей бу­ду­щей же­ной Вик­то­ри­ей – они рас­пи­са­лись пол­го­да на­зад и толь­ко что сыг­ра­ли сва­дьбу.

Сла­ва, в од­ном из ин­тер­вью вы ска­за­ли, что у вас бы­ва­ет два по­ляр­ных со­сто­я­ния: «жизнь уда­лась» и «все пло­хо, я ни­ко­му не ну­жен...». Зна­чит, все за­ви­сит от си­ту­а­ции на ра­бо­те?

В об­щем, да, мое на­стро­е­ние, как пра­ви­ло, за­ви­сит от ра­бо­ты, хо­тя в по­след­нее вре­мя я по­нял, нас­коль­ко мне важ­на се­мья, и немно­го успо­ко­ил­ся, уже все ча­ще ду­маю, что мое от ме­ня не уй­дет. Но... мне не­дав­но ис­пол­ни­лось трид­цать лет, а моя фи­зио­но­мия не да­ет воз­мож­но­сти сыг­рать взрос­ло­го адек­ват­но­го трид­ца­ти­лет­не­го пар­ня, а школь­ни­ки и сту­ден­ты уже об­рыд­ли, по­то­му что, как пра­ви­ло, все они вы­пи­са­ны сце­на­ри­ста­ми плос­ко, за ис­клю­че­ни­ем мо­е­го ге­роя в «Из­ме­нах». Там у нас с ре­жис­се­ром Ва­ди­мом Пе­рель­ма­ном по­лу­чи­лась ин­те­рес­ная неод­но­знач­ная лич­ность. И ро­лью мо­ло­до­го Обод­зин­ско­го я до­во­лен.

Но в те­ат­ре у вас мно­го ин­те­рес­ных ро­лей, и вы да­же иг­ра­е­те пер­со­на­жа стар­ше се­бя – Гри­га в «Бе­зы­мян­ной звез­де».

В те­ат­ре мне по­вез­ло. Но мой Григ не стар­ше ме­ня. Я пы­тал­ся это де­лать вна­ча­ле, что бы­ло боль­шой ошиб­кой. На мо­их пле­чах ле­жал груз то­го, что на эту роль хо­те­ли взять Бо­ри­са Гри­го­рье­ви­ча Плот­ни­ко­ва, а по­том Сер­гея Угрю­мо­ва. И как толь- ко я пе­ре­стал иг­рать взрос­ло­го, все пошло по на­ка­тан­ной, я на­шел ключ к ро­ли. Те­перь иг­раю мо­ло­до­го го­ря­че­го пар­ня – это я на­чал по­ни­мать уже в кон­це ре­пе­ти­ций. Он ее ма­нит стра­стью, ог­нем – ад­ре­на­лин, азарт, в том чис­ле в ви­де азарт­ных игр. Его по­ве­де­ние до­ста­точ­но вы­зы­ва­ю­щее, он поз­во­ля­ет се­бе не ду­мать, ко­го он мо­жет оби­деть, а ко­го нет, чем и при­вле­ка­те­лен. От­ку­да у него на­хо­дит­ся сме­лость ве­сти се­бя так? Для это­го нуж­на боль­шая си­ла во­ли. Я да­же немно­го за­ви­дую та­ким лю­дям.

За­ви­ду­е­те?!

Ну, не со­всем за­ви­дую. Я че­рез та­кое про­хо­дил в ин­сти­ту­те. На пер­вом кур­се же все сту­ден­ты – на­род­ные, на вто­ром – за­слу­жен­ные, на тре­тьем – про­сто ар­ти­сты, а по­том уже про­сто ни­что­же­ства. Так вот, в на­ча­ле уче­бы все кру­тит­ся во­круг те­бя, ты счи­та­ешь се­бя лич­но­стью, а о том, что ря­дом с то­бой то­же лич­но­сти со сво­и­ми та­ра­ка­на-

ми в го­ло­ве, ко­то­рых нуж­но ува­жать, не ду­ма­ешь. Кто-то из ум­ных ска­зал: «Будь тер­пи­мее к лю­дям, они так же ве­дут борь­бу с са­ми­ми со­бой, как и ты». По­это­му я не то что­бы за­ви­дую, но мно­го ду­маю об этом. Ко­гда-то я на­столь­ко силь­но оби­дел че­ло­ве­ка, что мы боль­ше ни­ко­гда не бу­дем об­щать­ся.

А по­про­сить про­ще­ния?

Нет. Не­дав­но услы­шал: «Са­мое страш­ное не оди­но­че­ство, а ко­гда слиш­ком позд­но». Так бы­ва­ет.

Мне ка­жет­ся, слиш­ком позд­но мо­жет быть, толь­ко ко­гда уже нет че­ло­ве­ка, осталь­ное мож­но из­ме­нить.

На­вер­ное, но я не мо­гу это сде­лать, по­то­му что мне стыд­но, я пре­дал че­ло­ве­ка. А Григ пре­кра­сен по-сво­е­му, и то, что он тво­рит с ге­ро­я­ми, по-сво­е­му оча­ро­ва­тель­но. Ни­кто из зри­те­лей по­сле это­го спек­так­ля не го­во­рит, что мой герой сво­лочь, хо­тя он по­сту­па­ет ужас­но. Я люб­лю этот спек­такль, и имен­но за эту роль год на­зад, ко­гда за­кан­чи­вал­ся мой ше­стой се­зон в те­ат­ре, я впер­вые услы­шал от Оле­га Пав­ло­ви­ча по­хва­лу. Это, ко­неч­но, до­ро­го­го сто­ит, это моя лич­ная та­ба­ков­ская пре­мия.

Сла­ва, так что вас еще вол­ну­ет в свя­зи с ра­бо­той в ки­но? У вас уже та­кой по­служ­ной спи­сок в филь­мо­гра­фии, в том чис­ле и к вы­хо­ду в этом го­ду...

Да, ра­бот мно­го, но в ос­нов­ном у ме­ня неболь­шие ро­ли. Прав­да, я уже пе­ре­стал ду­мать о том, по­че­му все идет не со­всем так, как хо­те­лось бы. По­сле «Из­мен» мне все, на­чи­ная с ре­жис­се­ра, го­во­ри­ли: «Сла­ва, те­перь ты бу­дешь на­рас­хват». Я не за­з­вез­дил, но внут­ренне ощу­щал се­бя на вер­шине успеха. А по­том опять слу­чил­ся кри­зис, ки­но сни­ма­лось ма­ло, и у ме­ня все дви­га­лось, но очень ти­хо. Я силь­но пе­ре­жи­вал по это­му по­во­ду, что и на се­мье ска­зы­ва­лось. Ви­ка го­во­ри­ла, что­бы я со­брал­ся. Ее то­же мож­но по­нять: жен­щи­нам нра­вят­ся муж­чи­ны, у ко­то­рых все хо­ро­шо в ра­бо­те или, по край­ней ме­ре, ес­ли у них что-то не ла­дит­ся, они не уны­ва­ют. Я про­дол­жал так же ра­бо­тать, па­хал, но ни­че­го не слу­ча­лось. А в Моск­ву я во­об­ще при­е­хал с та­кой стра­стью, что ду­мал, все тут взо­рву… Но я под­ни­ма­юсь по сту­пень­кам, пусть и не столь вы­со­ким, как у Са­ши Бор­тич, ко­то­рая про­сто во­рва­лась в ки­но.

Как счи­та­е­те, внеш­ность вам по­мо­га­ет в ак­тер­ской жиз­ни или ме­ша­ет?

Ду­маю, что сей­час она мне ме­ша­ет. Ее ви­дят од­но­тип­но. На­при­мер, Са­ша Пет­ров мо­жет быть и та­ким, и эта­ким, и ге­ро­ем, и зло­де­ем, а с мо­ей мор­дой слож­но быть со­се­дом по подъ­ез­ду, об­раз­но вы­ра­жа­ясь. Мне хо­чет­ся иг­рать со­всем дру­гое.

Я во­об­ще за шук­шин­скую ис­то­рию, во всех ро­лях на­хо­жу грусть, тос­ку. Не­дав­но на про­бах иг­рал сце­ну рас­ста­ва­ния ге­ро­ев, и на са­мом де­ле там все кри­ча­ло о том, как слож­но быть взрос­лым. Дей­стви­тель­но, взрос­лым быть тя­же­ло и от­вет­ствен­но. Все о чем-то пе­ре­жи­ва­ют, все страст­но хо­тят че­го-то. Мой Сла­ва из «Из­мен» хо­тел люб­ви, же­лал до­бить­ся жен­щи­ны, ко­то­рая ему очень нра­ви­лась. Он про­сто по-сво­е­му ви­дел этот путь.

Вы ска­за­ли, что сей­час для вас очень важ­на се­мья. Вы шесть лет жи­ве­те с де­вуш­кой, а те­перь да­же рас­пи­са­лись...

Да, 29 июля, на мое трид­ца­ти­ле­тие я сде­лал се­бе по­да­рок, мы сыг­ра­ли сва­дьбу. Коль­ца сно­ва не на­де­ва­ли, но от­празд­но­ва­ли с дру­зья­ми и кол­ле­га­ми по те­ат­ру пре­крас­но. И уеха­ли с же­ной на недель­ку в Неа­поль. Нам труд­но ку­да-ли­бо на­дол­го вы­би­рать­ся, Ви­ка очень мно­го ра­бо­та­ет.

Она, ка­жет­ся, по про­фес­сии линг­вист? А где и кем ра­бо­та­ет?

В од­ной из те­ле­ком­па­ний ру­ко­во­ди­те­лем от­де­ла по свя­зям с об­ще­ствен­но­стью. Она на пять лет млад­ше ме­ня, но у нее бе­ше­ный ка­рьер­ный рост, па­шет как про­кля­тая. Слож­ность в том, что она весь день в офи­се, ве­че­ром при­хо­дит, а у ме­ня спек­так­ли.

Как вы позна­ко­ми­лись с Ви­кой и сра­зу ли по­ня­ли, что это ваш че­ло­век?

Я ее в мет­ро до­гнал. Не знаю, по­че­му, на ме­ня это во­об­ще не по­хо­же. Хо­тя я ви­зу­ал, люб­лю смот­реть, на­сла­ждать­ся кра­си­вы­ми людь­ми, не толь­ко де­вуш­ка­ми. Она си­де­ла, чи­та­ла, как-то су­ро­во смот­ре­ла, ви­ди­мо, у нее ше­ве­ли­лись мыс­ли в го­ло­ве. И что-то по­зва­ло ме­ня. Ви­ка сим­па­тич­ная, как и мно­гие дру­гие де­вуш­ки, но я же не бе­гаю за все­ми. Я не очень ве­ру­ю­щий че­ло­век, не но­шу кре­стик, но тем не ме­нее мы все во что-то ве­рим. Для ме­ня это в первую оче­редь ве­ра в по­ря­доч­ность А ко­гда я вы­хо­жу на сце­ну, то очень вол­ну­юсь и че­му-то мо­люсь. И во­об­ще ме­ня что-то ве­дет по жиз­ни. Те­тя мо­е­го зна­ко­мо­го уви­де­ла ме­ня и ска­за­ла: «Те­бе в те­ат­раль­ный по­сту­пать нуж­но» и от­вез­ла ме­ня в Са­ра­тов. Я сам не при­ло­жил к это­му ни­ка­ких уси­лий. Нет, ко­неч­но, я учил что­то, чи­тал, по­ка­зал­ся, и все же... Из те­ат­раль­но­го ме­ня взя­ли в «Та­ба­кер­ку», я то­же ста­рал­ся в ин­сти­ту­те, но не боль­ше дру­гих. Зна­чит, опять что-то ту­да по­ве­ло. Очень мно­го та­ких ве­щей со мной про­ис­хо­дит.

Вы не спра­ши­ва­ли у той те­ти, по­че­му она ре­ши­ла, что вам ме­сто в те­ат­раль­ном?

По­че­му ей при­шла в го­ло­ву та­кая мысль – не знаю, но я был до­ста­точ­но жи­вой, ар­ти­стич­ный. Бук­валь­но че­рез пол­ча­са встре­чи она мне это ска­за­ла. Ви­ди­мо, что-то уви­де­ла во мне, чер­тей в гла­зах. ( Сме­ет­ся.)

А ма­ма не от­го­ва­ри­ва­ла вас на при­ме­ре сво­ей судьбы? Ведь боль­шо­го при­зна­ния у нее нет. Ка­мы­шин­ский те­атр – это же не пре­дел меч­та­ний.

Я ду­маю, что ма­ма и не меч­та­ла о дру­гом ми­ре, Москве или о чем-то по­доб­ном. Она ра­бо­та­ла в Ка­мы­шине, слу­жи­ла те­ат­ру. Для нее уже бы­ло на­гра­дой то, что она этим за­ни­ма­лась, по­то­му

что у нее нет ак­тер­ско­го об­ра­зо­ва­ния. Она пре­по­да­ва­тель млад­ших клас­сов, ра­бо­та­ла в шко­ле. Ее взя­ли в те­атр, и у нее на этом по­при­ще был се­рьез­ный рост от гри­ба в чет­вер­том ря­ду до Ири­ны в «Трех сест­рах». Для непро­фес­си­о­наль­но­го че­ло­ве­ка и это несбы­точ­но.

У вас не бы­ло мыс­ли по­сле Са­ра­то­ва по­сту­пить в те­ат­раль­ное учре­жде­ние в Москве, как де­ла­ют мно­гие?

Нет. Ес­ли чест­но, я мно­го не ду­мал, ни моз­гов не бы­ло, ни вре­ме­ни. ( Сме­ет­ся.) До то­го как ме­ня взя­ли в «Та­ба­кер­ку», я при­ез­жал в Моск­ву с од­но­курс­ни­ка­ми по­про­бо­вать­ся. Мы хо­ди­ли по те­ат­рам, но нас да­же не смот­ре­ли ни­где. А по­том все бы­ло энер­ге­ти­че­ски ре­ше­но за ме­ня.

Так вы хо­те­ли это­го?

По­пасть в «Та­ба­кер­ку» меч­та­ли все с пер­во­го кур­са те­ат­раль­но­го в Са­ра­то­ве. И то, что это про­изо­шло

со мной, – про­сто чу­до.

А в Москве все сра­зу пошло хо­ро­шо? Вам сра­зу пред­ло­жи­ли роль в те­ат­ре?

Нет, не все сра­зу на­ча­ло скла­ды­вать­ся. Ме­ся­ца два я во­об­ще ни­че­го не де­лал, но уже жил в ком­му­нал­ке от те­ат­ра. По­лу­чал ма­лень­кую зар­пла­ту и ждал. Ко­неч­но, я был счаст­лив, но по­ни­мал, что невоз­мож­но про­сто си­деть, на­до что-то де­лать. По­том по­явил­ся «Круль» («Призна­ние аван­тю­ри­ста Фе­лик­са Кру­ля». – Прим. авт.), и даль­ше все по­ти­хонь­ку-по­ле­гонь­ку пошло. Но я всем ро­лям от­да­вал­ся пол­но­стью, ведь я по­пал ту­да, где мне очень нра­ви­лось.

При этом вы го­во­ри­те, что с кол­ле­га­ми луч­ше не дру­жить, да­же в те­ат­ре...

Мне слож­но ра­бо­тать с людь­ми, к ко­то­рым я ис­пы­ты­ваю ка­кие-то чув­ства, по­то­му что, ес­ли что-то из­ме­нит­ся, бу­дет тя­же­ло. Ста­ра­юсь дер­жать ней­тра­ли­тет и в те­ат­ре, и осо­бен­но на съе­моч­ной пло­щад­ке. Толь­ко та­кое по­ве­де­ние я счи­таю пра­виль­ным. Ужас в том, что мы за час долж­ны по­зна­ко­мить­ся, стать бли­же и, воз­мож­но, об­ни­мать­ся-це­ло­вать­ся… Вот это «при­вет, при­вет!» – ма­гия ки­но, ко­то­рая всех вле­чет, вро­де бы все ра­ды и от­кры­ты друг дру­гу, что неправ­да, это про­сто про­фес­си­о­наль­ное по­ве­де­ние. На пер­вых кар­ти­нах я го­во­рил: «Ре­бя­та, а да­вай­те все вме­сте по­том...» Я был неопыт­ный, но мне сра­зу объ­яс­ни­ли: «Сла­ва, это невоз­мож­но. Мы ни­ко­гда боль­ше не со­бе­рем­ся вме­сте».

А к ко­му-то в те­ат­ре у вас ле­жит ду­ша?

Да, ко­неч­но. С са­мо­го на­ча­ла это бы­ли Па­вел Юрье­вич Ильин, Ми­тя Бро­дец­кий, Ле­ша Усоль­цев и Же­ня Мил­лер. Это те лю­ди из стар­ше­го по­ко-

ле­ния, с кем у ме­ня схо­жа энер­гия. Мо­жет быть, я не очень умею об­щать­ся с те­ми, кто ва­жен и ну­жен в мо­ей про­фес­сии, с про­дю­се­ра­ми к при­ме­ру. Но я не по­ни­маю, по­че­му дол­жен улы­бать­ся и лезть ко­му-то в гла­за.

Од­на­ко вы ме­ня уди­ви­ли, ска­зав, что так вол­ну­е­тесь за кол­лег на пре­мье­ре, что по­смот­ре­ли толь­ко пер­вый акт «Ки­на­сто­на» в род­ной «Та­ба­кер­ке»...

Мно­гие не до кон­ца по­ни­ма­ют, что про­ис­хо­дит у нас за ку­ли­са­ми, в на­шей кухне. У шах­те­ров тя­же­лая ра­бо­та, но и на­ша нелег­кая, она очень слож­ная эмо­ци­о­наль­но, осо­бен­но в пе­ри­од вы­пус­ка спек­так­ля. Нер­вы на­пря­же­ны. И ко­гда я ви­жу ре­бят в это вре­мя, по­ни­маю, в ка­ком они сей­час на­хо­дят­ся внут­рен­нем стрес­се, еще немно­го, день-два, и они про­сто взо­рвут­ся или кто-то сля­жет с бо­лез­нью. Я из-за это­го пе­ре­жи­ваю, но не лич­но за Пе­тю или Ва­ню. Мне ка­жет­ся, что та­кая моя эмо­ци­о­наль­ность – это уже че­рес­чур. А вот Ви­ка ме­ня урав­но­ве­ши­ва­ет. По зна­ку зо­ди­а­ка я Лев, она Те­лец, то есть это са­мые про­ти­во­по­лож­ные зна­ки, ка­кие мо­гут быть.

Вы не раз под­чер­ки­ва­ли, что эго­и­стич­ны и лишь к Ви­ке от­но­си­тесь не так. А к ро­ди­те­лям?

Про­сто ро­ди­те­ли в мо­ей жиз­ни бы­ли с са­мо­го на­ча­ла, я их не за­слу­жи­вал, ни­че­го для это­го не де­лал, а Ви­ка по­яви­лась, и я ста­рал­ся ее за­во­е­вать. И до­бил­ся, она ска­за­ла «да». Я этим очень до­ро­жу. Лов­лю се­бя на том, что го­тов по­след­нее от­дать за нее, и ино­гда чрез­мер­но вол­ну­юсь. Но ду­маю, это луч­ше, чем стать рав­но­душ­ным.

Хо­тя, бы­ва­ет, се­бя удер­жи­ваю, что­бы лиш­ний раз ей не по­зво­нить, по­то­му что это мо­жет уже вы­гля­деть стран­но. ( Сме­ет­ся.) Я сам не ожи­дал от се­бя та­ко­го.

У вас с Ви­кой все быст­ро раз­ви­ва­лось?

Уже че­рез две неде­ли по­сле зна­ком­ства мы на­ча­ли жить вме­сте в ком­му­нал­ке на По­кров­ке, в мо­ей ком­на­те. Она учи­лась в МГУ и жи­ла в об­ще­жи­тии. Ей бы­ло во­сем­на­дцать лет, но она очень взрос­лая, ра­но на­ча­ла са­ма пу­те­ше­ство­вать, зна­ет три язы­ка.

Кто из вас был ини­ци­а­то­ром уза­ко­нить от­но­ше­ния?

Фи­наль­ную фра­зу «да­вай рас­пи­шем­ся» ска­зал я. И это ока­за­лось так про­сто. Ко­неч­но, я вол­но­вал­ся, но сам шаг, пред­ло­же­ние бы­ло неслож­ным. Все слу­чи­лось са­мо со­бой, хо­тя мы ду­ма­ли об этом, нель­зя ска­зать, что все про­изо­шло неожи­дан­но.

А ва­ши ро­ди­те­ли по­ра­до­ва­лись же­нить­бе?

Да, но для них это то­же не бы­ло сюр­при­зом.

Я не при­вел Ви­ку и не ска­зал: «Вот она бу­дет мо­ей же­ной». Мы уже дав­но и се­рьез­но жи­ли вме­сте, и все бы­ло: и лю­бовь, и се­рьез­ная ссо­ра. Ро­ди­те­ли, есте­ствен­но, зна­ли о нас. Тем бо­лее мои жи­вут да­ле­ко, в Ка­мы­шине, и я уже дав­но са­мо­сто­я­тель­ный.

Вас ма­ма рас­ти­ла од­на, но по­том она вы­шла за­муж и ро­ди­ла еще од­но­го сы­на. А у вас, под­рост­ка, бы­ли эго­и­сти­че­ские про­яв­ле­ния в от­но­ше­нии ма­ми­ной лич­ной жиз­ни?

Ко­неч­но, бы­ли. Ко­гда по­яв­ля­лись уха­же­ры, я рев­но­вал, но это нор­маль­но, дет­ские глу­по­сти. Уже в ин­сти­ту­те, уви­дев ее счаст­ли­вые гла­за, я по­нял: это ра­дость, ко­гда жен­щи­на све­тит­ся. Сей­час ее окру­жа­ют три му­жи­ка: муж и двое сы­но­вей. Мо­е­му млад­ше­му бра­ту Дане че­тыр­на­дцать лет, и это здо­ро­во. Мы и сей­час нор­маль­но об­ща­ем­ся, а с каж­дым го­дом – он же взрос­ле­ет – ду­маю, бу­дем все бли­же и бли­же.

А вы чув­ству­е­те в се­бе ка­кие-то из­ме­не­ния лет с два­дца­ти?

Ес­ли бы ме­ня спро­си­ли, в ка­кой воз­раст я хо­чу вер­нуть­ся, я бы от­ве­тил, что ни­ку­да не хо­чу. Где-то в два­дцать че­ты­ре го­да я стал по­ни­мать, что уже про­фес­си­о­нал, на ме­ня воз­ла­га­ют ка­кие-то на­деж­ды и я от­вет­стве­нен за свою ра­бо­ту. До это­го был пол­ный неадек­ват, я су­ще­ство­вал ве­се­ло и без­ала­бер­но. У ме­ня бы­ла «трой­ка» по ан­глий­ско­му язы­ку, по фи­ло­со­фии чуть ли не «двой­ка». Я по­ни­мал, что ме­ня не долж­ны от­чис­лить, а ко все­му осталь­но­му от­но­сил­ся до­воль­но несе­рьез­но. На­вер­ное, это ма­ми­но упу­ще­ние, что я не умею учить­ся. Вот Ви­ка уме­ет это де­лать, ее с дет­ства на­му­штро­ва­ли к уче­бе, у нее это во­шло в при­выч­ку, для нее нор­маль­но взять блок­но­тик и что-то за­пи­сать или за­ри­со­вать. А мне очень слож­но да­ет­ся са­мо­об­ра­зо­ва­ние. Я на­чи­наю за­сы­пать над кни­га­ми, по­то­му что не при­вык мно­го чи­тать, хо­тя все рав­но чи­таю. Сей­час я со­всем по-дру­го­му от­но­шусь к про­фес­сии и сво­ей ра­бо­те. Без это­го не пред­став­ляю се­бя, это уже моя жизнь.

У вас од­но­вре­мен­но про­изо­шло взрос­ле­ние, свя­зан­ное с ра­бо­той и с лич­ной жиз­нью...

Прак­ти­че­ски од­но­вре­мен­но: Ви­ка по­яви­лась че­рез пол­го­да. Но все рав­но, ес­ли по по­во­ду ра­бо­ты у ме­ня уже бы­ли се­рьез­ные на­ме­ре­ния, то с Ви­кой я то­гда еще ни о чем се­рьез­ном не ду­мал. Так слу­чи­лось.

А вы бы­ли влюб­чи­вым мо­ло­дым че­ло­ве­ком?

Ви­зу­аль­но я мог влю­бить­ся, но ро­ма­нов не бы­ло мно­го. У ме­ня с этим все по­слож­нее. Но я нор­маль­ный мо­ло­дой че­ло­век, смот­рю на де­ву­шек. ( Улы­ба­ет­ся.) Мне это­го хва­та­ет.

Ви­ка рев­ни­вая?

Адек­ват­но рев­ни­вая.

Вы ей сра­зу по­сле зна­ком­ства ска­за­ли, что вы ак­тер, и как она к это­му от­нес­лась?

Я ее сра­зу в «Та­ба­кер­ку» по­звал, по-мо­е­му. Но она, как и мно­гие, счи­та­ла, что ак­те­ры без­от­вет­ствен­ные, лег­кие. Ко­неч­но, я та­кой от­ча­сти и был, от­ча­сти и есть. ( Сме­ет­ся.)

Ей ин­те­рес­на ва­ша про­фес­сия, она смот­рит ва­ши филь­мы, спек­так­ли, вы­ска­зы­ва­ет свое мне­ние?

Она не очень во­вле­че­на в мой про­цесс. А за­чем? У нее своя про­фес­сия и свой взгляд на мир. Но она, ко­неч­но, хо­дит на спек­так­ли. По­ни­ма­ет, что мне это важ­но. А про все осталь­ное я ей рас­ска­зы­ваю. У нас раз­ное сло­же­ние ума. В ос­нов­ном у Ви­ки ней­траль­ная ре­ак­ция на все, она до­ста­точ­но сдер­жан­ный че­ло­век, услы­шать от нее «вау!», да­же ес­ли ей что-то очень по­нра­ви­лось, слож­но. Она у ме­ня очень кру­тая. ( Улы­ба­ет­ся.)

В од­ном из ин­тер­вью вас спро­си­ли, с кем из ушед­ших лич­но­стей вы бы хо­те­ли по­об­щать­ся, и вы от­ве­ти­ли – с Алек­сан­дром Во­ло­ди­ным, Ми­ха­и­лом Че­хо­вым и Лео­ни­дом Фи­ла­то­вым. По­че­му?

Про­сто в то вре­мя я чи­тал их. Они про­из­ве­ли на ме­ня впе­чат­ле­ние. Поз­же я хо­тел по­зна­ко­мить­ся с Ай Рент. На са­мом де­ле она Али­са Ро­зен­ба­ум, уехав­шая из Рос­сии, а по­том на­чав­шая пи­сать чуть ли не фи­ло­соф­ские трак­та­ты. Но я их не чи­тал, ко­неч­но, на это ме­ня не хва­тит, а вот ро­ман «Ат­лант рас­пра­вил пле­чи» мне очень по­нра­вил­ся. Я го­рел Ми­ха­и­лом Че­хо­вым. Сей­час я бы ска­зал, что очень бы хо­тел по­зна­ко­мить­ся с Мар­ло­ном Бран­до. Я по­смот­рел не­дав­но до­ку­мен­таль­ный фильм про него, и он ме­ня по­ра­зил. И Алек­сандр Мо­и­се­е­вич Во­ло­дин так же, как и Ва­си­лий Ма­ка­ро­вич Шук­шин, в ме­ня сер­деч­но по­па­да­ет, их про­из­ве­де­ни­ям и ге­ро­ям свой­ствен­на все­лен­ская тос­ка. И я это при­вно­шу в свои ро­ли.

Ка­ким вы се­бя ви­ди­те в са­мых сме­лых меч­тах лет че­рез де­сять-два­дцать?

У ме­ня с меч­та­ми слож­но, да и как го­во­рит рус­ская по­сло­ви­ца «Не уга­да­ешь, где най­дешь, где по­те­ря­ешь». Мож­но сыг­рать Гам­ле­та, и ни­че­го не слу­чит­ся, а мож­но и в ма­лень­кой ро­ли по­лу­чать удо­воль­ствие и до­бить­ся при­зна­ния.

Я хо­чу сни­мать­ся в хо­ро­шем ма­те­ри­а­ле. Для это­го сна­ча­ла нуж­но стать ме­дий­ным ак­те­ром. То­гда у ме­ня бу­дет боль­ше пред­ло­же­ний, зна­чит, бу­дет боль­ше вы­бор, а сле­до­ва­тель­но, вы­рас­тет шанс по­пасть в хо­ро­ший про­ект. Знаю од­но – я тру­до­лю­би­вый и умею ра­бо­тать.

«На пер­вом кур­се все сту­ден­ты – на­род­ные, на вто­ром – за­слу­жен­ные, а на тре­тьем – про­сто ак­те­ры». С од­но­курс­ни­ка­ми и пе­да­го­гом Алек­сан­дромГри­го­рье­ви­чем Гал­ко.

«Призна­ние аван­тю­ри­ста Фе­лик­са Кру­ля» ста­ло пер­вой ра­бо­той ак­те­ра на сцене «Та­ба­кер­ки».

В ми­ни-се­ри­а­ле «Эти гла­за на­про­тив» Вя­че­слав сыг­рал мо­ло­до­го Ва­ле­рия Обод­зин­ско­го (1). В ро­ли Яши-цы­га­на в се­ри­а­ле «Го­род» (2). «Из­ме­ны» – од­на из са­мых яр­ких ра­бот Че­пур­чен­ко. Его парт­нер­шей бы­ла Еле­на Ля­до­ва (3).

«Сест­ра На­деж­да» в по­ста­нов­ке Алек­сандра Ма­ри­на ста­ла сво­е­го ро­да спек­таклем в спек­так­ле.

Вик­то­рия и Вя­че­слав про­жи­ли вме­сте шесть лет (1), но сыг­рали сва­дьбу этим ле­том (2).

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.