ОСКОЛ­КИ ЛЬДА

Atmosfera - - Поворот Судьбы - Текст: Ма­ри­на ЗЕЛЬЦЕР

Ак­три­са Ма­рия АНИ­КА­НО­ВА мог­ла стать из­вест­ной фи­гу­рист­кой, но встре­ча с ре­жис­се­ром Сер­ге­ем Со­ло­вье­вым из­ме­ни­ла все. Она по­чув­ство­ва­ла, что имен­но те­перь за­ни­ма­ет­ся сво­им де­лом. Но фи­гур­ное ка­та­ние два­жды при­хо­ди­ло в ее лич­ную жизнь с бу­ду­щи­ми олим­пий­ски­ми чем­пи­о­на­ми, пер­вым му­жем – Ев­ге­ни­ем Пла­то­вым – и Ильей Ку­ли­ком, с ко­то­рым ее свя­зы­вал граж­дан­ский брак. И раз­ве­ло их то­же фи­гур­ное ка­та­ние… Во вто­ром бра­ке, с ак­те­ром Ан­дре­ем Си­пи­ным, ро­ди­лась дол­го­ждан­ная дочь Аг­лая. О том, по­че­му не сло­жи­лись и эти от­но­ше­ния, в чем ви­нит и за что хва­лит се­бя Ма­рия, а так­же о взрос­ле­нии и меч­тах – в на­шем ин­тер­вью.

Ма­рия, вам лег­ко дал­ся пе­ре­ход из спор­та со­всем в дру­гой мир?

Нелег­ко. Как это ни смеш­но, глав­ная слож­ность за­клю­ча­лась в том, что, мне ка­за­лось, в ки­но ни­кто не ра­бо­та­ет, ни­че­го не де­ла­ет. Я же при­вык­ла па­хать с ше­сти утра и до две­на­дца­ти но­чи, по­то­му что каж­дый день у ме­ня бы­ли по две-три тре­ни­ров­ки, об­щая фи­зи­че­ская под­го­тов­ка, хо­рео­гра­фия, да еще я ез­ди­ла на ка­ток че­рез всю Моск­ву. Ко­гда же на­ча­ла ра­бо­тать у Сер­гея Алек­сан­дро­ви­ча Со­ло­вье­ва в «До­ме под звезд­ным небом», то сме­на дли­лась во­семь ча­сов, и од­ну сце­ну мог­ли сни­мать неде­лю, а неде­лю – си­деть и ждать по­го­ду, да и во­об­ще я бы­ла по­тря­се­на, что в ки­но ты все вре­мя че­го-то ждешь. Ме­ня спра­ши­ва­ли: «Ты не уста­ла?» – а я ду­ма­ла: «Они, на­вер­ное, на­до мной из­де­ва­ют­ся». Но все ак­те­ры, как мне ка­за­лось, жут­ко уста­ва­ли. То­гда я не по­ни­ма­ла по­че­му. Сей­час, уже при но­вом гра­фи­ке ра­бо­ты в ки­но, все по-дру­го­му: и сме­на длит­ся две­на­дцать ча­сов, и те­перь, бу­дучи в про­фес­сии, я уже знаю, от че­го мож­но устать.

Спор­тив­ная за­кал­ка вам те­перь при­го­ди­лась…

Ко­неч­но. Сей­час ино­гда при­хо­дит­ся ра­бо­тать сут­ка­ми, не за­кры­вая глаз. Я ви­де­ла, как лю­ди спят с от­кры­ты­ми гла­за­ми, как ре­жис­сер ино­гда у мо­ни­то­ра то­же за­сы­па­ет от уста­ло­сти, и толь­ко ак­тер дол­жен быть са­мым жи­вым че­ло­ве­ком на пло­щад­ке. Один раз, во вто­ром се­зоне «Ню­ха­ча», мы сни­ма-

лись с Ки­рил­лом Кя­ро во­сем­на­дцать или два­дцать ча­сов, и где-то под утро я пой­ма­ла се­бя на том, что не очень хо­ро­шо ви­жу его, а он – ме­ня. И у нас бы­ла толь­ко од­на за­да­ча: не упасть ли­цом в та­рел­ку. По­том по­смот­ре­ла сце­ну и уди­ви­лась: «А ни­че­го! И да­же взгляд осо­знан­ный». ( Улы­ба­ет­ся.) Но ко­гда ты увле­че­на, на дело ак­ку­му­ли­ру­ют­ся все си­лы, и вре­ме­ни не за­ме­ча­ешь.

Ма­ша, вас, ка­жет­ся, поставили на конь­ки в два го­да. В та­ком ма­лом воз­расте, а мо­жет, чуть по­стар­ше, у вас уже про­гля­ды­вал ха­рак­тер или он вос­пи­тал­ся от спор­та?

При­зна­юсь, я не спортс­мен­ка по сво­ей су­ти. По­это­му не мо­гу ска­зать, что у ме­ня спор­тив­ный ха­рак­тер. Я не люб­лю со­рев­но­вать­ся – луч­ше отой­ду в сто­ро­ну, но не бу­ду до­ка­зы­вать, что пер­вая и луч­шая, хо­тя мне очень при­ят­но, ко­гда ме­ня хва­лят. Во мне в ка­кой-то мо­мент пы­та­лись вос­пи­тать та­кую чер­ту, как спор­тив­ная злость, но это так и не уда­лось. Я про­сто бро­си­ла фи­гур­ное ка­та­ние.

Зна­чит, это бы­ло свя­за­но не столь­ко с ухо­дом Пет­ра Чер­ны­ше­ва, с ко­то­рым вы ка­та­лись в па­ре?..

Это бы­ло еще до Чер­ны­ше­ва, и бро­си­ла я имен­но по­то­му, что ме­ня хо­те­ли пе­ре­де­лать, а это­го де­лать нель­зя.

А что го­во­ри­ла ма­ма, ко­гда вы пер­вый раз бро­си­ли ка­тать­ся?

Ма­ма бы­ла в ужа­се. Са­мое страш­ное для нее за­клю­ча­лось в том, что мне нечем бу­дет за­нять­ся, и я бу­ду с клю­чом на шее бол­тать­ся по дво­ру. По­то­му что в шко­ле я, по су­ти, не учи­лась, про­во­ди­ла вре­мя на кат­ке. По­сту­пать мне бы­ло неку­да, я по­ни­ма­ла, что ни­че­го не знаю, мо­гу ид­ти толь­ко в физ­куль­тур­ный ин­сти­тут. ( Сме­ет­ся.) Ма­ма мне ку­пи­ла кни­ги по ана­то­мии и не толь­ко, что­бы го­то­ви­лась, но че­рез пол­го­да я са­ма за­хо­те­ла вер­нуть­ся в фи­гур­ное ка­та­ние, по­то­му что при­вык­ла па­хать. И вот то­гда уже по­явил­ся Пе­тя, мы с ним вста­ли в па­ру. Но пол­го­да перерыва – это огром­ный срок в про­фес­си­о­наль­ном спор­те, я слож­но вос­ста­нав­ли­ва­лась, и Пе­тю нуж­но бы­ло еще пе­ре­учи­вать для тан­цев. И вот, за три дня до стар­та на­ших пер­вых со­рев­но­ва­ний, он ре­шил, что уедет жить в Аме­ри­ку. И на этом я уже за­кон­чи­ла со спор­том.

Вы силь­но пе­ре­жи­ва­ли?

Есте­ствен­но, я ры­да­ла, по­то­му что за год бы­ло вло­же­но столь­ко тру­да, про­сто нече­ло­ве­че­ских сил! И хоть у нас бы­ли не са­мые про­стые че­ло­ве­че­ские

"В ме­ня влюб­ля­лись, но я бы­ла не го­то­ва к это­му и всех сво­их по­клон­ни­ков со сви­да­ний при­во­ди­ла до­мой. они об­ща­лись с ма­мой, а я смот­ре­ла те­ле­ви­зор″.

от­но­ше­ния, но я по­ни­ма­ла, что ра­бо­та­ла на ре­зуль­тат, и вот-вот мы долж­ны бы­ли по­ка­зать пло­ды нашей ра­бо­ты, и вдруг… раз, и все рух­ну­ло.

И вы не стали ис­кать но­во­го парт­не­ра?

Нет, я ис­ка­ла, но не успе­ла най­ти. Оста­лась ка­тать­ся, но в этот мо­мент мне по­зво­ни­ли с «Мос­филь­ма». И ма­ма ска­за­ла: «Схо­ди, по­ка ты сво­бод­на. Ко­гда еще по­бы­ва­ешь на «Мос­филь­ме»?..» И я по­шла на ки­но­сту­дию про­сто как на экс­кур­сию, зная, что боль­ше мне та­кая воз­мож­ность не пред­ста­вит­ся. И вот уже ско­ро трид­цать лет, как я ту­да хо­жу. ( Сме­ет­ся.)

На­чав учить­ся, вы ни­ко­гда не жа­ле­ли, что ушли из спор­та?

Ни­ко­гда! У ме­ня бы­ли по­ры­вы, по­то­му что те­ло тре­бо­ва­ло фи­зи­че­ской на­груз­ки, но мне хва­та­ло бук­валь­но пят­на­дца­ти ми­нут. На фи­гур­ное ка­та­ние ме­ня от­да­ла ма­ма, и, ви­ди­мо, это изна­чаль­но бы­ло не мое. Пом­ню, как од­на­ж­ды мы встре­ти­лись с Ма­ри­ной Ани­си­ной, ко­то­рая то­гда еще не бы­ла олим­пий­ской чем­пи­он­кой, и она спро­си­ла ме­ня: «Ты не жа­ле­ешь?..» И я от­ве­ти­ла, что ни се­кун­ды: я за­ни­ма­юсь сво­им де­лом, в ко­то­ром бу­ду тер­петь, ждать и ра­бо­тать столь­ко, сколь­ко на­до. Она не мог­ла по­нять, как это: я же доч­ка тре­не­ра, у ме­ня все род­ные там, и вдруг… Она ска­за­ла: «Я бы с удо­воль­стви­ем то­же сня­лась в ки­но, но фи­гур­ное ка­та­ние ни на что не про­ме­няю». На­вер­ное, каж­дый дол­жен за­ни­мать­ся сво­им де­лом, по­это­му у ме­ня ни ра­зу не за­кра­лась мысль бро­сить ак­тер­скую про­фес­сию, хо­тя она очень за­ви­си­ма.

Сер­гей Со­ло­вьев по­сле съе­мок сра­зу взял вас к се­бе во ВГИК. Но по­том вы ре­ши­ли пе­рей­ти в те­ат­раль­ное учи­ли­ще им. Щу­ки­на. Вы чув­ство­ва­ли ка­кое-то неудоб­ство пе­ред ним?

Да, он счи­тал, что это непра­виль­ный шаг в про­фес­си­о­наль­ном смыс­ле. И очень рас­стра­и­вал­ся. Был удив­лен. Пред­став­ля­е­те, он взял ме­ня и сни­мать­ся, и учить­ся без эк­за­ме­нов, а че­рез год я вдруг го­во­рю ему, что ухо­жу. Без­услов­но, я ис­пы­ты­ва­ла нелов­кость, но до сих пор бла­го­дар­на Сер­гею Алек­сан­дро­ви­чу: ни ра­зу в жиз­ни он не по­ка­зал мне, что оби­дел­ся или оскор­бил­ся. Ма­ло то­го, он про­дол­жал звать ме­ня в свои кар­ти­ны и спек­так­ли, ко­гда увлек­ся те­ат­ром.

И по­том слу­чи­лась сов­мест­ная ра­бо­та – Ки­ти в «Анне Ка­ре­ни­ной»…

Ки­ти я по­про­си­ла са­ма. Пер­вый раз Сер­гей Алек­сан­дро­вич го­то­вил­ся сни­мать кар­ти­ну, ко­гда я еще учи­лась в Щу­кин­ском учи­ли­ще.

Эти про­бы до сих пор хра­нят­ся у ме­ня до­ма.

И вот че­рез пят­на­дцать лет ми­мо­хо­дом услы­ша­ла

от од­но­го ар­ти­ста: «Пред­став­ля­ешь, я вче­ра про­бо­вал­ся на Ле­ви­на». Я спро­си­ла: «А кто сни­ма­ет «Ка­ре­ни­ну»?» – и, узнав, что Со­ло­вьев, са­ма по­зво­ни­ла ему и дол­го на­ста­и­ва­ла на том, что мне по-преж­не­му шест­на­дцать лет, хо­тя я бы­ла го­раз­до стар­ше. Он все-та­ки риск­нул, по­звал на про­бы. В ре­зуль­та­те ме­ня утвер­ди­ли.

Кста­ти, а как вы к се­бе от­но­си­лись в де­ви­че­стве: счи­та­ли при­вле­ка­тель­ной, кра­си­вой?..

По­ка Со­ло­вьев мне не ска­зал, что я при­вле­ка­тель­на и да­же кра­си­ва, че­му, при­зна­юсь, очень уди­ви­лась, ни­ко­гда об этом не ду­ма­ла. И слов та­ких ни от ко­го не слы­ша­ла.

И от ма­мы?!

Ну, она, ко­неч­но же, го­во­ри­ла. Но в глу­бине ду­ши я же по­ни­ма­ла, что ма­ма – это ма­ма, она ме­ня лю­бит, по­это­му я для нее са­мая кра­си­вая. Со­вер­шен­но не вос­при­ни­ма­ла ее слова за чи­стую мо­не­ту. В ме­ня влюб­ля­лись, но я не по­ни­ма­ла по­че­му. На­вер­ное, я не бы­ла го­то­ва к это­му и всех сво­их по­клон­ни­ков со сви­да­ний при­во­ди­ла до­мой. Они об­ща­лись с ма­мой, а я смот­ре­ла те­ле­ви­зор, за­ни­ма­лась сво­и­ми де­ла­ми и в оче­ред­ной раз ду­ма­ла: «Бо­же мой, ко­гда он уже уй­дет?!» Да­же ба­буш­ка – со­вет­ской за­кал­ки – удив­ля­лась. А ма­ма за­яв­ля­ла: «Ес­ли ты сей­час же не пой­дешь на сви­да­ние, я от­ре­кусь от сво­их ма­те­рин­ских прав!» ( Сме­ет­ся.)

То есть ма­ма не ра­до­ва­лась, что вы при­мер­ная хо­ро­шая де­воч­ка?

Так мне уже во­сем­на­дцать лет бы­ло, а я все до­ма си­де­ла. Да­же в ки­но с маль­чи­ка­ми не хо­ди­ла. А по­том я встре­ти­ла Же­ню Пла­то­ва…

Вы вы­шли за­муж в де­вят­на­дцать лет. И как вам, та­кой юной, бы­ло в бра­ке?

Ни­как. Я учи­лась в Щу­кин­ском учи­ли­ще, по­это­му мне бы­ло не до за­му­же­ства. Ведь по­сле фи­гур­но­го ка­та­ния попала в аб­со­лют­но дру­гую ат­мо­сфе­ру и столь­ко узна­ва­ла каж­дый день, что не мог­ла узнать за все вре­мя в фи­гур­ном ка­та­нии. Же­ня все вре­мя был на сбо­рах, жил в сво­ем ми­ре, а я – в сво­ем, по­это­му, соб­ствен­но, че­рез ка­кое-то вре­мя мы и раз­ве­лись.

Он же звал вас с со­бой в Аме­ри­ку?

Звал, но я не по­еха­ла, по­то­му что не зна­ла, как се­бя там ре­а­ли­зо­вать.

А ес­ли б не уехал, все рав­но бы при­шли к раз­во­ду?

Да. Мо­жет быть, чуть поз­же. Мы по­же­ни­лись, ко­гда я по­сту­пи­ла в Щу­кин­ское учи­ли­ще, а рас­ста­лись, ко­гда при­шла в «Со­вре­мен­ник». Это не бы­ло для нас дра­мой, мы сме­я­лись, ко­гда раз­во­ди­лись, по­то­му что ре­ше­ние бы­ло обо­юд­ным, без обид. Мы оста­лись в хо­ро­ших от­но­ше­ни­ях.

Вы ведь в дет­стве и юно­сти зна­ли Га­ли­ну

Бо­ри­сов­ну Вол­чек как бли­жай­шую по­дру­гу Та­тья­ны Ана­то­льев­ны Та­ра­со­вой…

Ко­неч­но. И ма­ма, есте­ствен­но, с Вол­чек об­ща­лась. Очень ча­сто мы ока­зы­ва­лись в од­них и тех же ме­стах. «Со­вре­мен­ник» ехал в Томск с га­стро­ля­ми, мы ту­да же – на сбо­ры, а еще в Се­ве­ро-До­нецк и Одессу – в этих трех го­ро­дах ча­сто пе­ре­се­ка­лись. Га­стро­ли бы­ли по ме­ся­цу, сбо­ры – то­же, и все мы жи­ли как од­на се­мья. Вол­чек по­че­му-то на­зы­ва­ла ме­ня «Де­воч­ка Ан­то­ни­о­ни». Но ко­гда я по­сту­па­ла в те­атр, то стро­го-на­стро­го за­пре­ти­ла всем ока­зы­вать мне ка­кую-ли­бо про­тек­цию. Од­на­ко Га­ли­на Бо­ри­сов­на ме­ня да­же не узна­ла, и фа­ми­лии у нас с ма­мой раз­ные. И толь­ко ко­гда ме­ня взя­ли, Та­тья­на Ана­то­льев­на ей по­зво­ни­ла и ска­за­ла, что я та са­мая

«де­воч­ка Ан­то­ни­о­ни».

Как по­лу­чи­лось, что вы и во вто­рой раз свя­за­ли судь­бу с фи­гу­ри­стом?

Не знаю. Ко­гда Олег Ива­но­вич Ян­ков­ский спро­сил ме­ня: «Ты их что, в трол­лей­бу­сах всех на­хо­дишь?!» – я не зна­ла, что от­ве­тить. На­вер­ное, про­сто окру­же­ние оста­лось преж­ним. Ведь мы с Ильей столк­ну­лись в го­стях у Та­тья­ны Ана­то­льев­ны Та­ра­со­вой.

А в те­ат­раль­но-ки­нош­ном кру­гу вас ни­кто не за­ин­те­ре­со­вал?

Увле­че­ния бы­ли на­вер­ня­ка, мы же лю­ди эмо­ци­о­наль­ные. Я влюб­ля­лась в та­лант, а сей­час, с воз­рас­том, по­ни­маю, что не толь­ко оба­я­ни­ем дол­жен брать муж­чи­на и не обя­за­тель­но та­лан­том, а че­ло­ве­че­ски­ми ка­че­ства­ми. В со­рок пять для ме­ня это уже го­раз­до важ­нее. Это сча­стье, ко­гда так скла­ды­ва­ет­ся, что лю­ди всю жизнь вме­сте, и оба гар­мо­нич­но раз­ви­ва­ют­ся, как, на­при­мер, Та­тья­на Ана­то­льев­на Та­ра­со­ва и ее муж, пи­а­нист Вла­ди­мир Все­во­ло­до­вич Край­нев. Им все­гда бы­ло ин­те­рес­но друг с дру­гом.

Ка­за­лось, что с Ильей Ку­ли­ком у вас все гар­мо­нич­но, вы бы­ли счаст­ли­вы…

Ко­неч­но, бы­ли. И мы про­жи­ли два очень на­сы­щен­ных, ин­те­рес­ных го­да. Я при­ни­ма­ла уча­стие в ка­ких-то его твор­че­ских иде­ях и по­мо­га­ла ему мо­раль­но го­то­вить­ся к Олим­пиа­де. Од­на­ж­ды мне да­же при­снил­ся сон, как мы по­лу­ча­ем мил­ли­он дол­ла­ров. Из че­го я по­че­му-то сде­ла­ла вы­вод, что он ста­нет олим­пий­ским чем­пи­о­ном. Я рас­ска­за­ла ему, он очень сме­ял­ся, но олим­пий­ским чем­пи­о­ном все­та­ки стал. ( Сме­ет­ся.) Я и с Ильей по­пы­та­лась по­ехать в Аме­ри­ку: по­ду­ма­ла, раз судь­ба тол­ка­ет ме­ня ту­да вто­рой раз – воз­мож­но, у ме­ня что-то по­лу­чит­ся. По­смот­ре­ла и по­ня­ла, что ме­ня это не устра­и­ва­ет: мы вме­сте де­ла­ли но­ме­ра для его вы­ступ­ле­ний, но это бы­ла Илю­ши­на исто­рия. А мне не хва­та­ло ра­бо­ты в кад­ре, за­па­ха ку­лис и соб­ствен­ной ре­а­ли­зо­ван­но­сти… Я не мог­ла ему это объ­яс­нить. По­это­му мы то­же рас­ста­лись.

А он пы­тал­ся уго­во­рить вас остать­ся в Аме­ри­ке? Пе­ре­жи­вал рас­ста­ва­ние?

Это бы­ло сов­мест­ное ре­ше­ние, так как ста­ло по­нят­но, что мне бу­дет луч­ше в Москве, а ему – ез­дить по ми­ру. По­сле воз­вра­ще­ния ме­ня сно­ва взя­ли в «Со­вре­мен­ник», ко мне вер­ну­лись все ста­рые ро­ли. По­том стали по­яв­лять­ся но­вые. За что я до сих пор не устаю бла­го­да­рить Га­ли­ну Бо­ри­сов­ну.

Вы мно­го иг­ра­е­те в те­ат­ре, но за­ча­стую не в пре­мье­рах, а вво­ди­тесь в ста­рые спек­так­ли. А это ведь не очень бла­го­дар­ная вещь…

Я не со­глас­на с этим. Смот­ря ка­кие це­ли пре­сле­до­вать. Я люб­лю и вво­ды, ес­ли ин­те­рес­ная роль. Ко­гда Ага­ше бы­ло во­семь ме­ся­цев, неожи­дан­но ушла из те­ат­ра Ле­на Яко­вле­ва, а по­сле­зав­тра – «Виш­не­вый сад». И вот де­сять ве­че­ра, мне зво­нит Се­ре­жа Гар­маш и спра­ши­ва­ет: «Ани­ка­но­ва, ты мо­жешь по­сле­зав­тра сыг­рать Ва­рю? Ты же в спек­так­ле (до это­го я иг­ра­ла Аню), да­вай зав­тра по­ре­пе­ти­ру­ем?..» А я как раз от­пу­сти­ла ня­ню на неде­лю. Он по­про­сил ме­ня ре­шить эту про­бле­му, ска­зал: «Мне до две­на­дца­ти но­чи на­до по­зво­нить на­род­ным ар­ти­стам, что­бы они зав­тра при­шли на ре­пе­ти­цию». Я со­гла­си­лась, за час на­шла дру­гую ня­ню и утром по­еха­ла ре­пе­ти­ро­вать.

Ма­ма жи­ла то­гда во Фран­ции?

Нет, но она ра­бо­та­ла, не мог­ла си­деть с Ага­шей. Ча­сов во­семь или де­сять шла ре­пе­ти­ция, ме­ня­лись ар­ти­сты, сце­ны, я со­вер­шен­но оша­ле­ла, а на сле­ду­ю­щий день по­шла и сыг­ра­ла. Счи­таю, мне

"Э то не бы­ло для нас дра­мой. мы с же­ней сме­я­лись, ко­гда раз­во­ди­лись, по­то­му что ре­ше­ние бы­ло обо­юд­ным, без обид. мы оста­лись в хо­ро­ших от­но­ше­ни­ях″.

очень по­вез­ло: я уже чув­ство­ва­ла, что вы­рос­ла из ро­ли Ани, и Ва­ря при­шла ко мне очень во­вре­мя. Ко­неч­но, я хо­чу, что­бы у ме­ня в те­ат­ре по­яви­лось что-то но­вое, ин­те­рес­ное, неод­но­знач­ное. Ино­гда та­кое и в ки­но уда­ет­ся. Не так дав­но на те­ле­экране про­шел ми­ни-се­ри­ал «Не­воз­мож­ная жен­щи­на» – от­лич­ный фильм, для ме­ня про­сто по­да­рок. По­зво­ни­ли ре­жис­се­ры Оль­га и Вла­ди­мир Ба­со­вы, при­сла­ли сце­на­рий, я про­чла его за ночь, по­то­му что это бы­ла пре­крас­ная исто­рия, с от­лич­ны­ми диа­ло­га­ми и тон­ким юмо­ром, а моя роль – столь мно­го- гран­ная, что я сра­зу по­ня­ла: бу­дет где раз­вер­нуть­ся. И на пло­щад­ке у нас бы­ло очень го­ря­чо, да­же слу­ча­лись ссо­ры с от­ста­и­ва­ни­ем сво­их по­зи­ций, но это толь­ко по­то­му, что всем хо­те­лось, что­бы по­лу­чи­лась хо­ро­шая ра­бо­та. И, по-мо­е­му, вы­шло непло­хо.

Вам при­ят­но, ко­гда вас хва­лят?

Ко­неч­но, при­ят­но. При­зна­юсь, я не очень уве­рен­ный в се­бе че­ло­век, все­гда со­мне­ва­юсь. У ме­ня да­же бы­ла та­кая исто­рия с утвер­жде­ни­ем на роль в «Ню­ха­че». Я ро­ди­ла Ага­шу и уже долж­на бы­ла сни­мать­ся в филь­ме «Лист ожи­да­ния» – там бы­ло съе­мок на че­ты­ре ме­ся­ца. А так как ребенок ма­лень-

кий, и я еще в те­ат­ре иг­ра­ла, то по­ду­ма­ла, что боль­ше ни­ка­кие про­ек­ты брать не бу­ду. И вдруг мне зво­нит агент и го­во­рит: «Ре­жис­сер при­е­хал из Ки­е­ва и хо­чет с то­бой встре­тить­ся». Я про­чи­та­ла сце­на­рий и уви­де­ла свою ге­ро­и­ню Юлю – нар­ко­ман­ку, пси­хо­пат­ку, а я-то мо­ло­дая мать, корм­лю ре­бен­ка, вся та­кая уми­ро­тво­рен­ная, счаст­ли­вая, и да­же не по­ни­маю, о чем там речь. По­ня­ла, что это сыг­рать не смо­гу. Но на встре­чу по­еха­ла. При­ез­жаю, зна­ко­мим­ся с ре­жис­се­ром Ар­те­мом Лит­ви­нен­ко. Здо­ро­ва­ем­ся, он спра­ши­ва­ет, как сце­на­рий, я го­во­рю, что очень по­нра­вил­ся, но эта роль – не моя, не по­ни­маю, как ее иг­рать. Но ви­жу, что Ар­тем не слы­шит ме­ня и на­ста­и­ва­ет на про­бах. Пред­ла­га­ет сце­ну, где нуж­но сме­ять­ся. А я ему го­во­рю: «Ар­тем, во­об­ще-то я не очень оба­я­тель­но сме­юсь в кад­ре». Он в от­вет: «Хо­ро­шо, да­вай­те возь­мем сце­ну, где нуж­но пла­кать». Я от­ве­чаю: «Ес­ли чест­но, пла­кать я во­об­ще не умею». То­гда он пред­ла­га­ет: «Де­лай­те то, что уме­е­те». И тут я его, на­вер­ное, уди­ви­ла: ска­за­ла, что я по­сред­ствен­ная ар­тист­ка, за­ни­маю свою ни­шу, и се­го­дня ме­ня это вполне устра­и­ва­ет. На том и рас­ста­лись. Про­шло два ме­ся­ца, и агент ме­ня вы­зы­ва­ет на съ­ем­ки «Ню­ха­ча». Я бы­ла в недо- уме­нии: «Что, те­перь за это утвер­жда­ют?..» Агент спро­си­ла, за что «за это», и я рас­ска­за­ла о нашей встре­че с ре­жис­се­ром. И тут она ме­ня «успо­ко­и­ла»: «Я по­ня­ла, по­че­му Ар­тем пригласил те­бя. Он уви­дел, что ты дей­стви­тель­но су­ма­сшед­шая пси­хо­пат­ка, раз еха­ла че­рез всю Моск­ву и час убеж­да­ла его в том, что ты пло­хая ак­три­са. На­вер­ное, ре­шил, что ты иде­аль­но под­хо­дишь на эту роль». И сей­час я на­сла­жда­юсь эти­ми съем­ка­ми…

Сей­час вы се­бя по-преж­не­му ощу­ща­е­те «по­сред­ствен­ной ак­три­сой»?

Нет, ко­неч­но, мне хо­чет­ся иг­рать мно­го и хо­ро­шо. И ка­кие-то вер­ши­ны, как мне ка­жет­ся, я еще мо­гу по­ко­рить. Эта про­фес­сия ге­ни­аль­на тем, что все вре­мя мож­но учить­ся и раз­ви­вать­ся.

Как вы от­но­си­тесь к ма­те­ри­аль­ной сто­роне жиз­ни, уме­е­те ли вы се­бя огра­ни­чи­вать?

Бы­ва­ет по-раз­но­му.

А дет­ство и юность у вас в этом смыс­ле бы­ли ка­ки­ми – обес­пе­чен­ны­ми?

Мы жи­ли непло­хо, так как я са­ма на­ча­ла за­ра­ба­ты­вать с пя­то­го клас­са сто два­дцать руб­лей, по­то­му что бы­ла в сбор­ной. Шут­ка ли? Бешеные день­ги то­гда! А по­том, уже в пе­ре­стро­еч­ное вре­мя,

"К огда мы жи­ли с ильей, он мне ни в чем не от­ка­зы­вал, де­лал по­дар­ки, но я все рав­но чув­ство­ва­ла, что это не мной за­ра­бо­тан­ные день­ги″.

за фильм Со­ло­вье­ва по­лу­чи­ла пять ты­сяч руб­лей. Свои день­ги я ощу­щаю ина­че, чем чу­жие. Ко­гда мы жи­ли с Ильей, он ни в чем мне не от­ка­зы­вал, де­лал по­дар­ки, но я все рав­но чув­ство­ва­ла, что это не мной за­ра­бо­тан­ные день­ги. Ко­неч­но, про­фес­сия за­ви­си­мая: то есть съ­ем­ки, то нет. И это очень вли­я­ет на фи­нан­со­вое по­ло­же­ние. Ино­гда бы­ва­ет, что по пол­го­да нет про­ек­тов. Пом­ню, од­на­ж­ды да­же не на что бы­ло ку­пить зуб­ную пас­ту. Но я ста­ра­юсь не под­да­вать­ся де­прес­сии, ведь слу­ча­ют­ся и дру­гие вре­ме­на, ко­гда по шесть про­ек­тов од­но­вре­мен­но. И вот тут я се­бе поз­во­ляю…

Вто­рой муж у вас на­ко­нец уже был ак­те­ром. Вы опять ку­пи­лись на та­лант?

Нет, тут я уже на это не об­ра­ща­ла во­об­ще вни­ма­ния – не дай бог, ду­ма­ла, чтоб слиш­ком та­лант­ли­вый. А вот сред­них спо­соб­но­стей, как я, – ши­кар­но. ( Сме­ет­ся.) Глав­ное, что­бы че­ло­век был хо­ро­ший. И он ока­зал­ся уди­ви­тель­ным. Мы про­жи­ли во­семь лет – и сей­час за­ме­ча­тель­но об­ща­ем­ся, дру­жим, по­мо­га­ем друг дру­гу. Ан­дрей – по­тря­са­ю­щий отец.

Но вро­де бы у вас бы­ли од­ни ин­те­ре­сы, ро­ди­лась доч­ка, ко­то­рую вы оба так хо­те­ли… По­че­му же рас­ста­лись?

Ан­дрю­ша при­нял та­кое ре­ше­ние. По­че­му – я не знаю, на­вер­ное, раз­лю­бил. И я со­глас­на с ним в том, что нель­зя со­хра­нять се­мью ра­ди де­тей. Мы на­ча­ли ссо­рить­ся, пе­ре­ста­ли по­ни­мать друг дру­га, и он мо­ло­дец, что взял на се­бя та­кую от­вет­ствен­ность и ушел. А сей­час Ага­ша пре­крас­но об­ща­ет­ся с па­пой, лю­бит его. И ко­гда спра­ши­ва­ет, по­че­му па­па с на­ми не жи­вет, я ей от­ве­чаю прав­ду: «По­то­му что мы по­ня­ли, что у нас та­кой люб­ви, что­бы жить вме­сте, уже нет, но ты же ви­дишь, как мы за­ме­ча­тель­но об­ща­ем­ся и дру­жим».

А ко­гда по­яви­лись пер­вые зво­ноч­ки проблем?

Ко­гда Аг­лая ро­ди­лась, мы оба эмо­ци­о­наль­но пе­ре­клю­чи­лись на нее и, на­вер­ное, по­те­ря­ли друг дру­га. Это нас и раз­ве­ло. Мне бы­ло трид­цать во­семь, это уже не тот воз­раст, ко­гда ты мо­жешь не спать сут­ка­ми, а на­до бы­ло еще и за­ра­ба­ты­вать день­ги. К то­му же в до­ме по­сто­ян­но на­хо­дил­ся чу­жой че­ло­век – ня­ня, без нее ни­ку­да, и это то­же не до­бав­ля­ло ра­до­сти. Нам бы­ло тя­же­ло, и мы с этим не спра­ви­лись – не уда­лось удер­жать ба­ланс в се­мье.

Про­шло шесть лет. Сей­час вы не го­то­вы со­здать с кем-то се­мью?

Нет, по­ка не хо­чу. Мо­жет, по­том бу­ду думать ина­че. Хо­тя от­крою вам сек­рет: я про­дол­жаю влюб­лять­ся каж­дые пять ми­нут – и в та­лант, и в оба­я­ние, и в про­сто хо­ро­ших лю­дей. По-мо­е­му, пре­крас­но! ( Сме­ет­ся.)

В филь­ме Сер­гея Со­ло­вье­ва«Ан­на Ка­ре­ни­на» на­ша ге­ро­и­ня сыг­ра­ла Ки­ти (1). Фи­гур­ное ка­та­ние не от­пус­ка­ет Ани­ка­но­ву: в филь­ме «Жар­кий лед» с Пав­ломТру­би­не­ром (2).

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.