КУЛЬ­ТУ­РА

На Вось­мой меж­ду­на­род­ной би­ен­на­ле «Мо­да и стиль в фо­то­гра­фии» в Москве по­ка­зы­ва­ют круп­ней­шие кол­лек­ции и ре­тро­спек­ти­вы при­знан­ных ма­сте­ров

Ekspert - - FRONT PAGE -

МЕЖ­ДУ ПА­РИ­ЖЕМ И МОСК­ВОЙ На Вось­мой меж­ду­на­род­ной би­ен­на­ле «Мо­да и стиль в фо­то­гра­фии» в Москве по­ка­зы­ва­ют круп­ней­шие кол­лек­ции и ре­тро­спек­ти­вы при­знан­ных ма­сте­ров

Фе­сти­валь «Мо­да и стиль в фо­то­гра­фии» неуто­ми­мая Оль­га Сви­б­ло­ва про­во­дит в нечет­ные го­ды, сво­бод­ные от Мос­ков­ской фо­то­би­ен­на­ле. Са­ма она при­зна­ет­ся, что каж­дый год бо­ит­ся не най­ти до­ста­точ­но ма­те­ри­а­ла, но в ито­ге за­лы за­пол­ня­ют­ся под за­вяз­ку. В этом го­ду фе­сти­валь рас­тя­нул­ся на всю вес­ну, часть про­ек­тов уже пред­став­ле­на, осталь­ные от­кры­ва­ют­ся друг за дру­гом ед­ва ли не каж­дую неде­лю. От ре­тро­спек­тив мэтров фо­то­гра­фии до сним­ков из по­пу­ляр­но­го при­ло­же­ния Instagram — все­го 39 вы­ста­вок (боль­шая часть — при­ве­зен­ные из за­пад­ных со­бра­ний) на ше­сти ос­нов­ных пло­щад­ках. В до­пол­не­ние к ним — лек­ции, кон­цер­ты, ки­но­по­ка­зы и ма­стер-клас­сы фо­то­гра­фов, па­рал­лель­ная про­грам­ма ка­мер­ных вы­ста­вок в част­ных га­ле­ре­ях. Те­ма, объ­еди­ня­ю­щая весь этот ка­лей­до­скоп, зву­чит так: «Красота: ми­фы и ис­точ­ни­ки вдох­но­ве­ния».

Стиль

Цен­траль­ным про­ек­том ны­неш­не­го фе­сти­ва­ля, от­ве­ча­ю­щим за вы­со­кий стиль и вдох­но­ве­ние, ста­ла вы­став­ка «Это Па­риж!», по­свя­щен­ная мо­дер­низ­му в фо­то­гра­фии 1920–1950-х го­дов (она про­хо­дит в Муль­ти­ме­диа Арт Му­зее на Осто­жен­ке). Две­сти с лиш­ним сним­ков пред­став­ля­ют неболь­шую вы­жим­ку из круп­ней­шей кол­лек­ции, со­бран­ной ис­то­ри­ком фо­то­ис­кус­ства и арт-ди­ле­ром Кри­сти­а­ном Бук­ре и куп­лен­ной два го­да на­зад па­риж­ским Цен­тром Пом­пи­ду. Кол­лек­ция весь­ма при­ме­ча­тель­на. Бук­ре на­чал со­би­рать фо­то­гра­фию в 1970-е, еще бу­дучи сту­ден­том и изу­чая си­но­ло­гию и гер­ма­ни­сти­ку в Бер­лине. Вер­нув­шись в Па­риж, он со­сре­до­то­чил­ся на фран­цуз­ской фо­то­гра­фии пе­ри­о­да меж­ду ми­ро­вы­ми вой­на­ми, со вре­ме­нем рас­ши­рив вре­мен­ные рам­ки до пер­во­го по­сле­во­ен­но­го де­ся­ти­ле­тия. В то вре­мя еще бы­ли жи­вы ес­ли не са­ми фо­то­гра­фы, то их пря­мые наслед­ни­ки, а фотографич­еский ры­нок во Фран­ции был недо­ста­точ­но раз­вит, и это да­ло Бук­ре воз­мож­ность со­брать пол­но­цен­ную па­но­ра­му обо­зна­чен­но­го вре­ме­ни со мно­же­ством ра­ри­те­тов. В кон­це 1980-х Бук­ре от­крыл га­ле­рею, где

устра­и­вал вы­став­ки, из­да­вал ка­та­ло­ги, пи­сал мо­но­гра­фии (в том чис­ле пер­вым ис­сле­до­вал роль жен­щин-фо­то­гра­фов) — сло­вом, про­па­ган­ди­ро­вал фо­то­гра­фию как важ­ней­шее из ис­кусств. В Моск­ву ра­бо­ты из его кол­лек­ции при­е­ха­ли все­го че­рез ме­сяц по­сле вы­став­ки в Цен­тре Пом­пи­ду. Несмот­ря на при­сут­ствие клю­че­вых фи­гур, та­ких как Ман Рэй, Жер­ме­на Круль, Ан­дре Кер­теш, До­ра Ма­ар, Брас­сай, Ан­ри Кар­тье-Брес­сон, ак­цент сде­лан не на име­на, а на са­мо вре­мя. Па­риж меж­ду ми­ро­вы­ми вой­на­ми — пе­ре­кре­сток всех до­рог, го­род, при­тя­ги­вав­ший ху­дож­ни­ков, пи­са­те­лей и про­чих твор­че­ских лич­но­стей со все­го ми­ра, «ме­сто, где сей­час на­до быть», как пи­са­ла Гер­тру­да Стайн. Ме­сто, где жи­вет аван­гард, ста­вят­ся экс­пе­ри­мен­ты и раз­ви­ва­ет­ся сюр­ре­а­лизм. На вы­став­ке вид­но, сколь близ­ка фо­то­гра­фия в это вре­мя жи­во­пи­си и скульп­ту­ре. «Аба­жур» Ма­на Рэя лег­ко пред­ста­вить и фраг­мен­том аб­стракт­ной жи­во­пис­ной ком­по­зи­ции, и брон­зо­вой скульп­ту­рой. Иду­щие по во­де жен­ские но­ги без те­ла на сним­ке До­ры Ма­ар (са­мо­сто­я­тель­ная ху­дож­ни­ца и фо­то­граф, она боль­ше из­вест­на как од­на из воз­люб­лен­ных и мо­де­лей Пи­кассо) про­сят­ся на сюр­ре­а­ли­сти­че­ский холст, ее же «Монстр на пля­же» ка­жет­ся кад­ром из филь­ма. Кол­лаж, экс­пе­ри­мен­ты со све­том, ин­те­рес к те­лу, по­ис­ки фор­мы и ее ис­ка­же­ния, но­вая ре­аль­ность, со­здан­ная сред­ства­ми это­го мо­ло­до­го в сущ­но­сти ис­кус­ства, — на вы­став­ке воз­ни­ка­ет мно­же­ство па­рал­ле­лей. При этом кро­ме «чи­сто­го» ис­кус­ства здесь в со­от­вет­ствии с ду­хом вре­ме­ни есть и ре­кла­ма, и книж­ная ил­лю­стра­ция, и ре­пор­тер­ская съем­ка.

От па­риж­ско­го мо­дер­низ­ма тя­нут­ся ло­ги­че­ские ни­ти в дру­гие за­лы му­зея на Осто­жен­ке. Проекты удач­но по­до­бра­ны и экс­по­ни­ро­ва­ны — это не про­сто пест­рая мо­за­и­ка имен и жан­ров, но ви­зу­аль­ная иг­ра со смыс­лом. У Августа Зан­де­ра вре­мя дей­ствия то же, меж­ду ми­ро­вы­ми вой­на­ми, ме­сто — Гер­ма­ния. За­шед­ше­му в этот зал зри­те­лю в пер­вый мо­мент мо­жет по­ка­зать­ся, что он смот­рит боль­шой се­мей­ный аль­бом, за­да­ва­ясь во­про­сом: «Кто все эти лю­ди?» Но к порт­ре­там сто­ит при­смот­реть­ся по­вни­ма­тель­нее. До­ку­мен­таль­ную се­рию «Лю­ди два­дца­то­го сто­ле­тия» Зан­дер сни­мал на про­тя­же­нии всей жиз­ни, со­став­ляя мас­штаб­ный со­ци­аль­ный порт­рет эпо­хи. Гип­но­ти­зер, нотариус, ба­ка­лей­щик, ка­то­ли­че­ский священник — ко­го здесь толь­ко нет. Фо­то­гра­фу не за­ни­мать иро­нии и острой на­блю­да­тель­но­сти — как мо­жет вы­гля­деть мо­ло­дой на­ци­о­нал­со­ци­а­лист в 1941 го­ду, несги­ба­е­мый ком­му­нист с гит­ле­ров­ски­ми уси­ка­ми или рас­те­рян­ный де­мо­крат в ин­тел­ли-

гент­ских оч­ках, ка­ко­ва внут­рен­няя суть те­ат­раль­но­го кри­ти­ка и те­но­ра, ар­хи­тек­то­ра и художника. Зан­дер на­хо­дит сво­их ге­ро­ев сре­ди зна­ко­мых и кли­ен­тов, так что вре­мя от вре­ме­ни на сним­ках по­яв­ля­ют­ся зна­ме­ни­то­сти — ком­по­зи­то­ры Па­уль Хин­де­мит и Ри­хард Штра­ус, на­при­мер. У ти­пич­ных ге­ро­ев есть и своя сре­да оби­та­ния — вто­рая по­ло­ви­на за­ла от­да­на под го­род­ской пей­заж, сня­тый с той же скру­пу­лез­но­стью.

Мо­дер­низм как ис­точ­ник, из ко­то­ро­го чер­па­ют все по­сле­ду­ю­щие по­ко­ле­ния, чи­та­ет­ся в фо­то­гра­фи­ях на­ше­го со­вре­мен­ни­ка Ми­ха­и­ла Ро­за­но­ва. Вы­хо­ло­щен­ные чер­но-бе­лые сним­ки: гра­нит­ные на­бе­реж­ные, за­вод­ская ар­хи­тек­ту­ра, лест­ни­ца, иду­щая по диа­го­на­ли (по­сле знаменитог­о кад­ра Алек­сандра Род­чен­ко она мно­гим не да­ет по­коя) — яв­ный при­вет кон­струк­ти­виз­му сто­лет­ней дав­но­сти.

Кра­си­во за­мкнуть этот круг, на­ча­тый с ис­то­рии па­риж­ской жиз­ни, пе­рей­дя от об­ще­го к част­но­му, долж­ны две вы­став­ки, ко­то­рые от­кро­ют­ся в кон­це мар­та — на­ча­ле ап­ре­ля: «Ли­ля Брик. Несо­сто­яв­ше­е­ся пу­те­ше­ствие» с фо­то­гра­фи­я­ми Алек­сандра Род­чен­ко и «Пьер Жа­ме. Рет­ро­спек­ти­ва. 1930–1970. Ди­на Вер­ни и дру­гие ис­то­рии».

Ли­ля Брик бы­ла од­ной из пер­вых мос­ков­ских ав­то­ле­ди. Се­ро­чер­ную «ре­нош­ку» в 1928 го­ду при­вез из Фран­ции Вла­ди­мир Ма­я­ков­ский, по­тра­тив на ав­то­мо­биль го­но­рар за пье­су «Клоп» и сце­на­рий филь­ма «Иде­ал и оде­я­ло». Брик увлек­лась но­вой иг­руш­кой со свой­ствен­ной ей стра­стью — по­лу­чи­ла пра­ва, сши­ла спе­ци­аль­ное платье и ко­стюм для ез­ды, вы­пи­са­ла из Па­ри­жа ша­поч­ку и пер­чат­ки. Род­чен­ко про­сил ее снять­ся с но­вой ма­ши­ной, и вот, со­брав­шись как-то в Ле­нин­град, Брик да­ла со­гла­сие на съем­ку. Пло­хие до­ро­ги — веч­ная рос­сий­ская бе­да — по­ме­ша­ли до­брать­ся до Ле­нин­гра­да, за что они с Ма­я­ков­ским и про­зва­ли пу­те­ше­ствие «несо­сто­яв­шим­ся». Брик с Род­чен­ко немно­го отъ­е­ха­ли от Моск­вы, по­сни­ма­ли и вер­ну­лись, но днев­ник пу­те­ше­ствия остал­ся — с оча­ро­ва­ни­ем бы­то­вых де­та­лей (на­кач­кой шин и пик­ни­ком на обо­чине) и фир­мен­ны­ми род­чен­ков­ски­ми ра­кур­са­ми.

В пан­дан к ним — еще од­на ис­то­рия фран­цуз­ской жиз­ни. Ро­див­ша­я­ся в Ки­ши­не­ве Ди­на Вер­ни бы­ла в Па­ри­же та­кой же ле­ген­дой, как и моск­вич­ка Брик. На­тур­щи­ца с ди­пло­мом Па­риж­ско­го уни­вер­си­те­та, ис­кус­ство­вед, му­за скуль­пто­ра Ари­сти­да Май­о­ля, а по­сле его смер­ти (он за­ве­щал ей свое со­сто­я­ние и кол­лек­цию) — од­на из са­мых успеш­ных па­риж­ских га­ле­ри­сток. На до­су­ге Ди­на лю­би­ла петь, ак­ком­па­ни­руя се­бе на ги­та­ре (со­хра­ни­лось нема­ло ее за­пи­сей, из ко­то­рых луч­шей счи­та­ет­ся «Оку­ро­чек» на сло­ва Юза Алеш­ков­ско­го), и имен­но бла­го­да­ря пе­нию в на­род­ном хо­ре ре­во­лю­ци­он­ных ху­дож­ни­ков и пи­са­те­лей по­зна­ко­ми­лась с пев­цом и фо­то­гра­фом Пье­ром Жа­ме. Фо­то­гра­фии Ди­ны — ска­чу­щей го­лы­шом по пля­жу, пле­щу­щей­ся в во­де, все­гда сме­ю­щей­ся и лу­че­зар­ной — са­мая яр­кая, хо­тя и не един­ствен­ная те­ма его мос­ков­ской ре­тро­спек­ти­вы.

Мо­да

За мо­дой и кра­со­той в со­вре­мен­ном ее по­ни­ма­нии сто­ит от­пра­вить­ся в Ма­неж. Вы­став­ки, от­крыв­ши­е­ся здесь, — са­мые яр­кие и зрелищные внешне, но, увы, без на­ме­ка на со­дер­жа­ние. Боль­шую часть Ма­не­жа за­ни­ма­ет «Dior Couture» — про­ект со­вре­мен­но­го гу­ру ре­клам­ной и fashion­фо­то­гра­фии Пат­ри­ка Де­мар­ше­лье. Пла­тья 1950-х го­дов, вре­ме­ни рас­цве­та до­ма Dior, на­де­тые на со­вре­мен­ных мо­де­лей, столь яв­но про­иг­ры­ва­ют ори­ги­наль­ным ста­рым съем­кам, что ста­но­вит­ся обид­но за обо­их — и за при­ду­мав­ше­го жен­щи­ну-цве­ток Кри­сти­а­на Ди­о­ра, и за Де­мар­ше­лье. Ря­дом, за вре­мен­ной пе­ре­го­род­кой, Му­зей ди­зай­на Барселоны по­ка­зы­ва­ет ре­зуль­тат два­дца­ти лет ра­бо­ты в ин­ду­стрии мо­ды ис­пан­ца Ма­ну­э­ля Оу­ту­му­ро. Вме­сто ис­кус­ства фо­то­гра­фии от вы­став­ки оста­ет­ся ощу­ще­ние ка­та­ло­га одеж­ды — вот жа­кет от Armani, а вот платье Sonia Rykiel. Мож­но со­ста­вить виш-лист и от­прав­лять­ся за по­куп­ка­ми. По­след­ний раз­дел вы­став­ки «Фраг­мен­ты» по­свя­щен ста­рым ки­но­филь­мам, вдох­нов­ляв­шим фо­то­гра­фа. Од­на­ко нет, как ока­за­лось, луч­ше­го спо­со­ба «убить» со­вре­мен­ную мо­дель, чем за­ста­вить ее пе­ре­во­пло­тить­ся в Од­ри Хе­п­берн или Мар­лен Дит­рих, — срав­не­ние с ве­ли­ки­ми не в поль­зу но­во­яв­лен­ных ге­ро­инь и на­по­ми­на­ет проекты Ека­те­ри­ны Рож­де­ствен­ской.

На­ко­нец, тре­тий блок в Ма­не­же от­дан вы­став­ке «Красота в XXI ве­ке. Муж­чи­ны меч­ты. Жен­щи­ны меч­ты». Здесь все, о ком при­ня­то взды­хать в по­след­ние пол­то­ра де­ся­ти­ле­тия, — от Джор­джа Клу­ни и Зи­не­ди­на Зи­да­на до Ба­ра­ка Оба­мы и Бран­джо­ли­ны (Бре­да Пи­та и Ан­дже­ли­ны Джо­ли), сня­тых звез­да­ми фо­то­гра­фии вро­де Бет­ти­ны Реймс, На­та­ни­э­ля Гол­дбер­га и Дэ­ви­да Ля­ша­пе­ля. Од­на­ко, как это ча­сто бы­ва­ет, вы­став­ки, рас­счи­тан­ные на воз­буж­де­ние ос­нов­ных ин­стинк­тов, на де­ле не вы­зы­ва­ют по­чти ни­ка­ких эмо­ций. Хо­тя пре­крас­но ил­лю­стри­ру­ют со­вре­мен­ный миф о кра­со­те, по­став­лен­ный в за­го­ло­вок би­ен­на­ле.

Пи­щу для раз­мыш­ле­ний о кра­со­те да­ют дру­гие экс­по­зи­ции. На­при­мер, «Ба­буш­ки» Иго­ря Га­ва­ра — по­пыт­ка уви­деть кра­со­ту и стиль в об­ра­зах жен­щин то­го воз­рас­та, ко­то­ро­го, су­дя по кар­тин­кам из жур­на­лов и с те­ле­экра­на, в на­шей стране не су­ще­ству­ет во­все. Или вы­став­ка фо­то­гра­фа из Ма­ли Сей­ду Кей­та (про­хо­дит в МАММ), сни­мав­ше­го в сто­лич­ной сту­дии в 1940–1950-е го­ды па­рад­ные порт­ре­ты про­стых ма­лий­цев — в на­ряд­ных пла­тьях на фоне од­но­тон­но­го за­на­ве­са или пест­ро­го зад­ни­ка с нехит­ры­ми ат­ри­бу­та­ми вро­де ра­дио, цвет­ка или те­ле­фо­на. В на­ча­ле 1990-х фран­цуз­ский ис­кус­ство­вед Ан­дре Ма­нин, го­то­вив­ший вы­став­ку аф­ри­кан­ско­го ис­кус­ства, слу­чай­но на­шел сним­ки Кей­та и в од­но мгно­ве­ние сде­лал из вы­шед­ше­го на пен­сию фо­то­гра­фа звез­ду ми­ро­во­го мас­шта­ба — эс­те­ти­ка его ра­бот при­во­дит в вос­торг кол­лек­ци­о­не­ров по обе сто­ро­ны Ат­лан­ти­ки. ■

Сей­ду Кей­та. «Без на­зва­ния», 1952–1955

Алек­сандр Род­чен­ко. Из се­рии «Ли­ля Брик. Пу­те­ше­ствие из Моск­вы в Ле­нин­град», 1929

До­ра Ма­ар. «Ас­сиа», 1934. Из про­ек­та «Это Па­риж!»

На­та­ни­эль Гол­дберг. «Без на­зва­ния», 2007. Из про­ек­та «Красота в XXI ве­ке. Муж­чи­ны меч­ты. Жен­щи­ны меч­ты»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.