«В Рос­сии строй­ка по­лу­ча­ет­ся безум­но до­ро­гой»

Ар­хи­тек­тор Юлий Бо­ри­сов о том, по­че­му в Рос­сии так слож­но и до­ро­го стро­ить

Ekspert - - РУССКИЙ БИЗНЕС -

Все уже при­вык­ли к то­му, что рос­сий­ская ар­хи­тек­ту­ра не слиш­ком ра­ду­ет. Несмот­ря на де­ся­ти­ле­тие стро­и­тель­но­го бу­ма, ше­дев­ров не по­яви­лось. Да и про­сто ка­че­ствен­ной ар­хи­тек­ту­ры очень ма­ло. С этим уже все сми­ри­лись. Од­на­ко, при­е­хав, на­при­мер, на вы­став­ку недви­жи­мо­сти MIPIM, за­но­во ост­ро ощу­ща­ешь: на­ши ар­хи­тек­тур­ные про­ек­ты зна­чи­тель­но ху­же не толь­ко за­пад­но­ев­ро­пей­ских, но и араб­ских с ту­рец­ки­ми. И опять ста­но­вит­ся обид­но.

Мо­жет, наш кли­мат вли­я­ет на ар­хи­тек­ту­ру? По­че­му ми­ро­вые starchitec­ts успеш­но стро­ят по всей пла­не­те, но так и не смог­ли ни­че­го воз­ве­сти у нас? Ка­ков ста­тус рос­сий­ско­го ар­хи­тек­то­ра и по­че­му каж­дый про­ект для него — сра­же­ние? Об этом мы по­го­во­ри­ли с ру­ко­во­ди­те­лем бю­ро UNK project ар­хи­тек­то­ром Юли­ем Бо­ри­со­вым. Его бю­ро, ко­то­рое недав­но по­бе­ди­ло в кон­кур­сах на про­ек­ти­ро­ва­ние нового зда­ния в Москве-Си­ти и квар­та­ла в Скол­ко­ве, ста­но­вит­ся од­ним из ли­де­ров новой вол­ны на ар­хи­тек­тур­ном рын­ке.

«Вкла­ды­вать­ся в ар­хи­тек­ту­ру не бы­ло смыс­ла» — Де­ся­ти­лет­ний ин­ве­сти­ци­он­ный бум в Рос­сии по­чти не дал ка­че­ствен­ной ар­хи­тек­ту­ры. По­че­му?

— От­ве­чу во­про­сом на во­прос: а за­чем? Ко­гда пал­ку во­ткну­ли в кот­ло­ван и уже на­ча­лись про­да­жи, за­чем вкла­ды­вать­ся в ар­хи­тек­ту­ру? Ка­кой смысл?

— Во всем ви­но­ват де­фи­цит?

— По­ка на­ду­вал­ся пу­зырь недви­жи­мо­сти, не бы­ло ни­ка­ких эко­но­ми­че­ских сти­му­лов, что­бы вкла­ды­вать­ся в ар­хи­тек­ту­ру. Мно­гие объ­ек­ты стро­и­лись спе­ку­ля­тив­ным ме­то­дом: од­ни ин­ве­сто­ры до­бы­ва­ли зе­мель­ный уча­сток, пе­ре­про­да­ва­ли вто­рым, те де­ла­ли про­ект и раз­ре­ше­ния, пе­ре­про­да­ва­ли тре­тьим. Про­ек­ты бы­ли про­дук­том, ка­че­ство ко­то­ро­го ни­ко­му не важ­но.

— Раз­ве ка­че­ствен­ная ар­хи­тек­ту­ра не по­вы­ша­ет сто­и­мость недви­жи­мо­сти?

— Пробле­ма в том, что на рын­ке мно­го де­ве­ло­пе­ров, ре­а­ли­зу­ю­щих пер­вый-вто­рой про­ект. Они пло­хо по­ни­ма­ют, что де­ла­ют. Это как с за­го­род­ны­ми до­ма­ми: луч­ший дом, ко­то­рый ты стро­ишь се­бе, тре­тий. В пер­вый ты вкла­ды­ва­ешь всю ду­шу, весь свой бред. На вто­ром на­чи­на­ешь ди­ко эко­но­мить. К тре­тье­му до­му уже раз­би­ра­ешь­ся в во­про­се, и дом по­лу­ча­ет­ся сба­лан­си­ро­ван­ным. С де­ве­ло­пе­ра­ми то же са­мое: толь­ко по­сле тре­тье­го объ­ек­та они по­лу­ча­ют до­ста­точ­ный опыт и зна­ния. Ду­маю, толь­ко пе­ред кри­зи­сом 2008 го­да у за­строй­щи­ков ста­ло скла­ды­вать­ся по­ни­ма­ние ар­хи­тек­ту­ры.

— А се­го­дня?

— По­сле кри­зи­са си­ту­а­ция прин­ци­пи­аль­но из­ме­ни­лась. Де­фи­ци­та нет, жи­лье не до­ро­жа­ет. Лю­ди ста­ли бо­лее тре­бо­ва­тель­ны­ми. Де­ве­ло­пе­ры по­ни­ма­ют, что то­вар дол­жен быть ка­че­ствен­ным. В верх­нем сег­мен­те уже обя­за­тель­но при­гла­шать или ка­че­ствен­ных рос­сий­ских ар­хи­тек­то­ров, или за­пад­ных звезд.

Но и в ниж­нем сег­мен­те за­строй­щи­ки на­чи­на­ют вкла­ды­вать­ся в ар­хи­тек­ту­ру, в бла­го­устрой­ство. Но как это про­ис­хо­дит сей­час? Де­ве­ло­пе­ры за­ка­зы­ва­ют кон­цеп­цию у ка­че­ствен­ных ар- хи­тек­то­ров. Это недо­ро­го: кон­цеп­цию мож­но за­ка­зать, услов­но го­во­ря, за мил­ли­он руб­лей. За эти день­ги се­рьез­ное бю­ро сде­ла­ет кон­цеп­цию, где бу­дут идея, ге­не­раль­ный план, ос­нов­ные ре­ше­ния. По­том, что­бы сэко­но­мить, за­строй­щик на ко­лен­ке, с по­мо­щью де­ше­вых про­ек­ти­ров­щи­ков до­де­лы­ва­ет про­ект. По­лу­ча­ет­ся та­кой про­дукт no-name: вро­де как мод­нень­ко, осо­бен­но на фо­то­гра­фи­ях в ре­кла­ме. Ко­гда по­стро­ят, ста­нет вид­но, что идея вро­де есть, но в де­та­лях не то. Ду­маю, на сле­ду­ю­щем эта­пе, че­рез три-че­ты­ре го­да, де­ве­ло­пе­ры пой­мут: луч­ше, что­бы ав­то­ры до­во­ди­ли про­ект до кон­ца, — про­дукт бу­дет на­мно­го ка­че­ствен­нее.

Starchitec­ts и дорогая рос­сий­ская строй­ка

— До кри­зи­са все притц­ке­ров­ские ла­у­ре­а­ты, от Нор­ма­на Фо­сте­ра до За­хи Ха­дид, мно­го раз при­ез­жа­ли в Россию, что-то про­ек­ти­ро­ва­ли. Но — и это уди­ви­тель­но — так ни­че­го и не по­стро­и­ли. В чем за­гад­ка?

— Да, ни­кто не по­стро­ил. Здесь я ви­жу со­че­та­ние трех ве­щей. Во-пер­вых, мен­таль­ная пробле­ма. Рус­ские счи­та­ют, что раз они за­ра­бо­та­ли мно­го де­нег, то раз­би­ра­ют­ся во всем, вклю­чая ар­хи­тек­ту­ру. Та­кая по­зи­ция ко­ро­бит звезд, они к та­ко­му не при­вык­ли. Во-вто­рых, есть на­ши нор­мы, ко­то­рые по­бо­роть невоз­мож­но. В раз­ви­тых стра­нах си­сте­ма по­нят­на, в от­ста­лых стра­нах звез­ды стро­ят по сво­им нор­мам. А у нас им с уни­каль­ны­ми про­ек­та­ми очень слож­но. Это как ска­зать: «А по­строй­те нам “Лам­бор­ги­ни”, ко­то­рый мо­жет ез­дить и по гря­зи». Ино­стран­цы бе­рут­ся, но по­лу­ча­ет­ся в ито­ге что-то стран­ное. До­ро­ги — это на­ша нор­ма­тив­ная ба­за. Ко­неч­но, сна­ча­ла на­до сде­лать до­ро­ги, что­бы по ним мож­но бы­ло на уни­каль­ных ма­ши­нах ез­дить. В-тре­тьих, на­до учи­ты­вать, что в Рос­сии лю­бой про­ект об­хо­дит­ся на­мно­го до­ро­же, чем в Ев­ро­пе.

— Но на строй­ках ведь ра­бо­та­ют ми­гран­ты. От­ку­да вы­со­кая се­бе­сто­и­мость?

— Фонд опла­ты тру­да ра­бо­чих не са­мая боль­шая ста­тья рас­хо­дов на строй­ке. До­ро­ги ма­те­ри­а­лы и ме­ха­ни­за­ция. Да, ра­бо­чие немно­го по­лу­ча­ют, но у них на­столь­ко низ­кая про­из­во­ди­тель­ность тру­да, что не факт, что на еди­ни­цу про­из­во­ди­мой про­дук­ции это бу­дет де­ше­во. Тем бо­лее ес­ли счи­тать с уче­том ка­че­ства и га­ран­тий.

У нас сто­и­мость стро­и­тель­ства зна­чи­тель­но вы­ше из-за кли­ма­та. На­до боль­ше утеп­лять, боль­ше «ин­же­нер­ки» раз­ной ста­вить. В Ев­ро­пе мо­гут при­ме­нить «зе­ле­ные» тех­но­ло­гии на есте­ствен­ной вен­ти­ля­ции и до­ба­вить немнож­ко теп­лых по­лов. У нас — се­рьез­ные до­ро­гие си­сте­мы, ко­то­рые зи­мой бо­рют­ся с хо­ло­дом, а ле­том с теп­лом.

На­ши стро­и­тель­ные нор­мы мо­гут до­бав­лять 30–40 про­цен­тов к ев­ро­пей­ской сто­и­мо­сти. На­при­мер, в пар­кин­ге на­до мас­су ве­щей ненуж­ных сде­лать в плане про­ти­во­по­жар­ной без­опас­но­сти. Сде­лать ку­чу об­ход­ных ко­ри­до­ров и от­дель­ные пан­ду­сы, про­вет­ри­ва­ние обес­пе­чить, по­ста­вить ку­чу ин­же­не­рии. Я не знаю, по­че­му пар­кин­ги не взры­ва­ют­ся и не го­рят в Ев­ро­пе, но там они на­мно­го про­ще. Мож­но пред­по­ло­жить, что ко­гда у нас за­став­ля­ют де­лать мно­же­ство лиш­них ве­щей, то рас­чет та­кой: в усло­ви­ях ужас­ной экс­плу­а­та­ции объ­ек­та все рав­но

боль­шин­ство си­стем бу­дет в нера­бо­чем со­сто­я­нии, но хоть что-то сра­бо­та­ет.

На­ко­нец, мы стро­им зда­ния из им­порт­ных ком­плек­ту­ю­щих. В офи­се клас­са А фа­са­ды на 50 про­цен­тов из им­порт­ных ма­те­ри­а­лов. Ин­же­нер­ное обо­ру­до­ва­ние то­же на­по­ло­ви­ну им­порт­ное, в ин­те­рье­рах 70 про­цен­тов им­порт­ных ма­те­ри­а­лов. Толь­ко сей­час на­ча­лась ло­ка­ли­за­ция про­из­водств в Рос­сии: стек­ла хо­ро­шие ста­ли де­лать, про­фи­ли, от­де­лоч­ные ма­те­ри­а­лы. Но по­сколь­ку все при­вык­ли к вы­со­ко­до­ход­но­му биз­не­су, то и ло­каль­ные ма­те­ри­а­лы очень до­ро­ги — про­из­во­ди­те­лю же на­до быст­ро оку­пить за­пад­ное обо­ру­до­ва­ние. Российские ма­те­ри­а­лы мо­гут быть на 30 про­цен­тов до­ро­же, чем в Ев­ро­пе. Им­порт­ные — на все 100 про­цен­тов, с уче­том до­став­ки и рас­та­мож­ки. Бе­тон на пи­ке олим­пий­ской строй­ки в Со­чи сто­ил как в Ев­ро­пе. Ар­ма­ту­ру вез­ли из Аф­ри­ки — из Егип­та. В ре­зуль­та­те стро­и­тель­ство по­лу­ча­ет­ся в Рос­сии безум­но дорогое.

— Не очень все-та­ки по­нят­но, как вы­со­кая сто­и­мость стро­и­тель­ства свя­за­на с тем, что ино­стран­ные звез­ды ни­че­го не смог­ли здесь по­стро­ить.

— На­шим ин­ве­сто­рам нуж­но бы­ло, что­бы срок оку­па­е­мо­сти ин­ве­сти­ций был три-пять лет, при этом яс­но, что строи-

тель­ство дорогое. На чем эко­но­мить? На ин­же­нер­ных се­тях и строй­ке осо­бо не сэко­но­мишь. Оста­ет­ся ар­хи­тек­ту­ра. У звезд­ных ар­хи­тек­то­ров она дорогая, ее на­чи­на­ют безум­но упро­щать. А ар­хи­тек­то­ры с име­нем при­вык­ли, что стро­ит­ся так, как они ри­су­ют. На­чи­на­ют­ся скан­да­лы. Вс­пом­ни­те ис­то­рию Эри­ка ван Эге­ра­ата. Он на­ри­со­вал слож­ные фа­са­ды для небо­скре­ба за­строй­щи­ка «Ка­пи­тал групп», те все упро­сти­ли. Эге­ра­ат по­дал в суд и вы­иг­рал.

— У ме­ня есть своя вер­сия на этот счет. Ду­маю, мно­гие российские де­ве­ло­пе­ры и не со­би­ра­лись стро­ить по про­ек­там звезд. Они ис­поль­зо­ва­ли то­го же Нор­ма­на Фо­сте­ра для пи­а­ра и как та­ран, что­бы вла­сти раз­ре­ши­ли ка­кую-то наг­лую строй­ку, со­гла­со­ва­ли боль­шую этаж­ность. Ведь Луж­ков Фо­сте­ру не от­ка­жет.

— Воз­мож­но, та­кой мо­мент то­же был. Но, вс­пом­ни­те, мно­гие де­ве­ло­пе­ры пе­ред кри­зи­сом по­те­ря­ли ощу­ще­ние ре­аль­но­сти. Я был на вы­став­ке MIPIM в 2008 го­ду, ко­гда По­лон­ский вы­сту­пил со сво­ей зна­ме­ни­той ре­чью. В Кан­нах лю­бой рос­сий­ский го­ро­диш­ко по­ка­зы­вал про­ек­ты небо­скре­бов от Фо­сте­ра. Пом­ню, смот­рел один про­ект в До­мо­де­до­ве и по­ни­мал, что это невоз­мож­но. Во-пер­вых, небо­скреб бу­дет по­па­дать в зо­ну взле­та аэро­пор­та. Во-вто­рых, там во­круг да­чи и ого­ро­ды. Но вы­сту­па­ет мэр го­ро­да и го­во­рит, что все по­стро­им. Кри­зис все эти про­ек­ты смо­ло­тил, за­строй­щи­ки сра­зу опу­сти­лись на зем­лю.

— В Рос­сии до сих пор не сти­ха­ют кри­ки «не пус­кать ино­стран­цев на наш ры­нок». Как вы к это­му от­но­си­тесь?

— Идея «устра­ним ино­стран­цев с на­ше­го рын­ка» вы­гля­дит смеш­но. От­мо­тав ис­то­рию на­зад, мы уви­дим, что на­ши взле­ты во мно­гом свя­за­ны с ино­стран­ца­ми. Вот в Моск­ву ита­льян­цев за­вез­ли, и они по­стро­и­ли Кремль. Пе­тер­бург ино­стран­цы стро­и­ли. Вы­сот­ки ста­лин­ские со­дра­ли, по­слав ар­хи­тек­то­ров в Аме­ри­ку. На­ши пя­ти­этаж­ки по­сле­во­ен­ные ро­дом из Ев­ро­пы, от­ту­да при­шли идеи ин­ду­стри­аль­но­го до­мо­стро­е­ния.

Я до­ста­точ­но трез­во оце­ни­ваю ар­хи­тек­тур­ную тра­ди­цию рос­сий­ских зод­чих. Очень мно­го за­им­ство­ва­ний. Да, мы в ка­ких-то от­рас­лях, на­при­мер в де­ре­вян­ном зод­че­стве, до­стиг­ли вы­сот — Ки­жи и про­чее. Но ес­ли взять, к при­ме­ру, де­вя­тый век, го­ти­че­ские со­бо­ры в Гер­ма­нии или по­строй­ки Бар­се­ло­ны, и по­том срав­нить, что де­ла­лось в это вре­мя в Рос­сии, то от­ста­ва­ние ко­лос­саль­ное. И сей­час мы то­же при­мер­но так же от­ста­ем.

Толч­ки у нас все вре­мя бы­ли извне — из Ев­ро­пы или из Аме­ри­ки. И эти толч­ки про­во­ци­ро­ва­лись вла­стью. Ар­хи­тек­ту­ра бы­ла ин­стру­мен­том для де­мон­стра­ции до­сти­же­ний вла­сти, ее ви­зу­аль­ной иден­ти­фи­ка­ции. Во­об­ще, ар­хи­тек­ту­ра — это та­кая иг­руш­ка для ко­ро­лей. Ду­маю, про­рыв мог бы быть, ес­ли бы го­су­дар­ство ска­за­ло: «Это пе­ре­до­вая вещь, ко­то­рая

«Ар­хи­тек­ту­ра — это та­кая иг­руш­ка для ко­ро­лей. Она слу­жит ин­стру­мен­том для де­мон­стра­ции до­сти­же­ний вла­сти, ее ви­зу­аль­ной иден­ти­фи­ка­ции. У нас мог­ло бы быть раз­ви­тие, ес­ли бы вла­сти ска­за­ли: “Ар­хи­тек­ту­ра – это пе­ре­до­вая вещь, ко­то­рая озна­ча­ет про­рыв для Рос­сии”. К со­жа­ле­нию, у нас в по­след­ние де­ся­ти­ле­тия, ес­ли не брать Луж­ко­ва, вы­со­кая власть не при­да­ет это­му зна­че­ния»

озна­ча­ет про­рыв для Рос­сии». К со­жа­ле­нию, у нас в по­след­ние де­ся­ти­ле­тия, ес­ли не брать Луж­ко­ва, вы­со­кая власть не осо­бо при­да­ва­ла это­му зна­че­ние. Лег­кая по­пыт­ка бы­ла у Мед­ве­де­ва со Скол­ко­вом, хо­те­ли сде­лать что-то ин­но­ва­ци­он­ное, но это быст­ро как-то стих­ло. Узо­ро­чье как на­ци­о­наль­ная идея — Мож­но ли го­во­рить о ка­кой-то рус­ской идее в ар­хи­тек­ту­ре?

— Ко­неч­но, у нас есть рус­ская на­ци­о­наль­ная школа. Это узо­ро­чье. Вот сто­ит из­ба. Она мо­жет быть не очень ком­форт­ная, где-то по­ко­си­лась, но на­лич­ни­ки сде­ла­ны с ди­кой лю­бо­вью. Из­ба укра­ше­на.

Сравним с Гер­ма­ни­ей. Немец­кие зда­ния сред­не­го уров­ня очень доб­рот­ны, фа­сад про­слу­жит без ре­мон­та лет трид­цать, но при этом сна­ру­жи они вы­гля­дят ас­ке­тич­но, убо­гень­ко. Та­кие очень ка­че­ствен­ные ка­зар­мы. Все ак­ку­рат­нень­ко, ни­кто не бро­са­ет де­нег на ве­тер. У нас же боль­ше вло­жат в ка­кие-то укра­ша­тель­ства, в то, что­бы пыль в гла­за пу­стить, но ни­как не в дол­го­веч­ность зда­ния или тех­но­ло­ги­че­ские ка­кие-то ню­ан­сы.

— Но сей­час осо­бо­го укра­ша­тель­ства вро­де бы не вид­но.

— А при Луж­ко­ве сколь­ко шпи­лей и ба­ше­нок сде­ла­но? Это бы­ло укра­ша­тель­ство в луж­ков­ском сти­ле. Сей­час дру­гая тен­ден­ция: на­до со­вре­мен­ные фа­са­ди­ки укра­сить. Укра­ша­тель­ство как на­ци­о­наль­ная чер­та свя­за­но, на­вер­ное, с тем, что боль­шую часть вре­ме­ни у нас мрач­но и хо­лод­но. И нам на­до что-то та­кое ду­шев­но, ка­кие-то цветные де­та­ли.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.