Нуж­на ли на­у­ка Ро­дине

За­ня­тие на­у­кой не тер­пит фор­ма­лиз­ма и от­сут­ствия драй­ва. По­это­му во­прос не в том, кто воз­гла­вит Ака­де­мию на­ук. Во­прос в том, как ре­шить­ся дать мо­ло­дым уче­ным карт-бланш и как со­здать для них цель

Ekspert - - НАУКА И ТЕХНОЛОГИИ -

–Оси­ту­а­ции с от­стра­не­ни­ем [пре­зи­ден­та Рос­сий­ской ака­де­мии на­ук Вла­ди­ми­ра] Фор­то­ва я узнал лишь в об­щих чер­тах — из прес­сы и от двух-трех зна­ко­мых лю­дей, близ­ких к пре­зи­ди­у­му ака­де­мии, — го­во­рит кри­стал­ло­граф Ар­тем Ога­нов, чьи груп­пы в Москве и НьюЙор­ке по­сто­ян­но пуб­ли­ку­ют но­вые уди­ви­тель­ные ре­зуль­та­ты о пред­ска­за­нии струк­тур но­вых хи­ми­че­ских со­еди­не­ний. — Не­по­нят­ная ис­то­рия, но я этой те­мой не ин­те­ре­су­юсь и по­со­ве­то­вал бы и дру­гим лю­дям, ко­то­рые пря­мо в эту ис­то­рию ни­как не во­вле­че­ны, то­же не ин­те­ре­со­вать­ся. По­то­му что к на­у­ке это не име­ет ни­ка­ко­го от­но­ше­ния. По­хо­же, мы ви­дим раз­бор­ки меж­ду раз­лич­ны­ми управ­лен­ца­ми и их пла­на­ми.

Ар­тем Ога­нов мо­жет се­бе поз­во­лить не ин­те­ре­со­вать­ся ве­дом­ствен­ным кон­флик­том. Он — один из тех уче­ных, ко­то­рые сде­ла­ли мощ­ную ка­рье­ру на За­па­де, смот­ре­ли на для­ще­е­ся уже чет­верть ве­ка непро­дук­тив­ное про­ти­во­сто­я­ние пра­ви­тель­ства и РАН со сто­ро­ны и смог­ли вер­нуть­ся в Рос­сию бла­го­да­ря пра­ви­тель­ствен­ной про­грам­ме «ме­га­гран­тов» (круп­ных гран­тов для на­уч­ных групп, ча­сто меж­ду­на­род­ных) в пе­ре­лом­ном 2013 го­ду.

Тот год был шо­ко­вым для рос­сий­ских на­уч­ных со­об­ществ, год на­ча­ла «ре­фор­мы РАН» и про­те­стов уче­ных про­тив за­ку­лис­но­го и экс­трен­но­го при­ня­тия ре­ше­ния, фак­ти­че­ски упразд­ня­ю­ще­го трех­сот­лет­нюю ака­де­мию.

— В про­те­стах объ­еди­ни­лись все — и вы­да­ю­щи­е­ся уче­ные, и те, кто про­сто бес­по­ко­ил­ся за свое ме­сто, — вспо­ми­на­ет фи­зик Бо­рис Штерн, ко­то­рый на про­тя­же­нии мно­гих лет по­мо­га­ет ор­га­ни­зо­вы­вать по­чти все об­ще­ствен­ные ини­ци­а­ти­вы уче­ных, вклю­чая Об­ще­ство на­уч­ных ра­бот­ни­ков, воз­ник­шее на волне про­те­стов. — Бо­юсь, что сей­час та­ко­го не бу­дет уже.

Ис­то­рия раз­ви­тия рос­сий­ской на­у­ки с 2013 го­да по се­го­дняш­ний день пол­на про­ти­во­ре­чий. Имен­но в 2013 го­ду на­чи­на­ет­ся до­воль­но при­лич­ный рост чис­ла пуб­ли­ка­ций, ци­ти­ру­е­мых в ми­ро­вых жур­на­лах. По­сле па­де­ния в

на­ча­ле 2000-х и стаг­на­ции в се­ре­дине де­ся­ти­ле­тия на уровне чуть боль­ше 30 тыс. (по ба­зе Web of Science) он до­стиг ис­то­ри­че­ско­го мак­си­му­ма в 2015 го­ду — 40,1 тыс. пуб­ли­ка­ций. 2016 год по­ка­жет даль­ней­ший ди­на­мич­ный рост, но этот рост про­ис­хо­дит на фоне сни­же­ния фи­нан­си­ро­ва­ния фун­да­мен­таль­ных на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний.

Со­глас­но оцен­кам из­вест­но­го уче­но­го и общественн­ого ак­ти­ви­ста в борь­бе за ра­зум­ную ре­фор­му на­у­ки Ев­ге­ния Они­щен­ко, да­же с уче­том раз­ных ста­тей рас­хо­дов на на­у­ку па­де­ние су­ще­ствен­ное. Мак­си­маль­но­го уров­ня (380 млрд руб­лей в год) бюд­жет­ное фи­нан­си­ро­ва­ние граж­дан­ской на­у­ки в Рос­сии до­стиг­ло в 2013–2014 го­дах. В 2016 го­ду рас­хо­ды на граж­дан­ские ис­сле­до­ва­ния и раз­ра­бот­ки со­ста­ви­ли при­мер­но 300 млрд руб­лей, что на 14% мень­ше, чем в 2015-м.

Го­су­дар­ство да­ет опре­де­лен­ное ко­ли­че­ство по­зи­тив­ных сиг­на­лов, в част­но­сти о под­держ­ке ак­тив­ных на­уч­ных групп с ми­ро­вым име­нем, гран­то­вых про­грамм. Вла­ди­мир Пу­тин в май­ских ука­зах го­во­рил о ро­сте фи­нан­си­ро­ва­ния на­у­ки и был яв­но за­ин­те­ре­со­ван в на­у­ке в свя­зи с иде­ей но­вой ин­ду­стри­а­ли­за­ции. В стране уже по­чти со­зрел драйв воз­рож­де­ния на­у­ки, но ре­а­ли­зу­ет­ся он толь­ко на от­дель­ных ост­ров­ках. Почему?

Кон­фликт пра­вил

— На­не­сен урон ре­пу­та­ции не толь­ко Ака­де­мии на­ук, но и всем дей­ству­ю­щим сто­ро­нам, в том чис­ле вла­стям, — го­во­рит в ин­тер­вью «Рус­ско­му ре­пор­те­ру» ака­де­мик Алек­сей Хох­лов, про­рек­тор МГУ, зна­ме­ни­тый фи­зик, клас­сик фи­зи­ки по­ли­ме­ров. Он из тех боль­ших уче­ных, кто ни­ко­гда не вста­вал во фрон­ду пра­ви­тель­ству и при­зы­вал к ре­фор­мам РАН, бо­лее то­го, он воз­глав­ля­ет Об­ще­ствен­ный со­вет по на­у­ке при ми­ни­стер­стве. Тем не ме­нее и на него ка­ва­ле­рий­ские ме­то­ды ре­фор­ми­ро­ва­ния про­из­во­дят гне­ту­щее впечатлени­е. — Нель­зя так дей­ство­вать! Ка­кие-то смеш­ные при­дир­ки к про­це­ду­ре. Ни­ко­гда та­ко­го не бы­ло, это я знаю точ­но. У ме­ня отец ака­де­мик и дед ака­де­мик. Дед

из­би­рал­ся в 1943 го­ду, во вре­мя вой­ны. В том же го­ду, на­при­мер, Кур­ча­тов не про­шел в ака­де­мию, а он был там очень ну­жен. Но да­же при Ста­лине ни­ко­му и в го­ло­ву не при­хо­ди­ло фаль­си­фи­ци­ро­вать го­ло­са за Кур­ча­то­ва или ме­нять про­це­ду­ру. То, что у нас сей­час про­изо­шло, со­вер­шен­но недо­стой­но.

— Фор­тов был слиш­ком са­мо­сто­я­тель­ным. А этим ре­бя­там ну­жен свой че­ло­век, — го­во­рит Бо­рис Штерн. — А свой че­ло­век — это сто­рон­ник ди­рек­то­ра Кур­ча­тов­ско­го цен­тра. Я ду­маю, что из всех кан­ди­да­тов боль­ше всех под­хо­дил на эту роль ака­де­мик Вла­ди­слав Пан­чен­ко.

Рос­сий­ское го­су­дар­ство вос­ста­нав­ли­ва­лось с 2000-х го­дов в руч­ном ре­жи­ме, уста­нав­ли­вая мо­но­по­лию на ад­ми­ни­стра­тив­ный контроль — «вертикаль вла­сти». Так бы­ло вез­де, и с «рав­но­уда­ле­ни­ем» оли­гар­хов, и с под­чи­не­ни­ем ре­ги­о­наль­ных ли­де­ров, но толь­ко РАН до 2013 го­да управ­ля­ла ре­сур­са­ми непро­зрач­но для вертикали. По­сле ре­фор­мы эти ре­сур­сы бы­ли пе­ре­да­ны Фе­де­раль­но­му агент­ству на­уч­ных ор­га­ни­за­ций (ФАНО), но ака­де­мия пы­та­лась вли­ять на по­ли­ти­ку.

Ны­неш­няя си­сте­ма управ­ле­ния воз­ник­ла под на­тис­ком угроз и в ат­мо­сфе­ре недо­ве­рия: все кор­рум­пи­ро­ва­ны, до­ве­рять ни­ко­му нель­зя. От­сю­да идея ги­пер­кон­тро­ля, по­нят­ная, но уби­ва­ю­щая са­мо­сто­я­тель­ность.

— На­уч­ное ру­ко­вод­ство в ин­сти­ту­тах све­лось к несколь­ким ви­дам де­я­тель­но­сти: пла­нам и от­че­там, — го­во­рит вы­да­ю­щий­ся уче­ный-аст­ро­фи­зик Ва­ле­рий Ру­ба­ков, пер­вый из ака­де­ми­ков«от­каз­ни­ков», вы­сту­пив­ших с про­те­стом про­тив ре­фор­мы 2013 го­да. — Вме­сто ра­бо­ты ди­рек­то­ра сей­час за­ня­ты тем, что все вре­мя бе­га­ют в ФАНО: кры­ша сло­ма­лась или есть пред­ло­же­ние о но­вых на­уч­ных про­ек­тах — все ре­аль­ные ры­ча­ги управ­ле­ния на­хо­дят­ся там.

Но кро­ме идеи ги­пер­кон­тро­ля ат­мо­сфе­ра недо­ве­рия по­рож­да­ет стиль управ­ле­ния че­рез неболь­шое ко­ли­че­ство при­бли­жен­ных лиц.

На управ­ле­ние на­у­кой со сто­ро­ны выс­ше­го эше­ло­на эли­ты дав­но пре­тен­ду­ет Ми­ха­ил Ко­валь­чук, ко­то­рый од­но-

вре­мен­но ру­ко­во­дит Кур­ча­тов­ским цен­тром. Но для то­го, что­бы стать ли­де­ром воз­рож­де­ния на­у­ки, ну­жен не толь­ко карт-бланш ру­ко­вод­ства, но и до­ве­рие со сто­ро­ны на­уч­ных со­об­ществ. Гру­бо го­во­ря, ак­тив­ные рос­сий­ские уче­ные боль­ше не в «ша­раш­ках», они ра­бо­та­ют в боль­шом ми­ре, при­вык­ли к сво­бо­де, к чест­ным пра­ви­лам иг­ры, на них про­из­во­дет гне­ту­щее впечатлени­е лю­бое по­до­зре­ние в нечест­ной иг­ре, ко­гда за на­уч­ные про­ек­ты вы­да­ют фик­тив­ную де­я­тель­ность, неспо­соб­ную прой­ти неза­ви­си­мую экс­пер­ти­зу.

Конфликты ин­те­ре­сов

От кон­флик­та ин­те­ре­сов не сво­бод­ны по­чти все ли­де­ры на­у­ки, в том чис­ле РАН.

— Ака­де­мию на­ук бук­валь­но разъ­еда­ют из­нут­ри про­бле­мы кон­флик­та ин­те­ре­сов: лоб­би­ро­ва­ние сво­их на­уч­ных на­прав­ле­ний из­бран­ны­ми чле­на­ми ака­де­мии со­вер­шен­но непри­кры­то, — го­во­рит Алек­сей Хох­лов.

То же са­мое он го­то­вил­ся ска­зать на об­щем со­бра­нии РАН, но скан­дал по­ме­шал об­суж­дать со­дер­жа­ние на­у­ки.

— По­след­ние вы­бо­ры в РАН с этой точ­ки зре­ния бы­ли про­валь­ны­ми, не бы­ли из­бра­ны мно­гие ве­ду­щие уче­ные. Ока­за­лось, что чем вы­ше у кан­ди­да­та па­ра­мет­ры ци­ти­ро­ва­ния, тем мень­ше у него бы­ло шан­сов вой­ти в ака­де­мию. Это ни­ку­да не го­дит­ся. Я ду­маю, что это и по­слу­жи­ло по­след­ней кап­лей.

Конфликты ин­те­ре­сов в РАН, как, впро­чем, и в уни­вер­си­тет­ской сре­де воз­ник­ли дав­но и есте­ствен­но. Для ре­фор­ма­то­ров 1990-х ака­де­мия со «ста­ри­ка­ми» бы­ла недо­би­тым оскол­ком СССР, по­нят­но, что ака­де­ми­ки со­про­тив­ля­лись про­зрач­ной оцен­ке эф­фек­тив­но­сти

де­я­тель­но­сти ин­сти­ту­тов, а в усло­ви­ях недо­фи­нан­си­ро­ва­ния вы­нуж­де­ны бы­ли бо­роть­ся за сво­их — сво­их уче­ни­ков, свои ор­га­ни­за­ции.

По мне­нию Бо­ри­са Штер­на, уста­ре­ва­ние и при­зна­ки дрях­ле­ния со­вет­ской си­сте­мы на­у­ки бы­ли оче­вид­ны уже в на­ча­ле 1980-х.

— За­стой был вез­де, — го­во­рит он. — В 1990-е к соб­ствен­ным про­бле­мам уста­ре­ва­ния си­сте­мы до­ба­ви­лась ка­та­стро­фа с зар­пла­та­ми, ко­то­рая вы­ли­лась в ка­та­стро­фи­че­скую утеч­ку моз­гов, уеха­ла по­ло­ви­на на­уч­но­го по­тен­ци­а­ла. Остат­ки на­у­ки удер­жа­ла сво­бо­да пе­ре­дви­же­ния. На­при­мер, я остал­ся в на­у­ке, по­то­му что мог два-че­ты­ре ме­ся­ца в го­ду про­во­дить на За­па­де и за счет этих де­нег жить здесь остав­ше­е­ся вре­мя. Ина­че я дол­жен был бы уй­ти в биз­нес, как мно­гие сде­ла­ли.

Из пра­виль­ных ве­щей, ко­то­рые сде­ла­ли ре­фор­ма­то­ры на­у­ки в 1990-е, — со­зда­ние гран­то­вых на­уч­ных фон­дов, глав­ный из ко­то­рых РФФИ. Экс­пер­ти­за в нем ра­бо­та­ла от­лич­но до по­след­не­го вре­ме­ни. Идея бы­ла в том, что со­здан­ная на За­па­де си­сте­ма гран­тов на ос­но­ве неза­ви­си­мой экс­пер­ти­зы эф­фек­тив­нее, чем фи­нан­си­ро­ва­ние че­рез РАН. Ре­фор­ма­то­ры все­гда хо­те­ли оп­ти­ми­зи­ро­вать на­у­ку — сэко­но­мить на оче­вид­но сла­бых ин­сти­ту­тах и груп­пах. Тео­ре­ти­че­ски это бы­ло ра­зум­но, но толь­ко са­ма экс­пер­ти­за невоз­мож­на без уча­стия уче­ных со­об­ществ, ко­то­рые не склон­ны спо­соб­ство­вать со­кра­ще­нию кол­лег. Толь­ко сей­час у ФАНО по­явил­ся ин­ди­ка­тив­ный рей­тинг ин­сти­ту­тов, по мне­нию ака­де­ми­ка Хох­ло­ва, вме­ня­е­мый.

Но сей­час мно­гие уче­ные, в том чис­ле Алек­сей Хох­лов в сво­ем непро­чи­тан­ном до­кла­де, от­ме­ча­ют, что от­ход от ини­ци­а­тив­ных

гран­тов (ко­гда са­ми на­уч­ные кол­лек­ти­вы за­яв­ля­ют те­ма­ти­ку) к те­ма­ти­че­ским (ори­ен­ти­ро­ван­ные фун­да­мен­таль­ные ис­сле­до­ва­ния, ОФИ) по­вы­ша­ет риск кон­флик­та ин­те­ре­сов, по­беж­да­ет тот, «под ко­го» те­ма, то есть это под­ры­ва­ет са­му идею неза­ви­си­мой экс­пер­ти­зы про­ек­тов.

Все же РФФИ оста­ет­ся клю­че­вым ин­стру­мен­том под­держ­ки ма­лых ак­тив­ных групп уче­ных, наи­бо­лее ди­на­мич­ной ча­сти на­у­ки, он вы­да­ет бо­лее 9000 гран­тов в год, их по­лу­ча­ли по­чти все ак­тив­ные груп­пы в есте­ствен­ных на­у­ках, по­лу­че­ние та­ко­го гран­та — хо­ро­ший мар­кер адек­ват­но­го на­уч­но­го ка­че­ства. Но раз­мер этих гран­тов сме­хо­твор­ный — око­ло 500 тыс. руб­лей в год. На эти день­ги нель­зя сде­лать ис­сле­до­ва­ние, но это под­спо­рье к неболь­шим ака­де­ми­че­ским зар­пла­там и за­пад­ным кол­ла­бо­ра­ци­ям.

Не ме­нее де­ся­ти лет ак­тив­ные уче­ные об­суж­да­ют со­всем про­стой управ­лен­че­ский ход, спо­соб­ный быст­ро по­вы­сить ко­ли­че­ство пуб­ли­ка­ций рос­сий­ских уче­ных и при­о­ри­тет­ность рос­сий­ских со­ав­то­ров в кол­ла­бо­ра­ци­ях: на­до про­сто уве­ли­чить до сред­не­го ми­ро­во­го уров­ня раз­мер гран­та, то есть при­мер­но на по­ря­док.

Что-то в этом на­прав­ле­нии сде­ла­но. На­при­мер, от­крыт но­вый Рос­сий­ский на­уч­ный фонд (РНФ), где раз­мер гран­тов как раз при­лич­ный — мил­ли­о­ны руб­лей.

— На­сколь­ко я мо­гу су­дить, рос­сий­ская на­у­ка очень быст­ро меняется, и в ос­нов­ном в по­ло­жи­тель­ную сто­ро­ну, — го­во­рит Ар­тем Ога­нов. — До­воль­но се­рьез­но воз­рос­ли пуб­ли­ка­ци­он­ная ак­тив­ность и ка­че­ство ста­тей. Боль­шим по­зи­тив­ным из­ме­не­ни­ем ста­ло со­зда­ние

Рос­сий­ско­го на­уч­но­го фон­да, ко­то­рый да­же по ми­ро­вым мер­кам да­ет круп­ные гран­ты са­мым силь­ным на­уч­ным груп­пам и поз­во­ля­ет та­ким об­ра­зом про­во­дить про­рыв­ные ис­сле­до­ва­ния. При этом ре­цен­зи­ро­ва­ние про­ек­тов там про­во­дит­ся на са­мом про­фес­си­о­наль­ном уровне: при­вле­ка­ют­ся меж­ду­на­род­ные экс­пер­ты, ис­поль­зу­ют­ся до­ста­точ­но непред­взя­тые, объ­ек­тив­ные си­сте­мы оцен­ки, да­же в ми­ре мало где экс­пер­ти­за де­ла­ет­ся луч­ше.

С этим мож­но бы­ло бы со­гла­сить­ся, но РНФ да­ет все­го чуть бо­лее 1500 гран­тов в год.

— К то­му же для раз­ви­тия на­у­ки, — го­во­рит Бо­рис Штерн, — луч­ше все­го ра­бо­та­ют мо­биль­ные гран­ты, ко­то­рые спо­соб­ны по­лу­чить и но­вые груп­пы под но­вую за­да­чу. В РФФИ та­кие оста­лись, но гран­ты РНФ боль­ше под­хо­дят для уста­но­вив­ших­ся кол­ла­бо­ра­ций, под­дер­жи­ва­ют уже су­ще­ству­ю­щие на­прав­ле­ния.

Пуб­ли­ка­ци­он­ная ак­тив­ность рос­сий­ских уче­ных рас­тет. Глав­ная при­чи­на — сти­му­лы, ко­то­рые со­зда­ло пра­ви­тель­ство, па­ра­мет­ры оцен­ки пуб­ли­ка­ций и ци­ти­ро­ва­ния вклю­че­ны в индикаторы для ин­сти­ту­тов и ву­зов. Но ор­га­ни­за­ция рос­сий­ской на­у­ки, ес­ли смот­реть обоб­щен­но, на­хо­дит­ся на ин­те­рес­ном ис­то­ри­че­ском эта­пе. С од­ной сто­ро­ны, со­вет­ская ор­га­ни­за­ция на­у­ки уста­ре­ла еще в 1980-е и не пе­ре­стро­е­на по сей день. С дру­гой — за­пад­ная «гран­то­вая» ор­га­ни­за­ция так и не по­стро­е­на в до­ста­точ­ной ме­ре, а где по­стро­е­на, то­нет в бю­ро­кра­ти­за­ции. И уже на­чи­на­ют­ся по­пыт­ки на­крут­ки фор­маль­ных ре­зуль­та­тов. А в за­пад­ной на­у­ке тем вре­ме­нем дав­но об­суж­да­ет­ся кри­зис уже этой си­сте­мы, ее фор­ма­ли­за­ция и вы­хо­ла­щи­ва­ние,

пре­вра­ще­ние уче­ных в спе­ци­а­ли­стов по на­пи­са­нию гран­тов и от­че­тов по ним, о чем го­во­рит из­вест­ный ма­те­ма­тик Алек­сей Пар­шин, по­сто­ян­но предо­сте­ре­га­ю­щий про­тив то­го, что­бы иде­а­ли­зи­ро­вать фор­маль­ные оцен­ки тру­да уче­ных. От кри­зи­са «субъ­ек­тив­но­сти» си­сте­мы РАН ор­га­ни­за­ция рос­сий­ской на­у­ки мо­жет пе­рей­ти к кри­зи­су «объ­ек­тив­но­сти» фор­маль­ных кри­те­ри­ев, так и не при­дя в со­зна­ние.

— По­сле ре­фор­мы 2013 го­да не про­изо­шло ка­та­стро­фы, ко­то­рой все бо­я­лись, — го­во­рит Бо­рис Штерн. — Но про­изо­шли вся­кие мел­кие непри­ят­но­сти вро­де иди­от­ской, со­вер­шен­но безум­ной фор­маль­ной бю­ро­кра­тии. Нас, на­при­мер, за­став­ля­ли от­чи­ты­вать­ся о пла­нах до 2030 го­да.

Кон­фликт ста­ро­го и но­во­го

Все бю­ро­кра­ти­че­ские си­сте­мы стре­мят­ся к упро­ще­нию управ­ле­ния до ра­бо­ты с циф­ра­ми и бу­ма­га­ми, а не с людь­ми и ре­аль­ны­ми це­ля­ми. Фор­маль­ные оцен­ки ра­бо­ты на­у­ки, неза­ви­си­мая экс­пер­ти­за и це­ле­вое фи­нан­си­ро­ва­ние — про­сто ин­стру­мен­ты. А чем управ­лять?

Ос­нов­ным про­цес­сом для но­во­го рыв­ка рос­сий­ской на­у­ки мо­жет быть кад­ро­вое обновление, на клю­че­вые управ­ля­ю­щие по­зи­ции долж­ны прий­ти вы­да­ю­щи­е­ся уче­ные от­но­си­тель­но мо­ло­до­го воз­рас­та, на них долж­на опи­рать­ся ре­фор­ма — не бу­ма­га­ми управ­лять с фор­маль­ны­ми по­ка­за­те­ля­ми, а сде­лать сме­лую став­ку на ли­де­ров пе­ре­мен.

У ак­тив­ных уче­ных сред­не­го воз­рас­та, ско­рее, все нор­маль­но и с ци­ти­ро­ва­ни­ем, и с пуб­ли­ка­ци­я­ми, и с про­чи­ми фор­маль­но­стя­ми. У со­всем мо­ло­дых еще нет, но и тем и дру­гим Рос­сия мог­ла бы дать шанс на ка­рьер­ный ры­вок, ко­то­ро­го они не по­лу­чи­ли бы в лю­бой дру­гой стране. Ка­рьер­ный ры­вок не в бю­ро­кра­ти­че­ском смыс­ле, а в смыс­ле ра­бо­тать са­мо­сто­я­тель­но на соб­ствен­ном, боль­шом, от­вет­ствен­ном на­уч­ном на­прав­ле­нии.

По зар­пла­там мы все еще ни­же вся­кой воз­мож­но­сти кон­ку­ри­ро­вать и с За­па­дом, и с раз­ви­ва­ю­щи­ми­ся стра­на­ми (ко­то­рые ли­бо пе­ре­гна­ли, ли­бо пе­ре­го­ня­ют Рос­сию по ко­ли­че­ству на­уч­ных пуб­ли­ка­ций), и с биз­не­сом, и здесь на­до, по край­ней ме­ре, не про­иг­ры­вать кон­ку­рен­цию за вы­да­ю­щи­е­ся на­уч­ные кад­ры так по­зор­но. Ру­ко­во­ди­тель ФАНО Ми­ха­ил Ко­тю­ков за­явил о по­вы­ше­нии сред­ней зар­пла­ты в на­у­ке на 29%, но это не вы­зва­ло во­оду­шев­ле­ния. Во-пер­вых, по­вы­ше­ния, по оцен­ке уче­ных, не про­изо­шло, во-вто­рых, при па­да­ю­щем бюд­же­те это озна­ча­ло бы со­кра­ще­ния в ин­сти­ту­тах.

А вот ка­рьер­ные воз­мож­но­сти уже от­кры­ты.

— До­ля мо­ло­дых ис­сле­до­ва­те­лей в на­шей стране пре­вы­си­ла 43 про­цен­та, — за­яви­ла ми­нистр об­ра­зо­ва­ния Оль­га Ва­си­лье­ва. — За по­след­ние пол­то­ра го­да в на­ши ин­сти­ту­ты при­шли во­семь ты­сяч мо­ло­дых ис­сле­до­ва­те­лей. Это один из луч­ших по­ка­за­те­лей в ми­ре.

Ор­га­ни­за­ция но­вой мо­ло­дой вол­ны уче­ных уже ста­но­ви­лась ос­но­ва­ни­ем на­уч­но­го рыв­ка в Рос­сии. Ре­фор­мы Алек­сандра II ввели мас­со­вую по­зи­цию при­ват-до­цен­тов в уни­вер­си­те­тах Рос­сий­ской им­пе­рии, дав ака­де­ми­че­ские по­зи­ции мно­гим мо­ло­дым ис­сле­до­ва­те­лям, ко­то­рые за­ло­жи­ли ос­но­вы сна­ча­ла рос­сий­ской, а по­том и со­вет­ской на­у­ки.

Имен­но это об­суж­да­ют и ве­ду­щие уче­ные сей­час. Так, в до­кла­де Алек­сея Хох­ло­ва го­во­рит­ся: «Ка­че­ствен­ным скач­ком в раз­ви­тии ка­рье­ры мо­ло­до­го уче­но­го яв­ля­ет­ся со­зда­ние им са­мо­сто­я­тель­ной ла­бо­ра­то­рии или на­уч­ной груп­пы. Но у нас от­сут­ству­ют ин­стру­мен­ты со­зда­ния та­ких стар­тап-струк­тур. По­это­му Со­вет по на­у­ке ста­вил и бу­дет про­дол­жать на­стой­чи­во ста­вить во­прос о со­зда­нии про­грам­мы под­держ­ки са­мо­сто­я­тель­ных ла­бо­ра­то­рий для уче­ных в воз­раст­ном ин­тер­ва­ле от 35 до 50 лет.

Ка­че­ствен­ным скач­ком в раз­ви­тии ка­рье­ры мо­ло­до­го

уче­но­го яв­ля­ет­ся со­зда­ние им са­мо­сто­я­тель­ной

ла­бо­ра­то­рии или на­уч­ной груп­пы. Нуж­на про­грам­ма

под­держ­ки са­мо­сто­я­тель­ных ла­бо­ра­то­рий для уче­ных в

воз­раст­ном ин­тер­ва­ле от 35 до 50 лет

Алек­сей Хох­лов, клас­сик фи­зи­ки по­ли­ме­ров, ака­де­мик и про­рек­тор МГУ, пред­се­да­тель Со­ве­та по на­у­ке при ми­ни­стер­стве

Ар­тем Ога­нов, кри­стал­ло­граф-тео­ре­тик, пред­ска­зы­ва­ет но­вые ве­ще­ства, один из са­мых ци­ти­ру­е­мых рос­сий­ских уче­ных

Бо­рис Штерн, фи­зик, глав­ный ре­дак­тор га­зе­ты «Тро­иц­кий ва­ри­ант. На­у­ка», ос­но­ва­тель или со­ос­но­ва­тель боль­шин­ства нефор­маль­ных со­об­ществ уче­ных

Ва­ле­рий Ру­ба­ков, вы­да­ю­щий­ся фи­зик, ака­де­мик, один из ли­де­ров клу­ба «1 июля», в ко­то­рый во­шли чле­ны РАН, кри­ти­ку­ю­щие ме­то­ды ре­форм

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.