Вый­ти из си­стем­но­го кри­зи­са

Устой­чи­вое раз­ви­тие может стать ре­цеп­том для спа­се­ния ми­ро­вой эко­но­ми­ки

Ekspert - - КРАСНОЯРСК­ИЙ КРАЙ - Петр Ми­халь­чук

Ми­ро­вая эко­но­ми­ка ско­ро всту­пит во вто­рое де­ся­ти­ле­тие кри­зи­са, на­чав­ше­го­ся в да­ле­ком 2008 го­ду. Эко­но­ми­сты все ча­ще го­во­рят не о цик­ли­че­ском, а о си­стем­ном кри­зи­се, ко­то­рый тре­бу­ет ко­рен­ной пе­ре­строй­ки эко­но­ми­че­ской мо­де­ли со­вре­мен­но­го ми­ра. Од­на­ко прогнозы алар­ми­стов о ско­ром кра­хе ка­пи­та­лиз­ма хо­ро­ши толь­ко для фан­та­сти­че­ских ро­ма­нов. Более ре­а­ли­стич­ный ва­ри­ант — так на­зы­ва­е­мое устой­чи­вое раз­ви­тие, от­вет­ствен­ный и со­гла­со­ван­ный под­ход к ис­поль­зо­ва­нию в гло­баль­ном мас­шта­бе при­род­ных и че­ло­ве­че­ских ре­сур­сов. В на­ча­ле это­го го­да ру­ко­во­ди­те­ли 35 круп­ных ми­ро­вых ком­па­ний, при­вер­жен­ных прин­ци­пу устой­чи­во­го раз­ви­тия, пред­ста­ви­ли сов­мест­но с ООН доклад «Луч­ший биз­нес, луч­ший мир». Они счи­та­ют, что ос­но­ван­ные на этом прин­ци­пе биз­нес-мо­де­ли мо­гут до 2030 го­да до­пол­ни­тель­но при­не­сти 12 трлн дол­ла­ров ВВП (это око­ло 10% от се­го­дняш­не­го ми­ро­во­го ВВП) и со­здать 380 млн но­вых ра­бо­чих мест по все­му ми­ру. В биз­нес-сре­де все более ши­ро­кую под­держ­ку по­лу­ча­ет идея, что имен­но устой­чи­вое раз­ви­тие спо­соб­но при­дать ми­ро­вой эко­но­ми­ке но­вый им­пульс для про­грес­са, сде­лать ее более «спра­вед­ли­вой» — а зна­чит, более жиз­не­спо­соб­ной. Пред­ста­ви­те­ли та­ких ком­па­ний в раз­го­во­ре с «Экс­пер­том» утвер­жда­ют, что, как это ни па­ра­док­саль­но зву­чит, свя­зан­ный с боль­ши­ми ин­ве­сти­ци­я­ми «устой­чи­вый» под­ход в ито­ге при­но­сит боль­ше при­бы­ли.

При­ка­за­но вы­жить

Что такое устой­чи­вое раз­ви­тие? Это ци­ви­ли­за­ци­он­ное раз­ви­тие — эко­но­ми­че­ское, со­ци­аль­ное, тех­но­ло­ги­че­ское, ко­то­рое не про­ти­во­ре­чит за­да­чам дол­го­сроч­но­го вы­жи­ва­ния человечест­ва и со­хра­не­ния ба­зо­вых стан­дар­тов его су­ще­ство­ва­ния. Оно поз­во­ля­ет из­бе­гать раз­ру­ши­тель­ных кри­зи­сов в той или иной об­ла­сти, спо­соб­ных по­вер­нуть вспять ход ис­то­рии. Офи­ци­аль­ное опре­де­ле­ние устой­чи­во­го раз­ви­тия — «про­цесс эко­но­ми­че­ских и со­ци­аль­ных из­ме­не­ний, при ко­то­ром ис­поль­зо­ва­ние при­род­ных ре­сур­сов, про­цесс ин­ве­сти­ро­ва­ния, на­прав­ле­ние на­уч­но­тех­ни­че­ско­го про­грес­са, раз­ви­тие лич­но­сти и ин­сти­ту­ци­о­наль­ные из­ме­не­ния со­гла­со­ва­ны друг с дру­гом и укреп­ля­ют по­тен­ци­ал для удо­вле­тво­ре­ния че­ло­ве­че­ских по­треб­но­стей в бу­ду­щем». Ес­ли сфор­му­ли­ро­вать более ко­рот­ко и эмо­ци­о­наль­но, речь идет о вы­жи­ва­нии человечест­ва.

Ни для ко­го не сек­рет, что боль­шин­ство фу­ту­ро­ло­ги­че­ских про­гно­зов на бли­жай­шие два­дцать—трид­цать лет, ос­но­ван­ных на вполне се­рьез­ных рас­че­тах, име­ют мрач­ный, за­ча­стую да­же апо­ка­лип­ти­че­ский от­те­нок. Мно­гие со­вре­мен­ные ре­а­лии спо­соб­ны не про­сто ухуд­шить ка­че­ство жиз­ни зна­чи­тель­ной ча­сти человечест­ва, но и во­об­ще по­ста­вить под во­прос его су­ще­ство­ва­ние в се­го­дняш­нем ви­де. На­при­мер, ба­наль­ная нехватка прес­ной во­ды. С этой про­бле­мой, весь­ма ак­ту­аль­ной в ря­де регионов уже сей­час, к 2050 го­ду мо­гут столк­нуть­ся да­же Гер­ма­ния и США. Че­рез трид­цать лет на Зем­ле ис­чез­нут по раз­ным при­чи­нам треть ми­ро­вых рек. Ес­ли се­го­дня про­бле­мы с во­дой ис­пы­ты­ва­ет мил­ли­ард че­ло­век, то к 2050 го­ду их чис­ло может вы­рас­ти до пя­ти мил­ли­ар­дов — к то­му вре­ме­ни это бу­дет по­чти две тре­ти на­се­ле­ния пла­не­ты. Даль­ше за­пус­ка­ет­ся це­поч­ка вза­и­мо­свя­зей: нехватка во­ды при­ве­дет к мас­со­вым эпи­де­ми­ям и го­ло­ду из-за со­кра­ще­ния об­ра­ба­ты­ва­е­мых по­сев­ных пло­ща­дей. Про­из­вод­ство зер­на со­кра­тит­ся на 10%, а це­ны на него из-за ро­ста на­се­ле­ния удво­ят­ся. Со­от­вет­ствен­но, речь идет о се­рьез­ном ухуд­ше­нии эко­но­ми­че­ско­го бла­го­со­сто­я­ния. Меж­ду тем глав­ная при­чи­на обост­ря­ю­щих­ся про­блем с пи­тье­вой во­дой — дис­ба­лан­сы гло­баль­но­го эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия, след­стви­ем ко­то­рых стал це­лый ряд по­след­ствий, от из­ме­не­ния кли­ма­та до рез­ко воз­рос­шей на­груз­ки на ис­точ­ни­ки прес­ной во­ды.

Идея, что эко­но­ми­че­ская де­я­тель­ность че­ло­ве­ка име­ет свои пре­де­лы, не но­ва. Точ­кой от­сче­та здесь мож­но счи­тать из­вест­ный на­уч­ный доклад «Пре­де­лы ро­ста», опуб­ли­ко­ван­ный в 1972 го­ду. Ав­то­ры впервые со­здан­ных на ос­но­ве ма­те­ма­ти­че­ских мо­де­лей ба­зо­вых про­гно­зов ис­хо­ди­ли из двух про­стых пред­по­сы­лок: при­род­ные ре­сур­сы пла­не­ты огра­ни­чен­ны, а ми­ро­вое население про­дол­жа­ет рас­ти. В ка­кой-то точ­ке в бу­ду­щем неиз­беж­но про­изой­дет кри­зис. Из две­на­дца­ти пред­став­лен­ных то­гда мо­де­лей пять, вклю­чая ба­зо­вую, пред­ска­зы­ва­ли рост на­се­ле­ния Зем­ли до 10–12 млрд че­ло­век, за­тем жест­кий ре­сурс­ный кри­зис и по­сле­ду­ю­щее со­кра­ще­ние че­ло­ве­че­ской по­пу­ля­ции до 1–3 млрд. Ко­неч­но, эти прогнозы во мно­гом не учи­ты­ва­ли адап­тив­но­сти ци­ви­ли­за­ции к по­доб­ным вы­зо­вам с по­мо­щью до­сти­же­ний на­уч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са, тем не ме­нее во­прос был по­став­лен весь­ма адек­ват­но. Ну­жен об­щий, со­гла­со­ван­ный под­ход к гло­баль­ной эко­но­ми­че­ской де­я­тель­но­сти, ина­че придется ре­шать те же про­бле­мы, но уже в ав­раль­ном ре­жи­ме и с го­раз­до более се­рьез­ны­ми уси­ли­я­ми.

«Во-пер­вых, ко­ли­че­ство до­ступ­ных ре­сур­сов и ди­на­ми­ка, с ко­то­рой они тра­тят­ся эко­но­ми­че­ски­ми субъ­ек­та­ми, пе­ре­ста­ли со­сты­ко­вы­вать­ся, — по­яс­ня­ет “Экс­пер­ту” На­та­лья Зай­це­ва, ру­ко­во­ди­тель цен­тра устой­чи­во­го раз­ви­тия биз­не­са биз­нес-шко­лы “Скол­ко­во”. — Во­вто­рых, по­след­ствия вме­ша­тель­ства че­ло­ве­ка в окру­жа­ю­щую сре­ду стали оче­вид­ны: рис­ки уже ма­те­ри­а­ли­зо­ва­лись в фи­нан­со­вые по­след­ствия на уровне стран, го­ро­дов, ком­па­ний — на­при­мер, ущерб от раз­но­го ро­да сти­хий­ных бед­ствий, за­гряз­не­ния во­ды и воз­ду­ха и так да­лее. То есть рис­ки стали оче­вид­ны не толь­ко для ака­де­ми­че­ской сре­ды, ко­то­рая про­счи­ты­ва­ла это до­ста­точ­но дав­но. Как след­ствие, при­шло по­ни­ма­ние, что ре­ше­ние столь мас­штаб­ных про­блем воз­мож­но толь­ко при об­щей ко­ор­ди­на­ции уси­лий».

По­сле пуб­ли­ка­ции «Пре­де­лов ро­ста» про­бле­ма ра­зум­но­го под­хо­да к ре­сурс­ной ба­зе пла­не­ты, эко­ло­ги­че­ским угро­зам ста­ла цен­траль­ной для ми­ро­вых ор­га­ни­за­ций, в первую оче­редь для ООН. Сам тер­мин «устой­чи­вое раз­ви­тие» был вве­ден в об­ра­ще­ние Все­мир­ной ко­мис­си­ей по окру­жа­ю­щей сре­де и раз­ви­тию (WCED), со­зван­ной ООН в 1983 го­ду. Ко­мис­сия, та­к­же из­вест­ная по име­ни ее ру­ко­во­ди­те­ля Гру Хар­лем Брут­ланд как «ко­мис­сия Брут­ланд», бы­ла со­зда­на ООН «в свя­зи с быст­рым ухуд­ше­ни­ем со­сто­я­ния окру­жа­ю­щей сре­ды, че­ло­ве­ка и при­род­ных ре­сур­сов и по­след­стви­я­ми ухуд­ше­ния эко­но­ми­че­ско­го и со­ци­аль­но­го раз­ви­тия». Вско­ре при­шло по­ни­ма­ние, что необ­хо­ди­мы ско­ор­ди­ни­ро­ван­ные дей­ствия, преж­де всего на уровне го­су­дарств, глав­ных ре­гу­ля­то­ров эко­но­ми­че­ской де­я­тель­но­сти, что­бы пе­рей­ти от раз­го­во­ров к де­лу и до­стичь хоть ка­ких-то ре­зуль­та­тов. В 1992 го­ду в Ри­о­де-Жа­ней­ро про­шла пер­вая мас­штаб­ная встреча ми­ро­вых ли­де­ров, Кон­фе­рен­ция ООН по окру­жа­ю­щей сре­де и раз­ви­тию, где бы­ла при­ня­та де­кла­ра­ция, гла­сив­шая, что «для до­сти­же­ния устой­чи­во­го раз­ви­тия за­щи­та окру­жа­ю­щей сре­ды долж­на со­став­лять неотъ­ем­ле­мую часть про­цес­са раз­ви­тия и не может рас­смат­ри­вать­ся в от­ры­ве от него». Она вклю­ча­ла в се­бя 27 прин­ци­пов, опре­де­ляв­ших некие обя­за­тель­ства стран на дан­ном на­прав­ле­нии.

Ин­те­рес­но, что ес­ли по­на­ча­лу упор де­лал­ся имен­но на эко­ло­ги­че­скую и ре­сурс­ную со­став­ля­ю­щие устой­чи­во­го раз­ви­тия, то по­сте­пен­но рав­ное зна­че­ние при­об­ре­та­ли во­про­сы со­ци­аль­ной ста­биль­но­сти. В 2001 го­ду 193 го­су­дар­ства­ми — чле­на­ми ООН бы­ли при­ня­ты так на­зы­ва­е­мые «Це­ли раз­ви­тия ты­ся­че­ле­тия» на 2015 год, ко­то­рые уже вклю­ча­ли в се­бя со­кра­ще­ние мас­шта­бов край­ней ни­ще­ты, сни­же­ние дет­ской смерт­но­сти, борь­бу со СПИДом. И в кон­це 2015 го­да на Ге­не­раль­ной ас­сам­блее ООН бы­ли сфор­му­ли­ро­ва­ны имен­но «Це­ли устой­чи­во­го раз­ви­тия» (Sustainabl­e Developmen­t Goals, SDGs) в рам­ках про­грам­мы «Пре­об­ра­зо­ва­ние на­ше­го ми­ра: повестка дня в об­ла­сти устой­чи­во­го раз­ви­тия на пе­ри­од до 2030 го­да» — всего 17 гло­баль­ных це­лей и 169 со­от­вет­ству­ю­щих за­дач. Сре­ди ука­зан­ных це­лей мож­но вы­де­лить по­все­мест­ную лик­ви­да­цию ни­ще­ты, го­ло­да, обес­пе­че­ние про­до­воль­ствен­ной без­опас­но­сти и со­дей­ствие устой­чи­во­му раз­ви­тию сель­ско­го хо­зяй­ства, обес­пе­че­ние все­о­хват­но­го и спра­вед­ли­во­го ка­че­ствен­но­го об­ра­зо­ва­ния, ген­дер­но­го ра­вен­ства, на­ли­чия и ра­ци­о­наль­но­го ис­поль­зо­ва­ния вод­ных ре­сур­сов и са­ни­та­рии, обес­пе­че­ние до­сту­па к недо­ро­го­сто­я­щим и на­деж­ным ис­точ­ни­кам энер­гии.

Без биз­не­са пла­не­ту не спа­сти

Необ­хо­ди­мость пе­ре­хо­да к мо­де­ли устой­чи­во­го раз­ви­тия по­на­ча­лу об­суж­да­лась на меж­го­су­дар­ствен­ном уровне, но вско­ре ста­ло по­нят­но, что без уча­стия круп­ных меж­ду­на­род­ных ком­па­ний не обой­тись. Это обу­слов­ле­но, ко­неч­но же, сте­пе­нью их вли­я­ния на ми­ро­вые эко­но­ми­че­ские про­цес­сы. Есть рас­хо­жий при­мер: объ­ем про­даж Apple (око­ло 300 млрд дол­ла­ров в год) пре­вы­ша­ет го­до­вой бюд­жет Рос­сии. Кро­ме то­го, круп­ная ком­па­ния се­го­дня име­ет про­из­вод­ствен­ные мощ­но­сти в де­сят­ках стран. Та­ким об­ра­зом, лю­бая транс­на­ци­о­наль­ная кор­по­ра­ция, адап­ти­руя те или иные стан­дар­ты в эко­ло­гии или, на­при­мер, в со­ци­аль­ной сфе­ре, спо­соб­на ока­зать вли­я­ние на про­цес­сы в гло­баль­ном мас­шта­бе. Учи­ты­вая, что к на­ча­лу сто­ле­тия в мире ра­бо­та­ло более 63 тыс. транс­на­ци­о­наль­ных ком­па­ний, по­сте­пен­ное во­вле­че­ние их в про­цесс устой­чи­во­го раз­ви­тия может при­ве­сти к чу­дес­но­му ап­грей­ду ми­ро­вой эко­но­ми­че­ской мо­де­ли.

На­при­мер, не сек­рет, что в СССР не бы­ли ак­ту­аль­ны­ми во­про­сы эко­ло­гии, за­бот­ли­во­го от­но­ше­ния к при­ро­де и че­ло­ве­ку. «В 1942 го­ду на­до бы­ло дать пер­вый ни­кель фрон­ту — вот его и да­ли», — рассказыва­ет в ин­тер­вью агент­ству Bloomberg президент «Нор­ни­ке­ля» Вла­ди­мир По­та­нин. По его сло­вам, в со­вет­ские вре­ме­на «сто­и­мость жиз­ни бы­ла не так ве­ли­ка». «Глав­ное бы­ло дать опре­де­лен­ное ко­ли­че­ство ме­тал­ла, неваж­но как», — го­во­рит По­та­нин. Сей­час гор­но-ме­тал­лур­ги­че­ский ги­гант тра­тит огром­ные сред­ства, что­бы из­ба­вить­ся от на­коп­лен­но­го в со­вет­ский пе­ри­од эко­ло­ги­че­ско­го ущер­ба. То же при­хо­дит­ся де­лать и боль­шин­ству рос­сий­ских кор­по­ра­ций.

«Да, исто­ри­че­ски су­ще­ство­ва­ли ком­па­нии, ко­то­рые с са­мо­го на­ча­ла вы­стра­и­ва­ли свой бренд в ло­ги­ке устой­чи­во­го раз­ви­тия, — рассказыва­ет На­та­лья Зай­це­ва из биз­нес-шко­лы “Скол­ко­во”. — На­при­мер, аме­ри­кан­ская ком­па­ния по про­из­вод­ству одеж­ды и спор­тив­но­го сна­ря­же­ния Patagonia, ос­но­ван­ная в 1973 го­ду. Ее глав­ный прин­цип — со­зда­вать про­дук­цию, не при­чи­няя ненуж­но­го вре­да окру­жа­ю­ще­му ми­ру. Од­на­ко то­гда та­кие ком­па­нии вос­при­ни­ма­лись как эк­зо­ти­ка. Это ско­рее бы­ла лич­ная ис­то­рия. У той же Patagonia ос­но­ва­тель биз­не­са сам хо­дил в по­хо­ды, лю­бил при­ро­ду, ему бы­ли близ­ки идеи за­щи­ты окру­жа­ю­щей сре­ды. Что ка­са­ет­ся круп­ных транс­на­ци­о­наль­ных кор­по­ра­ций, то ка­кие-то си­стем­ные по­движ­ки на­ча­ли про­ис­хо­дить в де­вя­но­стые го­ды. На­при­мер, од­на из пер­вых ини­ци­а­тив — это ко­гда ком­па­ния Unilever сов­мест­но с Фон­дом ди­кой при­ро­ды пред­при­ня­ла ша­ги, на­прав­лен­ные на доб­ро­воль­ную эко­ло­ги­че­скую сер­ти­фи­ка­цию рыб­но­го про­мыс­ла и огра­ни­че­ние вы­ло­ва». Раз­ви­тию трен­да в те го­ды спо­соб­ство­ва­ло воз­рос­шее вли­я­ние гло­баль­ных при­ро­до­охран­ных ор­га­ни­за­ций, та­ких как Фонд ди­кой при­ро­ды (WWF) и Greenpeace, и ло­каль­ных ак­ти­ви­стов, ко­то­рые ак­тив­но вы­сту­па­ли за внед­ре­ние устой­чи­вых прак­тик круп­ны­ми кор­по­ра­ци­я­ми и при­вле­ка­ли вни­ма­ние об­ще­ствен­но­сти. Яр­кий при­мер — опыт ком­па­нии Nike: в 1990-е го­ды она пуб­лич­но об­ви­ня­лась в за­ни­же­нии за­ра­бот­ной пла­ты и пло­хих усло­ви­ях тру­да на фаб­ри­ках в Азии. По­все­мест­но на­ча­лись протесты про­тив по­то­гон­ных прак­тик на про­из­вод­ствен­ных пло­щад­ках, что при­ве­ло к от­то­ку по­тре­би­те­лей. Ру­ко­вод­ство ком­па­нии пе­ре­смот­ре­ло эти прак­ти­ки и внед­ри­ло кор­по­ра­тив­ные стан­дар­ты в об­ла­сти усло­вий тру­да, си­сте­му мо­ни­то­рин­га и от­чет­но­сти.

Од­на­ко, по мне­нию экс­пер­та, пе­ре­лом­ным мо­мен­том с точ­ки зре­ния при­вле­че­ния ши­ро­ко­го биз­нес-со­об­ще­ства к про­цес­сам устой­чи­во­го раз­ви­тия ста­ло имен­но при­ня­тие в 2015 го­ду «Це­лей устой­чи­во­го раз­ви­тия». «“Це­ли раз­ви­тия ты­ся­че­ле­тия” бы­ли ско­рее на­прав­ле­ны на раз­ви­ва­ю­щи­е­ся стра­ны, а ре­ше­ние си­стем­ных во­про­сов там пла­ни­ро­ва­лось имен­но си­ла­ми пра­ви­тельств и над­на­ци­о­наль­ных ин­сти­ту­тов, — го­во­рит На­та­лья Зай­це­ва. — А вот но­вые “Це­ли устой­чи­во­го раз­ви­тия” да­ли более ши­ро­кую по­вест­ку и за­да­ли чет­кие ори­ен­ти­ры для уча­стия биз­не­са. Там уже за­фик­си­ро­ва­на, на­при­мер, цель от­вет­ствен­но­го по­треб­ле­ния и про­из­вод­ства и дру­гие, и биз­нес может участ­во­вать здесь в са­мых раз­ных фор­мах — и как по­став­щик услуг, и как ком­па­нии, ко­то­рые са­ми ре­а­ли­зу­ют ка­кие-то це­ли. За про­шед­шие пол­то­ра го­да ста­ло оче­вид­но, что ком­па­нии уже чет­ко со­от­но­сят свои про­грам­мы устой­чи­во­го раз­ви­тия с гло­баль­ны­ми це­ля­ми устой­чи­во­го раз­ви­тия».

Се­го­дня вза­и­мо­дей­ствие биз­не­са в це­лях устой­чи­во­го раз­ви­тия стро­ит­ся в рам­ках раз­но­об­раз­ных ини­ци­а­тив или плат­форм, как от­рас­ле­вых, так и со­здан­ных в со­труд­ни­че­стве с раз­лич­ны­ми меж­ду­на­род­ны­ми ор­га­ни­за­ци­я­ми. На­при­мер, вы­ше­упо­мя­ну­тый доклад «Луч­ший биз­нес, луч­ший мир» под­го­тов­лен плат­фор­мой Global Compact, ко­то­рая ко­ор­ди­ни­ру­ет стра­те­гию ООН в сфе­ре устой­чи­во­го раз­ви­тия более чем с 9000 ком­па­ний в 170 стра­нах. Функ­ци­о­ни­ру­ют та­к­же World Business Council for Sustainabl­e Developmen­t — ос­но­ван­ная еще в 1995 го­ду меж­от­рас­ле­вая плат­фор­ма, объ­еди­ня­ю­щая круп­ней­шие ком­па­нии, ин­ду­стри­аль­ная ини­ци­а­ти­ва Sustainabl­e Apparel Coalition, ини­ци­а­ти­ва WWF — TED и т. д. «Ор­га­ни­за­ци­он­но это может быть оформ­ле­но очень по­раз­но­му, — по­яс­ня­ет На­та­лья Зай­це­ва. — На­при­мер, ини­ци­а­ти­ва несколь­ких ком­па­ний, ко­то­рые под­пи­сы­ва­ют со­гла­ше­ние и го­во­рят: мы бе­рем на се­бя обя­за­тель­ства к та­ко­му-то го­ду на столь­ко-то со­кра­тить вы­бро­сы уг­ле­кис­ло­го га­за или пол­но­стью пе­рей­ти на ис­поль­зо­ва­ние сер­ти­фи­ци­ро­ван­но­го сы­рья. Или, на­при­мер, как ини­ци­а­ти­ва WWF, ко­то­рый при­вле­ка­ет биз­не­сы, про­из­во­дя­щие ос­нов­ной объ­ем то­ва­ров, ока­зы­ва­ю­щих вли­я­ние на окру­жа­ю­щую сре­ду, и пред­ла­га­ет им при­нять доб­ро­воль­ные обя­за­тель­ства по по­вы­ше­нию про­зрач­но­сти це­по­чек по­ста­вок, улуч­ше­нию усло­вий тру­да фер­ме­ров и так да­лее. При этом важ­но, что­бы участ­ни­ки ини­ци­а­ти­вы мог­ли под­твер­дить, что пред­при­ня­ли за­яв­лен­ные дей­ствия на дан­ном на­прав­ле­нии. Пло­ща­док мно­го, и это хо­ро­шо, по­то­му что ком­па­нии мо­гут вы­би­рать се­бе наи­бо­лее под­хо­дя­щие, ин­ве­сти­ро­вать в про­ек­ты, ко­то­рые им ин­те­рес­ны и со­от­вет­ству­ют це­лям биз­не­са. Глав­ное, что “Це­ли устой­чи­во­го раз­ви­тия” стали сво­е­го ро­да об­щим язы­ком, на ко­то­ром на­чи­на­ют го­во­рить биз­нес, пра­ви­тель­ства стран, неком­мер­че­ский сек­тор и во­вле­чен­ная об­ще­ствен­ность».

Те, кто на­чал го­во­рить на этом язы­ке рань­ше дру­гих, утвер­жда­ют, что по­лу­чи­ли не толь­ко по­зи­тив­ный имидж в гла­зах ин­ве­сто­ров, но и ре­аль­ную при­быль. Как рас­ска­за­ла «Экс­пер­ту» Ири­на Бах­ти­на, ви­це-президент по устой­чи­во­му раз­ви­тию биз­не­са и кор­по­ра­тив­ным от­но­ше­ни­ям Unilever в Рос­сии, ре­ше­ние о внед­ре­нии про­из­вод­ствен­ных прак­тик, со­от­вет­ству­ю­щих за­да­чам устой­чи­во­го раз­ви­тия, бы­ло при­ня­то вме­сте с новой гло­баль­ной стра­те­ги­ей еще в 2010 го­ду. При­чем за­да­чу сфор­му­ли­ро­ва­ли сле­ду­ю­щим об­ра­зом: удво­е­ние тем­пов ро­ста к 2020 го­ду при од­но­вре­мен­ном сни­же­нии нега­тив­но­го воз­дей­ствия на окру­жа­ю­щую сре­ду вдвое и уве­ли­че­нии по­ло­жи­тель­но­го вли­я­ния на жизнь об­ще­ства. «Мы хо­те­ли по­ка­зать, что мо­жем рас­ти без уве­ли­че­ния нега­тив­но­го воз­дей­ствия на окру­жа­ю­щую сре­ду. Ины­ми сло­ва­ми, что, про­из­во­дя и про­да­вая на рын­ке боль­ше еди­ниц про­дук­ции, не обя­за­тель­но вы­бра­сы­вать в ат­мо­сфе­ру боль­ше CO2, ге­не­ри­ро­вать боль­ше от­хо­дов или за­гряз­нять боль­ше во­ды в про­из­вод­ствен­ных цен­трах», — го­во­рит Ири­на Бах­ти­на.

То­гда мно­гие ком­па­нии, ра­бо­та­ю­щие в од­ном сек­то­ре рын­ка с Unilever, от­нес­лись к это­му во мно­гом как к «пи­а­ру». Од­на­ко се­го­дня они вы­нуж­де­ны ид­ти по сто­пам этой транс­на­ци­о­наль­ной ком­па­нии, про­дук­цию ко­то­рой еже­днев­но по­треб­ля­ют око­ло 2 млрд че­ло­век по все­му ми­ру. На­при­мер, за­яв­лять о пла­нах пе­ре­во­да про­из­водств на пол­ный отказ от от­прав­ки от­хо­дов на за­хо­ро­не­ние к 2020 го­ду. «Мы этой це­ли до­стиг­ли еще в на­ча­ле 2015 го­да, — го­во­рит Ири­на Бах­ти­на. — И не толь­ко на фаб­ри­ках — по всей сво­ей ло­ги­сти­че­ской це­поч­ке, на скла­дах, в офи­сах. Все от­хо­ды сор­ти­ру­ют­ся от­дель­но, от­прав­ля­ют­ся на пе­ре­ра­бот­ку во втор­сы­рье для дру­гих сек­то­ров эко­но­ми­ки. У нас ну­ле­вые от­хо­ды для за­хо­ро­не­ния на по­ли­го­нах, в том чис­ле в Рос­сии».

По ее сло­вам, при­мер Unilever до­ка­зы­ва­ет, что «невоз­мож­ное воз­мож­но»: «Мож­но ве­сти при­быль­ный биз­нес, сле­дуя от­вет­ствен­ным прин­ци­пам устой­чи­во­го раз­ви­тия. По ито­гам 2015 го­да на на­ши брен­ды, ко­то­рые про­из­во­дят­ся устой­чи­вым об­ра­зом и транс­ли­ру­ют боль­шую со­ци­аль­ную мис­сию, в том чис­ле на Knorr, Dove, Lipton и Hellmann’s, при­хо­дит­ся уже по­ло­ви­на ро­ста на­ше­го биз­не­са, и они рас­тут на 30 про­цен­тов быст­рее, чем осталь­ные брен­ды. Это го­во­рит о том, что по­тре­би­те­ли се­го­дня го­то­вы очень по­ло­жи­тель­но вос­при­ни­мать ис­то­рию устой­чи­во­го раз­ви­тия. Сле­до­ва­ние прин­ци­пам устой­чи­во­го раз­ви­тия по­мо­га­ет нам сни­жать рис­ки, свя­зан­ные с из­ме­не­ни­ем кли­ма­та и неста­биль­но­стью сы­рье­вых рын­ков. Рань­ше мы из­за них те­ря­ли до 300 мил­ли­о­нов ев­ро в год. В на­сто­я­щее вре­мя более 600 тысяч ма­лых фер­ме­ров под­клю­че­ны к на­шим про­грам­мам улуч­ше­ния ме­то­дов ве­де­ния сель­ско­го хо­зяй­ства».

Те­зис, что ком­па­ни­ям в ко­неч­ном ито­ге вы­год­но внед­рять у се­бя от­вет­ствен­ные прак­ти­ки про­из­вод­ства, под­твер­жда­ет и Ири­на Жу­ко­ва, ди­рек­тор по ком­му­ни­ка­ци­ям «Фи­лип Мор­рис Сэй­лз энд Мар­ке­тинг». «Мы со­кра­ти­ли

по­треб­ле­ние во­ды (сни­же­ние по­треб­ле­ния на чет­верть за 2010–2015 го­ды) и элек­тро­энер­гии (более 200 про­ек­тов по все­му ми­ру по со­хра­не­нию энер­гии за 2014–2015 го­ды). В ито­ге эко­но­мия поз­во­ли­ла обес­пе­чить энер­ги­ей око­ло 100 тысяч до­мо­хо­зяйств, — со­об­щи­ла она «Экс­пер­ту».

Рос­сий­ский биз­нес в те­ме

«Мы в биз­нес-шко­ле как раз стре­мим­ся по­пу­ля­ри­зо­вать прак­ти­ки устой­чи­во­го раз­ви­тия, объ­яс­нять, что это не ис­клю­че­ние из пра­вил, а есте­ствен­ный ход эво­лю­ции со­вре­мен­но­го биз­не­са, — по­яс­ня­ет На­та­лья Зай­це­ва. — Что это да­ет ре­аль­ную фи­нан­со­вую от­да­чу за счет со­кра­ще­ния по­треб­ле­ния элек­тро­энер­гии, во­ды, от­хо­дов, по­вы­ше­ния ло­яль­но­сти по­тре­би­те­лей и парт­не­ров, вы­хо­да на но­вые рын­ки».

Од­на­ко флаг­ма­ны оте­че­ствен­но­го биз­не­са ста­но­вят­ся участ­ни­ка­ми клю­че­вых гло­баль­ных ини­ци­а­тив по устой­чи­во­му раз­ви­тию как раз в си­лу то­го, что се­го­дня имен­но это нуж­но их биз­не­су. «Прин­ци­пы устой­чи­во­го раз­ви­тия яв­ля­ют­ся неотъ­ем­ле­мой ча­стью на­шей дол­го­сроч­ной кор­по­ра­тив­ной стра­те­гии», — про­ком­мен­ти­ро­вал Вла­ди­мир По­та­нин, президент «Нор­ни­ке­ля», тот факт, что гор­но-ме­тал­лур­ги­че­ский ги­гант при­со­еди­нил­ся к су­ще­ству­ю­щей под па­т­ро­на­жем ООН плат­фор­ме Global Compact («Гло­баль­ный до­го­вор ООН»). Это круп­ней­шая ини­ци­а­ти­ва Организаци­и Объ­еди­нен­ных На­ций в сфе­ре кор­по­ра­тив­ной со­ци­аль­ной от­вет­ствен­но­сти и устой­чи­во­го раз­ви­тия, ко­то­рая объ­еди­ня­ет более 13 тысяч ком­па­ний и ор­га­ни­за­ций более чем из 160 стран ми­ра.

«Нор­ни­кель» тра­ди­ци­он­но мно­го вкла­ды­ва­ет в раз­лич­ные со­ци­аль­ные и эко­ло­ги­че­ские про­грам­мы, преж­де всего в За­по­ля­рье, где рас­по­ло­же­ны ос­нов­ные про­из­вод­ствен­ные ак­ти­вы ком­па­нии. Са­мый мас­штаб­ный про­ект на се­го­дня — за­кры­тие в сен­тяб­ре 2016 го­да Ни­ке­ле­во­го за­во­да в Но­риль­ске, вве­ден­но­го в строй еще в 1942 го­ду. «Един­ствен­ная при­чи­на, по ко­то­рой мы ре­ши­ли за­крыть за­вод, — эко­ло­ги­че­ская, — рассказыва­ет Свет­ла­на Ив­чен­ко, ди­рек­тор де­пар­та­мен­та со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки “Нор­ни­ке­ля”. — Ком­па­ния по­ста­ви­ла пе­ред со­бой за­да­чу ра­ди­каль­но сни­зить на­груз­ку на окру­жа­ю­щую сре­ду. Се­го­дня это од­на из клю­че­вых биз­нес-це­лей». В ре­зуль­та­те за­кры­тия за­во­да вы­бро­сы ди­ок­си­да се­ры в ат­мо­сфе­ру со­кра­ти­лись в чер­те го­ро­да при­мер­но на 30%. В бли­жай­шие го­ды ком­па­ния пла­ни­ру­ет сни­зить эти вы­бро­сы до ми­ни­му­ма и го­то­ва по­тра­тить на ме­ро­при­я­тия эко­ло­ги­че­ской на­прав­лен­но­сти око­ло 250 млрд руб­лей.

«Те це­ли, ко­то­рые ста­вят­ся в рам­ках ини­ци­а­ти­вы UN Global Compact — в сфе­ре эко­ло­гии, со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки и так да­лее, — уже до­воль­но дав­но успеш­но ре­ша­ют­ся в на­шей ком­па­нии, — го­во­рит Свет­ла­на Ив­чен­ко. — Сам факт при­со­еди­не­ния — ско­рее сим­во­ли­че­ский, ими­д­же­вый шаг, ко­то­рый поз­во­ля­ет ана­ли­ти­че­ско­му со­об­ще­ству, ин­ве­сто­рам сде­лать опре­де­лен­ные вы­во­ды о на­шей ком­па­нии. Кро­ме то­го, мы по­лу­ча­ем здесь и нема­лые кон­крет­ные вы­го­ды. Ре­зуль­та­том эф­фек­тив­ной со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки ста­но­вит­ся преж­де всего при­вле­че­ние к нам луч­ших кад­ров, ко­то­рые есть се­го­дня на рын­ке. Кро­ме то­го, это со­зда­ние ка­че­ствен­ной сре­ды, в ко­то­рой жи­вут и ра­бо­та­ют со­труд­ни­ки “Нор­ни­ке­ля”. Все это ин­ве­сти­ции в че­ло­ве­че­ский ка­пи­тал, ко­то­рый яв­ля­ет­ся глав­ным за­ло­гом успеш­ной ра­бо­ты на­шей ком­па­нии».

Мос­ков­ская шко­ла управ­ле­ния «Скол­ко­во» опуб­ли­ко­ва­ла не­дав­но по­дроб­ный от­чет о месте Рос­сии на «гло­баль­ной кар­те» устой­чи­во­го раз­ви­тия. На шка­ле из 142 стран Рос­сия с ин­дек­сом 0,6 ока­за­лась при­мер­но по­се­ре­дине спис­ка (50-е ме­сто) — у ли­де­ра, Но­р­ве­гии, ин­декс при­бли­жа­ет­ся к еди­ни­це. Это ком­по­зит­ный ин­декс устой­чи­во­го раз­ви­тия IEMS, ко­то­рый рас­счи­ты­ва­ет­ся по че­ты­рем из­ме­ре­ни­ям устой­чи­во­го раз­ви­тия — эко­но­ми­че­ско­му, со­ци­аль­но­му, эко­ло­ги­че­ско­му и управ­лен­че­ско­му. Од­но­вре­мен­но в «Скол­ко­во» про­ана­ли­зи­ро­ва­ли опыт 30 круп­ней­ших транс­на­ци­о­наль­ных кор­по­ра­ций, ра­бо­та­ю­щих в Рос­сии, и при­шли к вы­во­ду, что имен­но их де­я­тель­ность во мно­гом спо­соб­ство­ва­ла внед­ре­нию прак­тик устой­чи­во­го раз­ви­тия в Рос­сии — «по­сред­ством обу­че­ния по­став­щи­ков, со­дей­ствия раз­ви­тию си­стем доб­ро­воль­ной сер­ти­фи­ка­ции, уча­стия в кол­лек­тив­ном лоб­би­ро­ва­нии ин­те­ре­сов в со­ста­ве про­мыш­лен­ных ас­со­ци­а­ций».

Но На­та­лья Зай­це­ва от­ме­ча­ет и дру­гой, не ме­нее по­зи­тив­ный мо­мент: прин­ци­пы устой­чи­во­го раз­ви­тия все ча­ще внед­ря­ет в сво­ей ра­бо­те рос­сий­ский малый и средний биз­нес. «У круп­но­го биз­не­са есть воз­мож­но­сти и ре­сур­сы, они исто­ри­че­ски участ­ву­ют во мно­гих со­ци­аль­ных про­ек­тах, — го­во­рит она. — Но мы сей­час с ин­те­ре­сом смот­рим на более мел­кие рос­сий­ские ком­па­нии, ко­то­рые то­же на­чи­на­ют внед­рять устой­чи­вые прак­ти­ки про­из­вод­ства или же про­из­во­дить ка­кие-то от­вет­ствен­ные про­дук­ты. На­при­мер, груп­па ком­па­ний “Оп­тиКом” — они за­ни­ма­ют­ся по­став­кой эко­ло­гич­ной упа­ков­ки и ак­тив­но ра­бо­та­ют с ри­тей­лом, что­бы за­ме­нять пла­сти­ко­вые па­ке­ты. Кро­ме то­го, у них есть “Ака­де­мия зе­ле­но­го кли­нин­га”, где учат, как эко­ло­гич­но про­во­дить очист­ку круп­ных по­ме­ще­ний. Де­ло в том, что к ру­ко­вод­ству биз­не­сом при­хо­дит но­вое по­ко­ле­ние, ко­то­рое рос­ло в сре­де, где уже ак­тив­но об­суж­да­лись эти во­про­сы. В ка­кой-то мо­мент дол­жен про­изой­ти ка­че­ствен­ный про­рыв». ■

На про­шлой неде­ле курс рубля скор­рек­ти­ро­вал­ся вверх. За­яв­ле­ние пре­зи­ден­та США До­наль­да Трам­па о том, что до­ро­гой дол­лар тормозит рост американск­ой эко­но­ми­ки, а уль­тра­мяг­кая кре­дит­но-де­неж­ная по­ли­ти­ка ФРС, на­про­тив, от­ра­жа­ет­ся на эко­но­ми­ке бла­го­при­ят­но под­стег­ну­ло спрос на рис­ко­вые ак­ти­вы, к ко­то­рым, в част­но­сти, от­но­сит­ся рос­сий­ская де­неж­ная еди­ни­ца. По­ми­мо это­го под­держ­ку руб­лю ока­за­ла до­ро­жа­ю­щая нефть (с по­не­дель­ни­ка по чет­верг июнь­ский фью­черс на бар­рель сор­та Brent по­до­ро­жал на 1,2%, до 55,89 дол­ла­ра). В ито­ге с по­не­дель­ни­ка по чет­верг (10– 13 апреля) сто­и­мость би­ва­лют­ной кор­зи­ны упа­ла на 91 ко­пей­ку, до 57,87 рубля. За тот же пе­ри­од курс дол­ла­ра (по ин­стру­мен­ту tomorrow) про­сел на 97 ко­пе­ек, до 56,28 рубля.

По-преж­не­му непло­хо рубль смот­рит­ся и на фоне за­ру­беж­ных кон­ку­рен­тов из раз­ви­ва­ю­щих­ся стран: с на­ча­ла го­да он укре­пил­ся по от­но­ше­нию к дол­ла­ру на 8,1%, а тем­пы укреп­ле­ния боль­шин­ства дру­гих валют раз­ви­ва­ю­щих­ся стран в про­цент­ном со­от­но­ше­нии не пре­вы­си­ли 4,1%. На­при­мер, та­и­ланд­ский бат, бра­зиль­ский ре­ал, син­га­пур­ский дол­лар, юж­но­аф­ри­кан­ский ранд, ма­лай­зий­ский ринг­гит, ин­до­не­зий­ская ру­пия и фи­лип­пин­ский пе­со по­до­ро­жа­ли на 4,1, 3,4, 3,3, 2,0, 1,6, 1,6 и 0,4% со­от­вет­ствен­но. В по­ло­же­нии яв­но­го ли­де­ра по-преж­не­му находится мек­си­кан­ский пе­со: его курс вы­рос с на­ча­ла го­да на 10,4%.

Для пол­но­ты кар­ти­ны до­ба­вим несколь­ко «сы­рье­вых» валют. Ав­стра­лий­ский дол­лар, ка­над­ский дол­лар и нор­веж­ская кро­на с на­ча­ла го­да укре­пи­лись по от­но­ше­нию к американск­ой ва­лю­те на 4,9, 0,8 и 0,6% со­от­вет­ствен­но.

Из пло­хих но­во­стей для рубля от­ме­тим, что вер­баль­ные ин­тер­вен­ции, на­прав­лен­ные на ослаб­ле­ние на­ци­о­наль­ной ва­лю­ты, сле­ду­ют од­на за дру­гой. В част­но­сти, на про­шлой неде­ле гла­ва Минэко­но­мраз­ви­тия Мак­сим Ореш­кин за­явил, что у дол­ла­ра хо­ро­шие шан­сы на су­ще­ствен­ный рост. По мне­нию ми­ни­стра, при со­хра­не­нии те­ку­щих цен на нефть курс дол­ла­ра к кон­цу 2017 го­да вы­рас­тет при­мер­но до 62 руб­лей. В слу­чае же па­де­ния цен на нефть в рай­он 40 дол­ла­ров за бар­рель сто­и­мость дол­ла­ра на бир­же может к кон­цу 2017 го­да до­стичь 68 руб­лей. До­ба­вим, что в пер­вой де­ка­де апреля Ореш­кин сде­лал акцент на то, что сей­час са­мое под­хо­дя­щее вре­мя для при­об­ре­те­ния ино­стран­ной ва­лю­ты. «Счи­та­ем, что те­ку­щий мо­мент для ком­па­ний-им­пор­те­ров и на­се­ле­ния, ко­то­рое го­то­вит­ся к за­ру­беж­ным по­езд­кам, очень вы­го­ден для по­куп­ки ино­стран­ной ва­лю­ты», — за­явил то­гда гла­ва Минэко­но­мраз­ви­тия.

Гео­по­ли­ти­че­ские но­во­сти за­да­ва­ли тон на рын­ке руб­ле­вых об­ли­га­ций. С по­не­дель­ни­ка по сре­ду на фоне всплес­ка гео­по­ли­ти­че­ской на­пря­жен­но­сти, а та­к­же тре­вож­но­го ожи­да­ния ито­гов встре­чи гла­вы Ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел Рос­сии Сер­гея Лав­ро­ва с гос­сек­ре­та­рем США Рек­сом Тил­лер­со­ном ин­ве­сто­ры пред­по­чи­та­ли фик­си­ро­вать при­быль. В ито­ге до­ход­но­сти боль­шин­ства гос­бу­маг под­рос­ли на 5–15 ба­зис­ных пунк­тов (б. п.).

В сре­ду, учи­ты­вая заметно ухуд­шив­шу­ю­ся конъ­юнк­ту-

ру рын­ка, аук­ци­о­ны Мин­фи­на ожи­да­е­мо не на­шли долж­но­го от­кли­ка со сто­ро­ны по­тен­ци­аль­ных по­ку­па­те­лей. Спрос на ше­сти­лет­ние ОФЗ 26220 пре­вы­сил объ­ем пред­ло­же­ния всего в 1,4 ра­за (28,89 млрд руб­лей про­тив 20 млрд). Ин­ве­сто­ры при­об­ре­ли бу­ма­ги на 20 млрд руб­лей, а це­на от­се­че­ния со­ста­ви­ла 97,55% но­ми­на­ла (до­ход­ность — 8,1% го­до­вых). Та­ким об­ра­зом, для раз­ме­ще­ния вы­пус­ка Мин­фин был вы­нуж­ден предо­ста­вить ще­д­рую пре­мию участ­ни­кам рын­ка — при­мер­но 8 б. п. к до­ход­но­сти вто­рич­но­го рын­ка на за­кры­тии сес­сии во втор­ник.

Спрос на ше­сти­лет­ние ОФЗ 29012 (с пла­ва­ю­щей став­кой до­ход­но­сти) ока­зал­ся мень­ше объ­е­ма пред­ло­же­ния (19,561 млрд руб­лей про­тив 20 млрд). В ито­ге Мин­фин удо­вле­тво­рил лишь са­мые «дорогие» за­яв­ки, а объ­ем раз­ме­ще­ния со­ста­вил 12,22 млрд руб­лей. Це­на аук­ци­о­на за­фик­си­ро­ва­на на уровне 102,75% но­ми­на­ла (до­ход­ность — 10,33% го­до­вых).

На фоне все той же гео­по­ли­ти­че­ской на­пря­жен­но­сти рос­сий­ский ры­нок акций де­мон­стри­ро­вал нис­хо­дя­щую ди­на­ми­ку. Так, с по­не­дель­ни­ка по чет­верг ин­декс ММВБ упал до 1945 пунк­тов, или на 3,7%. За тот же пе­ри­од дол­ла­ро­вый ин­декс РТС про­сел на 2,2%, до 1089 пунк­тов. Утром в пятницу ин­дек­сы ММВБ и РТС про­дол­жи­ли дви­же­ние по нис­хо­дя­щей тра­ек­то­рии, со­ста­вив (по со­сто­я­нию на 10:32 по мос­ков­ско­му вре­ме­ни) 1936 и 1082 пунк­тов со­от­вет­ствен­но.

■ При под­го­тов­ке руб­ри­ки ис­поль­зо­ва­лись материалы ин­фор­ма­ци­он­ных агентств AK&M, «МФД-Ин­фо­центр», «Ро­сбиз­не­с­кон­сал­тинг», бан­ка «Зе­нит», Газ­пром­бан­ка и Пром­связь­бан­ка

За ми­нув­шую неде­лю курс дол­ла­ра, взве­шен­ный по кор­зине валют (USD Index), су­ще­ствен­но про­сел, со­ста­вив днем 14 апреля 100,48 (–0,7% с на­ча­ла про­шлой недели). Про­ти­во­ре­чи­вая мак­ро­эко­но­ми­че­ская ста­ти­сти­ка, а та­к­же «го­лу­би­ная» ри­то­ри­ка пре­зи­ден­та США До­наль­да Трам­па под­дер­жа­ли кон­ку­рен­тов американск­ой ва­лю­ты.

«На мой взгляд, дол­лар стал слиш­ком креп­ким, и от­ча­сти это моя ви­на, по­то­му что лю­ди та­ким об­ра­зом вы­ра­жа­ют до­ве­рие мне. Но сей­час это на­но­сит нам вред. Более то­го, это бу­дет вре­дить нам в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве. У силь­но­го дол­ла­ра есть несколь­ко очень по­зи­тив­ных ас­пек­тов, од­на­ко обыч­но са­мое луч­шее здесь то, что это хо­ро­шо зву­чит. При силь­ном дол­ла­ре и де­валь­ва­ции валют дру­ги­ми стра­на­ми очень и очень труд­но вы­дер­жи­вать кон­ку­рен­цию», — за­явил Трамп.

На этом президент США не оста­но­вил­ся и про­дол­жил де­лать неожи­дан­ные за­яв­ле­ния, ко­то­рые рез­ко про­ти­во­ре­чат то­му, что он го­во­рил в хо­де сво­ей из­би­ра­тель­ной кам­па­нии. В част­но­сти, Трамп неожи­дан­но вы­ска­зал сло­ва под­держ­ки гла­ве ФРС Джа­нет Йел­лен, а та­к­же под­дер­жал курс на уль­тра­мяг­кую кре­дит­но-де­неж­ную по­ли­ти­ку в США. На­пом­ним, что ра­нее, в хо­де пре­зи­дент­ской кам­па­нии, Трамп обе­щал уво­лить Йел­лен в 2018 го­ду, ко­гда ис­те­ка­ет срок ее пол­но­мо­чий на по­сту гла­вы ФРС. На фоне этих за­яв­ле­ний ва­лют­ные трей­де­ры ожи­да­е­мо стали про­да­вать дол­лар.

Мак­ро­эко­но­ми­че­ская ста­ти­сти­ка та­к­же не смог­ла ока­зать под­держ­ку американск­ой ва­лю­те. Аме­ри­кан­ские про­из­во­ди­те­ли из-за сла­бо­го спро­са на свою про­дук­цию не спе­шат по­вы­шать це­ны. Так, ин­декс цен про­из­во­ди­те­лей (PPI) в мар­те сни­зил­ся на 0,1% по срав­не­нию с преды­ду­щим ме­ся­цем по­сле ро­ста на 0,3% в фев­ра­ле. Ана­ли­ти­ки про­гно­зи­ро­ва­ли стаг­на­цию ин­ди­ка­то­ра. По срав­не­нию с ана­ло­гич­ным пе­ри­о­дом про­шло­го го­да ин­декс цен про­из­во­ди­те­лей под­нял­ся на 2,3%. Ба­зо­вый ин­декс цен про­из­во­ди­те­лей (core PPI), из рас­че­та ко­то­ро­го ис­клю­че­ны це­ны на про­дук­ты пи­та­ния и энер­го­но­си­те­ли, в мар­те не из­ме­нил­ся по срав­не­нию с преды­ду­щим ме­ся­цем (рост на 1,6% в го­до­вом ис­чис­ле­нии) про­тив ожи­дав­ше­го­ся по­вы­ше­ния на 0,2%.

Тем вре­ме­нем из Ев­ро­пы по­сту­па­ли пре­иму­ще­ствен­но хо­ро­шие но­во­сти. В част­но­сти, ин­декс на­стро­е­ний в де­ло­вых кру­гах ев­ро­зо­ны, по дан­ным немец­ко­го ис­сле­до­ва­тель­ско­го ин­сти­ту­та ZEW, в ап­ре­ле со­ста­вил 26,3 про­тив 25,6 в мар­те. Ана­ли­ти­ки про­гно­зи­ро­ва­ли сни­же­ние ин­ди­ка­то­ра до 25 пунк­тов. Осо­бен­но по­ра­до­ва­ли ин­ве­сто­ров дан­ные по Гер­ма­нии: в ап­ре­ле ин­декс на­стро­е­ний в де­ло­вых кру­гах со­ста­вил 19,5 (мак­си­мум с ав­гу­ста 2015 го­да) про­тив 12,8 в мар­те. Ана­ли­ти­ки про­гно­зи­ро­ва­ли рост ин­ди­ка­то­ра до 13,2. На этом фоне курс ев­ро скор­рек­ти­ро­вал­ся вверх от ло­каль­ных ми­ни­му­мов, со­ста­вив днем 14 апреля 1,0625 дол­ла­ра (+0,3%). Курс фун­та стер­лин­гов заметно укре­пил­ся, до­стиг­нув днем 14 апреля 1,2511 дол­ла­ра (+1,1%). Из хо­ро­ших но­во­стей для бри­тан­ской ва­лю­ты сле­ду­ет от­ме­тить рост ин­фля­ции вы­ше це­ле­вой от­мет­ки 2%, что уси­ли­ва­ет по­зи­ции пар­тии «яст­ре­бов» в Бан­ке Ан­глии. В мар­те по­тре­би­тель­ские це­ны вы­рос­ли на 2,3% в го­до­вом вы­ра­же­нии. Ана­ли­ти­ки про­гно­зи­ро­ва­ли рост на 2,2%.

Кро­ме то­го, непло­хие дан­ные вы­шли по рын­ку тру­да. Нор­ма без­ра­бо­ти­цы в Ве­ли­ко­бри­та­нии в де­каб­ре–фев­ра­ле со­ста­ви­ла 4,7% (ми­ни­мум с 1975 го­да).

Фа­во­ри­том недели на ва­лют­ном рын­ке ста­ла ва­лю­та Япо­нии. Курс ие­ны под­нял­ся до 108,91 ие­ны за дол­лар (+1,9% за неде­лю). На фоне воз­рос­шей гео­по­ли­ти­че­ской на­пря­жен­но­сти, а та­к­же сни­же­ния дол­ла­ра су­ще­ствен­но вы­рос спрос на за­щит­ные ак­ти­вы. В ито­ге ин­ве­сто­ры охот­но по­ку­па­ли ак­ти­вы, но­ми­ни­ро­ван­ные в ие­нах.

Спад ожи­да­ний от­но­си­тель­но ре­а­ли­за­ции фор­си­ро­ван­но­го сце­на­рия уже­сто­че­ния кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­ки в США по­зи­тив­но от­ра­зил­ся на сто­и­мо­сти сы­рье­вых то­ва­ров. Так, зо­ло­то по ито­гам обо­зре­ва­е­мо­го пе­ри­о­да по­до­ро­жа­ло на 2,5%. Сто­и­мость май­ско­го фью­черса в Нью-Йор­ке по ито­гам тор­го­вой сес­сии 13 апреля со­ста­ви­ла 1286,8 дол­ла­ра за трой­скую ун­цию.

Це­ны на нефть в Нью-Йор­ке под­рос­ли на 1,8%. Июнь­ские кон­трак­ты на сорт неф­ти WTI 13 апреля за­кры­лись на от­мет­ке 53,6 дол­ла­ра за бар­рель. Сто­и­мость июнь­ско­го кон­трак­та в Лон­доне на сорт неф­ти Brent вы­рос­ла на 1,2%, до 55,89 дол­ла­ра за бар­рель. По дан­ным МЭА, ми­ро­вой ры­нок неф­ти при­бли­зил­ся к вос­ста­нов­ле­нию ба­лан­са меж­ду спро­сом и пред­ло­же­ни­ем. Впро­чем, сла­бый рост спро­са, а та­к­же уве­ли­чи­ва­ю­ща­я­ся до­бы­ча уг­ле­во­до­род­но­го сы­рья в США по­ка не поз­во­ля­ют пол­но­стью убрать из­бы­ток пред­ло­же­ния с неф­тя­но­го рын­ка.

При под­го­тов­ке руб­ри­ки ис­поль­зо­ва­лись дан­ные ин­фор­ма­ци­он­но­го агент­ства «МФД-Ин­фо­центр»

Рос­сий­ская про­мыш­лен­ность го­то­ва к ро­сту, пред­при­я­тия де­мон­стри­ру­ют вы­со­кую сте­пень удо­вле­тво­рен­но­сти соб­ствен­ным фи­нан­со­во­эко­но­ми­че­ским по­ло­же­ни­ем (88% ре­спон­ден­тов оце­ни­ли его как хо­ро­шее или удо­вле­тво­ри­тель­ное), чис­лом за­ня­тых (82% оце­ни­ли ее как до­ста­точ­ную), за­па­са­ми сы­рья, ма­те­ри­а­лов и го­то­вой про­дук­ции (их оце­ни­ли как нор­маль­ные 80 и 67% пред­при­я­тий со­от­вет­ствен­но), про­из­вод­ствен­ны­ми мощ­но­стя­ми (78% оце­ни­ли как до­ста­точ­ные). Та­ко­вы ре­зуль­та­ты оче­ред­но­го опро­са ИЭП им. Е. Т. Гай­да­ра. Един­ствен­ная жи­во­тре­пе­щу­щая про­бле­ма — де­фи­цит спро­са на про­дук­цию. До­ста­точ­ным или нор­маль­ным счи­та­ют спрос на свою про­дук­цию лишь чуть боль­ше по­ло­ви­ны про­мыш­лен­ни­ков, участ­во­вав­ших в опро­се (53%).

Вслед за сни­же­ни­ем клю­че­вой став­ки ЦБ в по­след­ней де­ка­де мар­та на­чал­ся но­вый ра­унд сни­же­ния ста­вок по де­по­зи­там физ­лиц в ком­мер­че­ских бан­ках. Сред­няя мак­си­маль­ная став­ка по руб­ле­вым де­по­зи­там де­ся­ти бан­ков — круп­ней­ших дер­жа­те­лей част­ных де­по­зи­тов в на­ча­ле апреля опу­сти­лась ни­же 8% го­до­вых. Еще немно­го, и ин­ди­ка­тив­ная став­ка про­бьет ми­ни­мум за всю ис­то­рию рас­че­та это­го по­ка­за­те­ля (7,85%), до­стиг­ну­тый в се­ре­дине 2011 го­да. Несмотря на ин­тен­сив­ное сни­же­ние ста­вок по де­по­зи­там, их уро­вень все еще заметно пре­вы­ша­ет быст­ро сни­жа­ю­щу­ю­ся ин­фля­цию (4,3% по ито­гам мар­та). Так что не ис­клю­че­но, что к кон­цу те­ку­ще­го го­да став­ки по де­по­зи­там опу­стят­ся до 5–6% го­до­вых.

Со­во­куп­ный го­су­дар­ствен­ный и му­ни­ци­паль­ный долг рос­сий­ских регионов в про­шлом го­ду вы­рос по но­ми­на­лу на 2%. Скром­ность «сред­ней тем­пе­ра­ту­ры по боль­ни­це» не долж­на успо­ка­и­вать. Есть пул регионов, где фи­нан­со­вая и дол­го­вая си­ту­а­ция чрез­вы­чай­но ост­ра. Ли­де­ром по на­ра­щи­ва­нию дол­га ста­ла Рес­пуб­ли­ка Крым, по­лу­чив­шая 5 млрд руб­лей бюд­жет­ных кре­ди­тов, что при­ве­ло к уве­ли­че­нию ре­ги­о­наль­но­го госдол­га от по­чти ну­ле­вой ба­зы в 13 раз. А вот ли­де­ром по умень­ше­нию дол­га ста­ла Москва, со­кра­тив­шая — в усло­ви­ях про­фи­цит­но­го бюд­же­та — долг более чем на­по­ло­ви­ну (на 56%), под­счи­тал Ан­дрей Чер­няв­ский из Цен­тра раз­ви­тия НИУ ВШЭ.

По со­сто­я­нию на на­ча­ло те­ку­ще­го го­да сред­нее зна­че­ние дол­го­вой на­груз­ки рос­сий­ских регионов со­став­ля­ло 34% соб­ствен­ных до­хо­дов. Од­на­ко у ря­да регионов этот по­ка­за­тель за­шка­ли­вал за 100% — это Мор­до­вия, Ха­ка­сия, Ко­стром­ская, Астра­хан­ская и Смо­лен­ская об­ла­сти, а та­к­же Ка­ре­лия. При этом Ха­ка­сия и Ко­стром­ская об­ласть вы­де­ля­ют­ся еще и экс­тре­маль­но вы­со­ким уров­нем те­ку­щей бюд­жет­ной несба­лан­си­ро­ван­но­сти: от­но­ше­ние де­фи­ци­та к соб­ствен­ным до­хо­дам со­став­ля­ет здесь 43 и 22% со­от­вет­ствен­но.

Саль­до те­ку­ще­го сче­та пла­теж­но­го ба­лан­са, со­глас­но по­след­ней свод­ке Бан­ка Рос­сии, до­стиг­ло в пер­вом квар­та­ле те­ку­ще­го го­да 22,9 млрд дол­ла­ров — это мак­си­мум за по­след­ние во­семь квар­та­лов. При этом рубль в фев­ра­ле–мар­те укреп­лял­ся тем­па­ми, неадек­ват­ны­ми удо­ро­жа­нию неф­ти (а в мар­те сред­няя ми­ро­вая це­на рос­сий­ско­го экс­порт­но­го сор­та неф­ти Urals да­же несколь­ко сни­зи­лась по от­но­ше­нию к фев­раль­ско­му зна­че­нию). Это при­ве­ло к быст­ро­му сни­же­нию рас­чет­ной руб­ле­вой це­ны неф­ти, ко­то­рую мож­но рас­смат­ри­вать как ин­ди­ка­тор но­ми­наль­но­го уров­ня неф­те­га­зо­вых до­хо­дов бюд­же­та.

Из это­го ана­ли­ти­ки, вклю­чая гла­ву Минэко­но­мраз­ви­тия, по­чти кон­сен­сус­но за­клю­ча­ют, что рубль ожи­да­ет за­мет­ное ослаб­ле­ние. Од­на­ко с уче­том се­зон­но­сти циф­ры про­фи­ци­та сче­та те­ку­щих опе­ра­ций вы­гля­дят уже не так пу­га­ю­ще и вполне укла­ды­ва­ют­ся в трен­ды, сфор­ми­ро­вав­ши­е­ся со вто­рой по­ло­ви­ны про­шло­го го­да. Дру­ги­ми сло­ва­ми, по­ка нет се­рьез­ных ос­но­ва­ний счи­тать, что иные фак­то­ры, кро­ме це­ны неф­ти, ока­жут вли­я­ние на центр ко­ле­ба­ний кур­са рубля в бли­жай­шие ме­ся­цы. Центр диа­па­зо­на ко­ле­ба­ний об­мен­но­го кур­са рубля при те­ку­щих зна­че­ни­ях це­ны неф­ти дол­жен сей­час ле­жать где-то в рай­оне 59,5 рубля за дол­лар с даль­ней­шей по­прав­кой на внут­рен­нюю ин­фля­цию.

Ре­корд­но вы­со­кое саль­до те­ку­ще­го сче­та объ­яс­ня­ет­ся как зна­чи­тель­но вы­рос­ши­ми раз­ме­ра­ми экс­пор­та (на нем по­ми­мо ро­ста це­ны неф­ти — на 58% к пер­во­му квар­та­лу про­шло­го го­да — ска­зал­ся та­к­же рост фи­зи­че­ско­го объ­е­ма вы­во­за сы­рой неф­ти, на пять про­цен­тов в го­до­вом со­по­став­ле­нии, так что до­ля ненеф­те­га­зо­во­го экс­пор­та про­дол­жи­ла па­дать — до 40% про­тив 46% в сред­нем в 2016 го­ду), так и се­зон­ным со­кра­ще­ни­ем им­пор­та в ян­ва­ре– фев­ра­ле. Ве­ро­ят­но, от­ча­сти для оплаты им­порт­ных кон­трак­тов за­ре­зер­ви­ро­ва­на часть при­ро­ста за­ру­беж­ных ак­ти­вов рос­сий­ских бан­ков, до­стиг­шая в ян­ва­ре–мар­те фе­но­ме­наль­ной по ны­неш­ним вре­ме­нам ве­ли­чи­ны 17 млрд дол­ла­ров. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.