МИНОРИТАРИ­И И ПУСТОТА

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Ком­па­нии мол­ча­ли­во вы­дав­ли­ва­ют мел­ких ак­ци­о­не­ров из ка­пи­та­ла, ЦБ от ак­тив­ной за­щи­ты част­ных ин­ве­сто­ров воз­дер­жи­ва­ет­ся. Для рос­сий­ско­го фи­нан­со­во­го рын­ка это озна­ча­ет ста­биль­но низ­кую ка­пи­та­ли­за­цию, для эко­но­ми­ки — низ­кую за­ло­го­вую ба­зу, для ком­па­ний — невоз­мож­ность при­влечь фи­нан­си­ро­ва­ние с рын­ка

Ком­па­нии мол­ча­ли­во вы­дав­ли­ва­ют мел­ких ак­ци­о­не­ров из ка­пи­та­ла, ЦБ от ак­тив­ной за­щи­ты част­ных ин­ве­сто­ров воз­дер­жи­ва­ет­ся. Для рос­сий­ско­го фи­нан­со­во­го рын­ка это озна­ча­ет ста­биль­но низ­кую ка­пи­та­ли­за­цию, для эко­но­ми­ки — низ­кую за­ло­го­вую ба­зу, для ком­па­ний — невоз­мож­ность при­влечь фи­нан­си­ро­ва­ние с рын­ка

Пре­не­бре­же­ние ми­но­ри­та­ри­я­ми ме­ша­ет са­мим ком­па­ни­ям. За­бо­тясь о мел­ких ак­ци­о­не­рах, ком­па­нии по­вы­ша­ли бы свою ка­пи­та­ли­за­цию — и по­лу­ча­ли бы от­лич­ный ин­стру­мент для при­вле­че­ния де­нег под за­лог ак­ций, сли­я­ний и по­гло­ще­ний и т. д. Весь рос­сий­ский биз­нес раз­ви­вал­ся бы и сто­ил со­всем по-дру­го­му

Хо­ро­шее от­но­ше­ние к ак­ци­о­не­рам, про­зрач­ная ди­ви­денд­ная по­ли­ти­ка, со­гла­со­ван­ная ра­бо­та со­ве­та ди­рек­то­ров… Ма­ши­но­стро­и­тель­ный за­вод име­ни М. И. Ка­ли­ни­на — ред­кий при­мер об­раз­цо­во­го об­ра­ще­ния с мел­ки­ми ак­ци­о­не­ра­ми. За ис­клю­че­ни­ем 2009 го­да МЗиК вы­пла­чи­вал ди­ви­ден­ды в стро­гом со­от­вет­ствии с уста­вом, а для рос­сий­ских ком­па­ний, осо­бен­но вто­ро­го-тре­тье­го эше­ло­на, это слу­чай неча­стый.

А вот Дол­го­пруд­нен­ское на­уч­но­про­из­вод­ствен­ное пред­при­я­тие, вхо­дя­щее в ту же струк­ту­ру, что и МЗиК, а имен­но в кон­церн «Ал­маз-Ан­тей», при лю­бой при­бы­ли на­прав­ля­ет на вы­пла­ту ди­ви­ден­дов ко­пей­ки, его миноритари­и ко­то­рый год без­успеш­но пы­та­ют­ся от­сто­ять свои пра­ва. Част­ные ин­ве­сто­ры свя­зы­ва­ют та­кую раз­ни­цу с лич­ны­ми ка­че­ства­ми топ-ме­недж­мен­та: бес­смен­ный ген­ди­рек­тор МЗиК Ни­ко­лай Клейн из­ве­стен тем, что в са­мые труд­ные вре­ме­на, в 1990–2000-е, не рас­пу­стил кол­лек­тив, не пу­стил под пресс и не рас­про­дал обо­ру­до­ва­ние и фак­ти­че­ски со­хра­нил пред­при­я­тие.

Со­зда­ет­ся впе­чат­ле­ние, что гром­кий отказ «Газ­про­ма» от вы­став­ле­ния офер­ты по об­л­га­зам (см. «Как на­пу­гать “Газ­пром”», «Экс­перт» № 36 за 2014 год), сов­пав­ший с пе­ре­во­дом Фе­де­раль­ной служ­бы по фи­нан­со­вым рын­кам (ФСФР) в со­став ЦБ и с со­зда­ни­ем ме­га­ре­гу­ля­то­ра, стал точ­кой невоз­вра­та. Во­пре­ки на­деж­дам, ко­то­рые на пер­вых по­рах свя­зы­ва­ли с по­яв­ле­ни­ем ме­га­ре­гу­ля­то­ра — ведь зар­пла­ты там втрое вы­ше, чем в ФСФР, и за­щи­щать ми­но­ри­та­ри­ев мож­но бы­ло бы ак­тив­нее, опи­ра­ясь на вес ЦБ, — си­ту­а­ция с пра­ва­ми ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров за­сты­ла в ниж­ней фа­зе. Да­же офер­ты по за­ни­жен­ным це­нам уже не вы­гля­дят злом, го­во­рит част­ный ин­ве­стор Де­нис Па­на­сюк,— ведь офер­та есть, а це­ну тео­ре­ти­че­ски мож­но оспо­рить в су­де. Са­мая боль­шая про­бле­ма в том, что эми­тен­ты, осо­бен­но вто­ро­го и по­сле­ду­ю­щих эше­ло­нов, не ве­дут ров­но ни­ка­кой ра­бо­ты со сво­ей ка­пи­та­ли­за­ци­ей и с мел­ки­ми ак­ци­о­не­ра­ми. Они не по­ни­ма­ют, за­чем ну­жен фон­до­вый ры­нок, не хо­тят ви­деть у се­бя в ре­ест­ре физ­лиц — но и вы­ку­пать у них ак­ции то­же не хо­тят, на­де­ясь, что, ес­ли мак­си­маль­но услож­нить жизнь «ми­но­ров», те са­ми со­бой ис­чез­нут. Ме­га­ре­гу­ля­тор, в свою оче­редь, со­сре­до­то­чил­ся на бу­маж­ной ра­бо­те, но ему го­раз­до про­ще ра­бо­тать с те­ми, ко­му он вы­да­ет ли­цен­зию. Ко­гда де­ло до­хо­дит до спо­ров, миноритари­и ока­зы­ва­ют­ся в су­дах один на один с эми­тен­та­ми —и с аб­со­лют­ной неком­пе­тент­но­стью су­дей.

Ни­кто не за­ста­вит

Мо­жет сло­жить­ся впе­чат­ле­ние, что о ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­рах про­сто за­бы­ли в си­лу их ма­ло­го вли­я­ния на ры­нок, но это не так. Как сле­ду­ет из от­чет­но­сти Мос­ков­ской бир­жи, на де­кабрь 2016 го­да ко­ли­че­ство уни­каль­ных кли­ен­тов в си­сте­ме тор­гов со­став­ля­ло 1,1 млн че­ло­век. И это толь­ко те «фи­зи­ки», кто за­ре­ги­стри­ро­ван на бир­же. Ес­ли до­ба­вить сю­да кли­ен­тов ин­ве­сти­ци­он­ных фон­дов, а та­к­же тех, у ко­го ак­ции ле­жат в ре­ест­рах со вре­мен при­ва­ти­за­ции, мож­но пред­по­ло­жить, что око­ло 18 млн рос­си­ян вла­де­ют ак­ци­я­ми (оцен­ка Myriad Rus).

Еще во вре­мя су­ще­ство­ва­ния ФСФР по­яви­лась идея как-то упо­ря­до­чить ха­ос, ца­ря­щий в от­кры­тых ак­ци­о­нер­ных об­ще­ствах. Боль­шин­ство из них по­лу­чи­ли мел­ких ак­ци­о­не­ров еще во вре­мя при­ва­ти­за­ции, но со вре­ме­нем по­ня­ли, что быть по-на­сто­я­ще­му пуб­лич­ны­ми ком­па­ни­я­ми, со все­ми тре­бо­ва­ни­я­ми к рас­кры­тию и об­ще­нию с физ­ли­ца­ми, они не хо­тят. По мыс­ли чи­нов­ни­ков, нуж­но бы­ло дать воз­мож­ность тем, кто не хо­чет пуб­лич­но­сти, на­ко­нец из­ба­вить­ся от нее. С 1 сен­тяб­ря 2014 го­да в Рос­сии всту­пил в дей­ствие за­кон, упразд­нив­ший ЗАО и ОАО. В тео­рии те­перь долж­ны остать­ся толь­ко ПАО (пуб­лич­ное ак­ци­о­нер­ное об­ще­ство) и АО (непуб­лич­ное ак­ци­о­нер­ное об­ще­ство).

«Идея по­нят­на, но под­ход стран­ный, — го­во­рит Де­нис Па­на­сюк. — На бир­же мо­гут тор­го­вать­ся толь­ко ПАО, те, ко­му прин­ци­пи­аль­но не нуж­но быть пуб­лич­ны­ми, ста­но­вят­ся про­сто АО. Но рань­ше бы­ло огра­ни­че­ние: ес­ли в об­ще­стве 50 ак­ци­о­не­ров и мень­ше, то оно мо­жет счи­тать­ся ЗАО, ес­ли хо­тя бы 51, то долж­но стать ОАО. А те­перь по­рог по­че­му-то во­об­ще убра­ли. Су­ще­ству­ют непуб­лич­ные об­ще­ства бо­лее чем с ты­ся­ча­ми ак­ци­о­не­ров, на­при­мер Мос­ков­ский вер­то­лет­ный за­вод им. М. Л. Ми­ля. Ну как же так? При этом, что­бы из ПАО пре­об­ра­зо­вать­ся в АО, необ­хо­ди­мо, что­бы об­ще­ство бы­ло осво­бож­де­но от рас­кры­тия ин­фор­ма­ции, что воз­мож­но толь­ко при ко­ли­че­стве ак­ци­о­не­ров ме­нее 500. Сде­ла­ли бы та­кой же по­рог: ес­ли ак­ци­о­не­ров бо­лее 500, то ак­ци­о­нер­ное об­ще­ство не мо­жет быть непуб­лич­ным, но ведь это­го не про­изо­шло».

Этот во­прос дей­стви­тель­но ва­жен — так как непуб­лич­ные об­ще­ства мо­гут не публиковат­ь квар­таль­ную от­чет­ность и не рас­кры­вать мно­гие дру­гие важ­ные дан­ные. Во­об­ще ста­но­вит­ся непо­нят­ной судь­ба тво­их цен­ных бу­маг, ес­ли ты ак­ци­о­нер непуб­лич­но­го об­ще­ства.

Пла­тить не хо­тят не толь­ко непуб­лич­ные эми­тен­ты. Са­мый из­вест­ный при­мер пре­не­бре­же­ния ак­ци­о­не­ра­ми — ис­то­рия с «Газ­про­мом» и об­л­га­за­ми. Он воз­вра­ща­ет нас в 2013 год, ко­гда мо­но­по­лия за­кры­ла сдел­ку по вы­ку­пу у го­су­дар­ствен­но­го «Рос­неф­те­га­за» до­лей в 72 га­зо­рас­пре­де­ли­тель­ных ор­га­ни­за­ци­ях (ГРО; тех са­мых об­л­га­зах) за 25,86 млрд руб­лей. При­мер­но в по­ло­вине слу­ча­ев ми­но­ри­та­ри­ям этих об­л­га­зов долж­ны бы­ли по за­ко­ну вы­ста­вить офер­ту. Це­на во­про­са — 8 млрд руб­лей, для струк­ту­ры уров­ня «Газ­про­ма» это, ка­за­лось бы, не та сум­ма, ра­ди ко­то­рой нуж­но на­ру­шать за­кон. Тем не ме­нее вы­ста­вить офер­ту «Газ­пром» от­ка­зал­ся, пер­во­на­чаль­но со­слав­шись на аф­фи­ли­ро­ван­ность с «Рос­неф­те­га­зом» (за­кон из­бав­ля­ет от необ­хо­ди­мо­сти вы­ку­па в та­ком слу­чае). На за­щи­ту ми­но­ри­та­ри­ев по­пы­тал­ся встать ЦБ. В 2013–2014 го­дах тер­ри­то­ри­аль­ные под­раз­де­ле­ния ре­гу­ля­то­ра вы­нес­ли пред­пи­са­ния в от­но­ше­нии «Газ­про­ма» и «Газ­пром га­зо­рас­пре­де­ле­ния» с тре­бо­ва­ни­ем на­пра­вить обя­за­тель­ное пред­ло­же­ние ак­ци­о­не­рам ГРО. «Газ­пром» пред­пи­са­ние про­игно­ри­ро­вал. В ян­ва­ре 2015 го­да ЦБ вы­нес по­втор­ные пред­пи­са­ния, но и они бы­ли про­игно­ри­ро­ва­ны. А ле­том мо­но­по­лия пе­ре­про­да­ла сво­ей струк­ту­ре па­ке­ты в спор­ных ГРО. «ЦБ вы­иг­рал в Вер­хов­ном су­де, и все. Даль­ше ры­ча­гов воз­дей­ствия в на­шем за­ко­но­да­тель­стве нет», — го­во­рит Де­нис Па­на­сюк.

Здесь вам не SEC

Дей­стви­тель­но, у ЦБ нет воз­мож­но­сти при­ну­дить эми­тен­та со­блю­дать за­кон. Как от­ме­ча­ет Бо­рис Хо­рев, пресс­сек­ре­тарь юри­ди­че­ской ком­па­нии Myriad Rus, про­бле­ма в за­ко­но­да­тель­стве: «Го­су­дар­ство пред­ла­га­ет на­ру­шив­ше­му кор­по­ра­тив­ное за­ко­но­да­тель­ство ак­ци­о­не­ру вы­пла­тить уме­рен­ный штраф. При­мер: мы вы­иг­ра­ли су­ды всех ин­стан­ций по ис­кам ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров про­тив “Газ­пром га­зо­рас­пре­де­ле­ние Во­ро­неж”, ма­жо­ри­тар­ный ак­ци­о­нер ко­то­ро­го, “Газ­пром га­зо­рас­пре­де­ле­ние”, с 2005 го­да укло­ня­ет­ся от ис­пол­не­ния нор­мы фе­де­раль­но­го за­ко­на о на­прав­ле­нии обя­за­тель­но­го пред­ло­же­ния ми­но­ри­тар­ным ак­ци­о­не­рам. Од­на­ко воз и ныне там, по­то­му что ме­недж­мен­ту ком­па­нии про­ще вы­пла­тить штраф — что­то око­ло по­лу­мил­ли­о­на руб­лей, — чем ис­пол­нять нор­му за­ко­на». То­гда как в том же Ев­ро­со­ю­зе раз­мер штра­фа был бы со­по­ста­вим с сум­мой офер­ты, не го­во­ря уже о США. Аме­ри­кан­ская Ко­мис­сия по цен­ным бу­ма­гам и бир­жам (Securities And Exchange Commission, SEC) на­столь­ко мощ­на, что дер­жит в стра­хе да­же за­ру­беж­ных эми­тен­тов, име­ю­щих ли­стинг на аме­ри­кан­ских бир­жах, в том чис­ле сле­дя за их дей­стви­я­ми в дру­гих стра­нах. Так, два го­да на­зад Vimpelcom Ltd был оштра­фо­ван на 795 млн долларов за кор­руп­цию при вы­хо­де на ры­нок Уз­бе­ки­ста­на. На­хо­дя­ща­я­ся В Ки­тае ре­клам­ная ком­па­ния Focus Media Holding Ltd и ее ру­ко­во­ди­тель Джей­сон Джанг бы­ли оштра­фо­ва­ны на 55,6 млн долларов за «неточ­ное рас­кры­тие ин­фор­ма­ции». «Сво­им» то­же нет по­бла­жек: так, ком­па­нии Penn West Petroleum Ltd, ру­ко­во­ди­те­ли ко­то­рой, со­глас­но до­ку­мен­там SEC, ма­ни­пу­ли­ро­ва­ли дан­ны­ми в от­чет­но­сти, уже при­шлось со­кра­тить штат в семь раз и сме­нить на­зва­ние, а ее бу­ма­ги, сто­ив­шие 12 долларов, об­ва­ли­лись до 67 цен­тов. Что на­зы­ва­ет­ся, по­чув­ствуй­те раз­ни­цу.

До­цент факультета пра­ва ВШЭ Ан­тон Се­ли­ва­нов­ский по­ла­га­ет, что про­бле­ма не столь­ко в Бан­ке Рос­сии, сколь­ко в рос­сий­ской су­деб­ной си­сте­ме, ко­то­рая не способна ре­шать по­доб­ные спо­ры эф­фек­тив­но. «Срав­ни­вая ЦБ и SEC, сто­ит учи­ты­вать, что в США иная су­деб­ная си­сте­ма, а у SEC зна­чи­тель­но боль­ше пол­но­мо­чий, чем у Бан­ка Рос­сии, и тес­ное вза­и­мо­дей­ствие с ФБР и дру­ги­ми струк­ту­ра­ми. При этом у них вся си­сте­ма ра­бо­ты с цен­ны­ми бу­ма­га­ми го­раз­до луч­ше об­ка­та­на, — го­во­рит экс­перт. — На­сколь­ко я знаю, у ЦБ не хва­та­ет пол­но­мо­чий для по­лу­че­ния всей необ­хо­ди­мой ин­фор­ма­ции и не от­ла­же­но вза­и­мо­дей­ствие с пра­во­охра­ни­тель­ны­ми ор­га­на­ми».

От­ме­тим, что «Газ­пром» с про­хлад­цей от­но­сит­ся к тре­бо­ва­ни­ям не толь­ко за­ко­на о рын­ке цен­ных бу­маг, но и ко­дек­са кор­по­ра­тив­но­го по­ве­де­ния Мос­ков­ской бир­жи. Од­на­ко пло­щад­ка не при­ни­ма­ет ни­ка­ких мер в от­но­ше­нии мо­но­по­лии.

За­будь­те о грин­мей­ле

Си­лы ма­жо­ри­та­ри­ев и ми­но­ри­та­ри­ев в рос­сий­ской прак­ти­ке чу­до­вищ­но нерав­ны. По сло­вам Бо­ри­са Хо­ре­ва, как толь­ко ак­ци­о­нер пре­одо­лел по­рог в 50%, да­лее ему нет ни­ка­ко­го смыс­ла со­блю­дать за­ко­но­да­тель­ство, и он по­лу­ча­ет ни­чем не огра­ни­чен­ный кон­троль над об­ще­ством. Пред­ста­ви­тель Myriad Rus на­по­ми­на­ет о пси­хо­ло­гии: оте­че­ствен­ный ма­жо­ри­тар­ный ак­ци­о­нер, ка­ким бы ко­ли­че­ством ак­ций он ни вла­дел, вос­при­ни­ма­ет ком­па­нию как свою соб­ствен­ность. Неред­ко это идет враз­рез с ин­те­ре­са­ми не толь­ко осталь­ных ак­ци­о­не­ров, но и са­мо­го об­ще­ства.

«По за­ко­ну пра­ва есть у всех ак­ци­о­не­ров, но ми­но­ри­та­ри­ям за­щи­тить их чрез­вы­чай­но слож­но, так как они огра­ни­че­ны в по­лу­че­нии важ­ней­шей ин­фор­ма­ции о де­я­тель­но­сти об­ще­ства и его до­чер­них ком­па­ний, — го­во­рит Ан­тон Се­ли­ва­нов­ский.— Бо­лее то­го, есть ини­ци­а­ти­ва ли­шить ми­но­ри­та­рия и са­мо­го пра­ва за­пра­ши­вать у ме­недж­мен­та ка­кую-ли­бо ин­фор­ма­цию». Речь идет о пред­ло­жен­ном в ян­ва­ре Ми­ню­стом огра­ни­че­нии пра­ва ми­но­ри­та­ри­ев за­пра­ши­вать ин­фор­ма­цию — чи­нов­ни­ки ре­ши­ли, что де­лать это мо­гут толь­ко об­ла­да­те­ли не ме­нее 5% ак­ций и лишь в том слу­чае, ес­ли ак­ци­о­нер до­ка­жет на­ли­чие де­ло­вой це­ли.

Скла­ды­ва­ет­ся ин­те­рес­ная си­ту­а­ция. За­кон на­ру­ша­ют ма­жо­ри­та­рии, а огра­ни­чи­ва­ют ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров. При­чем имен­но в ча­сти по­лу­че­ния ин­фор­ма­ции, ко­то­рая под­час ста­но­вит­ся един­ствен­ным ве­со­мым до­ка­за­тель­ством на­ру­ше­ния за­ко­на и ос­но­ва­ни­ем для су­деб­но­го ис­ка. Мо­жет быть, круп­ные ак­ци­о­не­ры бо­ят­ся пре­сло­ву­то­го грин­мей­ла?

Но, как счи­та­ет Ан­тон Се­ли­ва­нов­ский, с грин­мей­лом в на­шей стране си­ту­а­ция со­всем иная, неже­ли в США и Ев­ро­пе: «Услов­ный грин­мейл в Рос­сии мо­жет быть эф­фек­ти­вен, толь­ко ко­гда за грин­мей­ле­ром сто­ит до­ста­точ­но зна­чи­тель­ная си­ла. И это яв­но не слу­чай ми­но­ри­та­рия». Уче­ный та­к­же на­по­ми­на­ет, что кро­ме кор­по­ра­тив­ных шан­та­жи­стов су­ще­ству­ют так на­зы­ва­е­мые кор­по­ра­тив­ные ак­ти­ви­сты — ин­ве­сто­ры, ко­то­рые при­об­ре­та­ют ак­ции, по­том ак­тив­но участ­ву­ют в управ­ле­нии ком­па­ни­ей, что­бы за счет луч­ше­го управ­ле­ния по­вы­ша­лись ее ка­пи­та­ли­за­ция, при­быль и, со­от­вет­ствен­но, ди­ви­ден­ды.

В прин­ци­пе, то са­мое раз­де­ле­ние на ПАО и АО уже да­ло ком­па­ни­ям ме­ха­низм за­щи­ты от воз­мож­но­го грин­мей­ла — до­ста­точ­но вы­ку­пить ак­ции у ми­но­ри­та­ри­ев. Од­на­ко это­го не про­ис­хо­дит: тра­тить день­ги эми­тен­там то­же не хо­чет­ся.

Быть «ми­но­ром»

Част­ный ин­ве­стор с два­дца­ти­лет­ним ста­жем Ва­дим Ус­ков от­ме­ча­ет, что в неко­то­рых сфе­рах мел­ким ак­ци­о­не­рам в по­след­ние го­ды дей­стви­тель­но ста­ло несколь­ко луч­ше. На­при­мер, «сей­час, ес­ли ты за­пра­ши­ва­ешь ин­фор­ма­цию, ее да­ют. Мо­гут по­тя­нуть вре­мя, но все рав­но ин­фор­ма­цию предо­ста­вят».

Но да­же улуч­ше­ния, ко­то­рые долж­ны бы­ли, по за­дум­ке, об­лег­чить жизнь «ми­но­рам», на де­ле ее услож­ня­ют. Од­на из по­доб­ных ини­ци­а­тив — воз­мож-

ность го­ло­со­вать «не вы­хо­дя из до­ма». Вот что го­во­рит о ней Де­нис Па­на­сюк: «Пре­крас­ное но­во­вве­де­ние ЦБ и Мо­сбир­жи — элек­трон­ное го­ло­со­ва­ние на со­бра­ни­ях ак­ци­о­не­ров. С 1 июля 2016 го­да ак­ци­о­не­ры — де­по­нен­ты НРД не по­лу­ча­ют бу­маж­ных бюл­ле­те­ней для го­ло­со­ва­ния на со­бра­ни­ях ак­ци­о­не­ров ком­па­ний, ак­ции ко­то­рых учи­ты­ва­ют­ся на сче­тах де­по в НРД. У них два ва­ри­ан­та: про­го­ло­со­вать элек­трон­но че­рез бро­ке­ра или лич­но на со­бра­нии ак­ци­о­не­ров. Идея дей­стви­тель­но ве­ли­ко­леп­ная — на неразо­слан­ных бюл­ле­те­нях эко­но­мят­ся сот­ни че­ло­ве­ко-ча­сов ра­бо­ты и ты­ся­чи тонн бу­ма­ги плюс по­вы­ша­ет­ся ко­ли­че­ство про­го­ло­со­вав­ших, так как мно­гим ак­ци­о­не­рам про­сто лень ид­ти на по­чту и от­прав­лять бюл­ле­те­ни. Но при этом бро­ке­ров не обя­за­ли предо­став­лять кли­ен­ту воз­мож­ность про­го­ло­со­вать элек­трон­но. Это пра­во бро­ке­ра: хо­чет — предо­став­ля­ет услу­гу, хо­чет — не предо­став­ля­ет. По­лу­ча­ет­ся, ес­ли я пять-де­сять лет на­зад вы­брал “не то­го” бро­ке­ра, то я не мо­гу го­ло­со­вать на мно­гих со­бра­ни­ях, по­то­му что боль­шин­ство со­бра­ний про­во­дят­ся за­оч­но и не пред­по­ла­га­ют воз­мож­но­сти лич­но­го при­сут­ствия ак­ци­о­не­ра. Ини­ци­а­ти­ва хо­ро­шая, но недо­ра­бо­тан­ная».

Ес­ли спу­стить­ся ни­же ак­ций пер­во­го эше­ло­на, то там про­блем с го­ло­со­ва­ни­ем еще боль­ше. Ва­дим Ус­ков на­по­ми­на­ет, что по­сле при­е­ма бюл­ле­те­ней для го­ло­со­ва­ния на со­бра­нии ак­ци­о­не­ров эми­тент пе­ре­да­ет их ре­ест­ро­дер­жа­те­лю. Од­на­ко ни у то­го ни у дру­го­го нет обя­зан­но­сти со­став­лять акт при­е­ма-пе­ре­да­чи, хо­тя бы с ука­за­ни­ем ко­ли­че­ства пе­ре­да­ва­е­мых до­ку­мен­тов. Нет обя­зан­но­сти хра­нить спис­ки участ­ни­ков со­бра­ния. То же и с об­рат­ной пе­ре­да­чей на хра­не­ние эми­тен­ту. «На дан­ных эта­пах мо­жет про­изой­ти мно­же­ство и зло­упо­треб­ле­ний, и тех­ни­че­ских оши­бок. В ре­зуль­та­те мо­гут воз­ник­нуть си­ту­а­ции, ко­гда ни­че­го не бу­дет воз­мож­но сде­лать ни с по­мо­щью Цен­тро­бан­ка, ни с по­мо­щью су­дов, невоз­мож­но уста­но­вить, участ­во­вал ли ак­ци­о­нер в со­бра­нии», — го­во­рит Ва­дим Ус­ков.

Фак­ти­че­ски все ин­стру­мен­ты за­щи­ты прав мел­ко­го ак­ци­о­не­ра сво­дят­ся к двум ве­щам — пись­мам в ЦБ и су­ду. При этом суд для мел­ко­го дер­жа­те­ля ак­ций — се­рьез­ная про­бле­ма. Да­ле­ко не каж­дый юрист раз­би­ра­ет­ся в кор­по­ра­тив­ном пра­ве, к то­му же это боль­шие су­деб­ные из­держ­ки и вре­мя. А ма­жо­ри­та­рии мо­гут спо­кой­но при­ме­нять так­ти­ку из­ма­ты­ва­ния, бес­ко­неч­но за­тя­ги­вая про­цесс, так как на их сто­роне боль­ший объ­ем фи­нан­сов и ад­ми­ни­стра­тив­ный ре­сурс. И они этим поль­зу­ют­ся, про­во­дя свое­об­раз­ную DDoS-ата­ку. Ва­дим Ус­ков рас­ска­зы­ва­ет о сво­ем опы­те по­доб­ных су­дов: «Да­же ин­ве­сти­ци­он­щи­кам иной раз слож­но разо­брать­ся в хит­ро­спле­те­ни­ях де­ла. Что уже го­во­рить о су­дьях. Ино­гда са­мый важ­ный во­прос то­нет в мас­се дру­гих во­про­сов, ко­гда оп­по­нен­ты бук­валь­но за­ки­ды­ва­ют су­дью несу­ще­ствен­ны­ми де­та­ля­ми. Не­по­нят­ны ре­ше­ния и мо­ти­ви­ров­ки неко­то­рых су­дей. Со­зда­ет­ся впе­чат­ле­ние, что они как-то по-сво­е­му трак­ту­ют фор­му­ли­ров­ки по­ве­сток и ре­ше­ний со­бра­ний ак­ци­о­не­ров и уста­вов об­ществ».

«ЦБ нуж­но вы­пу­стить ме­то­ди­че­ское по­со­бие, как ми­но­ри­тар­но­му ак­ци­о­не­ру за­щи­тить свои пра­ва, — пред­ла­га­ет Де­нис Па­на­сюк. — Некую по­ша­го­вую ин­струк­цию: уви­дел на­ру­ше­ние — сде­лал то-то».

В пресс-служ­бе ЦБ на во­прос, как бу­дет ре­шать­ся про­бле­ма за­щи­ты прав ми­но­ри­та­ри­ев, от­ве­ти­ли так: «Ос­нов­ные ме­ро­при­я­тия, ка­са­ю­щи­е­ся из­ме­не­ния прав вла­дель­цев при­ви­ле­ги­ро­ван­ных ак­ций и ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров, опре­де­ле­ны в пунк­тах 2 и 8 пла­на ме­ро­при­я­тий (“до­рож­ной кар­ты”) “Со­вер­шен­ство­ва­ние кор­по­ра­тив­но­го управ­ле­ния”. В на­сто­я­щее вре­мя идет ра­бо­та по ре­а­ли­за­ции этих пунк­тов. В со­от­вет­ствии с п. 8 “до­рож­ной кар­ты” в пра­ви­тель­ство РФ вне­сен про­ект фе­де­раль­но­го за­ко­на “О вне­се­нии из­ме­не­ний в ста­тьи 40 и 75 Фе­де­раль­но­го за­ко­на “Об ак­ци­о­нер­ных об­ще­ствах””. За­ко­но­про­ект преду­смат­ри­ва­ет предо­став­ле­ние ак­ци­о­не­рам — вла­дель­цам обык­но­вен­ных ак­ций пуб­лич­но­го об­ще­ства пре­иму­ще­ствен­но­го пра­ва при­об­ре­те­ния раз­ме­ща­е­мых впер­вые ак­ций дру­гой ка­те­го­рии (ти­па)». Это услож­нит раз­мы­ва­ние до­ли ми­но­ри­та­ри­ев до­пэмис­си­я­ми, что сей­час про­ис­хо­дит до­воль­но ча­сто.

За­чем вам ры­нок

Ин­те­рес­но, что ком­па­нии, «за­жи­ма­ю­щие» вы­став­ле­ние оферт и вы­пла­ту ди­ви­ден­дов, от­ка­зы­ва­ю­щи­е­ся ви­деть ми­но­ри­та­ри­ев, со­вер­шен­но упус­ка­ют из ви­ду, что ху­же они де­ла­ют не столь­ко ми­но­ри­та­ри­ям, сколь­ко се­бе са­мим.

Ос­но­ва­тель про­ек­та Alёnka Capital Эл­вис Мар­ла­мов ви­дит в сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции ин­сти­ту­ци­о­наль­ную про­бле­му. По его сло­вам, у эми­тен­тов и ма­жо­ри­та­ри­ев есть глу­бин­ное непо­ни­ма­ние, что про­зрач­ность и чест­ность вку­пе с адек­ват­ной ди­ви­денд­ной по­ли­ти­кой рез­ко по­вы­сят при­вле­ка­тель­ность ин­ве­сти­ций и, как след­ствие, ка­пи­та­ли­за­цию. «Мно­гие еще не по­ни­ма­ют, за­чем им бир­жа. Эми­тен­ты не по­ни­ма­ют, что мож­но оце­ни­вать биз­нес так (c по­мо­щью ак­ций — “Экс­перт”). Они ду­ма­ют, что биз­нес сто­ит од­ну го­до­вую при­быль, и все. Ре­ги­о­наль­ные биз­не­сме­ны во­об­ще не по­ни­ма­ют, за­чем им быть про­зрач­ны­ми и ко­ти­ро­вать­ся на бир­же», — го­во­рит Эл­вис Мар­ла­мов. При этом, уве­ли­чив ка­пи­та­ли­за­цию ком­па­нии, ее клю­че­вые ак­ци­о­не­ры по­лу­ча­ли бы от­лич­ный ин­стру­мент для при­вле­че­ния де­нег под за­лог ак­ций, сли­я­ний и по­гло­ще­ний и т. д. Весь рос­сий­ский биз­нес раз­ви­вал­ся бы и сто­ил со­всем по-дру­го­му. Ко­неч­но, речь идет имен­но о ро­сте ка­пи­та­ли­за­ции ре­аль­ных ком­па­ний, а не о рас­крут­ке непо­нят­но­го ак­ти­ва, что в по­след­ние го­ды прак­ти­ку­ет­ся фи­нан­со­вы­ми груп­па­ми, осо­бен­но в сек­то­ре РИИ.

«Фон­до­вый ры­нок РФ дис­кре­ди­ти­ро­ван. У лю­дей, осо­бен­но по­жи­лых, очень нега­тив­ные ас­со­ци­а­ции с рос­сий­ским фон­до­вым рын­ком. Те немно­гие, кто ре­ша­ют­ся вло­жить­ся в рос­сий­ские ак­ции, не ощу­ща­ют за­щи­щен­но­сти, — кон­ста­ти­ру­ет Ва­дим Ус­ков. — Без­от­вет­ствен­ные дей­ствия с са­мо­го вы­со­ко­го уров­ня (вспом­ни­те эпо­пею “Ди­ви­ден­ды гос­ком­па­ний — 2016”) до ком­па­ний мест­но­го раз­ли­ва вро­де GTL (оди­оз­ная ком­па­ния, ак­ции ко­то­рой бы­ли разо­гна­ны на 8000%, а по­том сбро­ше­ны. — “Экс­перт”) не улуч­ша­ют ин­вест­кли­мат. В ито­ге лю­ди вкла­ды­ва­ют кров­ные в строй­ку, в квар­ти­ры, квар­ти­ры сто­ят или при­но­сят ма­ло при­бы­ли. Как итог — за­мо­ра­жи­ва­ют­ся боль­шие сред­ства, ко­то­рых не хва­та­ет пред­при­я­ти­ям». ■

Рос­сий­ский ры­нок го­да­ми оста­ет­ся крайне де­ше­вым. От­но­ше­ние его ка­пи­та­ли­за­ции к вы­руч­ке ком­па­ний — ме­нее 1, в США — бо­лее 2. Не в по­след­нюю оче­редь это свя­за­но со слож­ной си­ту­а­ци­ей во­круг ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров

Пер­вый зам­пред ЦБ РФ, ру­ко­во­ди­тель служ­бы по фи­нан­со­вым рын­кам Бан­ка Рос­сии Сер­гей Шве­цов не ре­шил­ся за­нять ак­тив­ную по­зи­цию в за­щи­те прав ми­но­ри­тар­ных ак­ци­о­не­ров

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.