ШОУ В СТИЛЕ «БУ­РЯ И НАТИСК»

Фе­ликс Ми­хай­лов по­ста­вил на сцене «Ле­нин­град-цен­тра» шоу, ко­то­ро­му нет ана­ло­гов по со­че­та­нию раз­лич­ных ви­дов ис­кус­ства и по сте­пе­ни эмо­ци­о­наль­но­го воз­дей­ствия на зри­те­ля

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Фе­ликс Ми­хай­лов по­ста­вил на сцене «Ле­нин­град­цен­тра» шоу, ко­то­ро­му нет ана­ло­гов по со­че­та­нию раз­лич­ных ви­дов ис­кус­ства и по сте­пе­ни эмо­ци­о­наль­но­го воз­дей­ствия на зри­те­ля

Это шоу долж­но бы­ло ко­г­да­ни­будь слу­чить­ся. Те­ат­раль­ная ин­ду­стрия, ищу­щая но­вые спо­со­бы при­вле­че­ния вни­ма­ния зри­те­ля, су­ме­ла най­ти фор­му­лу, ко­то­рая поз­во­ля­ет со­еди­нить ак­ро­ба­ти­че­ское шоу в стиле Cirque du Soleil и мю­зик­лы, ка­ки­ми мы их ви­де­ли в ис­пол­не­нии ком­па­нии «Стейдж Эн­тер­тей­н­мент». Эти сце­ни­че­ские фор­ма­ты до­стиг­ли пу­га­ю­щей сте­пе­ни со­вер­шен­ства и ста­ли слиш­ком пред­ска­зу­е­мы, они пе­ре­ста­ли удив­лять. Зри­тель дав­но тре­бу­ет впе­чат­ле­ний но­вой си­лы, и шоу «Моя пре­крас­ная М» в по­ста­нов­ке Фе­лик­са Ми­хай­ло­ва на сцене «Ле­нин­град-цен­тра» — это по­пыт­ка ему их предо­ста­вить. На сцене по­чти все вре­мя про­ис­хо­дит сра­зу несколь­ко со­бы­тий, в первую оче­редь это та­нец: глав­ную пар­тию в «Мо­ей пре­крас­ной М» ис­пол­ня­ет Ве­ра Ар­бу­зо­ва — ба­ле­ри­на клас­си­че­ской шко­лы. Вто­рое — ак­ро­ба­ти­че­ский но­мер, его мо­гут про­де­лы­вать где угод­но, в том чис­ле в про­стран­стве зри­тель­но­го за­ла, по­чти над го­ло­ва­ми зри­те­лей — хо­тя, ес­ли быть до кон­ца точ­ным, над ро­я­лем, ко­то­рый вдви­нут в зри­тель­ный зал. Но­мер ис­пол­ня­ют без стра­хов­ки.

Тре­тий план шоу — это во­каль­ные но­ме­ра: ар­ти­сты по­ют вжи­вую то в про­стран­стве зри­тель­но­го за­ла, то над сце­ной. При этом Фе­ликс Ми­хай­лов управ­ля­ет фо­ку­сом зри­тель­ско­го вни­ма­ния: та­нец, ак­ро­ба­ти­ка, во­кал, — из­ме­няя рас­по­ло­же­ние в про­стран­стве цен­тра дей­ствия, ко­гда про­ис­хо­дит что-то осо­бен­ное, на­при­мер «ика­рий­ские иг­ры», ко­гда один ак­ро­бат под­бра­сы­ва­ет дру­го­го но­га­ми, а тот в по­ле­те со­вер­ша­ет саль­то, каж­дый раз иное. Или на сце­ну вы­хо­дит жон­глер и за­став­ля­ет ша­ры кру­жить­ся не над со­бой, а во­круг се­бя. Или эк­ви­либ­рист, ко­то­рый раз­би­ра­ет свер­ху вниз пи­ра­ми­ду из сту­льев, при­чем сто­ит где-то по­сре­дине в на­клон­ном по­ло­же­нии, пе­ри­о­ди­че­ски со­вер­шая стой­ку на ру­ках и на го­ло­ве. Он дей­ству­ет так быст­ро, что об опас­но­сти это­го но­ме­ра мож­но су­дить лишь по стра­хо­воч­ной лон­же, все-та­ки при­креп­лен­ной к по­я­су ар­ти­ста.

Про­бле­ма жан­ра мю­зик­ла за­клю­ча­ет­ся в том, что му­зы­ку для него пи­шет один ав­тор, в луч­шем слу­чае два и, ес­ли у них по­лу­ча­ет­ся один-дру­гой хо­ро­ший мю­зикл, то в тре­тьем да­же са­мым та­лант­ли­вым не уда­ет­ся вы­дать му­зы­каль­ное шоу, на­чи­нен­ное хи­та­ми. Соз­да­те­ли «Мо­ей пре­крас­ной М» об­ра­ща­ют­ся к жан­ру му­зы­каль­но­го ре­вю, с тем от­ли­чи­ем, что он не пред­по­ла­га­ет сю­жет­ной связ­ки — меж­ду му­зы­каль­ны­ми но­ме­ра­ми ее и в са­мом де­ле нет, —а в тан­це она при­сут­ству­ет, и по­это­му «Моя пре­крас­ная М» — это все-та­ки боль­ше, чем про­сто ре­вю. В саунд­тре­ке зву­чат хи­ты, ко­то­рые те­ма­ти­че­ски со­от­вет­ству­ют про­ис­хо­дя­ще­му на сцене. Ге­ро­и­ня ищет се­бя, пу­те­ше­ству­ет, ока­зы­ва­ет­ся в раз­ных стра­нах, и му­зы­ка со­зда­ет со­от­вет­ству­ю­щую ат­мо­сфе­ру, в том чис­ле по­мо­га­ет зри­те­лю по­нять, что про­ис­хо­дит на сцене. Что­бы это пред­ста­вить, до­ста­точ­но ска­зать, что в шоу зву­чат неза­слу­жен­но за­бы­тый ре­чи­та­тив Ми­ка­э­ла Та­ривер­ди­е­ва «Не от­ни­май­те у жен­щи­ны си­га­ре­ту» и «Про­щай» — фи­наль­ная пес­ня из мю­зик­ла Алек­сея Рыб­ни­ко­ва «Звез­да и смерть Хо­аки­на Му­рье­ты». И та и дру­гая ока­зы­ва­ют­ся умест­ны­ми.

Но глав­ное — это все-та­ки та­нец. Ве­ра Ар­бу­зо­ва ве­ли­ко­леп­но со­ли­ру­ет, и мы ви­дим в ее ис­пол­не­нии со­вре­мен­ный ба­лет, она дер­жит на се­бе всю по­сле­до­ва­тель­ность эпи­зо­дов, но по­ми­мо это­го в шоу есть необыч­ные но­ме­ра, гип­но­ти­зи­ру­ю­щие сво­ей пси­хо­де­ли­че­ской кра­со­той. На­при­мер, тот, ко­то­рый мож­но на­звать тан­цем зай­цев: его ис­пол­ня­ют в за­ячьих мас­ках. Или та­нец в де­ре­вян­ной обу­ви — тан­цо­ры еще и от­би­ва­ют ею ритм; это не толь­ко необыч­но и кра­си­во — ритм то­же ока­зы­ва­ет ка­кое-то за­во­ра­жи­ва­ю­щее дей­ствие. Сре­ди ар­ти­стов не так мно­го узна­ва­е­мых лиц, но каж­дый — про­фес­си­о­нал вы­со­ко­го уров­ня. А еще важ­нее то, как они вза­и­мо­дей­ству­ет друг с дру­гом. На сце­ну в те­че­ние по­лу­то­ра ча­сов вы­хо­дят несколь­ко де­сят­ков че­ло­век, но по­ни­ма­ешь, что их мно­го, толь­ко ко­гда они по­яв­ля­ют­ся на сцене все вме­сте в кон­це каж­до­го ак­та. Не за­ме­ча­ешь, что вме­сто од­них ар­ти­стов — иные, на­столь­ко они по­па­да­ют друг к дру­гу в ритм. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.