Ко­нец стра­те­гии Римленд—Хартленд

За­пад­ная мо­дель ци­ви­ли­за­ции, ос­но­ван­ная на цен­но­стях Фран­цуз­ской ре­во­лю­ции, от­жи­ла свое. Как бу­дет вы­гля­деть по­ст­за­пад­ный мир?

Ekspert - - ПОЛИТИКА ПОСТЗАПАДН­ЫЙ МИР - Петр Ско­ро­бо­га­тый

Жан-Пьер Арриньон — ве­ду­щий фран­цуз­ский ис­то­рик-ме­ди­е­вист, а ес­ли го­во­рить точ­нее, спе­ци­а­лист по сред­не­ве­ко­вой ис­то­рии Ру­си. Мож­но упо­мя­нуть, что док­тор­скую дис­сер­та­цию он за­щи­щал по те­ме «Ка­фед­ра Ки­ев­ско­го мит­ро­по­ли­та от ос­но­ва­ния до 1240 го­да». Дру­гая сто­ро­на его ин­те­ре­сов — гео­по­ли­ти­ка и стра­те­гия со­вре­мен­ной Рос­сии. Се­год­ня Жан-Пьер Арриньон пре­по­да­ет в Уни­вер­си­те­те Ар­туа, Выс­шей шко­ле со­ци­аль­ных на­ук в Па­ри­же и в Цен­тре ви­зан­тий­ских ис­сле­до­ва­ний. Ча­сто бы­ва­ет в Рос­сии, и не толь­ко по ра­бо­те: здесь у про­фес­со­ра се­мья. Бла­го­да­ря ре­дак­ции фран­ко­языч­но­го издания Le Courrier de Russie, ко­то­рая по­мог­ла ор­га­ни­зо­вать лек­цию и эксклюзивн­ое ин­тер­вью, гос­по­дин Арриньон по­де­лил­ся с «Экс­пер­том» сво­и­ми взгля­да­ми на по­сте­пен­ную транс­фор­ма­цию ми­ро­вых вза­и­мо­от­но­ше­ний и роль Рос­сии в этом про­цес­се.

«Ев­ро­па — это ко­роб­ка пе­ре­дач Аме­ри­ки»

— Гос­по­дин Арриньон, ка­кое впе­чат­ле­ние на вас про­из­во­дит но­вый пре­зи­дент Фран­ции Эм­ма­ну­эль Ма­крон? Лишь два ме­ся­ца про­шло с мо­мен­та его вступ­ле­ния в долж­ность, а он успел и Вла­ди­ми­ра Пу­ти­на по­кри­ти­ко­вать, и Ан­ге­ле Мер­кель пред­ло­жить па­кет ра­ди­каль­ных ре­форм ЕС, и по­жу­рить До­наль­да Трам­па за вы­ход из кли­ма­ти­че­ско­го до­го­во­ра. Вне­зап­но для фран­цу­зов в Ели­сей­ском двор­це по­явил­ся ав­то­ри­тет­ный на ми­ро­вой арене по­ли­тик?

— Это слож­ный во­прос. По­то­му что Ма­крон недав­но при­шел к вла­сти и сей­час толь­ко под­би­ра­ет свою ко­ман­ду. От его окру­же­ния бу­дет за­ви­сеть по­зи­ция и роль Фран­ции. Я при­ве­ду при­мер. Пред­ше­ствен­ник Ма­кро­на Фран­с­уа Ол­ланд на­зна­чил по­слом в Рос­сии Фи­лип­па Этье­на. А Ма­крон, став пре­зи­ден­том, при­гла­сил гос­по­ди­на Этье­на на долж­ность сво­е­го ди­пло­ма­ти­че­ско­го со­вет­ни­ка. И пер­вым дей­стви­ем вот этой па­ры

Ма­крон—Этьен был при­ем, ор­га­ни­зо­ван­ный для пре­зи­ден­та Пу­ти­на в Вер­са­ле. Как вы ви­де­ли, Фран­ция приняла рус­ско­го пре­зи­ден­та со все­ми по­че­стя­ми, с осо­зна­ни­ем то­го, что это пре­зи­дент боль­шой, ве­ли­кой стра­ны. По­ми­мо это­го Алек­сандр Ор­лов, по­сол Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции во Фран­ции, ко­то­рый при­сут­ство­вал на всех пе­ре­го­во­рах, ска­зал нам, что меж­ду дву­мя пре­зи­ден­та­ми был от­лич­ный диа­лог, он чув­ство­вал, что меж­ду ни­ми есть вза­и­мо­по­ни­ма­ние, что они на од­ной волне. По­лу­ча­ет­ся, что этот ви­зит был спла­ни­ро­ван с це­лью обо­зна­чить ка­кую-то но­вую роль, но­вое ме­сто в диа­ло­ге меж­ду дву­мя стра­на­ми. И фран­цуз­ская прес­са так­же за­ме­ти­ла, что Фран­ция смо­жет быть во гла­ве но­вой эпо­хи.

Но, к со­жа­ле­нию, все­го неде­лю спу­стя Ма­крон, при­ни­мая у се­бя пре­зи­ден­та Укра­и­ны Пет­ра По­ро­шен­ко, бук­валь­но вос­про­из­вел по­зи­цию Гер­ма­нии. То есть мы еще до кон­ца не зна­ем взгля­ды пре­зи­ден­та. Нуж­но по­до­ждать немно­го, что­бы вы­яс­нить от­но­ше­ние Ма­кро­на к Ев­ро­пе и к Рос­сии. Я очень на­де­юсь, что гос­по­дин Этьен по­спо­соб­ству­ет то­му, что­бы Ма­крон в от­но­ше­нии Рос­сии ча­ще вы­ра­жал лич­ную по­зи­цию, а не сле­до­вал толь­ко ли­нии Гер­ма­нии. Что­бы фран­цуз­ская прес­са не на­зы­ва­ла Ма­кро­на «ма­лень­кой со­бач­кой на по­вод­ке Гер­ма­нии».

— А еще Ма­кро­на и Мер­кель на­зы­ва­ют слад­кой па­роч­кой M&Ms. И канц­лер Гер­ма­нии да­же ча­стич­но со­гла­си­лась с пред­ло­же­ни­я­ми фран­цуз­ско­го кол­ле­ги по ре­фор­ме Ев­ро­со­ю­за. Как вы оце­ни­те бу­ду­щее еди­ной Ев­ро­пы с та­ким тан­де­мом?

— Нуж­но сра­зу обо­зна­чить од­ну вещь: в ос­нов­ном фран­цу­зы, ан­гли­чане, ис­пан­цы, ита­льян­цы, нем­цы, по­ля­ки и дру­гие жи­те­ли ЕС — про­ев­ро­пей­ские. Семь­де­сят про­цен­тов ан­гли­чан все-та­ки хо­тят остать­ся ев­ро­пей­ца­ми. Но они нена­ви­дят брюс­сель­скую бю­ро­кра­тию. То же са­мое про­ис­хо­дит во Фран­ции.

Труд­но пред­ста­вить се­бе даль­ней­шее раз­ви­тие Ев­ро­пы, я бу­ду пря­мо го­во­рить. Пробле­ма Ев­ро­пы — при­сут­ствие НАТО. По­че­му? По­то­му что по­сред­ством НАТО аме­ри­кан­цы управ­ля­ют по­ли­ти­кой ев­ро­пей­ских стран. Вот вам кон­крет­ный при­мер: пять стран Ев­ро­пы сей­час об­нов­ля­ют парк во­ен­ных са­мо­ле­тов. В Ев­ро­пе их вы­пус­ка­ют все­го две стра­ны — Фран­ция и Шве­ция. Но все эти пять стран ку­пи­ли аме­ри­кан­скую мо­дель F-35. То есть да­же не ев­ро­пей­ские са­мо­ле­ты мы по­ку­па­ем — ви­ди­те, в чем пробле­ма.

— Как же то­гда ре­фор­ми­ро­вать про­ект еди­ной Ев­ро­пы?

— Ре­кон­струк­ция Ев­ро­пы по­лу­чит­ся, ес­ли бу­дут вы­пол­не­ны три усло­вия. Во-пер­вых, нам нуж­ны ев­ро­пей­ские чи­нов­ни­ки очень вы­со­ко­го уров­ня. Лю­ди, ко­то­рые оли­це­тво­ря­ют ев­ро­пей­ский иде­ал, ев­ро­пей­скую меч­ту. У нас их нет. Вто­рая пробле­ма — од­на­ж­ды все рав­но при­дет­ся ре­шать про­бле­му с НАТО. Ев­ро­па не мо­жет су­ще­ство­вать внут­ри Аль­ян­са. Все во­ен­ные опе­ра­ции, ма­нев­ры, в ко­то­рых участ­ву­ют ан­гли­чане, фран­цу­зы, ли­тов­цы, ла­ты­ши, по­ля­ки, про­хо­дят под аме­ри­кан­ским ко­ман­до­ва­ни­ем. И во­ору­же­ние то­же аме­ри­кан­ское. При этом Ев­ро­па не участ­ву­ет ни в од­ном круп­ном со­вре­мен­ном во­ен­ном кон­флик­те. На­при­мер, в си­рий­ском. Ев­ро­па — это ко­роб­ка пе­ре­дач Аме­ри­ки, в аф­ри­кан­ских де­лах, на­при­мер.

Необ­хо­ди­мо, что­бы мы са­ми мог­ли управ­лять во­ен­ным про­ек­том. Спо­со­бен ли управ­лять та­ким про­ек­том гос­по­дин Ма­крон? Лич­но я не ду­маю, что спо­со­бен. У него нет ни по­ли­ти­че­ской, ни ин­тел­лек­ту­аль­ной си­лы быть от­вет­ствен­ным за та­кой про­ект. По­че­му я так го­во­рю? Я знаю, где он учил­ся, че­му учил­ся и как. Этот че­ло­век очень хо­ро­шо зна­ет ри­то­ри­ку, он уме­ет го­во­рить, вла­де­ет пуб­лич­ной ре­чью. Но это лишь ин­тел­лек­ту­аль­ная иг­ра. И, в об­щем-то, мож­но ска­зать, что Ев­ро­па в прин­ци­пе вся вот та­кая.

— Вы так го­во­ри­те, буд­то брюс­сель­ская бю­ро­кра­тия по­яви­лась из воз­ду­ха. Но она ведь до­ста­точ­но мо­ло­да, хоть и успе­ла за­брон­зо­веть. Где взять но­вую бю­ро­кра­тию, ко­то­рая ре­фор­ми­ру­ет Ев­ро­пу?

— Я ду­маю, ре­фор­ми­ро­вать Ев­ро­пу воз­мож­но. Глав­ное — дав­ле­ние лю­дей, на­ро­дов. Они го­во­рят: «Мы — ев­ро­пей­цы, но мы хо­тим дру­гую Ев­ро­пу». И это по­ло­жи­тель­ная тен­ден­ция, по­то­му что чем боль­ше лю­ди бу­дут ре­а­ги­ро­вать, про­яв­лять свое мне­ние, тем бу­дет луч­ше.

По­ли­ти­че­ские де­я­те­ли во всех ев­ро­пей­ских странах по­след­ние два­дцать лет поль­зо­ва­лись Ев­ро­пой. Ес­ли слу­ча­лась пробле­ма, то «это не мы, это все Ев­ро­па». Очень удоб­но! Фран­цу­зы очень хо­ро­шие, но вот кто-то ви­но­ват в Брюс­се­ле, это все бю­ро­кра­тия. Но се­год­ня к этим ре­чам от­но­сят­ся на­сто­ро­жен­но, се­год­ня уже не про­ка­ты­ва­ет та­кая от­го­вор­ка. Эти оправ­да­ния не ра­бо­та­ют для на­ро­да. И на­ши по­ли­ти­че­ские де­я­те­ли все рав­но бу­дут обя­за­ны по­ду­мать о дру­гой Ев­ро­пе. На­при­мер, это зна­чит, что нам при­дет­ся об­но­вить Ев­ро­пей­ский пар­ла­мент. Нуж­но об­но­вить и спо­соб вы­бо­ра ев­ро­пей­ских ли­де­ров. Возь­мем при­мер. Вы зна­е­те гос­по­ди­на Бар­ро­зу, зна­е­те, от­ку­да он?

— Жо­зе Ма­ну­эль Бар­ро­зу, пор­ту­галь­ский пре­мьер­ми­нистр, а за­тем пред­се­да­тель Ев­ро­пей­ской ко­мис­сии с 2004 по 2014 год.

— Это че­ло­век, ко­то­рый был троц­ки­стом в мо­ло­до­сти, по­том по­пал под вли­я­ние аме­ри­кан­цев. Он учил­ся в Аме­ри­ке, в том чис­ле в уни­вер­си­те­тах, близ­ких ЦРУ. Аме­ри­кан­цы от­пра­ви­ли его в Пор­ту­га­лию, что­бы он за­тем стал пре­зи­ден­том Ев­ро­пы. И он им стал. Ему на сме­ну при­шел Жан-Клод Юн­кер. И у него то­же очень по­хо­жая ис­то­рия, мож­но по­смот­реть на их путь, про­ана­ли­зи­ро­вать, мно­гое ста­но­вит­ся по­нят­но.

По­это­му обя­за­тель­ное усло­вие, что­бы ев­ро­пей­ские на­ро­ды мог­ли са­ми вы­би­рать сво­их ли­де­ров, без вся­ко­го дав­ле­ния извне, ина­че Ев­ро­па ис­чез­нет. Ев­ро­па — вто­рая эко­но­ми­че­ская дер­жа­ва в мире, но при этом у нее ни­ка­ко­го по­ли­ти­че­ско­го при­сут­ствия, ни­ка­ко­го по­ли­ти­че­ско­го ве­са. А по­че­му? Вся Во­сточ­ная Ев­ро­па, ко­то­рая во­шла в НАТО, Поль­ша, Лит­ва,

Ру­мы­ния, все они ни­ко­гда не бы­ли ев­ро­пей­ца­ми. Они на­тов­цы. Ев­ро­пей­ская обо­ро­на — им это во­об­ще за­чем? Они тут ни при чем. А обо­ро­на во­сто­ка Ев­ро­пы вся аме­ри­кан­ская. Как вы хо­ти­те по­стро­ить Ев­ро­пу в та­ких усло­ви­ях?

Хартленд и Римленд

— Се­год­ня мы на­блю­да­ем пер­вые кон­ту­ры мно­го­по­ляр­но­го ми­ра, в на­ступ­ле­ние ко­то­ро­го мно­гие за­пад­ные ли­де­ры от­ка­зы­ва­лись ве­рить. Воз­мож­но, и Ев­ро­па за­но­во от­кро­ет се­бя в но­вых усло­ви­ях, без аме­ри­кан­ско­го до­ми­ни­ро­ва­ния.

— Дей­стви­тель­но, мож­но го­во­рить о за­рож­де­нии по­ст­за­пад­но­го ми­ра. Во­сем­на­дца­то­го фев­ра­ля 2017 го­да, в рам­ках 53-й Мюн­хен­ской кон­фе­рен­ции по во­про­сам без­опас­но­сти, рос­сий­ский ми­нистр ино­стран­ных дел Сер­гей Лав­ров обо­зна­чил из­нос гло­баль­ной мо­де­ли, со­здан­ной в эпо­ху, ко­гда эко­но­ми­че­ская и по­ли­ти­че­ская гло­ба­ли­за­ция рас­смат­ри­ва­лась как дви­га­тель ро­ста элит несколь­ких стран и их пре­вос­ход­ства над осталь­ны­ми. Он ска­зал, что при­шел мо­мент стро­ить спра­вед­ли­вый де­мо­кра­ти­че­ский ми­ро­вой по­ря­док. Но­вый по­ст­за­пад­ный ми­ро­вой по­ря­док, в ко­то­ром каж­дая стра­на смо­жет обес­пе­чи­вать свой су­ве­ре­ни­тет внут­ри меж­ду­на­род­ной юри­ди­че­ской си­сте­мы и сде­ла­ет все воз­мож­ное, что­бы при­ве­сти соб­ствен­ные ин­те­ре­сы в со­от­вет­ствие с ин­те­ре­са­ми парт­не­ров, со­хра­няя ува­же­ние к куль­тур­ной, ис­то­ри­че­ской и ци­ви­ли­за­ци­он­ной иден­тич­но­сти каж­дой стра­ны.

Что­бы го­во­рить о за­ко­нах но­во­го ми­ро­по­ряд­ка, я поз­во­лю неболь­шой исто­ри­че­ский экс­курс. В кон­це де­вят­на­дца­то­го — на­ча­ле два­дца­то­го ве­ка пре­об­ла­да­ла гео­по­ли­ти­че­ская тео­рия бри­тан­ско­го гео­гра­фа Джо­на Мак­кин­де­ра. Он на­зы­вал то­гдаш­нюю тер­ри­то­рию Рос­сий­ской им­пе­рии Харт­лен­дом и счи­тал, что тот, кто кон­тро­ли­ру­ет Во­сточ­ную Ев­ро­пу, тот ко­ман­ду­ет Харт­лен­дом, а кто ко­ман­ду­ет Харт­лен­дом, тот ко­ман­ду­ет Ми­ро­вым ост­ро­вом (это ев­ро­пей­ский, ази­ат­ский и аф­ри­кан­ский кон­ти­нен­ты). Хартленд — серд­це Ми­ро­во­го ост­ро­ва. В 1941 го­ду аме­ри­кан­ский по­ли­то­лог Ни­ко­лас Спайк­мен до­пол­нил эту тео­рию в ста­тье «Гео­гра­фия ми­ра», ко­то­рая ил­лю­стри­ру­ет его ви­де­ние внеш­ней по­ли­ти­ки США. Он раз­де­ля­ет мир на три зо­ны: Хартленд (Во­сточ­ная Ев­ро­па и Рос­сия), Римленд или «внут­рен­ний по­лу­ме­сяц» (За­пад­ная Ев­ро­па, а так­же Ближ­ний, Сред­ний и Даль­ний Во­сток), а так­же кон­ти­нен­ты береговой зо­ны, или «внеш­ний по­лу­ме­сяц»: весь осталь­ной мир, Ве­ли­ко­бри­та­ния, Австралия, Се­вер­ная и Юж­ная Аме­ри­ка, Аф­ри­ка. Эти тео­ре­ти­че­ские вы­клад­ки до на­сто­я­ще­го вре­ме­ни иг­ра­ли ос­но­во­по­ла­га­ю­щую роль в по­ни­ма­нии зон вли­я­ния, на ко­то­рое по­ла­га­ют­ся не толь­ко круп­ные го­су­дар­ства, но и мно­го­чис­лен­ные НКО.

— Спайк­мен сле­ду­ю­щим об­ра­зом пе­ре­фра­зи­ро­вал те­зис Мак­кин­де­ра: «Кто кон­тро­ли­ру­ет Римленд, тот кон­тро­ли­ру­ет Евра­зию, а кто кон­тро­ли­ру­ет Евра­зию, тот кон­тро­ли­ру­ет судь­бы все­го ми­ра».

— В этой па­ра­диг­ме про­шла хо­лод­ная вой­на. А в 1985 го­ду фор­ми­ру­ет­ся но­вый под­ход к меж­ду­на­род­ным от­но­ше­ни­ям, ко­то­рый вы­во­дит на пе­ред­ний план вза­и­мо­за­ви­си­мость пла­не­тар­ных про­блем и необ­хо­ди­мость де­идео­ло­ги­за­ции меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний. По­яв­ля­ет­ся кон­цеп­ция об­ще­ев­ро­пей­ско­го до­ма, об­ра­за, ко­то­рый апел­ли­ру­ет к идее есте­ствен­но­го един­ства меж­ду СССР и Ев­ро­пой. Фран­с­уа Мит­те­ран пред­ла­га­ет со­здать Ев­ро­пей­скую кон­фе­де­ра­цию, в ко­то­рой СССР, при­няв­ший по­сту­ла­ты Хель­синк­ских со­гла­ше­ний, дол­жен был яв­лять­ся пол­но­прав­ным чле­ном. Вто­ро­го но­яб­ря 1990 го­да 34 стра­ны, в том чис­ле США и СССР, под­пи­сы­ва­ют Па­риж­скую хар­тию для но­вой Ев­ро­пы с це­лью от­крыть но­вую эру ми­ра и един­ства в ду­хе Хель­синк­ских со­гла­ше­ний.

К со­жа­ле­нию, эти уси­лия быст­ро со­шли на нет. В том же го­ду в Крем­ле гос­сек­ре­тарь США Джеймс Бей­кер встре­тит­ся с пре­зи­ден­том Гор­ба­че­вым. По­сле дли­тель­ных об­суж­де­ний бу­ду­ще­го объ­еди­нен­ной Гер­ма­нии Гор­ба­чев обе­ща­ет «по­ду­мать обо всем этом» и до­бав­ля­ет: «Оче­вид­но, рас­ши­ре­ние зо­ны НАТО недо­пу­сти­мо», — а Бей­кер от­ве­ча­ет: «Мы со­глас­ны с этим». На­счет по­след­не­го за­яв­ле­ния у рус­ских воз­ник­ло чув­ство глу­бо­ко­го об­ма­на и да­же пре­да­тель­ства. По­сле объ­еди­не­ния Гер­ма­нии Чеш­ская Рес­пуб­ли­ка, Вен­грия и Поль­ша ста­ли чле­на­ми НАТО 12 мар­та 1999 го­да; Бол­га­рия, Эсто­ния, Лат­вия, Лит­ва, Ру­мы­ния, Сло­ва­кия и Сло­ве­ния — 29 мар­та 2004-го; Ал­ба­ния и Хо­рва­тия — 1 ап­ре­ля 2009-го; и, на­ко­нец, Чер­но­го­рия — 5 июня 2017 го­да.

— Римленд от­ныне на­хо­дит­ся пол­но­стью под кон­тро­лем НАТО.

— И это озна­ча­ет, что США управ­ля­ют и Харт­лен­дом! Это ви­де­ние ми­ра, ко­неч­но же, на­хо­дит про­дол­же­ние в тео­рии кон­струк­тив­но­го ха­о­са, яр­ким но­си­те­лем ко­то­рой яв­ля­ет­ся Кон­до­ли­за Райс. Ха­ос, из ко­то­ро­го долж­на вый­ти мир­ная де­мо­кра­тия под аме­ри­кан­ским кон­тро­лем. Мы мог­ли из­ме­рить ее ре­зуль­та­ты в Аф­га­ни­стане, Ира­ке и Ли­вии. Эта тео­рия на­хо­дит ле­ги­тим­ность в санк­ци­ях, ко­то­рые сей­час же­ла­ет уси­лить аме­ри­кан­ский Се­нат. Мы на­блю­да­ем вза­и­мо­от­но­ше­ния сла­бо­го с силь­ным, до­ми­ни­ру­ю­ще­го с под­чи­ня­ю­щим­ся.

Эти со­бы­тия объ­яс­ня­ют, по­че­му Бо­рис Ель­цин при­нял пред­ло­же­ния Ев­ге­ния При­ма­ко­ва и по­вер­нул­ся в сто­ро­ну Ки­тая и со­зда­ния «Шан­хай­ской пя­тер­ки» (впо­след­ствии Шан­хай­ской ор­га­ни­за­ции со­труд­ни­че­ства, ШОС). По­след­няя в диа­лек­ти­че­ском смыс­ле яв­ля­ет­ся от­ве­том на гео­по­ли­ти­че­ские пред­став­ле­ния по Мак­кин­де­ру и Спайк­ме­ну. Речь идет о том, что­бы обез­опа­сить Римленд, в осо­бен­но­сти Цен­траль­ную Азию, от аме­ри­кан­ско­го вме­ша­тель­ства.

— Та­кое ощу­ще­ние, что вы сни­ма­е­те от­вет­ствен­ность с са­мих ев­ро­пей­цев. Ку­да де­лось по­ко­ле­ние силь­ных по­ли­ти­ков, ка­ки­ми бы­ли Гель­мут Коль, Жак Ши­рак, Силь­вио Бер­лу­с­ко­ни, да­же То­ни Бл­эр? Это бы­ли по­ли­ти­ки ми­ро­вой ве­ли­чи­ны. По­че­му Ев­ро­па да­ла уве­сти се­бя под аме­ри­кан­ское вли­я­ние и не со­про­тив­ля­лась?

— Они пы­та­лись. Во Фран­ции Жак Ши­рак и До­ми­ник де Виль­пен, в Гер­ма­нии — Ген­шер, а в Москве — Пу­тин за­хо­те­ли со­здать ось ми­ра: Па­риж — Бер­лин — Москва. И эта идея немед­лен­но спро­во­ци­ро­ва­ла жест­кую ре­ак­цию со сто­ро­ны США. Аме­ри­кан­ский жур­на­лист То­мас Фрид­ман пи­сал в New York Times: «Для аме­ри­кан­цев на­ста­ло вре­мя осо­знать: Фран­ция не толь­ко раз­дра­жа­ю­щий нас со­юз­ник, от­ныне Фран­ция ста­ла на­шим вра­гом». Это бы­ло в мар­те 2003 го­да. Неде­лю спу­стя на­ча­лись аме­ри­кан­ские бом­бар­ди­ров­ки в Ира­ке. И идея оси Па­риж — Бер­лин — Москва, пре­крас­ная идея, про­сто ис­чез­ла. Я не сни­маю от­вет­ствен­ность с ев­ро­пей­цев, они от­вет­ствен­ны и виноваты. Мы не смог­ли ре­а­ли­зо­вать вот эту пре­крас­ней­шую идею по­стро­е­ния ев­ро­пей­ско­го комью­ни­ти. Мы не смог­ли по­стро­ить ев­ро­пей­ское един­ство, ев­ро­пей­скую

«Что­бы опре­де­лить кон­цеп­цию по­ст­за­пад­но­го ми­ра, необ­хо­ди­мо вый­ти из по­ни­ма­ния Мак­кин­де­ра и Спайк­ме­на, по­сколь­ку эти тео­рии мог­ли су­ще­ство­вать лишь в ло­ги­ке от­но­ше­ний сла­бо­го и силь­но­го, до­ми­ни­ру­ю­ще­го и под­чи­ня­ю­ще­го­ся»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.