ЖАЛЬ

О вы­го­ра­нии умов и ха­рак­те­ров и об эко­но­ми­че­ском ро­сте

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

О вы­го­ра­нии умов и ха­рак­те­ров и об эко­но­ми­че­ском ро­сте

Труд­но не со­гла­сить­ся с тем, что на по­ли­ти­че­ском по­ле Рос­сии пу­сто­ва­то, что «Ган­ди умер, и по­го­во­рить не с кем». Бы­ту­ет мне­ние, буд­то это ре­зуль­тат то­го, что ав­то­ри­тар­ная власть «вы­топ­та­ла» все по­ли­ти­че­ское по­ле. Ви­ди­мо, это на­до по­ни­мать так: луч­шим лю­дям не да­ют, что на­зы­ва­ет­ся, вы­су­нуть­ся. А «вы­топ­та­ла» власть это са­мое по­ле, ко­неч­но, ме­то­да­ми ужас­но­го ав­то­ри­та­риз­ма.

Не бу­дем спо­рить о ха­рак­те­ри­сти­ках су­ще­ству­ю­ще­го по­ли­ти­че­ско­го ре­жи­ма. Это бес­по­лез­но. Хо­тя ни­че­го та­ко­го свер­хав­то­ри­тар­но­го не вид­но. Ни­кто не ска­жет, что у нас об­раз­цо­вая де­мо­кра­тия, но на­звать ужас­но ав­то­ри­тар­ной стра­ну, где из­да­ет­ся и про­да­ет­ся прак­ти­че­ски все, что мож­но се­бе пред­ста­вить, а в ин­тер­не­те при­сут­ству­ет и то­го боль­ше, язык не по­во­ра­чи­ва­ет­ся.

По­про­бу­ем разо­брать­ся с про­бле­мой, при­звав на по­мощь срав­ни­тель­ную по­ли­то­ло­гию, ко­то­рая за­ни­ма­ет­ся изу­че­ни­ем по­ли­ти­ки пу­тем срав­не­ния и со­по­став­ле­ния од­но­тип­ных по­ли­ти­че­ских яв­ле­ний в раз­лич­ных по­ли­ти­че­ских си­сте­мах. Глав­ное — най­ти со­по­ста­ви­мый объ­ект. И пер­вое, что при­хо­дит на ум, — на­ша же стра­на на ру­бе­же XIX–XX ве­ков. Тем бо­лее что Рос­сия — стра­на с цик­ли­че­ской ис­то­ри­ей. При­чем имен­но со сто­лет­ним цик­лом.

Что пред­став­ля­ла со­бой Рос­сия на пе­ре­ло­ме тех ве­ков? Аб­со­лют­ную мо­нар­хию, где точ­но бы­ло вы­топ­тан­ное по­ли­ти­че­ское по­ле. Вплоть до пер­вой рус­ской ре­во­лю­ции и вы­бо­ров в Го­су­дар­ствен­ную ду­му по­ли­ти­че­ские пар­тии бы­ли за­пре­ще­ны, а по­дав­ля­ю­щее боль­шин­ство по­ли­ти­че­ских оп­по­нен­тов ре­жи­ма на­хо­ди­лись ли­бо в тюрь­мах и ссыл­ках, ли­бо за гра­ни­цей. И ни­ка­ких аль­тер­на­тив­ных средств ин­фор­ма­ции, кро­ме га­зе­ты «Ис­кра» и еще несколь­ких та­ких же из­да­ний сум­мар­ным ти­ра­жом несколь­ко ты­сяч эк­зем­пля­ров. Да и по­сле 1905 го­да на­звать Рос­сию пол­но­цен­но де­мо­кра­ти­че­ской не­воз­мож­но. Де­я­тель­ность пар­тий силь­но огра­ни­че­на, мно­гие из них про­дол­жа­ют дей­ство­вать в под­по­лье или под раз­ны­ми ле­галь­ны­ми при­кры­ти­я­ми, СМИ, хо­тя и в мень­шей ме­ре, все так же огра­ни­че­ны цен­зу­рой, зна­чи­тель­ная часть по­ли­ти­че­ских оп­по­нен­тов ре­жи­ма пре­бы­ва­ет за гра­ни­цей и по ссыл­кам и тюрь­мам, а со­став парламента ре­гу­ли­ру­ет­ся спе­ци­аль­но для это­го на­пи­сан­ным и по­сто­ян­но пе­ре­пи­сы­ва­е­мым из­би­ра­тель­ным за­ко­но­да­тель­ством. Эта ана­ло­гия тем бо­лее умест­на, что, как из­вест­но, со­ста­ви­те­ли Кон­сти­ту­ции 1993 го­да в ее окон­ча­тель­ной ре­дак­ции ори­ен­ти­ро­ва­лись имен­но на при­мер на­ча­ла ве­ка: им­пе­ра­тор-пре­зи­дент, ма­ло огра­ни­чен­ный пар­ла­мен­том, со­став ко­то­ро­го ре­гу­ли­ру­ет­ся тем или иным ад­ми­ни­стра­тив­ным об­ра­зом.

Но что мы ви­дим на по­ли­ти­че­ском по­ле, ко­то­рое воз­ник­ло по­сле ре­во­лю­ции 1905 го­да? Блеск вы­да­ю­щих­ся имен от пра­во­го до ле­во­го флан­гов. Ми­лю­ков, Гер­цен­штейн, Стру­ве, Ту­ганБа­ра­нов­ский, Чер­нов, Кон­дра­тьев, Бо­г­да­нов, Пле­ха­нов, Ле­нин, Троц­кий. При­чем это не про­сто про­фес­си­о­наль­ные по­ли­ти­ки, это вы­да­ю­щи­е­ся ис­сле­до­ва­те­ли Рос­сии. Ми­лю­ков — ис­то­рик. Гер­цен­штейн, Ту­ган-Ба­ра­нов­ский, Кон­дра­тьев — эко­но­ми­сты. Стру­ве — эко­но­мист и фи­ло­соф, Чер­нов и Троц­кий, по-со­вре­мен­но­му го­во­ря, по­ли­то­ло­ги и по­ли­ти­че­ские фи­ло­со­фы. Пле­ха­нов — ав­тор ра­бот по фи­ло­со­фии, со­цио­ло­гии и ис­то­рии об­ще­ствен­ной мыс­ли Рос­сии. Ле­нин — эко­но­мист, по­ли­ти­че­ский фи­ло­соф, по­ли­то­лог. Их тру­ды ши­ро­ко из­вест­ны чи­та­ю­щей пуб­ли­ке, при­чем не толь­ко в Рос­сии.

Из­вест­но, что в биб­лио­те­ке Сер­гея Юлье­ви­ча Вит­те бы­ла ра­бо­та Ле­ни­на «Ма­те­ри­а­лы к ха­рак­те­ри­сти­ке на­ше­го хо­зяй­ствен­но­го раз­ви­тия» 1895 го­да, хо­тя ти­раж ее был уни­что­жен цен­зу­рой. А ра­бо­ты Троц­ко­го по про­бле­мам го­су­дар­ства ци­ти­ро­вал Макс Ве­бер. Бы­ли вы­да­ю­щи­е­ся име­на и в пра­ви­тель­ствен­ном ла­ге­ре, на­при­мер тот же Вит­те и Мен­де­ле­ев. Оба бле­стя­щие эко­но­ми­сты.

Уди­ви­тель­ная раз­ни­ца меж­ду блес­ком имен на­ча­ла ХХ ве­ка и пу­сты­ней на­ча­ла ХХI ха­рак­тер­на не толь­ко для по­ли­ти­ки, но и для ис­кус­ства и об­ще­ствен­ных на­ук, то есть для все­го гу­ма­ни­тар­но­го по­ля. Не Пав­лен­ско­го же счи­тать со­вре­мен­ным Ма­ле­ви­чем. Ко­неч­но, и сей­час есть круп­ные ху­дож­ни­ки, пи­са­те­ли, фи­ло­со­фы, эко­но­ми­сты, но ко­го из них мож­но срав­нить по сте­пе­ни об­ще­ствен­но­го вли­я­ния с Тол­стым или Горь­ким? И про­бле­ма не толь­ко в от­сут­ствии имен, но и в от­сут­ствии у этих имен об­ще­ствен­но­го на­ка­ла. Про­бле­ма, ес­ли так мож­но вы­ра­зить­ся, в вы­го­ра­нии во­ли и ха­рак­те­ра.

Ав­тор этих за­ме­ток не со­цио­лог и не за­ни­мал­ся де­таль­ны­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми российског­о об­ще­ства на­ча­ла XXI ве­ка, но лич­ный опыт об­ще­ния с са­мы­ми раз­ны­ми людь­ми в хо­де об­ще­ствен­ной и жур­на­лист­ской де­я­тель­но­сти, ко­то­рой ско­ро уже трид­цать лет, поз­во­ля­ет сде­лать неко­то­рые за­клю­че­ния. Про­бле­ма в том, что со­ци­аль­ный шок, пе­ре­жи­тый на­шим об­ще­ством в 1990-е го­ды, ока­зал на него на­столь­ко трав­ми­ру­ю­щее воз­дей­ствие, что в зна­чи­тель­ной ме­ре ли­шил его то­го пас­си­о­нар­но­го за­ря­да, ко­то­рый был ха­рак­те­рен для вре­мен пе­ре­строй­ки. Ес­ли счи­тать лич­ные бе­се­ды неким по­до­би­ем углуб­лен­ных ин­тер­вью, то я за­пом­нил сло­ва од­но­го ин­же­не­ра, ска­зан­ные в на­ча­ле 2000-х: «Че­го вы хо­ти­те от нас, мы про­сто раз­дав­ле­ны про­изо­шед­шим». И с по­доб­ны­ми при­зна­ни­я­ми при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся не раз и не два.

Есть та­кая пси­хо­ло­ги­че­ская про­бле­ма — про­фес­си­о­наль­ное вы­го­ра­ние. В на­шем слу­чае она охва­ти­ла все об­ще­ство. Это яв­ле­ние ха­рак­тер­но для всех ре­во­лю­ций. Так бы­ло и по­сле ре­во­лю­ции 2017 го­да. Но то­гда оно бы­ло пре­одо­ле­но тем, что власть по­ста­ви­ла пе­ред об­ще­ством мно­го­обе­ща­ю­щие це­ли. Над ни­ми мож­но сме­ять­ся и от­вер­гать как ил­лю­зор­ные, но они бы­ли. В на­ше вре­мя ни­ка­ких ме­ха­низ­мов пре­одо­ле­ния об­ще­ствен­но­го вы­го­ра­ния пред­ло­же­но не бы­ло.

Мож­но ска­зать, что об­ще­ствен­но­гу­ма­ни­тар­ная пу­сто­та, ко­то­рую мы все ощу­ща­ем, — это не столь­ко ре­зуль­тат воз­дей­ствия по­ли­ти­че­ской си­сте­мы, сколь­ко со­сто­я­ние вы­го­рев­ших во­ли и ха­рак­те­ра.

От по­ли­ти­ки к эко­но­ми­ке

В два­дца­тые го­ды ХХ ве­ка рос­сий­ско­му­со­вет­ско­му об­ще­ству бы­ла пред­ло­же­на мо­дель об­ще­ствен­но­го успе­ха, ос­но­ван­но­го на сов­мест­ных об­ще­ствен­ных уси­ли­ях. При­чем в первую оче­редь в эко­но­ми­ке. В на­ше вре­мя эта мо­дель не ра­бо­та­ет. И в Рос­сии нет по­ли­ти­че­ских сил, ко­то­рые пред­ла­га­ли бы ее при­ме­ни­тель­но к со­вре­мен­но­му об­ще­ству. Лайт-ста­ли­низм в вер­сии КПРФ вряд ли увле­чет со­вре­мен­но­го че­ло­ве­ка. Хо­тя от­ме­тим, что круп­ные об­ще­на­ци­о­наль­ные про­ек­ты все так же тре­бу­ют об­ще­ствен­ных уси­лий. На­ши па­да­ю­щие ра­ке­ты — сиг­нал про­фес­си­о­наль­но­го вы­го­ра­ния це­лых от­рас­лей эко­но­ми­ки, имен­но тех, ко­то­рые нуж­да­ют­ся в об­ще­ствен­ных уси­ли­ях. На­ли­цо уга­са­ние ста­рых кад­ров, и мо­ло­де­жи от этих угас­ших лю­дей труд­но на­учить­ся то­му эн­ту­зи­аз­му, ко­то­рым бы­ли дви­жи­мы твор­цы со­вет­ской тех­ни­ки и ко­то­рым от­ли­ча­ет­ся, ска­жем тот же Илон Маск, при всем к нему скеп­ти­че­ском от­но­ше­нии. Но, ко­неч­но, не все­гда.

Ка­за­лось бы, в 1990-е го­ды об­ще­ству бы­ла пред­ло­же­на мо­дель ин­ди­ви­ду­аль­но­го успе­ха, ко­то­рая по­на­ча­лу вдох­но­ви­ла мно­гих. Но для ее ре­а­ли­за­ции не бы­ли со­зда­ны со­от­вет­ству­ю­щие эко­но­ми­че­ские усло­вия.

Мо­дель пол­но­цен­но­го ин­ди­ви­ду­аль­но­го успе­ха нуж­да­ет­ся в ка­пи­та­лиз­ме со всей при­су­щей ему ин­фра­струк­ту­рой. Глав­ный эле­мент этой ин­фра­струк­ту­ры — бан­ки, спо­соб­ные предо­став­лять де­ше­вый кре­дит. Ли­шен­ные де­ше­во­го кре­ди­та, на­ши пи­о­не­ры ка­пи­та­лиз­ма упер­лись в стен­ку, ко­то­рую они в по­дав­ля­ю­щем боль­шин­стве так и не смог­ли пре­одо­леть. Мы го­во­рим о на­сто­я­щих пи­о­не­рах ка­пи­та­лиз­ма — о тех, кто раз­ви­ва­ет ре­аль­ное про­из­вод­ство. Про­ве­ден­ные в этом го­ду оче­ред­ные кон­кур­сы «ТехУспех» и «На­ци­о­наль­ные чем­пи­о­ны», как и все­гда, вы­яви­ли ком­па­нии, бе­з­услов­но вы­да­ю­щи­е­ся по сво­им тех­ни­че­ским до­сти­же­ни­ям, и опять по­ка­за­ли, что все их по­бе­ди­те­ли и пре­тен­ден­ты за ред­ким ис­клю­че­ни­ем не поль­зу­ют­ся бан­ков­ски­ми кре­ди­та­ми, а раз­ви­ва­ют­ся на соб­ствен­ные сред­ства. Со все­ми при­су­щи­ми это-

Пред­ло­жен­ная в 1990-е мо­дель ин­ди­ви­ду­аль­но­го успе­ха вдох­но­ви­ла мно­гих. Но для ее ре­а­ли­за­ции не бы­ли со­зда­ны со­от­вет­ству­ю­щие эко­но­ми­че­ские усло­вия. И един­ствен­ный со­ци­аль­ный слой, пре­одо­лев­ший вы­го­ра­ние, свой­ствен­ное осталь­но­му об­ще­ству, — пред­при­ни­ма­те­ли, раз­ви­вав­шие вы­со­ко­тех­но­ло­ги­че­ские про­из­вод­ства, — ока­зал­ся ли­шен­ным воз­мож­но­сти раз­ви­тия

Уди­ви­тель­ная раз­ни­ца меж­ду блес­ком имен на­ча­ла ХХ ве­ка и пу­сты­ней на­ча­ла ХХI ха­рак­тер­на как для по­ли­ти­ки, так и для ис­кус­ства и об­ще­ствен­ных на­ук, то есть для все­го гу­ма­ни­тар­но­го по­ля

му спо­со­бу раз­ви­тия огра­ни­че­ни­я­ми. Так раз­ви­ва­лись про­то­ка­пи­та­ли­сты­ре­мес­лен­ни­ки в Сред­ние ве­ка — вре­ме­на эко­но­ми­че­ско­го за­стоя.

Идеи ре­фор­ма­то­ров 1990-х ока­за­лись нере­а­ли­зо­ван­ны­ми, и по-дру­го­му быть не мог­ло. Они са­ми не спра­ви­лись с про­бле­ма­ми, ко­то­рые в зна­чи­тель­ной ме­ре са­ми и по­ро­ди­ли. Мо­мен­таль­но от­пу­щен­ные це­ны не толь­ко ли­ши­ли граж­дан на­коп­ле­ний. Они ли­ши­ли про­мыш­лен­ность обо­рот­ных средств и де­ше­вых кре­ди­тов, разо­жгли ин­фля­цию, ко­то­рую толь­ко-толь­ко уда­лось при­га­сить.

Един­ствен­ный со­ци­аль­ный слой, пре­одо­лев­ший вы­го­ра­ние, свой­ствен­ное осталь­но­му об­ще­ству, — пред­при­ни­ма­те­ли, раз­ви­вав­шие вы­со­ко­тех­но­ло­ги­че­ские про­из­вод­ства, — ока­зал­ся за­пер­тым в сред­не­ве­ко­вой клет­ке. А за это вре­мя ком­му­ни­сти­че­ский Ки­тай вы­рас­тил де­сят­ки гло­баль­ных кор­по­ра­ций, мно­гие из ко­то­рых на­ча­ли свое раз­ви­тие поз­же на­ших на­ци­о­наль­ных чем­пи­о­нов и с бо­лее низ­ко­го на­уч­но-тех­ни­че­ско­го уров­ня.

Мы уже пи­са­ли, что ка­пи­та­лизм — это не про­сто ры­ноч­ная эко­но­ми­ка, а де­ше­вый кре­дит и про­мыш­лен­ность. Поз­во­лим се­бе ав­то­ци­ти­ро­ва­ние (что де­лать, ес­ли го­да­ми в на­шей эко­но­ми­че­ской жиз­ни ма­ло что ме­ня­ет­ся? Че­ло­ве­ку, ко­то­рый пи­шет о на­шей эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ке, то­же труд­но не по­вто­рять­ся): «… Ос­нов­ная ха­рак­те­ри­сти­ка ка­пи­та­лиз­ма, от­ли­ча­ю­щая его от дру­гих об­ще­ствен­но­по­ли­ти­че­ских фор­ма­ций (или, ес­ли на дру­гом язы­ке, цивилизаци­й), — рас­ши­рен­ное вос­про­из­вод­ство все­го, от то­ва­ров до об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. Как пи­сал Вер­нер Зом­барт, “ка­пи­тал уми­ра­ет, ес­ли он не ре­а­ли­зу­ет­ся, то есть ес­ли он не вос­про­из­во­дит се­бя с неко­то­рою при­бы­лью”. А это воз­мож­но, толь­ко ес­ли это вос­про­из­вод­ство под­дер­жи­ва­ет­ся глав­ной смаз­кой ка­пи­та­ли­сти­че­ско­го раз­ви­тия — день­га­ми, необ­хо­ди­мое ко­ли­че­ство ко­то­рых чер­па­ет­ся из кре­ди­та. Вот по­че­му, по сло­вам пев­ца ка­пи­та­лиз­ма и про­ро­ка его ги­бе­ли Кар­ла Марк­са, “кре­дит­ная си­сте­ма, с од­ной сто­ро­ны, яв­ля­ет­ся им­ма­нент­ной фор­мой ка­пи­та­ли­сти­че­ско­го спо­со­ба про­из­вод­ства, с дру­гой сто­ро­ны — дви­жу­щей си­лой его раз­ви­тия в выс­шую и по­след­нюю из воз­мож­ных для него форм”».

Ста­тья, ко­то­рую я поз­во­лил се­бе про­ци­ти­ро­вать, вы­шла в 2015 го­ду. Мы на­зва­ли ее «Нас ждет ве­ли­кая эпо­ха» — в на­деж­де, что Рос­сии на­ко­нец-то удаст­ся со­здать ре­аль­но ра­бо­та­ю­щую фи­нан­со­во­кре­дит­ную си­сте­му ми­ро­во­го уров­ня, обес­пе­чи­ва­ю­щую про­мыш­лен­ность до­ступ­ны­ми кре­дит­ны­ми ре­сур­са­ми, вос­со­здать ба­зо­вые от­рас­ли про­мыш­лен­но­сти, со­здать но­вые от­рас­ли XXI ве­ка. На­деж­ды не оправ­да­лись.

Да, в Рос­сии про­дол­жа­ют су­ще­ство­вать оскол­ки бы­ло­го со­вет­ско­го ве­ли­чия, скон­цен­три­ро­ван­ные в раз­лич­ных госкор­по­ра­ци­ях, ко­то­рые в чем-то, как по­ка­зы­ва­ют со­бы­тия в Си­рии, да­же успеш­ны. Но эти успе­хи ос­но­ва­ны на го­су­дар­ствен­ной на­кач­ке, а не на кон­ку­рен­ции и на ком­мер­че­ском кре­ди­то­ва­нии. А там, где тре­бу­ют­ся се­рьез­ные кон­ку­рент­ные уси­лия, госкор­по­ра­ции не спра­ви­лись.

При этом эко­но­ми­че­ская по­ли­ти­ка Рос­сии оста­лась все в том же рус­ле два­дца­ти­пя­ти­лет­ней борь­бы с ин­фля­ци­ей. По­че­му? Мо­жет быть, по­то­му что лю­ди, ко­то­рые опре­де­ля­ли и опре­де­ля­ют эко­но­ми­че­скую по­ли­ти­ку в Рос­сии, до­ста­точ­но ум­ные и об­ра­зо­ван­ные, то­же стра­да­ют вы­го­ра­ни­ем во­ли и ха­рак­те­ра. Ха­рак­тер­ное со­сто­я­ние та­ких лю­дей — страх раз­ви­тия. По­то­му что раз­ви­тие гро­зит неста­биль­но­стью. А по­сле ха­о­са 1990-х да­же эти лю­ди, вы­ход­цы из тех лет, бо­ят­ся их воз­вра­ще­ния. Не­уди­ви­тель­но, что на­ша эко­но­ми­че­ская по­ли­ти­ка превратила­сь в некое по­до­бие куль­та ву­ду (куль­та, ли­шен­но­го эти­че­ско­го со­дер­жа­ния, что по­рож­да­ет чув­ство бес­по­мощ­но­сти у его адеп­тов), толь­ко на­ши по­сле­до­ва­те­ли это­го куль­та по­кло­ня­ют­ся «тар­ге­ти­ро­ва­нию ин­фля­ции» и бо­ят­ся лю­бо­го упо­ми­на­ния сло­ва «рост».

Ко­неч­но, ин­фля­ция — это пло­хо, но борь­ба с ней ме­то­дом оста­нов­ки раз­ви­тия еще ху­же. Тем бо­лее что, во-пер­вых, так и не про­яс­не­ны ис­точ­ни­ки рос­сий­ской ин­фля­ции. Ко­гда пред­ста­ви­те­ли Сто­лы­пин­ско­го клу­ба пред­ло­жи­ли уве­ли­чить Фонд раз­ви­тия про­мыш­лен­но­сти, един­ствен­ный ис­точ­ник де­ше­вых кре­ди­тов для пред­при­я­тий, им бы­ло от­ка­за­но имен­но под пред­ло­гом опас­но­сти ро­ста ин­фля­ции. Но в по­след­нее вре­мя Цен­тро­банк вли­ва­ет сот­ни мил­ли­ар­дов руб­лей в про­блем­ные бан­ки, и мы не ви­дим ро­ста ин­фля­ции. То­гда в чем же про­бле­ма? По­хо­же, ее так и не вы­яви­ли. А, во-вто­рых, в несба­лан­си­ро­ван­ной эко­но­ми­ке, ка­ко­вой яв­ля­ет­ся рос­сий­ская, лю­бое по­ощ­ре­ние эко­но­ми­че­ско­го ро­ста, бе­з­услов­но, бу­дет в той или иной фор­ме при­во­дить к ро­сту ин­фля­ции. По­это­му до­стиг­ну­тое в этом го­ду ре­корд­ное со­кра­ще­ние ин­фля­ции вряд ли про­дер­жит­ся дол­го, ес­ли пра­ви­тель­ство все же ре­шит­ся пе­рей­ти к по­ли­ти­ке ро­ста.

От­сут­ствие адек­ват­ной ка­пи­та­лиз­му кре­дит­ной и, ши­ре, фи­нан­со­вой си­сте­мы — важ­ный, но, увы, не един­ствен­ный изъ­ян со­вре­мен­ной рос­сий­ской эко­но­ми­че­ской ре­аль­но­сти. Не ме­нее важ­ные — от­сут­ствие да­же про­об­ра­за ко­ор­ди­ни­ру­ю­щей хо­тя бы круп­ные от­рас­ли си­сте­мы ин­ди­ка­тив­но­го пла­ни­ро­ва­ния, от­сут­ствие пол­но­цен­ной про­мыш­лен­ной по­ли­ти­ки, пол­но­цен­ной на­уч­но-тех­ни­че­ской по­ли­ти­ки, до­пуск ино­стран­ных сбо­роч­ных про­из­водств без адек­ват­ных обре­ме­не­ний по ло­ка­ли­за­ции и транс­фер­ту тех­но­ло­гий. Для всех быст­ро­рас­ту­щих стран ха­рак­тер­ны по­ли­ти­ка де­ше­во­го кре­ди­та, ак­тив­ная про­мыш­лен­ная и на­уч­но-тех­ни­че­ская по­ли­ти­ка. На­при­мер, в Гер­ма­нии на ин­ду­стри­аль­ные ком­па­нии сей­час при­хо­дит­ся око­ло 25% ва­ло­во­го внут­рен­не­го про­дук­та. В про­шлом та­кая за­бо­та о про­мыш­лен­но­сти бы­ла по­во­дом для на­сме­шек со сто­ро­ны дру­гих стран, ко­то­рые стре­ми­лись к со­зда­нию пост­ин­ду­стри­аль­но­го об­ще­ства. Пред­по­ла­га­лось, что гло­ба­ли­за­ция и рас­ту­щая кон­ку­рен­ция в стра­нах с де­ше­вой ра­бо­чей си­лой не поз­во­лят под­дер­жи­вать та­кую вы­со­кую до­лю про­мыш­лен­но­сти в ВВП в стране с вы­со­ким уров­нем за­ра­бот­ной пла­ты. Эти на­деж­ды ока­за­лись при­зрач­ны­ми. Мно­гие стра­ны, рас­став­шись с про­мыш­лен­но­стью, не при­об­ре­ли ни­че­го, кро­ме мас­со­вой без­ра­бо­ти­цы и де­мо­ра­ли­за­ции на­се­ле­ния. По­след­ствия мас­со­вой де­ин­ду­стри­а­ли­за­ции, осу­ществ­лен­ной под вли­я­ни­ем тех же идей, ощу­ща­ем и мы в Рос­сии.

А Гер­ма­ния те­перь ско­рее вы­зы­ва­ет сво­ей про­мыш­лен­ной по­ли­ти­кой ес­ли не вос­хи­ще­ние, то за­висть и ува­же­ние, так как имен­но раз­ви­тое про­мыш­лен­ное про­из­вод­ство поз­во­ли­ло ей со­хра­нить вы­со­кую за­ня­тость, раз­вить на­у­ку, свя­зан­ную с про­мыш­лен­но­стью, и од­но­вре­мен­но зна­чи­тель­но уве­ли­чить про­фи­цит тор­го­во­го ба­лан­са.

Все стра­ны, встав­шие на путь про­мыш­лен­но­го раз­ви­тия, те­перь поль­зу­ют­ся по­рож­ден­ны­ми им бла­га­ми, а мы все об­суж­да­ем ги­по­те­ти­че­ские опас­но­сти. Жаль. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.