ICO: рус­ским тут не ме­сто

ICO с рус­ски­ми кор­ня­ми боль­ше не ин­те­рес­ны крип­то­ин­ве­сто­рам из-за па­де­ния кур­са крип­то­ва­лют, вы­со­кой кон­ку­рен­ции и боль­шо­го чис­ла мо­шен­ни­честв. Ин­ве­сто­ры в ICO те­перь хо­тят га­ран­тий и не го­то­вы раз­да­вать день­ги невнят­ным про­ек­там

Ekspert - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

Уда­ча по­ки­ну­ла ICO рус­ско­языч­ных ко­манд в 2018 го­ду — мно­гие вполне се­рьез­ные про­ек­ты не мо­гут со­брать и по­ло­ви­ны за­яв­лен­ных сумм. Да­же Telegram, за­ре­ги­стри­ро­ван­ный на Бри­тан­ских Вир­гин­ских ост­ро­вах, про­во­дил не клас­си­че­ское ICO, а так на­зы­ва­е­мое ги­брид­ное фон­ди­ро­ва­ние, где ICO пред­ва­ря­ет сбор средств от вен­чур­ных ин­ве­сто­ров. Кста­ти, неиз­вест­но, что имен­но Telegram про­дал этим ин­ве­сто­рам (вполне воз­мож­но, что не свои то­ке­ны gram, а клас­си­че­ские ак­ции или до­ли — есть и та­кой ва­ри­ант). В этом слу­чае по­нят­но, по­че­му проект про­шел про­вер­ку SEC, а ин­фор­ма­ция о сдел­ке оста­ет­ся за­кры­той. Толь­ко бла­го­да­ря та­кой ги­брид­ной фор­ме ICO Telegram смог стать вто­рым в ми­ре по объ­е­му при­вле­чен­ных средств, со­брав 1,7 млрд дол­ла­ров. На пер­вом ме­сте по объ­е­му со­бран­ных средств — аме­ри­кан­ский проект EOS с де­цен­тра­ли­зо­ван­ной опе­ра­ци­он­ной си­сте­мой (прав­да, 4,1 млрд дол­ла­ров для него со­би­ра­ли боль­ше го­да).

Стрем­ле­ние ин­ве­сто­ров по­лу­чить га­ран­тии — ми­ро­вая тен­ден­ция, и са­мые вы­со­кие тре­бо­ва­ния предъ­яв­ля­ют­ся к ICO с рос­сий­ски­ми кор­ня­ми, по­сколь­ку ве­ро­ят­ность мо­шен­ни­че­ства тут, как вы­яс­ни­лось, очень вы­со­ка. Имен­но по­это­му денег в ICO в ми­ре вкла­ды­ва­ет­ся все боль­ше, а рос­сий­ские про­ек­ты со­би­ра­ют ма­ло. Так, по дан­ным Crypto Valley Association и PwC, за пер­вые пять ме­ся­цев 2018 го­да че­рез ICO уда­лось со­брать 13,7 млрд дол­ла­ров для 537 про­ек­тов, то­гда как в ре­корд­ном и «хай­по­вом» 2017-м бы­ло со­бра­но лишь 7,04 млрд дол­ла­ров, а все­го с мо­мен­та по­яв­ле­ния ICO — 21,05 млрд дол­ла­ров.

«По оцен­кам экс­пер­тов, недав­но вы­сту­пав­ших на за­се­да­нии ко­ми­те­та по фи­нан­со­вым рын­кам ОЭСР, Россия за­ни­ма­ет вто­рое ме­сто по ко­ли­че­ству ICO­про­ек­тов в ми­ре», — от­ме­ча­ет Ан­то­ни­на Ле­ва­шен­ко, ру­ко­во­ди­тель цен­тра «Россия — ОЭСР» РАНХиГС. При этом сре­ди стран — ли­де­ров по чис­лу ICO так­же США и Ки­тай, но их жи­те­ли ча­ще все­го ре­ги­стри­ро­ва­ли про­ек­ты в сво­их стра­нах, то­гда как «на­ши» ICO про­хо­ди­ли не на тер­ри­то­рии Рос­сии, хо­тя и ор­га­ни­зо­ва­ны вы­ход­ца­ми из РФ. Те­перь же на­ши ос­но­ва­те­ли ИТ-биз­не­сов и ICO рас­ска­зы­ва­ют, как ино­стран­ные ин­ве­сто­ры ша­ра­ха­ют­ся от них на за­ру­беж­ных встре­чах, ед­ва за­слы­шав рус­скую речь.

ICO уми­ра­ет?

При­чин па­де­ния спро­са на то­ке­ны рос­сий­ских про­ек­тов несколь­ко, по­яс­ня­ют экс­пер­ты. «Во-пер­вых, про­ек­тов ста­ло много. Во-вто­рых, бит­койн па­да­ет в цене. А в-тре­тьих, все наелись негатива», — счи­та­ет Алек­сей Дек­те­рев, ос­но­ва­тель и гла­ва тех­ни­че­ско­го ауди­то­ра ИТ-про­ек­тов Melania.io.

По­те­ря до­ве­рия ин­ве­сто­ров — ос­нов­ная при­чи­на неуспеш­ных ICO, со­гла­ша­ют­ся и другие на­ши со­бе­сед­ни­ки. Вто­рая при­чи­на — от­сут­ствие ин­фра­струк­ту­ры для про­ве­де­ния та­ких ин­ве­сти­ций. По су­ти, Россия и рос­сий­ские про­ек­ты по­ка не сде­ла­ли ни­че­го для фор­ми­ро­ва­ния но­вой крип­то­эко­но­ми­ки и при­вле­че­ния крип­то­ак­ти­вов.

«День­ги че­рез ICO бы­ло срав­ни­тель­но лег­ко при­влечь ле­том 2017 го­да. Успех про­ек­тов, про­шед­ших этот путь, при­ма­нил в ICO бес­чис­лен­ное мно­же­ство мо­шен­ни­ков, афе­ри­стов, а так­же про­сто ди­ле­тан­тов. Ко­ли­че­ство про­ек­тов рос­ло в гео­мет­ри­че­ской про­грес­сии, и шаль­ные день­ги ин­ве­сто­ров быст­ро за­кон­чи­лись. В зна­чи­тель­ной сте­пе­ни те мно­го­мил­ли­он­ные сбо­ры, ко­то­рые за­яв­ля­ют­ся с кон­ца 2017-го, ли­бо силь­но пре­уве­ли­че­ны, ли­бо при­вле­че­ны от круп­ных иг­ро­ков под кон­крет­ные дол­го­вые обя­за­тель­ства или до­ли в ком­па­ни­ях, — рас­ска­зы­ва­ет Ар­се­ний По­яр­ков, со­вла­де­лец про­ек­тов “Биз­несДром” и DigRate. — Сей­час вый­ти с иде­ей и со­брать что-то за счет бан­нер­ной ре­кла­мы, ак­тив­но­сти в Сети прак­ти­че­ски нере­аль­но. Звез­ды в ко­ман­де то­же пе­ре­ста­ли быть га­ран­ти­ей успе­ха. Надо ез­дить и до­го­ва­ри­вать­ся с круп­ны­ми ин­ве­сто­ра­ми, ко­то­рые бу­дут оце­ни­вать проект с точ­ки зре­ния вен­чур­ных ин­ве­сти­ций. Класс­ной идеи и ми­ни­маль­но­го MVP (про­то­ти­па с ми­ни­маль­ным функ­ци­о­на­лом. — “Экс­перт”) им уже недо­ста­точ­но, нуж­ны успеш­ные кей­сы про­даж и вос­тре­бо­ван­но­сти. Знаю много слу­ча­ев, ко­гда про­ек­ты от­ка­зы­ва­ют­ся от ICO и на­прав­ля­ют ре­сур­сы в раз­ра­бот­ку про­дук­та, этот путь мо­жет ока­зать­ся зна­чи­тель­но бо­лее вы­иг­рыш­ным».

Боль­шин­ство про­ек­тов из Рос­сии, ко­то­рые вы­хо­ди­ли на ICO, объ­еди­ня­ла об­щая про­бле­ма — ост­рая нехват­ка средств на внут­рен­нем рын­ке, их вы­со­кая сто­и­мость и недо­ступ­ность для боль­шин­ства пред­при­ни­ма­те­лей. От­сю­да шла и эк­зо­ти­ка, по мер­кам ин­тер­нет-со­об­ще­ства, — сбор средств в крип­то­ва­лю­те для фи­нан­си­ро­ва­ния ре­аль­ных про­ек­тов. Вот толь­ко в Рос­сии бит­кой­ны тра­ти­лись не на со­зда­ние крип­то­бирж, вир­ту­аль­ных ре­ест­ров, ис­кус­ствен­но­го ин­тел­лек­та и т. д., а на стро­и­тель­ство фер­мер­ских хо­зяйств и за­во­дов. В си­лу то­го, что крип­то­эко­но­ми­ка и пре­сло­ву­тый блок­чейн по­ка не мо­гут столь же эф­фек­тив­но кон­тро­ли­ро­вать про­цес­сы в ре­аль­ном биз­не­се, а так­же учи­ты­вая пол­ную непод­суд­ность этой са­мой крип­то­эко­но­ми­ки, эта сфе­ра за­ко­но­мер­но ста­ла по­лем для мо­шен­ни­че­ства. И ли­де­ром здесь вы­сту­пи­ла Россия. «Нель­зя ска­зать, что ин­те­рес (к ICO с рос­сий­ски­ми кор­ня­ми. — “Экс­перт”)

угас со­всем, но си­ту­а­ция, ко­неч­но, со­вер­шен­но иная, чем в кон­це 2017 го­да, ко­гда в день можно бы­ло по­участ­во­вать в 50–80 ICO, — рас­ска­за­ла «Экс­пер­ту» Ма­рия Стан­ке­вич, ди­рек­тор по ком­му­ни­ка­ци­ям крип­то­бир­жи EXMO. — От­ча­сти это свя­за­но с тем, что око­ло 90 про­цен­тов ICO ли­бо ока­за­лись ска­мом (мо­шен­ни­че­ством. — “Экс­перт”), ли­бо оста­лись при­мер­но на той же точ­ке, что и при на­ча­ле сбо­ра денег».

«Сей­час мы про­во­дим ро­ад-шоу по Юго-Во­сточ­ной Азии, и можно чет­ко уви­деть тен­ден­цию, что наи­бо­лее вос­тре­бо­ва­ны ли­бо но­вые тех­но­ло­гии, та­кие как big data и ис­кус­ствен­ный ин­тел­лект, ли­бо про­ек­ты, ко­то­рые че­рез ИТ су­ще­ствен­но ме­ня­ют те­ку­щие биз­не­спро­цес­сы и обя­за­тель­но име­ют мас­со­во­го кли­ен­та», — рас­ска­зы­ва­ет Мак­сим Че­реш­нев, международный се­кре­тарь ас­со­ци­а­ции IDACB.

У со­кра­ще­ния при­то­ка денег в рос­сий­ские про­ек­ты есть и по­ло­жи­тель­ная сто­ро­на, счи­та­ет Ан­ти Да­ни­лев­ский,

ос­но­ва­тель плат­фор­мы для за­пус­ка ICO Kikcico: «Ска­ма мень­ше, ре­аль­ных про­ек­тов боль­ше, под­нять день­ги на пу­стые обе­ща­ния все слож­нее. Для всех это очень хо­ро­шо». По его мне­нию, ICO­про­ек­тов ста­ло мень­ше, за­то те­перь они тре­бу­ют бо­лее про­фес­си­о­наль­но­го под­хо­да, боль­ших ре­сур­сов и за­трат, и это за­ме­ча­тель­но.

«ICO не ис­че­за­ют. Ско­рее на­обо­рот, они при­об­ре­та­ют ха­рак­тер ин­стру­мен­та, ко­то­рый был за­ло­жен в них из­на­чаль­но, — ин­но­ва­ци­он­но­го ме­ха­низ­ма при­вле­че­ния де­неж­ных средств и раз­ви­тия стар­та­пов в циф­ро­вой эко­но­ми­ке, но не сбо­ра денег для про­ек­тов в ре­аль­ном сек­то­ре», — по­яс­ня­ет Ан­то­ни­на Ле­ва­шен­ко.

«Про­шлый год не обо­шел­ся без се­рьез­ных недо­стат­ков в эко­но­ми­ке ICO, — по­ла­га­ет Па­у­лу Кар­ней­ру, CEO бра­зиль­ско­го стар­та­па Gravel Coin. — Я счи­таю, что ры­нок ICO ме­ня­ет­ся, ста­но­вит­ся

Толь­ко в Рос­сии бит­кой­ны тра­ти­лись не на со­зда­ние

крип­то­бирж, вир­ту­аль­ных ре­ест­ров, ис­кус­ствен­но­го ин­тел­лек­та

и так да­лее, а на стро­и­тель­ство фер­мер­ских

хо­зяйств и за­во­дов

бо­лее ре­гу­ли­ру­е­мым не из-за жест­ко­сти SEC или дру­гих ре­гу­ля­то­ров, а из-за фун­да­мен­таль­ных из­ме­не­ний на са­мом рын­ке. Крип­то­ва­лю­ты ста­но­вят­ся все бо­лее при­вле­ка­тель­ны­ми, и круп­ные ин­сти­ту­ци­о­наль­ные ин­ве­сто­ры нач­нут вкла­ды­вать зна­чи­тель­ные сред­ства в ICO в бли­жай­шем бу­ду­щем».

Бир­жа ре­шит

Еще год на­зад на бир­жах тор­го­ва­лось око­ло ты­ся­чи то­ке­нов крип­то­ва­лют, в ос­нов­ном по­явив­ших­ся в хо­де ICO; те­перь же, по неко­то­рым оцен­кам, око­ло 800 из них уже неак­тив­ны и сто­ят мень­ше од­но­го цен­та. Это по­ко­ле­ние то­ке­нов бы­ло лишь ин­стру­мен­том для сбо­ра денег, они не бы­ли свя­за­ны с эко­но­ми­кой са­мо­го проекта — его бу­ду­щи­ми при­бы­ля­ми, на­при­мер, или не бы­ли сред­ством пла­те­жа внут­ри проекта. В ре­зуль­та­те те­перь они ни­ко­му не нуж­ны.

«Зна­е­те, ка­кие про­ек­ты вы­стре­ли­ва­ют сей­час? Вот бир­жа Binance “ли­стит” проект мощ­ной ки­тай­ской ком­па­нии, и они де­ла­ют вме­сте май­нинг, бир­жа от­ве­ча­ет за него. До­пол­ни­тель­но они вво­дят огра­ни­че­ние: на од­но­го по­ку­па­те­ля не бо­лее ты­ся­чи кой­нов в од­ни ру­ки, и это рас­ку­па­ет­ся за три ча­са. Вот та­кие про­ек­ты вы­стре­ли­ва­ют, а рус­ские ICO, да­же хо­ро­шие про­ек­ты, ни­ко­му не ин­те­рес­ны», — рас­ска­зы­ва­ет Алек­сей Дек­те­рев.

В мар­те «Экс­перт» пи­сал о го­то­вя­щем­ся к ICO про­ек­ту по по­ис­ку ра­бо­ты UMKA (cм. «ICO: жест­кая по­сад­ка в рос­сий­скую ре­аль­ность», «Экс­перт» № 13 за 2018 год). «Мы со­бра­ли пер­вый ра­унд. За­пус­ка­ем еди­ный международный циф­ро­вой пас­порт, ско­ро можно бу­дет по­лу­чить об­ра­зо­ва­ние, ди­плом и ра­бо­ту, не вы­хо­дя из до­ма», — рас­ска­зы­ва­ет Ти­мур Ах­меджа­нов, ос­но­ва­тель проекта UMKA, ди­рек­тор ком­па­нии i-link, экс­перт ком­пе­тен­ции блок­чей­на ас­со­ци­а­ции Worldskills. Од­на­ко в пла­нах ос­но­ва­те­лей бы­ло со­брать мак­си­мум де­сять мил­ли­о­нов дол­ла­ров и ми­ни­мум — один, а со­бра­но лишь пол­мил­ли­о­на. И это при том, что проект ори­ен­ти­ро­ван на меж­ду­на­род­ную ауди­то­рию, его ав­то­ры — из­вест­ные в блок­чейн-со­об­ще­стве лю­ди.

Воз­ни­ка­ют слож­но­сти и с вы­во­дом то­ке­нов на бир­жу, ко­то­рая те­перь са­ма про­ве­ря­ет то­ке­ны и про­ек­ты пе­ред ли­стин­гом. «Мы очень стро­го от­но­сим­ся к по­дан­ным за­яв­кам на ли­стинг: рас­смот­ре­ние за­яв­ле­ния ко­ман­ды за­ни­ма­ет от трех дней до несколь­ких недель. Для нас очень важ­но быть пол­но­стью уве­рен­ны­ми в про­ек­те», — го­во­рит Ма­рия Стан­ке­вич. По ее сло­вам, бир­жа EXMO опи­ра­ет­ся на пять ос­нов­ных кри­те­ри­ев, по ко­то­рым де­ла­ет окон­ча­тель­ный вы­вод, «ли­стить» ли ту или иную мо­не­ту на бир­же. В чис­ле кри­те­ри­ев и оцен­ка проекта с точ­ки зре­ния про­де­лан­ной ра­бо­ты — ин­те­рес­на и пер­спек­тив­на ли идея, есть ли ра­бо­та­ю­щий MVP, как вы­гля­дит «до­рож­ная кар­та», как дви­жет­ся ра­бо­та, со­блю­да­ют­ся ли сро­ки и дед­лай­ны. Смот­рит бир­жа и на то, ка­ко­во об­щее ин­фор­ма­ци­он­ное по­ле во­круг проекта, как ве­дут­ся вет­ки на спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных фо­ру­мах, кто про­дви­га­ет проект, бы­ли ли успеш­ные про­ек­ты в про­фес­си­о­наль­ной ис­то­рии ко­ман­ды. «Ча­ще все­го мы пред­по­чи­та­ем по­об­щать­ся лич­но с CEO проекта, что­бы по­нять мо­ти­ва­цию и пла­ны ко­ман­ды», — го­во­рит Ма­рия Стан­ке­вич. Да­лее сле­ду­ет оцен­ка проекта с точ­ки зре­ния market value: дей­стви­тель­но ли бизнес при­но­сит поль­зу и необ­хо­дим рын­ку? По су­ти, крип­то­бир­жа бе­рет на се­бя функ­цию ре­гу­ля­то­ра, ко­то­рую тра­ди­ци­он­ные бир­жи дав­но по­де­ли­ли с ко­мис­си­я­ми по фон­до­во­му рын­ку или цен­тро­бан­ка­ми.

«Ин­ве­сто­ры смот­рят на ана­ло­гич­ные про­ек­ты; тра­ди­ци­он­но важ­ны ко­ман­да, юри­ди­че­ские ас­пек­ты, ре­ко­мен­да­ции, по­вы­ша­ю­щие до­ве­рие к про­ек­ту», — уточ­ня­ет Мак­сим Че­реш­нев.

Воз­ник и це­лый бизнес по оцен­ке ICО-про­ек­тов. «При оцен­ке про­ек­тов мы об­ра­ща­ем вни­ма­ние на та­кие по­ка­за­те­ли, как адек­ват­ность бизнес-пла­на, мас­шта­бы рын­ка, на ко­то­ром со­би­ра­ет­ся ра­бо­тать проект, ком­пе­тен­цию ко­ман­ды как в тех­ни­че­ской ча­сти, так и в по­ни­ма­нии окру­жа­ю­щих эко­но­ми­че­ских ре­а­лий, адек­ват­ной эко­но­ми­ки то­ке­на. Иде­аль­ный проект, ко­то­рый при­вле­чет ин­ве­сти­ции, уже на сво­ем мик­ро­уровне за­пу­стил про­да­жи ра­бо­та­ю­щей вер­сии про­дук­та и нуж­да­ет­ся в фи­нан­си­ро­ва-

нии для мас­шта­би­ро­ва­ния и улуч­ше­ния раз­ра­бот­ки, — при­во­дит ос­нов­ные тре­бо­ва­ния к ICO-про­ек­там, ко­то­рые так по­хо­жи на па­ра­мет­ры вен­чур­ных стар­та­пов, Ар­се­ний По­яр­ков. — В слу­чае с ICO надо пом­нить, что це­на то­ке­на ча­сто мо­жет ока­зать­ся ни­как не свя­зан­ной с успе­ха­ми са­мо­го биз­не­са, и да­же при хо­ро­шей идее и ее ре­а­ли­за­ции то­кен­хол­де­ры мо­гут по­те­рять день­ги. По су­ти, экономика то­ке­на для ин­ве­сто­ра са­мое глав­ное».

Но в це­лом в боль­шин­стве стран ин­ве­сто­ры по-преж­не­му не за­щи­ще­ны от мо­шен­ни­че­ства. «Наи­бо­лее пра­виль­но вкла­ды­вать­ся в про­ек­ты, ко­то­рые за­ре­ги­стри­ро­ва­ны и про­во­дят ICO по за­ко­нам стра­ны, в ко­то­рой уже есть ре­гу­ли­ро­ва­ние крип­то­ва­лют и ICO. Се­го­дня это Швей­ца­рия, Син­га­пур, Кай­ма­но­вы ост­ро­ва, Ве­ли­ко­бри­та­ния», — объ­яс­ня­ет Ма­рия Стан­ке­вич.

При­вя­зать то­кен к ре­аль­но­сти

По­чти во всех стра­нах дей­ству­ет за­прет на вы­пуск то­ке­нов как цен­ной бу­ма­ги. Лишь кое-где ICO под­па­да­ют под ре­гу­ли­ро­ва­ние, но тут в де­ло, как пра­ви­ло, всту­па­ет обя­за­тель­ное ПОД/ФТ (про­ти­во­дей­ствие от­мы­ва­нию де­неж­ных средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем, и фи­нан­си­ро­ва­нию тер­ро­риз­ма).

«Се­го­дня толь­ко две стра­ны вво­дят тре­бо­ва­ние обя­за­тель­ной иден­ти­фи­ка­ции кли­ен­тов при про­ве­де­нии ICO — Эсто­ния и ост­ров Мэн. При этом еще два го­су­дар­ства пла­ни­ру­ют та­кие тре­бо­ва­ния вве­сти — Гон­конг и Син­га­пур. Прав­да, мно­гие про­ек­ты са­ми иден­ти­фи­ци­ру­ют сво­их ин­ве­сто­ров, что­бы без про­блем вы­ве­сти день­ги из крип­то­ва­лю­ты в фи­ат, так как банк, ко­то­рый бу­дет обес­пе­чи­вать про­ве­де­ние та­кой тран­зак­ции, все рав­но по­про­сит объ­яс­нить про­ис­хож­де­ние денег в си­лу тре­бо­ва­ний ПОД/ФТ в от­но­ше­нии бан­ков», — по­яс­ня­ет Ан­то­ни­на Ле­ва­шен­ко.

Кро­ме то­го, сей­час фи­нан­со­вое за­ко­но­да­тель­ство за­ру­беж­ных стран и со­от­вет­ству­ю­щие разъ­яс­не­ния ре­гу­ля­то­ров все ча­ще за­пре­ща­ют вы­пуск то­ке­нов, ко­то­рые по сво­ей су­ти вы­сту­па­ют лишь ин­стру­мен­том обе­ща­ния при­бы­ли и сбо­ра денег в про­ек­те для при­об­ре­та­те­лей то­ке­нов. Об­щий по­сыл: то­кен дол­жен вы­сту­пать в первую оче­редь ин­стру­мен­том по­лу­че­ния услу­ги или то­ва­ра в про­ек­те, да­вать пра­во на управ­ле­ние ICO-про­ек­том из­нут­ри это­го проекта. То есть, по су­ти, быть цен­ной бу­ма­гой. Как и пред­по­ла­гал ра­нее «Экс­перт», про­ис­хо­дит сбли­же­ние ре­гу­ли­ро­ва­ния ICО с IPO.

Все вы­ше­ука­зан­ное и при­во­дит к то­му, что ме­ня­ют­ся и ме­ха­низм ICO, и са­ми про­ек­ты. «Сей­час при­об­ре­та­ет все боль­шую по­пу­ляр­ность private placements — ко­гда проект со­би­ра­ет необ­хо­ди­мую сум­му в за­кры­том ре­жи­ме. Са­мый яр­кий при­мер — Telegram», — рас­ска­зы­ва­ет Ма­рия Стан­ке­вич.

Ес­ли го­во­рить о на­шей стране, то в мае Го­с­ду­ма при­ня­ла в пер­вом чте­нии три за­ко­но­про­ек­та о ре­гу­ли­ро­ва­нии крип­то­эко­но­ми­ки, но кам­нем пре­ткно­ве­ния до сих пор оста­ет­ся во­прос об обо­ро­те крип­то­ва­лют. Цен­тро­банк на­ста­и­ва­ет, что крип­то­ва­лю­ты не мо­гут быть офи­ци­аль­но при­зна­ны ана­ло­гом денег, а зна­чит, не мо­гут сво­бод­но об­ра­щать­ся, — эта по­зи­ция де­ла­ет невоз­мож­ным при­вле­че­ние фи­нан­си­ро­ва­ния в про­ек­ты в ви­де крип­ты.

«Ры­нок ICO кар­ди­наль­но ме­ня­ет­ся каж­дый квар­тал. Те­сти­ру­ют­ся но­вые ги­по­те­зы, по­яв­ля­ют­ся но­вые стан­дар­ты, с рын­ка ухо­дят “глу­пые” день­ги. Са­ма суть рын­ка остав­ля­ет воз­мож­ность для его от­но­си­тель­ной бес­кон­троль­но­сти и гло­баль­но­сти, по­это­му по­пыт­ки за­жать ICO в рам­ки ло­каль­но­го за­ко­но­да­тель­но­го ре­гу­ли­ро­ва­ния об­ре­че­ны на про­вал. Без­услов­но, со­зда­ние ком­форт­ных усло­вий про­ве­де­ния ICO спо­соб­но сфор­ми­ро­вать внут­рен­ний ры­нок и, воз­мож­но, да­же при­влечь ту­да ка­ких­то внеш­них иг­ро­ков, но за­ме­нить со­бой гло­баль­ный ры­нок та­кие ре­ше­ния вряд ли смо­гут», — по­ла­га­ет Ар­се­ний По­яр­ков.

В слу­чае с ICO бит­койн и эфир пред­став­ля­ют со­бой, по

су­ти, ненуж­ное зве­но, и по ме­ре то­го, как ICO бу­дут во­вле­кать­ся

в пра­во­вое по­ле, ин­ве­сти­ро­вать в них можно

бу­дет обыч­ные день­ги, а крип­то­ва­лю­та в клас­си­че­ском

смыс­ле уй­дет в про­шлое

Смерть бит­кой­на неиз­беж­на

В де­каб­ре ана­ли­ти­ки E&Y от­ме­ча­ли за­ко­но­мер­ность: кур­сы бит­кой­на и эфи­ра рос­ли вме­сте со спро­сом на то­ке­ны ICO. Од­на­ко этой вес­ной крип­то­ва­лю­ты об­ва­ли­лись, а вот при­вле­че­ние денег в ICO про­дол­жа­ет рас­ти. «Кур­сы раз­го­ня­ли не ICO, а по­сто­ян­ные по­зи­тив­ные но­во­сти и стад­ный эф­фект. Сей­час те же, кто раз­го­нял, иг­ра­ют про­тив кур­са. Осе­нью, я ду­маю, сно­ва все по­ме­ня­ет­ся и ску­пив­шие огром­ное ко­ли­че­ство крип­то­ва­лют лю­ди бу­дут сно­ва раз­го­нять ры­нок — под­клю­чит­ся Ки­тай, и нач­нет­ся но­вый ви­ток раз­ви­тия крип­то­ва­лют и крип­то­рын­ка», — по­ла­га­ет Ан­ти Да­ни­лев­ский.

Есть и дру­гая ги­по­те­за: крип­то­эко­но­ми­ка дер­жит­ся на пла­ву за счет фи­нан­со­вых опе­ра­ций пре­ступ­но­го ми­ра. «По за­яв­ле­ни­ям под­раз­де­ле­ний фи­нан­со­вой раз­вед­ки от­дель­ных стран (Ве­ли­ко­бри­та­нии, на­при­мер) и стран ОЭСР, объ­ем крип­то­ва­лю­ты в те­не­вом сек­то­ре, то есть той, ко­то­рая ис­поль­зу­ет­ся для от­мы­ва­ния де­неж­ных средств, ни­чтож­но мал. Фи­ат­ные день­ги, схе­мы уча­стия в тен­де­рах на го­су­дар­ствен­ные за­куп­ки оста­ют­ся ли­де­ра­ми в фор­ми­ро­ва­нии те­не­вой эко­но­ми­ки», — счи­та­ет Ан­то­ни­на Ле­ва­шен­ко.

Все это го­во­рит о гря­ду­щем за­ка­те и ICO, ко­то­рое ста­но­вит­ся част­ным слу­ча­ем кра­уд­фандин­га, и са­мой крип­то­ва­лю­ты, ко­то­рую вбе­рет в се­бя фин­тех. Как бы крип­то­эн­ту­зи­а­сты ни до­ка­зы­ва­ли нам, что ско­ро крип­то­ва­лю­ты за­ме­нят дол­лар и пе­ре­вер­нут ми­ро­вую фи­нан­со­вую си­сте­му, на де­ле по­ка нет го­то­вых ре­ше­ний да­же для то­го, что­бы опла­тить крип­той то­вар или услу­гу, — для со­вер­ше­ния тран­зак­ции сред­ства сна­ча­ла кон­вер­ти­ру­ют­ся в лю­бую на­ци­о­наль­ную ва­лю­ту и лишь за­тем про­ис­хо­дит пла­теж. В слу­чае же с ICO бит­койн и эфир пред­став­ля­ют со­бой, по су­ти, ненуж­ное зве­но, и по ме­ре уже­сто­че­ния тре­бо­ва­ний к ICO и их во­вле­че­ния в пра­во­вое по­ле ин­ве­сти­ро­вать в них можно бу­дет обыч­ные день­ги, а крип­то­ва­лю­та в клас­си­че­ском смыс­ле уй­дет в про­шлое. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.