«МНО­ГИЕ ПРО­ЕК­ТЫ ПРЕД­ПО­ЛА­ГА­ЮТ БО­ЛЕЕ ГЛУ­БО­КОЕ ДО­ВЕ­РИЕ, ЧЕМ СЕЙ­ЧАС» Про­фес­сор Ни­и­гат­ско­го уни­вер­си­те­та ме­недж­мен­та Иван Це­ли­щев рас­ска­зы­ва­ет, в чем со­сто­ят силь­ные сто­ро­ны япон­ских тех­но­ло­гий, что ме­ша­ет Рос­сии и Япо­нии укреп­лять эко­но­ми­че­ское со­труд­ни­че­ство

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Про­фес­сор Ни­и­гат­ско­го уни­вер­си­те­та ме­недж­мен­та Иван Це­ли­щев рас­ска­зы­ва­ет, в чем со­сто­ят силь­ные сто­ро­ны япон­ских тех­но­ло­гий, что ме­ша­ет Рос­сии и Япо­нии укреп­лять эко­но­ми­че­ское со­труд­ни­че­ство и ка­ко­вы воз­мож­ные точ­ки ро­ста в от­но­ше­ни­ях двух стран

–По­че­му в Япо­нии сей­час так мно­го раз­го­во­ров о циф­ро­вой эко­но­ми­ке? «Общество 5.0», экс­порт ре­ше­ний для ав­то­ма­ти­за­ции, ин­тер­нет ве­щей…

— Идет гло­баль­ная транс­фор­ма­ция, и Япо­ния пы­та­ет­ся встро­ить­ся и не от­стать от ли­де­ров. Все это при­ду­ма­но не в Япо­нии. И США, и Гер­ма­ния бо­лее про­дви­ну­ты в циф­ро­ви­за­ции. Япо­ния по­пы­та­лась сфор­му­ли­ро­вать идею циф­ро­во­го об­ще­ства — по­лу­чи­лось «Общество 5.0».

— Как вы оце­ни­ва­е­те эту идею?

— Мно­го кра­си­вых слов. Но в то же вре­мя вид­на по­пыт­ка япон­цев обо­зна­чить свою ин­ди­ви­ду­аль­ность. По­пыт­ка най­ти ре­ше­ние ос­нов­ных со­ци­аль­ных про­блем че­рез но­вые, циф­ро­вые, тех­но­ло­гии, ин­тер­нет ве­щей, ис­кус­ствен­ный ин­тел­лект. Осо­бен­но в свя­зи со ста­ре­ни­ем на­се­ле­ния.

— Да­вай­те бли­же к эко­но­ми­ке. Ка­кие-то ре­зуль­та­ты есть?

— Да, есть про­гресс в об­ла­сти ин­тер­не­та ве­щей. По­яв­ля­ют­ся кон­ди­ци­о­не­ры, ко­то­ры­ми мож­но управ­лять че­рез смарт­фон, на­хо­дясь где угод­но. Или, на­при­мер, Komatsu (япон­ский про­из­во­ди­тель до­рож­но-стро­и­тель­ной тех­ни­ки. — «Экс­перт»)

ис­поль­зу­ет обо­ру­до­ва­ние, ко­то­рое со­еди­не­но с Се­тью и мо­жет на рас­сто­я­нии пе­ре­да­вать ин­фор­ма­цию о сво­ем со­сто­я­нии и о том, как объ­ез­жать стро­и­тель­ную пло­щад­ку. В Япо­нии ин­тер­нет ве­щей ис­поль­зу­ют уже где-то 20 про­цен­тов ком­па­ний. Но в Аме­ри­ке та­ких ком­па­ний уже 40 про­цен­тов.

— Че­му мож­но по­учить­ся у Япо­нии в сфе­ре вы­со­ких тех­но­ло­гий?

— С точ­ки зре­ния циф­ро­вой ре­во­лю­ции, кон­цеп­ций, под­хо­дов учить­ся сле­ду­ет не у Япо­нии. Но в неко­то­рых тех­но­ло­ги­ях она ли­ди­ру­ет. Это, на­при­мер, про­мыш­лен­ные, ме­ди­цин­ские ро­бо­ты. По экс­пор­ту ро­бо­тов Япо­ния за­ни­ма­ет пер­вое ме­сто в ми­ре. А в экс­пор­те стан­ков с чис­ло­вым про­грамм­ным управ­ле­ни­ем, ре­ше­ний для ав­то­ма­ти­за­ции про­из­вод­ства ли­ди­ру­ет вме­сте с Гер­ма­ни­ей.

Япо­ния фак­ти­че­ски глав­ный по­став­щик клю­че­вых элек­трон­ных ком­по­нен­тов. По по­став­кам вы­со­ко­очи­щен­но­го крем­ния для чи­пов с япон­ца­ми ни­кто не мо­жет со­пер­ни­чать. Возь­ми­те ма­те­ри­а­лы вро­де уг­ле­род­но­го во­лок­на для са­мо­ле­то­стро­е­ния — в них то­же до­ми­ни­ру­ют япон­ские ком­па­нии, та­кие как Toray. У Япо­нии очень силь­ная по­зи­ция по ма­те­ри­а­лам и ком­по­нен­там. По­это­му и Ки­таю, и Тай­ва­ню, и Аме­ри­ке япон­ские элек­трон­ные ком­по­нен­ты необ­хо­ди­мы. И ко­неч­но, япон­ское обо­ру­до­ва­ние.

— В чем при­чи­на успе­ха?

— Да­же по­сле Вто­рой ми­ро­вой вой­ны, ко­гда раз­ви­тие Япо­нии бы­ло в ре­ша­ю­щей ме­ре обу­слов­ле­но за­им­ство­ва­ни­ем аме­ри­кан­ских тех­но­ло­гий, япон­цы не про­сто ко­пи­ро­ва­ли раз­ра­бот­ки — они ста­ра­лись их улуч­шить. И по­сто­ян­ное улуч­ше­ние за­им­ство­ван­ных тех­но­ло­гий раз­ви­лось в силь­ную и эф­фек­тив­но управ­ля­е­мую си­сте­му НИОКР. США, без­услов­но, ли­ди­ру­ют в кон­цеп­ту­аль­ных про­ры­вах, в со­зда­нии но­вых то­ва­ров. А вот что ка­са­ет­ся раз­ра­бот­ки тех­но­ло­гий для их про­из­вод­ства, здесь по­зи­ции у Япо­нии очень силь­ные. На­при­мер, идея про­мыш­лен­но­го ро­бо­та ро­ди­лась в Аме­ри­ке. Но в раз­ра­бот­ке и внед­ре­нии про­из­вод­ствен­ных тех­но­ло­гий с ис­поль­зо­ва­ни­ем ро­бо­тов ли­ди­ру­ет, без­услов­но, Япо­ния.

Ори­ен­та­ция на улуч­ше­ние за­им­ство­ван­но­го на­блю­да­ет­ся и в се­го­дняш­нем Ки­тае. Есть у него и за­де­лы в об­ла­сти фун­да­мен­таль­ных ис­сле­до­ва­ний, так что мож­но с боль­шой до­лей уве­рен­но­сти ска­зать, что че­рез два­дцать-трид­цать лет Ки­тай вой­дет в чис­ло ос­нов­ных экс­пор­те­ров це­ло­го ря­да ви­дов обо­ру­до­ва­ния, вклю­чая, воз­мож­но, и стан­ки с чис­ло­вым про­грамм­ным управ­ле­ни­ем. Так что со сто­ро­ны Ки­тая кон­ку­рен­ция бу­дет толь­ко уси­ли­вать­ся.

— В ин­но­ва­ци­он­ном про­цес­се тра­ди­ци­он­но важ­ную роль иг­ра­ют ТНК. В Япо­нии то­же?

— Да, в Япо­нии круп­ней­шие кор­по­ра­ции, — а по­чти все они от­но­сят­ся к ТНК — яв­ля­ют­ся ос­нов­ны­ми дей­ству­ю­щи­ми ли­ца­ми в об­ла­сти НИОКР. Здесь 80 про­цен­тов рас­хо­дов на НИОКР — это част­ный сек­тор.

— Чем от­ли­ча­ет­ся япон­ская мо­дель ТНК от за­пад­ной?

— У япон­ских ТНК есть своя спе­ци­фи­ка. На­при­мер, они предпочита­ют иметь в до­чер­ней ком­па­нии на пер­вой по­зи­ции япон­ско­го ме­не­дже­ра, осо­бен­но в раз­ви­ва­ю­щих­ся стра­нах. И это не на­ци­о­на­лизм ка­кой-то ду­рац­кий, а же­ла­ние нести япон­скую куль­ту­ру управ­ле­ния. Есть та­кое по­ня­тие implicit knowledge — зна­ние или по­ни­ма­ние друг дру­га без слов. Ко­гда япон­цы ра­бо­та­ют вме­сте, про­цесс идет как буд­то сам со­бой. И это име­ет боль­шой эко­но­ми­че­ский смысл. Не нуж­но тра­тить вре­мя на объ­яс­не­ния, на ин­те­гра­цию с дру­гой куль­ту­рой — про­сто де­ла­ешь так, как при­вык.

Еще од­на спе­ци­фи­че­ская чер­та: осу­ществ­ляя пря­мые ин­ве­сти­ции за ру­бе­жом, япон­цы по срав­не­нию с за­пад­ны­ми ком­па­ни­я­ми бо­лее склон­ны к greenfield investment — к то­му, что­бы на­чать с ну­ля и со­здать ком­па­нию под сво­им ис­клю­чи­тель­ным или пре­иму­ще­ствен­ным кон­тро­лем и ме­нее — к по­гло­ще­нию мест­ных фирм. И это то­же свя­за­но с же­ла­ни­ем внед­рять япон­скую куль­ту­ру, япон­ские под­хо­ды к управ­ле­нию.

— Как вза­и­мо­дей­ству­ют Рос­сия и Япо­ния? Ка­кие есть сдви­ги?

— Есть по­зи­тив­ные сдви­ги, осо­бен­но в свя­зи с на­ча­лом по­ста­вок га­за с Са­ха­ли­на в 2009 го­ду. Рос­сия сде­ла­ла се­рьез­ный шаг, что­бы за­кре­пить­ся в чис­ле пер­вых де­ся­ти по­став­щи­ков энер­го­но­си­те­лей для Япо­нии.

Ин­те­рес­на струк­ту­ра вза­им­ной тор­гов­ли. По дан­ным за 2017 год, в рос­сий­ском экс­пор­те в Япо­нию 60 про­цен­тов за­ни­ма­ют нефть, неф­те­про­дук­ты, сжи­жен­ный при­род­ный газ и уголь. В япон­ском экс­пор­те в Рос­сию 70 про­цен­тов вы­руч­ки да­ют но­вые и ста­рые ав­то­мо­би­ли, ав­то­бу­сы и гру­зо­ви­ки, зап­ча­сти и ши­ны. Уди­ви­тель­ная кон­цен­тра­ция на неболь­шой груп­пе то­ва­ров. Осталь­ное — то­ва­ры вто­ро­го по­ряд­ка. У Япо­нии это тех­но­ло­ги­че­ское обо­ру­до­ва­ние для раз­ных от­рас­лей, ме­тал­ло­из­де­лия. У Рос­сии — мо­ре­про­дук­ты и лес.

За­вя­зан­ность на уз­кий круг сы­рье­вых то­ва­ров от­ра­жа­ет струк­тур­ные про­бле­мы эко­но­ми­ки Рос­сии, бед­ность па­лит­ры экс­пор­ти­ру­е­мых то­ва­ров. Кро­ме то­го, есть и та­кой сдер­жи­ва­ю­щий фак­тор, как неко­то­рая врож­ден­ная осмот­ри­тель­ность япон­ских экс­пор­те­ров, на­сто­ро­жен­ность к ра­бо­те на рын­ках стран, в от­но­ше­ни­ях с ко­то­ры­ми есть про­бле­мы.

— По­ли­ти­че­ские про­бле­мы?

— Да. Ес­ли го­во­рить о Рос­сии, то это и ост­ро­ва, и за­пад­ные санк­ции. По­сле то­го как их вве­ли, офи­ци­аль­ный То­кио при­со­еди­нил­ся к ним толь­ко для га­лоч­ки. Но все рав­но мно­гие япон­ские ком­па­нии за­ня­ли вы­жи­да­тель­ную по­зи­цию в от­но­ше­нии ра­бо­ты в Рос­сии. Во­об­ще, по­сле 2014 го­да слу­чил­ся кол­лапс ино­стран­ных ин­ве­сти­ций в Рос­сию — по­том они на­ча­ли вос­ста­нав­ли­вать­ся, но не из Япо­нии. По­ка санк­ции со­хра­ня­ют­ся, так и бу­дет.

— Что ме­ша­ет Япо­нии ве­сти бо­лее неза­ви­си­мую по­ли­ти­ку?

— Неза­ви­си­мой по­ли­ти­ки не мо­жет быть в прин­ци­пе. Во из­бе­жа­ние про­блем с США Япо­ния не бу­дет ста­вить на рос­сий­скую кар­ту, ко­то­рая для нее, ес­ли го­во­рить об эко­но­ми­ке, не от­но­сит­ся к чис­лу наи­бо­лее зна­чи­мых. Ось «Япо­ния — Со­еди­нен­ные Шта­ты» — ос­но­ва, на ко­то­рой зи­ждет­ся вся япон­ская эко­но­ми­че­ская по­ли­ти­ка, ди­п­ло­ма­тия, по­ли­ти­ка в об­ла­сти обес­пе­че­ния без­опас­но­сти.

— Ес­ли я пра­виль­но по­ни­маю, в от­но­ше­ни­ях Рос­сии и Япо­нии се­го­дня мно­гое дер­жит­ся на лич­ных вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях Пу­ти­на и Абэ.

— Да, и на те­ат­ре Абэ: он хо­чет вой­ти в ис­то­рию. По­жа­луй, од­на из круп­ней­ших про­блем внеш­ней по­ли­ти­ки Япо­нии, остав­ших­ся в на­след­ство от про­шло­го, — это от­но­ше­ния с Рос­си­ей, от­сут­ствие мир­но­го до­го­во­ра. Абэ ре­шил сыг­рать здесь осо­бую роль, сде­лать то, че­го дру­гим не уда­лось. Он ак­ти­ви­зи­ро­вал эко­но­ми­че­ские от­но­ше­ния с Рос­си­ей, сфор­му­ли­ро­вал свой план из вось­ми пунк­тов, ини­ци­и­ро­вал со-

вмест­ную эко­но­ми­че­скую де­я­тель­ность на ост­ро­вах. При этом вну­ша­ет япон­цам: мы стро­им но­вые от­но­ше­ния с Рос­си­ей и идем впе­ред — к раз­ре­ше­нию тер­ри­то­ри­аль­ной про­бле­мы и под­пи­са­нию мир­но­го до­го­во­ра. Вот в чем те­атр Абэ! И те­перь в от­но­ше­ни­ях с Рос­си­ей у него уже нет дру­го­го пу­ти, кро­ме как ак­ти­ви­зи­ро­вать, ак­ти­ви­зи­ро­вать и ак­ти­ви­зи­ро­вать ди­а­лог. «Дви­же­ние — всё».

Посмот­ри­те, это же уни­каль­но: в Япо­нии есть ми­нистр по во­про­сам эко­но­ми­че­ско­го со­труд­ни­че­ства с Рос­си­ей. Ни­ко­гда та­ко­го не бы­ло, что­бы Япо­ния (да и не толь­ко Япо­ния) име­ла та­ко­го ми­ни­стра — по эко­но­ми­че­ским от­но­ше­ни­ям с ка­кой-то от­дель­ной стра­ной.

Тем не ме­нее Абэ, как и в це­лом по­ли­ти­че­ский ис­теб­лиш­мент Япо­нии, не при­ем­лет идею за­клю­че­ния мир­но­го до­го­во­ра без пред­ва­ри­тель­ных усло­вий.

Син­дзо Абэ преж­де все­го хо­чет по­ка­зать, что он вы­шел на ру­бе­жи в ре­ше­нии тер­ри­то­ри­аль­ной про­бле­мы и про­бле­мы мир­но­го до­го­во­ра, ко­то­рых не до­стиг ни­кто из его пред­ше­ствен­ни­ков. Вот его за­да­ча.

— То есть вы не ви­ди­те ре­аль­но­го шан­са под­пи­сать мир­ный до­го­вор?

— Здесь в по­ли­ти­че­ских кру­гах по­ни­ма­ют, что это те­атр. Но Абэ, за­пу­стив эту ма­ши­ну, уже не мо­жет от­сту­пить. И пред­ло­же­ние под­пи­сать до­го­вор во­об­ще без вся­ких усло­вий ста­ло для него уда­ром ни­же по­я­са.

По­это­му и ре­ак­ция япон­ской сто­ро­ны на него бы­ла очень свое­об­раз­ной. Во-пер­вых, «так не го­дит­ся». А во-вто­рых, раз у Рос­сии есть та­кой ин­те­рес к под­пи­са­нию до­го­во­ра, да­вай­те даль­ше ак­ти­ви­зи­ро­вать кон­так­ты. Да­вай­те най­дем но­вые воз­мож­но­сти для дву­сто­рон­них встреч. Вот ка­кая ре­ак­ция. И так бу­дет до кон­ца эпо­хи Абэ в 2021 го­ду.

А вот по­том уже лич­ност­но­го «фак­то­ра Абэ» не бу­дет. Сей­час труд­но про­гно­зи­ро­вать, кто при­дет ему на сме­ну, но, ско­рее все­го, в от­но­ше­ни­ях с Рос­си­ей на­сту­пит опре­де­лен­ный от­кат, ко­то­рый по­том, ве­ро­ят­но, опять сме­нит­ся при­ли­вом ак­тив­но­сти. А ост­ро­ва тем вре­ме­нем оста­нут­ся там, где они есть.

— С точ­ки зре­ния эко­но­ми­ки Япо­ния мог­ла бы сде­лать на этих ост­ро­вах боль­ше, чем Рос­сия?

— Япо­ния, без­услов­но, смог­ла бы их раз­вить боль­ше, чем Рос­сия. Учи­ты­вая ее тех­но­ло­ги­че­ские и фи­нан­со­вые воз­мож­но­сти. Но вли­я­ние все­го это­го на со­сто­я­ние япон­ской эко­но­ми­ки в це­лом бы­ло бы ми­ни­маль­ным. Так что де­ло не в эко­но­ми­ке, глав­ное — это сим­во­ли­че­ский, пси­хо­ло­ги­че­ский, по­ли­ти­че­ский мо­мент.

— Я пы­та­юсь по­нять ар­хе­тип Рос­сии с точ­ки зре­ния япон­цев. Как они нас ви­дят?

— Ес­ли го­во­рить о внеш­не­по­ли­ти­че­ском сре­зе, то про­бле­ма Ку­риль­ских ост­ро­вов си­дит у япон­цев в моз­гу. Это уже за­про­грам­ми­ро­ван­ное вос­при­я­тие. А в об­щем гео­по­ли­ти­че­ском рас­кла­де Рос­сия вос­при­ни­ма­ет­ся как один из бу­фе­ров меж­ду ни­ми и Ки­та­ем. Рос­сия нуж­на, что­бы сба­лан­си­ро­вать стре­ми­тель­ное по­ли­ти­че­ское и эко­но­ми­че­ское вос­хож­де­ние Ки­тая. Нуж­на она и для ре­ше­ния ко­рей­ской про­бле­мы.

Су­ще­ствен­ную роль иг­ра­ет так­же энер­ге­ти­ка. Очень вы­со­ка за­ви­си­мость Япо­нии от по­ста­вок энер­ге­ти­че­ских ре­сур­сов с Ближ­не­го Во­сто­ка. На­рас­та­ют опа­се­ния, что про­изой­дет де­ста­би­ли­за­ция си­ту­а­ции на Ближ­нем Во­сто­ке, и япон­цам хо­те­лось бы иметь бо­лее сба­лан­си­ро­ван­ную струк­ту­ру энер­ге­ти­че­ско­го им­пор­та. В та­кой си­ту­а­ции ве­ли­ко зна­че­ние Рос­сии как од­но­го из парт­не­ров, ко­то­рый мо­жет по­мочь в ба­лан­си­ров­ке.

У на­шей стра­ны есть воз­мож­ность уве­ли­чи­вать по­став­ки га­за в Япо­нию. Бы­ли раз­го­во­ры о сов­мест­ном стро­и­тель­стве но­во­го за­во­да по сжи­же­нию га­за — по­ка они при­оста­но­ви­лись, од­на­ко та­кая воз­мож­ность оста­ет­ся в по­ле зре­ния. Сей­час на Рос­сию при­хо­дит­ся око­ло де­ся­ти про­цен­тов япон­ско­го им­пор­та га­за, но в де­ло­вых кру­гах счи­та­ют воз­мож­ным до­ве­сти его до сем­на­дца­ти-во­сем­на­дца­ти.

К то­му же в энер­ге­ти­ке у нас есть воз­мож­но­сти для на­уч­но­тех­ни­че­ско­го со­труд­ни­че­ства. В част­но­сти, в об­ла­сти лик­ви­да­ции ядер­ных от­хо­дов и управ­ле­ния ими. И рос­сий­ские ком­па­нии в сфе­ре ядер­ной энер­ге­ти­ки, преж­де все­го «Ро­са­том», спо­соб­ны осу­ществ­лять рав­но­прав­ное тех­но­ло­ги­че­ское со­труд­ни­че­ство с ве­ду­щи­ми япон­ски­ми фир­ма­ми.

Есть непло­хие перспектив­ы со­труд­ни­че­ства и по воз­об­нов­ля­е­мым ис­точ­ни­кам энер­гии.

— Как-то стран­но: мно­го то­чек со­при­кос­но­ве­ния, сов­мест­ных рос­сий­ско-япон­ских про­ек­тов — по­че­му же то­гда так бук­су­ет вза­и­мо­дей­ствие?

— На са­мом де­ле то­чек со­при­кос­но­ве­ния ма­ло, это кап­ля в мо­ре. Здесь ме­ша­ет не толь­ко по­ли­ти­ка, но и рез­кое па­де­ние тем­пов ро­ста у нас в ны­неш­нем де­ся­ти­ле­тии. В 2000–2007 го­дах Рос­сия вме­сте с дру­ги­ми круп­ны­ми вос­хо­дя­щи­ми стра­на­ми рос­ла очень да­же непло­хо, вы­шла на тем­пы ро­ста где-то в шесть-семь про­цен­тов, Ки­тай — на дву­знач­ные чис­ла. А вот по­сле ми­ро­во­го кри­зи­са 2008–2009 го­дов рост в це­лом ря­де неази­ат­ских (точ­нее, не во­сточ­но­ази­ат­ских) стран с на­рож­да­ю­щи­ми­ся рын­ка­ми рез­ко за­мед­лил­ся. Рос­сий­ская эко­но­ми­ка в се­ре­дине 2010-х во­об­ще ушла в што­пор. И ее ко­ти­ров­ки как биз­нес-парт­не­ра зна­чи­тель­но сни­зи­лись.

Нель­зя за­бы­вать и об ин­ве­сти­ци­он­ной сре­де: как ра­бо­та­ют ми­ни­стер­ства, как об­сто­ят де­ла с кор­руп­ци­ей и так да­лее. Все это, с точ­ки зре­ния япон­ско­го биз­не­са, ста­вит Рос­сию как воз­мож­ный объ­ект ин­ве­сти­ций на до­воль­но-та­ки невы­со­кое ме­сто.

— Не мо­гу не спро­сить о мо­сте с Са­ха­ли­на на Хок­кай­до — это во­об­ще воз­мож­но? Я так по­ни­маю, от про­ек­та уже от­ка­зы­ва­ют­ся.

— В ны­неш­ней си­ту­а­ции та­кой про­ект труд­но се­бе пред­ста­вить. Что бо­лее ре­а­ли­стич­но — так это энер­ге­ти­че­ский мост, вклю­чая под­вод­ный элек­тро­ка­бель. Это был бы про­рыв­ной про­ект. Сей­час пре­зи­дент Юж­ной Ко­реи Мун Чжэ Ин, на­при­мер, ак­тив­но про­дви­га­ет идею энер­ге­ти­че­ско­го со­об­ще­ства Се­ве­ро-Во­сточ­ной Азии. Рос­сий­ское элек­три­че­ство зна­чи­тель­но де­шев­ле, чем в сред­нем по ми­ру. И ес­ли нач­нем по­став­лять элек­три­че­ство в Япо­нию, в Ко­рею, в Ки­тай, все стра­ны с точ­ки зре­ния се­бе­сто­и­мо­сти вы­иг­ра­ют.

Но та­кие про­ек­ты пред­по­ла­га­ют бо­лее глу­бо­кое со­труд­ни­че­ство и до­ве­рие, чем те, что мы на­блю­да­ем сей­час. В пер­спек­ти­ве де­ся­ти лет ве­ро­ят­ность это­го я бы оце­нил не вы­ше 20 про­цен­тов. Что­бы ид­ти так да­ле­ко впе­ред, нуж­но укреп­лять по­ли­ти­че­ские от­но­ше­ния и иметь бо­лее зна­чи­мые ре­зуль­та­ты в сов­мест­ных эко­но­ми­че­ских про­ек­тах.

Ча­сто го­во­рят: ес­ли слу­чит­ся по­ли­ти­че­ский про­рыв, то в Рос­сию пол­ным хо­дом пой­дут япон­ские тех­но­ло­гии, ин­ве­сти­ции, нач­нет раз­ви­вать­ся Даль­ний Во­сток. Шанс для все­го это­го был в де­вя­но­стые, ко­гда со­зда­ва­лась но­вая Рос­сия и стро­и­лись ка­че­ствен­но но­вые (в по­ло­жи­тель­ном смыс­ле, а не так, как сей­час) меж­ду­на­род­ные от­но­ше­ния. А сей­час эко­но­ми­ки Рос­сии и Япо­нии уже как бы за­про­грам­ми­ро­ва­ны на ны­неш­ний уро­вень эко­но­ми­че­ских (и по­ли­ти­че­ских) от­но­ше­ний.

Так что сен­са­ций луч­ше не ждать. В то же вре­мя го­во­рить о стаг­на­ции то­же не­пра­виль­но: в дву­сто­рон­них эко­но­ми­че­ских от­но­ше­ни­ях про­ис­хо­дят ин­те­рес­ные сдви­ги, при­чем не ини­ци­и­ро­ван­ные по­ли­ти­ка­ми, а вы­зван­ные к жиз­ни ин­те­ре­са­ми биз­не­са и си­лой рын­ка. Есте­ствен­но, мож­но бы­ло бы до­бить­ся боль­ше­го при бо­лее бла­го­при­ят­ном по­ли­ти­че­ском фоне, при луч­шей си­ту­а­ции в Рос­сии, при боль­шей ре­ши­мо­сти япон­ских биз­не­сме­нов. Кста­ти, лю­бо­пыт­ный и за­ме­чен­ный в Япо­нии факт: в 2017 го­ду по объ­е­му тор­гов­ли с Рос­си­ей Япо­нию впер­вые обо­шла бли­жай­шая со­сед­ка — Юж­ная Ко­рея. ■

Про­фес­сор И. С. Це­ли­щев от­ме­ча­ет де­фи­цит то­чек со­при­кос­но­ве­ния Рос­сии и Япо­нии

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.