Сти­му­ли­ро­вать экс­тен­сив­ный рост боль­ше не нуж­но

Ekspert - - СПЕЦИАЛЬНЫЙ ДОКЛАД -

Для даль­ней­ше­го успеш­но­го раз­ви­тия аг­рар­ной от­рас­ли необ­хо­ди­мо управ­лять це­но­вой во­ла­тиль­но­стью на рын­ке, под­дер­жи­вать по­треб­ле­ние за счет ма­ло­иму­щих сло­ев на­се­ле­ния и до­бить­ся рас­ши­ре­ния экс­пор­та рос­сий­ско­го про­до­воль­ствия, счи­та­ет ге­не­раль­ный ди­рек­тор ГК «Чер­ки­зо­во» Сер­гей Михайлов

Для даль­ней­ше­го успеш­но­го раз­ви­тия аг­рар­ной от­рас­ли необ­хо­ди­мо управ­лять це­но­вой во­ла­тиль­но­стью на рын­ке, под­дер­жи­вать по­треб­ле­ние за счет ма­ло­иму­щих сло­ев на­се­ле­ния и до­бить­ся рас­ши­ре­ния экс­пор­та рос­сий­ско­го про­до­воль­ствия, счи­та­ет ге­не­раль­ный ди­рек­тор Груп­пы «Чер­ки­зо­во» Сер­гей Михайлов

На рос­сий­ском аг­рар­ном рын­ке за­вер­ша­ет­ся эпо­ха ак­тив­но­го ро­ста, ко­то­рая бы­ла ос­но­ва­на на про­цес­сах им­пор­то­за­ме­ще­ния во мно­гих по­до­т­рас­лях. Се­го­дняш­ний АПК ха­рак­те­ри­зу­ет­ся сни­же­ни­ем ди­на­ми­ки про­из­вод­ства, ста­би­ли­за­ци­ей вы­пус­ка про­дук­ции, а по неко­то­рым по­до­т­рас­лям и из­быт­ком пред­ло­же­ния. Бу­дучи во­вле­чен­ным в ми­ро­вую тор­гов­лю, рос­сий­ский АПК всту­па­ет в но­вую фа­зу сво­е­го раз­ви­тия, для ко­то­рой ха­рак­тер­ны вы­со­кая кон­ку­рен­ция, це­но­вая во­ла­тиль­ность и цик­лич­ность в раз­ви­тии. Рос­сия те­перь ста­ла как дру­гие стра­ны — ве­ду­щие про­из­во­ди­те­ли про­до­воль­ствия, где на­сы­щен внут­рен­ний спрос и толь­ко раз­ви­тый экс­порт и го­су­дар­ствен­ные до­та­ции поз­во­ля­ют из­бе­жать за­то­ва­ри­ва­ния и ра­зо­ре­ния аг­рар­ных ком­па­ний.

В свя­зи с этим ста­рей­шие рос­сий­ские ком­па­нии аг­рар­но­го сек­то­ра пе­ре­хо­дят от стра­те­гии мас­штаб­ных ин­ве­сти­ций в рас­ши­ре­ние про­из­вод­ства и вер­ти­каль­ную ин­те­гра­цию к оп­ти­ми­за­ции мощ­но­стей, по­вы­ше­нию их эф­фек­тив­но­сти, созданию про­дук­тов с вы­со­кой до­бав­лен­ной сто­и­мо­стью. На­гляд­ный при­мер та­кой сме­ны при­о­ри­те­тов — груп­па ком­па­ний «Чер­ки­зо­во», один из по­сто­ян­ных ли­де­ров на­ше­го рей­тин­га. В про­шлом го­ду при ро­сте вы­руч­ки по­чти на де­сять про­цен­тов ком­па­нии уда­лось втрое уве­ли­чить чи­стую при­быль. «Чер­ки­зо­во» пла­ни­ру­ет и даль­ше де­лать это сво­им при­о­ри­те­том за счет по­сто­ян­ной оп­ти­ми­за­ции се­бе­сто­и­мо­сти биз­не­са и рас­ши­ре­ния ли­ней­ки го­то­вых про­дук­тов. Об этом и о си­ту­а­ции в от­рас­ли в це­лом Сер­гей Михайлов рас­ска­зал «Экс­пер­ту».

— Ре­а­ли­за­ция идеи им­пор­то­за­ме­ще­ния во мно­гих по­до­т­рас­лях АПК бли­зит­ся к за­вер­ше­нию. Ка­кая сле­ду­ю­щая идея или стра­те­гия поз­во­ли­ли бы от­рас­ли, в том чис­ле круп­ным хол­дин­гам, эф­фек­тив­но раз­ви­вать­ся?

— Ес­ли мы го­во­рим о рын­ке мя­са, то мож­но го­во­рить о за­вер­ше­нии им­пор­то­за­ме­ще­ния по пти­це, сви­нине. По го­вя­дине — нет, и не факт, что это нуж­но де­лать. Ес­ли го­во­рить об аг­ро­сек­то­ре в це­лом, то оста­лись дру­гие на­прав­ле­ния, на­при­мер про­из­вод­ство ово­щей, фрук­тов, где во­прос им­пор­то­за­ме­ще­ния по­ка не ре­шен. Стра­те­гия даль­ней­ше­го раз­ви­тия от­рас­ли — под­держ­ка по­треб­ле­ния на­се­ле­ния. Рост по­треб­ле­ния при­вя­зан к мак­ро­эко­но­ми­че­ско­му ро­сту в стране, ко­то­ро­го, к со­жа­ле­нию, по­ка не вид­но. Об­щее по­треб­ле­ние мя­са в Рос­сии в сред­нем на­хо­дит­ся на до­ста­точ­но вы­со­ком уровне, где-то 73–75 ки­ло­грам­мов на ду­шу на­се­ле­ния, но это ни­же сред­не­ев­ро­пей­ских пока­за­те­лей — 82–85 ки­ло­грам­мов. То есть мы мо­жем еще рас­ти, но я бы не ска­зал, что есть огром­ный по­тен­ци­ал. По­тен­ци­ал ро­ста — ад­рес­ная про­до­воль­ствен­ная по­мощь с тем, что­бы уве­ли­чить по­треб­ле­ние за счет ма­ло­иму­щих сло­ев на­се­ле­ния. В пер­спек­ти­ве мож­но го­во­рить и об экс­пор­те про­до­воль­ствия.

— Как в свя­зи с за­вер­ше­ни­ем им­пор­то­за­ме­ще­ния, в част­но­сти по ос­нов­ным ви­дам мя­са, долж­на вы­стра­и­вать­ся си­сте­ма гос­под­держ­ки аг­рар­ных от­рас­лей?

— Гос­под­держ­ка аг­ро­сек­то­ра в Рос­сии, ес­ли срав­ни­вать с дру­ги­ми стра­на­ми, все­гда на­хо­ди­лась на очень низ­ком уровне. Мы не счи­та­ем, что это пло­хо. На­при­мер, в Ев­ро­со­ю­зе уро­вень под­держ­ки АПК со­став­ля­ет сто мил­ли­ар­дов ев­ро в год. В США — де­сят­ки мил­ли­ар­дов дол­ла­ров, од­на толь­ко про­грам­ма про­до­воль­ствен­ных по­со­бий там из­ме­ря­ет­ся 50–60 мил­ли­ар­да­ми дол­ла­ров в год. Да­же в Ла­тин­ской Аме­ри­ке, в Бра­зи­лии, Ки­тае — вез­де под­держ­ка в аб­со­лют­ных зна­че­ни­ях или в про­цен­тах от то­ва­ро­обо­ро­та в ра­зы вы­ше. У нас она ни­чтож­но ма­ла — на 2019 год запланировано 302,2 млрд руб­лей (4,6 мил­ли­ар­да дол­ла­ров по те­ку­ще­му кур­су. — «Эксперт»). Ес­ли по­смот­реть де­таль­но на фор­мы под­держ­ки, то у нас это в боль­шей сте­пе­ни суб­си­ди­ро­ва­ние про­цент­ной став­ки по ин­ве­сти­ци­он­ным кре­ди­там и кос­вен­ная под­держ­ка в ви­де ну­ле­вой став­ки на­ло­га на при­быль в сель­хоз­про­из­вод­стве. Вот и все, ес­ли упро­стить.

Суб­си­ди­ро­ва­ние про­цент­ной став­ки сыг­ра­ло по­зи­тив­ную роль и до­ка­за­ло свою эф­фек­тив­ность, в част­но­сти, в мяс­ном сек­то­ре: это при­ве­ло к мощ­но­му ро­сту про­из­вод­ства. Ес­ли смот­реть даль­ше, то нам бы хо­те­лось, что­бы гос­под­держ­ка бы­ла несколь­ко пе­ре­фор­ма­ти­ро­ва­на, — се­год­ня фо­кус на суб­си­ди­ро­ва­нии про­цент­ной став­ки по ин­вест­кре­ди­там для мяс­но­го сек­то­ра неак­туа­лен. Воз­мож­но, в дру­гих на­прав­ле­ни­ях, та­ких как ово­щи, фрук­ты, это важ­но. По мя­су ры­нок уже на­сы­щен, по­это­му на­ра­щи­вать и сти­му­ли­ро­вать про­из­вод­ство нет необ­хо­ди­мо­сти. Нуж­на фор­ма под­держ­ки, ко­то­рая бу­дет на­прав­ле­на на ста­би­ли­за­цию рын­ков, поз­во­лит убрать из­лиш­нюю во­ла­тиль­ность. Ко­гда ры­нок де­фи­цит­ный, управ­лять им до­ста­точ­но лег­ко: мож­но ре­гу­ли­ро­вать им­порт, раз­ви­вать про­из­вод­ство. Сей­час та­ко­го ры­ча­га уже нет, им­пор­та нет. До­пу­стим, по мя­су пти­цы в по­след­ние два-три го­да бы­ло вы­ра­жен­ное пе­ре­про­из­вод­ство, по­это­му це­ны об­ва­ли­лись. Да, они под­дер­жа­ли по­треб­ле­ние на вы­со­ком уровне: несмот­ря на кри­зис­ные на­стро­е­ния по­сле 2014 го­да, по­треб­ле­ние мя­са прак­ти­че­ски не упа­ло, да­же ко­гда рубль по­де­ше­вел в два ра­за. Мо­жет быть, крат­ко­сроч­но для по­тре­би­те­ля и для от­рас­ли это бы­ло не так пло­хо, но мы ви­де­ли, что в сред­не­сроч­ной пер­спек­ти­ве это нездо­ро­вая си­ту­а­ция — в ва­лю­те то­вар по­де­ше­вел на 50–60 про­цен­тов. Мно­гие ком­па­нии про­сто ушли с рын­ка, по­то­му что ра­бо­та­ли ни­же уров­ня опе­ра­ци­он­ной рен­та­бель­но­сти. Вот нам хо­те­лось бы ви­деть по­мощь го­су­дар­ства в этих слу­ча­ях. Нам не нуж­на очень вы­со­кая це­на, но не нуж­на и за­пре­дель­но низ­кая це­на, ко­то­рая бу­дет раз­ру­шать от­расль.

— Ка­кие здесь мо­гут быть ме­ха­низ­мы под­держ­ки?

— Та­кие, ко­то­рые при­ме­ня­ют­ся во всем ми­ре. На­при­мер, со­зда­ет­ся тот же стаб­фонд, как у нас уже есть по зер­ну, ку­да за­ку­па­ют­ся из­лиш­ки мя­са при его пе­ре­про­из­вод­стве. И по­том в се­зон, ко­гда по­треб­ле­ние рас­тет, мя­со про­да­ет­ся. Это мо­жет быть и сти­му­ли­ро­ва­ние экс­пор­та. Не­про­стая за­да­ча, по­то­му что нас ни­где ни­кто не ждет, и мно­гие стра­ны, ко­то­рые име­ют из­лиш­ки про­из­вод­ства, уже ак­тив­но поль­зу­ют­ся экс­порт­ным ме­ха­низ­мом. В це­лом по мя­су мы не ви­дим необ­хо­ди­мо­сти сти­му­ли­ро­вать экс­тен­сив­ный рост, нуж­но под­дер­жи­вать кон­ку­рен­то­спо­соб­ность по­тре­би­те­ля или вво­дить ме­ха­низ­мы управ­ле­ния рын­ком, ко­то­рые сде­ла­ли бы его бо­лее пред­ска­зу­е­мым и ме­нее во­ла­тиль­ным.

— Мож­но ли го­во­рить о на­шей про­до­воль­ствен­ной без­опас­но­сти без пол­но­го вос­ста­нов­ле­ния тех­но­ло­ги­че­ской це­поч­ки, без сво­е­го пле­ме­но­вод­ства, се­лек­ции? Ва­ша ком­па­ния — од­на из тех, кто раз­ви­ва­ет эти на­прав­ле­ния.

— Ес­ли речь идет о вос­про­из­вод­стве ге­не­ти­че­ско­го ма­те­ри­а­ла, то это один во­прос, здесь есть что улуч­шать. Ес­ли же го­во­рить о со­зда­нии соб­ствен­ной ге­не­ти­ки в стране, то я не счи­таю, что здесь мы смо­жем быть кон­ку­рен­то­спо­соб­ны­ми. До­пу­стим, по пти­це сей­час в ми­ре есть, по боль­шо­му сче­ту, две ге­не­ти­че­ские ком­па­нии — Cobb и Aviagen (бренд Ross). Это ста­рей­шие в ми­ре пти­це­вод­че­ские ком­па­нии, мировые ли­де­ры в пле­мен­ном пти­це­вод­стве и ге­не­ти­ке. Пы­тать­ся со­зда­вать ка­кой-то свой рос­сий­ский Ross или Cobb — очень дол­го­сроч­ный и за­трат­ный про­ект. На это уй­дет ми­ни­мум де­сять лет, а за­пад­ная ге­не­ти­ка в это вре­мя не бу­дет сто­ять на ме­сте. За­да­ча «со­здать и до­гнать», на мой взгляд, прак­ти­че­ски неподъ­ем­ная. У нас есть мно­го дру­гих, бо­лее про­стых ве­щей, свя­зан­ных с вос­про­из­вод­ством ге­не­ти­че­ско­го ма­те­ри­а­ла, ко­то­рые еще мож­но сде­лать.

До­пу­стим, в пти­це­вод­че­ском биз­не­се есть пра­ро­ди­те­ли, ро­ди­тель­ское ста­до и есть ин­ку­ба­ци­он­ное яй­цо. Рос­сия до сих пор им­пор­ти­ру­ет око­ло 600–700 мил­ли­о­нов ин­ку­ба­ци­он­ных яиц в год, в ос­нов­ном из Европы. Это при­мер­но 15–20 про­цен­тов на­ших по­треб­но­стей. Мы как ком­па­ния этот во­прос прак­ти­че­ски ре­ши­ли, по­стро­ив соб­ствен­ный ин­ку­ба­тор, хо­тя до де­ся­ти про­цен­тов на­ше­го по­треб­ле­ния по-преж­нему при­хо­дит­ся на им­порт, но это ра­бо­чий по­ка­за­тель. Мы для се­бя

за два-три го­да этот во­прос ре­шим и уже не бу­дем им­пор­ти­ро­вать ин­ку­ба­ци­он­ное яй­цо. Счи­таю, что мож­но ре­а­ли­зо­вать на рын­ке два-три та­ких про­ек­та.

Даль­ше во­прос о ро­ди­тель­ском ста­де. Мы в свое вре­мя со­зда­ли сов­мест­ное пред­при­я­тие с ком­па­ни­ей Cobb — Cobb Russia, ко­то­рое за­ни­ма­ет­ся вос­про­из­вод­ством ро­ди­тель­ско­го ста­да на тер­ри­то­рии на­шей стра­ны, кон­со­ли­ди­руя здесь всю до­ступ­ную ев­ро­пей­скую ге­не­ти­ку. Мы вы­сту­па­ем как стра­те­ги­че­ский фи­нан­со­вый парт­нер и прак­ти­че­ски не ка­са­ем­ся опе­ра­ци­он­ной де­я­тель­но­сти. Мы за­ин­те­ре­со­ва­ны в том, что­бы бы­ла ло­ка­ли­за­ция в Рос­сии ро­ди­тель­ско­го ста­да, — так мы мо­жем из­бе­жать раз­ных слож­но­стей с им­пор­том, ло­ги­сти­кой, ка­ран­ти­на­ми, огра­ни­че­ни­я­ми на тор­гов­лю и то­му по­доб­ное. Мы зна­ем, что ком­па­ния Aviagen то­же мно­го уже здесь про­из­во­дит, что-то им­пор­ти­ру­ет. Но это не ка­кая-то но­вая ге­не­ти­ка, это про­сто ло­ка­ли­за­ция вос­про­из­вод­ства.

По сви­нине чуть слож­нее. За­ви­си­мость от за­пад­ной ге­не­ти­ки есть. Но на­ша ком­па­ния се­год­ня то­же име­ет свое пол­ное вос­про­из­вод­ство. По­нят­но, что раз в один-три го­да мы до­ку­па­ем ге­не­ти­че­ский ма­те­ри­ал — жи­вот­ных и осе­ме­не­ние — и ре­мон­ти­ру­ем ста­до. Но я бы не ска­зал, что есть ка­кие-то огром­ные рис­ки, ес­ли толь­ко не воз­ник­нет пол­ной изо­ля­ции стра­ны — то­гда ге­не­ти­ка бу­дет недо­ступ­на.

— Но есть риск по­вы­ше­ния це­ны со сто­ро­ны контр­аген­тов, а зна­чит, риск ро­ста се­бе­сто­и­мо­сти?

— Мы не ста­вим за­да­чу кон­тро­ли­ро­вать все. Каж­дый дол­жен за­ни­мать­ся сво­им де­лом. Мы не пре­тен­ду­ем на то, что­бы за­ни­мать­ся ге­не­ти­кой. Да, есть ры­ноч­ная конъ­юнк­ту­ра: у ко­го-то це­на по­вы­сит­ся — зна­чит, мы бу­дем по­ку­пать у дру­гих. Ес­ли це­на под­ня­лась у всех — зна­чит, на то есть ка­кие-то ос­но­ва­ния.

Ге­не­ти­че­ский ма­те­ри­ал в се­бе­сто­и­мо­сти за­ни­ма­ет неболь­шую до­лю, что-то око­ло од­но­го-двух про­цен­тов. На­мно­го важ­нее ка­че­ство ге­не­ти­че­ско­го ма­те­ри­а­ла. По­то­му что от это­го за­ви­сят все даль­ней­шие по­ка­за­те­ли: рост, при­ве­сы, со­хран­ность, вы­ход мя­са.

Кол­ба­са 4.0

— Вы ска­за­ли о низ­ких це­нах на мя­со в по­след­ние го­ды и о ра­зо­ре­нии ря­да ком­па­ний из-за кри­зи­са пе­ре­про­из­вод­ства. Есть ли у про­из­во­ди­те­лей ка­кие-то воз­мож­но­сти для оп­ти­ми­за­ции се­бе­сто­и­мо­сти, что­бы оста­вать­ся в при­бы­ли? Ка­кие есть ин­стру­мен­ты для это­го?

— У нас в ком­па­нии по­сто­ян­но идет ра­бо­та над повышением эф­фек­тив­но­сти без ущер­ба на­шим це­ле­вым по­ка­за­те­лям, та­ким как ка­че­ство, на­при­мер. Идет ра­бо­та над рас­ши­ре­ни­ем ли­ней­ки по­тре­би­тель­ских про­дук­тов с бо­лее вы­со­кой до­бав­лен­ной сто­и­мо­стью, ко­то­рые про­да­ют­ся под на­ши­ми брен­да­ми. Им­пор­то­за­ме­ще­ние ин­ку­ба­ци­он­но­го яй­ца — это как раз при­мер ра­бо­ты с се­бе­сто­и­мо­стью. В Ли­пец­ке мы по­стро­и­ли две фер­мы, ко­то­рые поз­во­ля­ют нам до­пол­ни­тель­но про­из­во­дить в год око­ло 65 мил­ли­о­нов яиц. Тем са­мым мы со­кра­ти­ли им­порт и по­лу­чи­ли бо­лее низ­кую се­бе­сто­и­мость, ушли от ва­лют­ной за­ви­си­мо­сти, по­то­му что им­порт­ное яй­цо за­ку­па­ет­ся за ва­лю­ту, как пра­ви­ло за ев­ро. Дру­гой при­мер: мы на­рас­ти­ли до­лю соб­ствен­но­го зер­на в кор­мах — пше­ни­цы, ку­ку­ру­зы, — уве­ли­чив его про­из­вод­ство. Сей­час эта до­ля при­мер­но от со­ро­ка до пя­ти­де­ся­ти про­цен­тов в за­ви­си­мо­сти от се­во­обо­ро­та и уро­жая. Это то­же поз­во­ля­ет нам ста­би­ли­зи­ро­вать се­бе­сто­и­мость, ча­стич­но убрать во­ла­тиль­ность из-за скач­ков цен на зер­но на рын­ке. Мы пла­ни­ру­ем и даль­ше на­ра­щи­вать про­из­вод­ство зер­на, уве­ли­чи­вать зе­мель­ный банк. Но дви­га­ем­ся в этом на­прав­ле­нии ак­ку­рат­но, по­то­му что уро­вень рис­ка в рас­те­ние­вод­стве по объ­ек­тив­ным при­чи­нам вы­ше, чем в дру­гих на­ших биз­не­сах.

— Ваш но­вый ро­бо­ти­зи­ро­ван­ный мя­со­пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­щий за­вод в Ка­ши­ре — это од­но­вре­мен­но и оп­ти­ми­за­ция се­бе­сто­и­мо­сти, и рас­ши­ре­ние ли­ней­ки но­вых про­дук­тов?

— Уни­каль­ность за­во­да в Ка­ши­ре не толь­ко в том, что это круп­ней­ший за­вод по про­из­вод­ству сы­ро­вя­ле­ных и сы­ро­коп­че­ных кол­бас. Он за­да­ет но­вый фор­мат в кол­бас­ном про­из­вод­стве, при­чем не толь­ко на рос­сий­ском рын­ке, но и в ми­ре. До это­го мы ма­ло ин­ве­сти­ро­ва­ли в кол­бас­ное про­из­вод­ство — ры­нок пе­ре­ра­бот­ки в по­след­ние го­ды по­ка­зы­вал низ­кую рен­та­бель­ность и все­гда был за­лож­ни­ком ры­ноч­ной конъ­юнк­ту­ры. С од­ной сто­ро­ны, дав­ле­ние ока­зы­ва­ют роз­нич­ные се­ти, где вы­со­кая кон­ку­рен­ция, с дру­гой — рост сто­и­мо­сти на мяс­ное сы­рье в по­след­ние де­сять—пят­на­дцать лет, что все­гда пло­хо для пе­ре­ра­бот­чи­ков. А сей­час мы ре­ши­ли, что сме­ща­ем ак­цент с вер­ти­каль­ной ин­те­гра­ции в про­из­вод­стве в сто­ро­ну со­зда­ния по­тре­би­тель­ских про­дук­тов. В Ка­ши­ре мы ис­поль­зо­ва­ли так на­зы­ва­е­мую Ин­ду­стрию 4.0. Идея не толь­ко в том, что все де­ла­ют ро­бо­ты и че­ло­ве­че­ский фак­тор прак­ти­че­ски ис­клю­чен, ведь ав­то­ма­ти­за­ции и ро­бо­ти­за­ции уже как ми­ни­мум трид­цать—со­рок лет. Уни­каль­ность про­ек­та в том, что ес­ли рань­ше меж­ду ERP-си­сте­мой пред­при­я­тия и ро­бо­та­ми все рав­но при­сут­ство­вал че­ло­ве­че­ский фак­тор, то те­перь об­мен со­об­ще­ни­я­ми меж­ду про­из­вод­ствен­ны­ми ро­бо­та­ми и ERP-си­сте­мой про­ис­хо­дит без уча­стия че­ло­ве­ка. То есть за­дей­ство­ван ис­кус­ствен­ный ин­тел­лект. До­пу­стим, со­зре­ва­ние сы­ро­коп­че­ной кол­ба­сы длит­ся от два­дца­ти до трид­ца­ти дней. Ма­ши­на при­ни­ма­ет ре­ше­ние, что кол­ба­са со­зре­ла, и ро­бо­ты пе­ре­дви­га­ют ее из од­ной ка­ме­ры в дру­гую или от­во­зят на упа­ков­ку.

— Как то­таль­ная ав­то­ма­ти­за­ция по­вли­я­ет на се­бе­сто­и­мость про­из­вод­ства?

— Се­бе­сто­и­мость бу­дет ни­же, но не силь­но: хо­тя ко­ли­че­ствен­но лю­дей мень­ше, воз­рас­та­ет по­треб­ность в бо­лее вы­со­ко­опла­чи­ва­е­мых со­труд­ни­ках. У нас те­перь огром­ная по­треб­ность в ИТ-ин­же­не­рах, по­то­му что ре­аль­но ИТ на­чи­на­ют управ­лять за­во­дом боль­ше, чем про­из­вод­ствен­ни­ки. Но в це­лом, ко­неч­но, лю­дей в ра­зы мень­ше. Ес­ли до вве­де­ния «Ка­ши­ры-1» мы про­из­во­ди­ли по­ло­ви­ну объ­е­ма вы­пус­ка это­го за­во­да и у нас бы­ли за­дей­ство­ва­ны от вось­ми­сот до ты­ся­чи че­ло­век, то но­вый за­вод мо­жет про­из­во­дить в два ра­за боль­ше и там бу­дут за­дей­ство­ва­ны че­ло­век сто пять­де­сят.

На са­мом де­ле мы на­ча­ли не с са­мо­го про­сто­го, по­то­му что цикл про­из­вод­ства сы­ро­коп­че­ных кол­бас длин­ный, и во­об­ще по тех­но­ло­гии из­го­тов­ле­ния это очень слож­ный про­дукт. Ко­неч­но, бу­дет сни­же­ние се­бе­сто­и­мо­сти, но это не ос­нов­ное, о чем я хо­тел бы ска­зать. Ос­нов­ное — это га­ран­тия ка­че­ства про­дук­ции, ста­биль­ность это­го ка­че­ства и без­опас­ность про­дук­та, так как ис­клю­чен че­ло­ве­че­ский фак­тор.

— Спрос на кол­ба­су стагни­ру­ет уже несколь­ко лет. Вы не бо­и­тесь, что не удаст­ся оку­пить про­ект?

— Ес­ли смот­реть на сред­ние циф­ры, то вы аб­со­лют­но пра­вы: кол­бас­ное по­треб­ле­ние не рас­тет, ино­гда па­да­ет. Но на­до от­ме­тить, что по­треб­ле­ние кол­бас­ных из­де­лий у нас в стране ис­то­ри­че­ски на очень вы­со­ком уровне. По­треб­ле­ние стагни­ру­ет по­то­му, что в по­след­ние пять—де­сять лет мя­со во всех ви­дах ста­ло бо­лее до­ступ­ным, чем рань­ше: это и сви­ни­на, и ку­ря­ти­на, и ин­дей­ка. На ма­га­зин­ных пол­ках кол­ба­са бо­рет­ся за вни­ма­ние по­тре­би­те­ля с раз­лич­ны­ми ви­да­ми охла­жден­но­го мя­са, по­лу­фаб­ри­ка­та­ми, ко­то­рых рань­ше не бы­ло. Но ес­ли смот­реть глуб­же, то мы для се­бя здесь не ви­дим опас­но­сти. Ры­нок фраг­мен­ти­ро­ван, в сы­ро­коп­че­ных кол­ба­сах на­блю­да­ет­ся устой­чи­вый рост по­треб­ле­ния в по­след­ние три—пять лет, по­то­му что они пе­ре­ста­ют быть для по­тре­би­те­ля де­ли­ка­тес­ным про­дук­том, а ста­но­вят­ся про­дук­том прак­ти­че­ски еже­днев­но­го спро­са. При этом, ес­ли ва­ре­ные кол­ба­сы за по­след­ние го­ды по­до­ро­жа­ли на пол­ке в несколь­ко раз, то сы­ро­коп­че­ные не так вы­рос­ли в цене и име­ют се­год­ня оп­ти­маль­ное

со­от­но­ше­ние це­ны и ка­че­ства. По сы­ро­коп­че­ным кол­ба­сам у на­шей ком­па­нии ли­ди­ру­ю­щая до­ля на рын­ке, нам про­дук­ции хро­ни­че­ски не хва­та­ло, по­это­му мы и ре­ши­ли ре­а­ли­зо­вать про­ект «Ка­ши­ра-1».

Все ре­ша­ет до­ступ к сое

— В по­след­ние пол­го­да на­блю­да­ет­ся рост цен на мя­со. Это конъ­юнк­тур­ный от­скок? Или есть еще при­чи­ны?

— Мы ино­гда лю­бим го­во­рить о ро­сте цен, за­бы­вая о па­де­нии, ко­то­рое это­му ро­сту пред­ше­ство­ва­ло. На­до смот­реть на этот про­цесс в опре­де­лен­ных про­ме­жут­ках вре­ме­ни — в цик­лах. Да, есть опре­де­лен­ная се­зон­ность. Ле­том спрос рас­тет за счет по­треб­ле­ния шаш­лы­ков, тем бо­лее что ле­то в этом го­ду за­тя­ну­лось. На­вер­ное, свой вклад внес и чем­пи­о­нат ми­ра по фут­бо­лу — по­треб­ле­ние вы­рос­ло. Но до это­го весь пер­вый квар­тал и в на­ча­ле вто­ро­го це­ны стре­ми­тель­но па­да­ли. И ес­ли смот­реть на вре­мен­ной про­ме­жу­ток в три-че­ты­ре го­да, то ни­ка­ко­го ро­ста цен во­об­ще нет. В по­след­ние че­ты­ре-пять недель, на­при­мер, це­ны на сви­ни­ну опять падают — се­зон­ная кор­рек­ция. По мя­су пти­цы сей­час про­ис­хо­дит от­скок вверх по це­нам, по­то­му что от­расль в по­след­ние три-че­ты­ре го­да бы­ла за гра­нью рен­та­бель­но­сти. И по­сколь­ку со сто­ро­ны пра­ви­тель­ства ма­ло бы­ло при­ня­то мер, от­расль во­шла в са­мо­ре­гу­ли­ро­ва­ние. Это есте­ствен­ный про­цесс. От­рас­ле­вой цикл по пти­це — два­т­ри го­да, по сви­нине где-то че­ты­ре-пять. Весь мир так жи­вет, где-то пра­ви­тель­ства боль­ше ре­гу­ли­ру­ют, где-то мень­ше. Мы до это­го не на­блю­да­ли та­кой си­ту­а­ции, по­то­му что у нас все вре­мя не хва­та­ло про­дук­ции. Мы за­ни­ма­лись им­пор­то­за­ме­ще­ни­ем, в ка­кой-то сте­пе­ни у нас этих цик­лов не бы­ло, раз­ви­тие по­ти­хо­неч­ку шло вверх. А те­перь у нас та­кая же си­ту­а­ция, что и в дру­гих про­до­воль­ствен­ных стра­нах — Ев­ро­пе, США, Ла­тин­ской Аме­ри­ке.

По­ми­мо се­зон­но­сти есть еще ряд фак­то­ров, ко­то­рые по­вли­я­ли на рост цен. Так, це­ны на зер­но прак­ти­че­ски удво­и­лись. Ес­ли фу­раж­ная пше­ни­ца про­шло­год­не­го уро­жая сто­и­ла от пя­ти до ше­сти руб­лей за ки­ло­грамм, то сей­час она в два ра­за до­ро­же. Это су­ще­ствен­но. Соя, со­е­вый шрот, про­те­и­но­вая груп­па, ли­зин так­же по­до­ро­жа­ли на 20–30 про­цен­тов. Курс дол­ла­ра по­сле ста­би­ли­за­ции ни­же 60 руб­лей за дол­лар сей­час опять вы­рос, про­цен­тов на пят­на­дцать. А боль­шин­ство по­зи­ций в се­бе­сто­и­мо­сти на­пря­мую или кос­вен­но ва­лю­то­за­ви­си­мые. Со­от­вет­ствен­но, это то­же удо­ро­жа­ние. Я ду­маю, боль­шин­ство опе­ра­то­ров на рын­ке уви­дят рост се­бе­сто­и­мо­сти в этом го­ду на 15–20 про­цен­тов.

Очень важ­ные для нас в плане ро­ста се­бе­сто­и­мо­сти ве­щи в по­след­нее вре­мя про­ис­хо­дят на рын­ке сои. Тор­го­вая вой­на Аме­ри­ки с Ки­та­ем пе­ре­ори­ен­ти­ро­ва­ла тор­го­вые по­то­ки. Те­перь Ки­тай ску­па­ет со­е­вые бо­бы в Ла­тин­ской Аме­ри­ке, от­ка­зав­шись от за­ку­пок в США в от­вет на вве­де­ние аме­ри­кан­ца­ми по­шлин на ки­тай­ские то­ва­ры. Про­бле­ма в том, что Рос­сия мо­жет сей­час за­ку­пать со­е­вые бо­бы то­же толь­ко в Ла­тин­ской Аме­ри­ке, в част­но­сти в Бра­зи­лии, из-за при­ня­тых недав­но за­ко­ном огра­ни­че­ний по ге­не­ти­че­ски мо­ди­фи­ци­ро­ван­ной сое. То есть мы се­год­ня кон­ку­ри­ру­ем по за­куп­кам сои с Ки­та­ем. — Как так по­лу­чи­лось?

— Два го­да на­зад у нас был при­нят за­кон о ГМО, ко­то­рый сре­ди про­че­го ка­са­ет­ся со­е­вых бо­бов и шро­та. По этим про­дук­там уста­нов­ле­ны раз­ре­шен­ные сте­ки (ге­не­ти­че­ские ли­нии), их все­го во­семь, из ко­то­рых лишь неко­то­рые мо­гут вво­зить­ся в на­шу стра­ну. Из-за огра­ни­чен­но­го ко­ли­че­ства раз­ре­шен­ных сте­ков до­ступ­ность бо­бов на рос­сий­ском рын­ке рез­ко сни­зи­лась. Ес­ли бы мы мог­ли по­ку­пать со­е­вый шрот в Ар­ген­тине или США, он бы нам об­хо­дил­ся, гру­бо го­во­ря, на сто дол­ла­ров за тон­ну де­шев­ле. Это, на­вер­ное, как ми­ни­мум 20–25 про­цен­тов в се­бе­сто­и­мо­сти за­куп­ки. А соя очень важ­на, в сто­и­мо­сти кор­мов она со­став­ля­ет треть в де­неж­ном вы­ра­же­нии. Несмот­ря на то что мы на­ра­щи­ва­ем ее про­из­вод­ство внут­ри стра­ны, и на­ша ком­па­ния в том чис­ле, Рос­сия по­ка нет­то-им­пор­тер сои. К то­му же бо­бы нуж­но­го ка­че­ства вы­ра­щи­ва­ют в ос­нов­ном на Даль­нем Во­сто­ке, а это очень да­ле­ко от ос­нов­ных мест рас­по­ло­же­ния мяс­но­го про­из­вод­ства. И ря­дом есть рын­ки Ки­тая и Япо­нии, где го­то­вы пла­тить хо­ро­шие день­ги.

Се­год­ня в Цен­траль­ном фе­де­раль­ном окру­ге на­блю­да­ет­ся стре­ми­тель­ный рост про­из­вод­ства сои, но есть во­про­сы. Во­пер­вых, ка­че­ство этих бо­бов — они не вы­со­ко­про­те­и­но­вые, а та­кую сою неце­ле­со­об­раз­но ис­поль­зо­вать в кор­мах. Вто­рое — ее все рав­но ма­ло. И тре­тье — пе­ре­ра­бот­ки сои в ЦФО прак­ти­че­ски нет, по­то­му что се­год­ня часть та­ких мощ­но­стей скон­цен­три­ро­ва­на на Даль­нем Во­сто­ке, а часть — в Ка­ли­нин­гра­де. На то, что­бы нам вы­ра­щи­вать сою в нуж­ном объ­е­ме, уй­дет как ми­ни­мум три—пять лет. А по­ка из-за на­ших тех­ни­че­ских огра­ни­че­ний мы бу­дем по­ку­пать сою по за­вы­шен­ным це­нам, что неми­ну­е­мо отразится на цене го­то­вой про­дук­ции. Но дру­гих ва­ри­ан­тов нет — без сои вы­ра­щи­вать кур не по­лу­чит­ся.

Бо­лее то­го, здесь воз­ни­ка­ет во­прос, свя­зан­ный с экс­пор­том. Сей­час пра­ви­тель­ство за­яви­ло при­о­ри­тет на сле­ду­ю­щие пять лет: удво­ить, утро­ить экс­порт­ное на­прав­ле­ние. Мы не ви­дим се­год­ня на рын­ках, что кто-то го­тов пла­тить пре­мию за мя­со, в про­из­вод­стве ко­то­ро­го не ис­поль­зо­ва­лась ГМО-соя. Это озна­ча­ет, что по цене мы бу­дем некон­ку­рен­то­спо­соб­ны по от­но­ше­нию к та­ким стра­нам, как США или Бра­зи­лия, ко­то­рые се­год­ня ли­ди­ру­ют по экс­пор­ту пти­цы. Нет се­год­ня от­дель­ных ко­ти­ро­вок на рын­ке на мя­со кур или сви­ней, ко­то­рые не едят ГМО.

— Дей­стви­тель­но, на днях Мин­сель­хоз за­явил, что мы ме­ня­ем стра­те­гию раз­ви­тия АПК от внут­рен­не­го рын­ка к раз­ви­тию экс­пор­та. Ка­ко­вы, на ваш взгляд, пер­спек­ти­вы экс­пор­та, преж­де все­го в мяс­ных от­рас­лях?

«Рос­сия по се­бе­сто­и­мо­сти про­из­вод­ства мя­са пти­цы и сви­ни­ны на­хо­дит­ся в то­пе двух-че­ты­рех стран-ли­де­ров. В про­из­вод­стве сви­ни­ны “Чер­ки­зо­во” при­бли­зи­лась к са­мой низ­кой се­бе­сто­и­мо­сти, ес­ли срав­ни­вать нас с лю­бы­ми ми­ро­вы­ми ком­па­ни­я­ми

— На мой взгляд, один из опре­де­ля­ю­щих фак­то­ров — курс ва­лю­ты. По­нят­но, что ес­ли рубль сла­бый, то кон­ку­рен­то­спо­соб­ность в мо­мен­те зна­чи­тель­но вы­рас­та­ет. Ес­ли по­смот­реть в об­щем, то се­год­ня в Рос­сии до­ста­точ­но кон­ку­рен­то­спо­соб­ное про­из­вод­ство сви­ни­ны и пти­цы. Я ска­зал бы, что Рос­сия по се­бе­сто­и­мо­сти про­из­вод­ства в то­пе двух-трех-че­ты­рех стран. Но на­до смот­реть на кон­крет­ных про­из­во­ди­те­лей. Мы счи­та­ем, что по сви­нине мы уже при­бли­зи­лись к са­мой низ­кой се­бе­сто­и­мо­сти, ес­ли нас срав­ни­вать с лю­бы­ми ми­ро­вы­ми ком­па­ни­я­ми.

— Мо­же­те в циф­рах это по­ка­зать?

— Гру­бо го­во­ря, ес­ли в Ев­ро­пе, по об­щим дан­ным, се­бе­сто­и­мость жив­ка — око­ло од­но­го ев­ро за ки­ло­грамм, то в Рос­сии, ес­ли пра­виль­но и хо­ро­шо ра­бо­тать, мож­но иметь по­ка­за­тель в рай­оне 0,7 ев­ро за ки­ло­грамм сви­ни­ны в жи­вом ве­се. В пти­це­вод­стве мо­жет слу­жить до­ка­за­тель­ством тот факт, что от­расль про­су­ще­ство­ва­ла три го­да в усло­ви­ях са­мых низ­ких цен на ку­ри­цу в ми­ре. Мы не зна­ем ни од­ной стра­ны, где по­тре­би­тель мог бы ку­пить ку­ря­ти­ну де­шев­ле, чем у нас. Да­же ес­ли взять со­сед­нюю Укра­и­ну, где, ка­за­лось бы, с ва­лю­той не так хо­ро­шо, де­валь­ва­ция се­рьез­ная и во­об­ще в стране слож­ная бы­ла си­ту­а­ция, — но да­же там в этом и про­шлом го­дах це­на бы­ла вы­ше, чем у нас.

По по­нят­ным при­чи­нам се­год­ня круп­ней­шие экс­пор­те­ры мя­са — это круп­ней­шие про­из­во­ди­те­ли сои. Де­вя­но­сто про­цен­тов ее про­из­вод­ства при­хо­дит­ся на три стра­ны — Бра­зи­лию, США и Ар­ген­ти­ну.

— По­ми­мо ва­лю­ты и се­бе­сто­и­мо­сти про­дук­ции что-то еще важ­но для экс­пор­та?

— Са­ма воз­мож­ность экс­пор­ти­ро­вать про­дук­цию. Се­год­ня ос­нов­ные рын­ки сбы­та для Рос­сии за­кры­ты. К со­жа­ле­нию, ко­гда мы вхо­ди­ли в ВТО, мы боль­ше ду­ма­ли о ре­гу­ли­ро­ва­нии им­пор­та, что­бы за­щи­тить наш ры­нок. А се­год­ня, ко­гда им­порт уже неак­туа­лен, с экс­пор­том нас ни­кто не ждет. Ни­ка­ких квот или льгот­но­го до­ступа на рын­ки у нас нет, плюс еще ве­те­ри­нар­ные огра­ни­че­ния жест­кие. Все опас­ные за­бо­ле­ва­ния вро­де аф­ри­кан­ской чу­мы сви­ней и пти­чье­го грип­па у нас при­сут­ству­ют до­ста­точ­но ча­сто, что по пра­ви­лам ВТО дает воз­мож­ность бло­ки­ро­вать экс­порт из Рос­сии.

К со­жа­ле­нию, по­ка меж­ду­на­род­ные парт­не­ры не со­гла­ша­ют­ся с пред­ло­жен­ны­ми на­ми пра­ви­ла­ми ре­ги­о­на­ли­за­ции на­ше­го рын­ка. По­это­му ес­ли у нас чих­ну­ла пти­ца на Даль­нем Во­сто­ке, то из-за пти­чье­го грип­па за­кры­ва­ет­ся вся стра­на ми­ни­мум на шесть ме­ся­цев. Го­во­рить об устой­чи­вом ста­биль­ном ро­сте и раз­ви­тии экс­пор­та в та­ких усло­ви­ях слож­но. По­это­му на­до до­би­вать­ся при­зна­ния ре­ги­о­на­ли­за­ции рос­сий­ско­го рын­ка как си­сте­мы. И бо­лее ак­тив­но бо­роть­ся с эти­ми эпи­де­ми­че­ски­ми за­бо­ле­ва­ни­я­ми.

И ко­неч­но же, нуж­но про­сто иметь до­ступ на рын­ки. А ос­нов­ные рын­ки — это Азия, Ко­рея, Япо­ния, Ки­тай. Ев­ро­со­юз очень силь­но се­бя за­щи­ща­ет. Там и кво­ти­ро­ва­ние, и за­пре­ти­тель­ные по­шли­ны. Рос­сия се­год­ня по­па­да­ет в кор­зи­ну тре­тьих стран, ко­то­рые прак­ти­че­ски не мо­гут по­став­лять про­дук­цию из-за за­пре­ти­тель­ных по­шлин: ев­ро за ки­ло­грамм ку­ри­цы или ин­дей­ки.

— На­сколь­ко ва­ша ком­па­ния ори­ен­ти­ру­ет­ся на экс­порт?

— У нас экс­порт сей­час вы­рос до пя­ти­де­ся­ти мил­ли­о­нов дол­ла­ров в год. В фи­зи­че­ском вы­ра­же­нии мы не так мно­го про­да­ем на экс­порт — око­ло трех­сот ты­сяч тонн всех ви­дов про­дук­тов. Мы бу­дем экс­порт раз­ви­вать, но ско­рее в рам­ках

неко­е­го ас­сор­ти­мент­но­го мик­са. То есть по­нят­но, что каж­дая стра­на боль­ше по­треб­ля­ет тот или иной про­дукт. У нас в це­лом до­ста­точ­но сба­лан­си­ро­ван­ное по­треб­ле­ние, но, на­при­мер, есть два про­дук­та, на ко­то­рые спрос низ­кий. Это кры­ло ку­ри­цы, ко­то­рое, как пра­ви­ло, в про­фи­ци­те, мо­жет быть, за ис­клю­че­ни­ем лет­них ме­ся­цев. И бе­кон в сви­нине. Для при­ме­ра: эти же два про­дук­та — са­мые де­фи­цит­ные в Аме­ри­ке. В прин­ци­пе, мож­но ска­зать, что там ку­ри­ца про­из­во­дит­ся ра­ди кры­ла, а сви­ни­ну они вы­ра­щи­ва­ют, что­бы сде­лать бе­кон. Ес­ли бы они мог­ли вы­рас­тить сви­ни­ну толь­ко с бе­ко­ном, они бы ее та­кую и де­ла­ли. А у нас, как ни па­ра­док­саль­но, это два са­мых де­ше­вых про­дук­та. Це­ны на эти про­дук­ты в Рос­сии и Аме­ри­ке мо­гут от­ли­чать­ся как ми­ни­мум в два-три ра­за. По­нят­но, что мы ни ки­ло­грам­ма не про­да­дим ни кры­ла, ни бе­ко­на на аме­ри­кан­ский ры­нок. И да­же не толь­ко на аме­ри­кан­ский, но и в Мек­си­ку и Ка­на­ду, где то­же раз­ви­то по­треб­ле­ние этих про­дук­тов. Тем не ме­нее это на­гляд­ный при­мер.

Или есть ази­ат­ское по­треб­ле­ние. Ку­ри­ные ла­пы, суб­про­дук­ты от сви­ней и про­чее мы про­да­ем в Азию. Хо­те­лось бы по­лу­чить пря­мой до­ступ на ры­нок Ки­тая, це­на бы­ла бы луч­ше. Сей­час мы это про­да­ем в дру­гие ази­ат­ские стра­ны.

А в на­шей стране, на­при­мер, в де­фи­ци­те сви­ной жир — са­ло шпик. В сви­нине оно со­став­ля­ет пять про­цен­тов, на­до утро­ить на­ше про­из­вод­ство сви­ни­ны, что­бы обес­пе­чить стра­ну шпи­ком. Мы ни­ко­гда это­го не сде­ла­ем. По­это­му в иде­аль­ном ми­ре, ес­ли бы­ла бы сво­бод­ная тор­гов­ля, то мог­ла бы быть боль­шая си­нер­гия. Ко­неч­но, про­дол­жа­ет­ся ак­тив­ная ра­бо­та пра­ви­тель­ства по от­кры­тию рын­ков для экс­пор­та. Но это очень длин­ная до­ро­га.

— О ка­ких рын­ках преж­де все­го идет речь?

— Ки­тай дав­но пы­та­ем­ся от­крыть. Мо­жет быть, хо­тя бы по пти­це бу­дет ка­кое-то дви­же­ние. С Япо­ни­ей пе­ре­го­во­ры ве­дут­ся. В стра­нах Ближ­не­го Во­сто­ка рын­ки уже бо­лее или ме­нее от­кры­ты для нас. С Тур­ци­ей ве­дем пе­ре­го­во­ры. Но эти пе­ре­го­во­ры мо­гут длить­ся де­ся­ти­ле­ти­я­ми. Что ка­са­ет­ся на­шей ком­па­нии, то я не ду­маю, что в бли­жай­шие пять лет экс­порт бу­дет со­став­лять боль­ше де­ся­ти про­цен­тов на­шей вы­руч­ки. Все-та­ки ос­нов­ной фо­кус для нас — ра­бо­та на на­шем до­маш­нем рын­ке.

А те­перь — ин­дей­ка и ку­ри­ные наг­гет­сы

— Вы недав­но го­во­ри­ли о смене при­о­ри­те­тов в ин­ве­сти­ци­он­ной по­ли­ти­ке ком­па­нии, от­но­си­тель­ном со­кра­ще­нии ин­ве­сти­ци­он­ных про­грамм. О чем идет речь?

— Мы за­кан­чи­ва­ем ин­ве­сти­ци­он­ный цикл в стро­и­тель­стве про­из­вод­ствен­ных мощ­но­стей по пти­це и сви­нине. Это за­трат­ные, ин­фра­струк­тур­но очень дорогие про­ек­ты, мы их бу­дем за­вер­шать. Мы прак­ти­че­ски уже за­вер­ши­ли ин­ве­сти­ции в сви­но­вод­стве и вы­хо­дим здесь на пол­ную мощ­ность — бо­лее трех­сот ты­сяч тонн мя­са в год в жи­вом ве­се. Даль­ше бу­дем ин­ве­сти­ро­вать в пе­ре­ра­бот­ку, в част­но­сти на­ра­щи­вать глу­бо­кую пе­ре­ра­бот­ку пти­цы: про­из­во­дить та­кие про­дук­ты, как наг­гет­сы, бур­ге­ры из пти­цы. Бу­дем даль­ше ин­ве­сти­ро­вать в кол­бас­ное про­из­вод­ство и рас­те­ние­вод­ство. Эти ин­ве­сти­ции не та­кие боль­шие, как в стро­и­тель­ство пти­це­фаб­рик и сви­но­ферм, но все рав­но они бу­дут на уровне 50–100 мил­ли­о­нов дол­ла­ров еже­год­но. Рань­ше на­ши ин­ве­сти­ции со­став­ля­ли бо­лее двух­сот мил­ли­о­нов в год. Это поз­во­лит нам сба­лан­си­ро­ван­но раз­ви­вать­ся и под­дер­жи­вать умеренную ди­ви­денд­ную по­ли­ти­ку.

Мы в про­шлом го­ду за­пу­сти­ли боль­шой про­ект по про­из­вод­ству мя­са ин­дей­ки «Там­бов­ская ин­дей­ка». Сей­час вы­шли на пол­ную за­груз­ку пер­вой фа­зы про­ек­та мощ­но­стью 40–50 ты­сяч тонн мя­са в год (сум­мар­но в Рос­сии в 2017 го­ду бы­ло про­из­ве­де­но 280 ты­сяч тонн мя­са ин­дей­ки. — «Эксперт»). Рас­смат­ри­ва­ем вто­рую фа­зу ин­ве­сти­ций, но по­ка не то­ро­пим­ся. Вся ин­фра­струк­ту­ра для вто­рой фа­зы у нас уже есть: убой­ный за­вод, ин­ку­ба­тор, ком­би­кор­мо­вый за­вод. В прин­ци­пе, нам нуж­но толь­ко до­стро­ить птич­ни­ки. Но по­ка до­ход­ность ну­ле­вая по ин­дей­ке, несмот­ря на все пра­виль­ные усло­вия раз­ви­тия про­ек­та.

— Не­до­ста­точ­ный спрос на рын­ке для несколь­ких круп­ных иг­ро­ков?

— Да, про­изо­шел рез­кий при­рост объ­е­мов про­из­вод­ства, ры­нок не был к это­му го­тов и дол­жен как-то пе­ре­на­стро­ить­ся. По­том, на конъ­юнк­ту­ру вли­я­ет се­го­дняш­няя слож­ная си­ту­а­ция у круп­ней­ше­го иг­ро­ка — ком­па­нии «Ев­ро­дон», ее по­ве­де­ние силь­но от­ра­жа­ет­ся на рын­ке, преж­де все­го в це­но­вом плане. В по­след­нее вре­мя си­ту­а­ция скла­ды­ва­лась ано­маль­ная: мя­со ин­дей­ки в пер­вом квар­та­ле это­го го­да сто­и­ло де­шев­ле мя­са ку­ри­цы чуть ли не на де­сять про­цен­тов, что в прин­ци­пе невоз­мож­но. Ин­дей­ка по се­бе­сто­и­мо­сти, ес­ли в жи­вом ве­се рас­смат­ри­вать, до­ро­же брой­ле­ра точ­но и да­же до­ро­же сви­ни­ны. И в роз­ни­це она долж­на быть по цене близ­ка к сви­нине.

Мы сво­им про­ек­том, несмот­ря на низ­кую це­но­вую конъ­юнк­ту­ру, до­воль­ны. Про­дук­ция под на­шим брен­дом «Па­ва-Па­ва» за­ни­ма­ет в тор­го­вых се­тях Моск­вы и Санкт-Пе­тер­бур­га пер­вое ме­сто по объ­е­мам про­даж. Ко­неч­но, ко­гда мы за­хо­ди­ли в про­ект по ин­дей­ке, то рас­счи­ты­ва­ли на си­нер­гию за счет на­шей уже су­ще­ству­ю­щей дис­три­бу­ции и на­ли­чия глу­бо­кой пе­ре­ра­бот­ки мя­са. Мы так­же по­лу­чи­ли си­нер­гию за счет на­ших ис­пан­ских парт­не­ров по это­му про­ек­ту — ком­па­нии Grupo Fuertes. Мы на этом рын­ке два го­да, а они бо­лее два­дца­ти лет. По­это­му мы сра­зу «им­пор­ти­ро­ва­ли» их два­дца­ти­лет­ний опыт, са­ми бы мы его на­кап­ли­ва­ли очень дол­го. По срав­не­нию с на­ши­ми ос­нов­ны­ми кон­ку­рен­та­ми мы се­бя и по-дру­го­му по­зи­ци­о­ни­ру­ем на рын­ке: для вы­ра­щи­ва­ния мы взя­ли лег­кий кросс ин­дей­ки — Hybrid Grade Maker. Это бо­лее ма­лень­кая, ком­пакт­ная в объ­е­ме пти­ца, и, на наш взгляд, бо­лее вкус­ная, в ней мень­ше жи­ра. По­смот­рим, как по­тре­би­тель это оце­нит.

— Ка­кой про­гноз в от­но­ше­нии цен на ин­дей­ку?

— Они сей­час уже на­ча­ли под­рас­тать до уров­ня, мо­жет, ну­ле­вой или неболь­шой рен­та­бель­но­сти. Но по­ка это не поз­во­ля­ет оку­пить ин­ве­сти­ции. Нуж­но ка­кое-то вре­мя боль­ше за­ра­ба­ты­вать, что­бы по­лу­чить воз­врат ка­пи­та­ла. По на­шим пред­ва­ри­тель­ным оцен­кам, про­ект дол­жен оку­пить­ся за во­семь лет. ■

Ге­не­раль­ный ди­рек­тор Груп­пы «Чер­ки­зо­во» Сер­гей Михайлов

Че­рез два-три го­да «Чер­ки­зо­во» пла­ни­ру­ет пол­но­стью обес­пе­чи­вать се­бя ин­ку­ба­ци­он­ным яй­цом

На но­вом пред­при­я­тии «Ка­ши­ра 1» ав­то­мат сам ре­ша­ет, со­зре­ла ли кол­ба­са

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.