ОБ АННУШКЕ-ЧУМЕ И ЕЕ ТРИУМФАХ

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

На го­дич­ной кон­фе­рен­ции аме­ри­кан­ско­го Об­ще­ства клас­си­че­ских фи­ло­ло­гов (Society for classical studies) слу­чи­лось нема­ло, на све­жий взгляд, стран­но­го. Так, пер­вая же ора­тор­ка за­яви­ла, что ссыл­ки в ака­де­ми­че­ских пуб­ли­ка­ци­ях сле­ду­ет де­лать толь­ко на ра­бо­ты чёр­ных и ла­ти­но­аме­ри­кан­ских ав­то­ров. Дру­гой ора­тор утвер­ждал, что толь­ко та­ких ав­то­ров ака­де­ми­че­ские жур­на­лы и долж­ны пуб­ли­ко­вать — ста­тьи бе­лых или чле­нов дру­гих эт­ни­че­ских или ра­со­вых групп не надо и рас­смат­ри­вать. Ау­ди­то­рия (со­сто­я­щая из фи­ло­ло­гов-клас­си­ков!) друж­но все­му это­му ап­ло­ди­ро­ва­ла. Участ­ни­це, ко­то­рая по­про­бо­ва­ла спо­рить, ме­ша­ли го­во­рить, пе­ре­би­вая вы­кри­ка­ми и хо­хо­том. Сра­зу по­сле кон­фе­рен­ции дис­си­дент­ка по­лу­чи­ла от сво­е­го ра­бо­то­да­те­ля пись­мо об уволь­не­нии: «Aс­со­ци­а­ция ан­тич­ных ис­то­ри­ков при­вер­же­на раз­но­об­ра­зию (diversity) во всех его фор­мах. Мы ожи­да­ем, что те, кто за­ни­ма­ет долж­ность в Ас­со­ци­а­ции или вы­пол­ня­ет ра­бо­ту для неё, раз­де­ля­ют эту при­вер­жен­ность». Иди, тёт­ка, гу­ляй по ве­тер­ку.

Та­ко­го мно­го. Вот в ва­шинг­тон­ском кол­ле­дже сту­ден­ты за­ду­ма­ли под­черк­нуть «важ­ную роль мень­шинств», про­ве­дя «День без бе­лых», в те­че­ние ко­то­ро­го вы­сту­пать и го­во­рить мог­ли бы толь­ко цвет­ные пре­по­да­ва­те­ли и сту­ден­ты. Ко­гда один про­фес­сор ан­тро­по­ло­гии (и сам, го­во­рят, об­раз­цо­вый ле­вак) поз­во­лил се­бе за­ме­тить, что за­тея про­ти­во­ре­чит прин­ци­пам ра­вен­ства и сво­бо­ды сло­ва и что цвет ко­жи не дол­жен ни­ко­му ме­шать ра­бо­тать или учить­ся, сту­ден­ты по­тре­бо­ва­ли его уволь­не­ния. Ад­ми­ни­стра­ция на уволь­не­ние не по­шла, но сту­ден­ты ста­ли вся­че­ски тра­вить «ра­си­ста». Кол­ледж, при­знав неспо­соб­ность обес­пе­чить без­опас­ность со­труд­ни­ка, его всё­та­ки уво­лил. Удаст­ся ли ему те­перь най­ти ра­бо­ту, неиз­вест­но. За­ме­тим, что в рам­ках во­ца­рив­ше­го­ся дис­кур­са нет во­об­ще ни­ка­ких спо­со­бов хоть как-то кри­ти­ко­вать идеи вро­де упо­мя­ну­тых, не на­рвав­шись на немед­лен­ные об­ви­не­ния в ра­сиз­ме, под­держ­ке дис­кри­ми­на­ции и проч., вы­ра­жен­ные в са­мой сви­ре­пой на­сту­па­тель­ной фор­ме. По­слуш­но под­твер­ждай свою аб­со­лют­ную ло­яль­ность, без­ого­во­роч­но при­со­еди­ня­ясь к об­ще­му виз­гу, — ли­бо рискуй ско­ро и чув­стви­тель­но по­стра­дать. Хо­тя в на­ших па­ле­сти­нах по­лит­кор­рект­ность и при­вер­жен­ность к diversity ещё до та­ко­го гра­ду­са не до­шли, но ис­то­рии вро­де при­ве­дён­ных имен­но здесь, в Рос­сии, по­рож­да­ют силь­ней­шее де­жа­вю. Как ска­за­но в од­ной ста­рой кни­ге, «гла­за за­крыть — и вот он, род­нень­кий, сем­на­дца­тый го­док». По­доб­ное по­ве­де­ние, ку­раж ша­ле­ю­щих от сво­ей без­на­ка­зан­но­сти бе­не­фи­ци­а­ров по­беж­да­ю­щей ре­во­лю­ции, у нас тут ви­да­но-пе­ре­ви­да­но и сто­крат­но опи­са­но: с ис­пу­ган­ным сме­хом по­по­лам, как в ме­му­а­рах Тэф­фи о бег­стве от Со­ве­тов, или без те­ни сме­ха, как в «Ока­ян­ных днях», — да мно­го где. И та­кое де­жа­вю под­пи­ты­ва­ет­ся не толь­ко по­дви­га­ми тро­еч­ни­ков или про­вин­ци­аль­ных про­фес­со­рок. Сам зна­ме­ни­тый Сла­вой Жи­жек на днях под­пи­сал пе­ти­цию, тре­бу­ю­щую убрать рос­сий­ский се­ри­ал «Троц­кий» из ка­та­ло­га ви­део­сер­ви­са Netflix — мол, Кремль наг­ло очер­ня­ет свет­лый об­раз ве­ли­ко­го ре­во­лю­ци­о­не­ра…

Всё это бы­ло бы груст­но, да­же ес­ли бы тво­ри­лось толь­ко в за­пад­ных на­уч­ных и уни­вер­си­тет­ских кру­гах. На по­мя­ну­той вы­ше кон­фе­рен­ции один из эн­ту­зи­а­стов diversity кри­чал дис­си­дент­ке: ес­ли клас­си­че­ская фи­ло­ло­гия в ва­шем по­ни­ма­нии утвер­жда­ет бе­лое пре­вос­ход­ство, то я на­де­юсь, что эта об­ласть ис­сле­до­ва­ний уми­ра­ет — и уми­ра­ет быст­ро! Ора­тор яв­но не по­ни­ма­ет, что с ис­чез­но­ве­ни­ем об­ла­сти ис­сле­до­ва­ний невдол­ге неиз­беж­но ис­чез­нет и его соб­ствен­ное жа­ло­ва­нье, но на­де­ет­ся он пра­виль­но: при та­кой по­го­де на­у­ка умрёт быст­ро, и ни­че­го в этом нет хо­ро­ше­го. Де­гра­да­ция гу­ма­ни­тар­но­го зна­ния и по ту сто­ро­ну оке­а­на — пусть и по со­всем дру­гим при­чи­нам, чем у нас, — бу­дет по­мо­гать ми­ру ста­но­вить­ся всё ме­нее без­опас­ным. А мир и так на этом пу­ти: не толь­ко же в кам­пу­сах и на на­уч­ных кон­фе­рен­ци­ях Ан­нуш­ка-Чу­ма с виз­гом ки­да­ет­ся на несо­глас­ных. То же про­ис­хо­дит — кто бы по­ве­рил ещё де­сять-пят­на­дцать лет на­зад! — и в ди­пло­ма­тии, и в пе­ре­го­во­рах экс­пер­тов. Я толь­ко что про­чёл в очень осто­рож­ной ста­тье ака­де­ми­ка-меж­ду­на­род­ни­ка о ны­неш­нем «со­сто­я­нии диа­ло­га, в ко­то­ром за­ши­кать сло­ва оп­по­нен­та счи­та­ет­ся удач­ным при­ё­мом» и о том, что «вре­ме­на вза­им­ных усту­пок и ком­про­мис­сов ушли ку­да-то в про­шлое: сей­час ра­бо­та­ет “твит­тер-ди­пло­ма­тия”, за­ра­нее за­то­чен­ная под эс­ка­ла­цию лю­бо­го кон­флик­та». Что ни го­во­ри, а ведь хо­ро­шая бы­ла вещь ци­ви­ли­зо­ван­ность — жал­ко, что она так быст­ро и так бес­смыс­лен­но раз­ру­ша­ет­ся.

Са­мо это раз­ру­ше­ние, ко­неч­но, не бо­лезнь, а симп­том. Та­кое, го­во­рят, слу­ча­лось и преж­де. В «Вол­шеб­ной го­ре», ро­мане о том, как Ев­ро­па ка­ти­лась в Ве­ли­кую вой­ну, од­на из по­след­них гла­вок су­хо, по­чти про­то­коль­но опи­сы­ва­ет, как в до­ро­гом са­на­то­рии, где всё дей­ствие и про­ис­хо­дит, вдруг на­чи­на­ет­ся се­рия вспы­шек необъ­яс­ни­мой агрес­сии од­них оби­та­те­лей про­тив дру­гих — при­мер­но та­ких же вспы­шек, ка­кие мы на­блю­да­ем сей­час. Там на по­ро­ге был ав­густ че­тыр­на­дца­то­го, что на по­ро­ге сей­час, га­дать не очень хо­чет­ся.

У нас по­ка что не уволь­ня­ют за кон­ста­та­цию то­го фак­та, что Пла­тон с Ари­сто­те­лем бы­ли бе­лы­ми муж­чи­на­ми, но это не успо­ка­и­ва­ет. Посмот­ри­те на лю­бом ка­на­ле по­чти лю­бое ток-шоу — не обя­за­тель­но и по­ли­ти­че­ское. Об­щий ор, визг, вза­им­ные оскорб­ле­ния, по­сяг­но­ве­ния на мор­до­бой — ино­гда, по слу­хам, да­же и успеш­ные. Зай­ди­те в лю­бую соц­сеть, посмот­ри­те ком­мен­та­рии чуть не к лю­бо­му по­сту, со­дер­жа­ще­му то или иное «зна­ко­вое» сло­во, — брань, вза­им­ные оскорб­ле­ния, об­ви­не­ния оп­по­нен­тов чёрт зна­ет в чём… Тут как ми­ни­мум две се­рьёз­ные про­бле­мы. Во-пер­вых, по­вто­рюсь, так ма­ло-по­ма­лу рас­ша­ты­ва­ет­ся и уни­что­жа­ет­ся ци­ви­ли­зо­ван­ность — незри­мые и нена­зы­ва­е­мые скре­пы внут­ри каж­до­го из нас, не да­ю­щие от­дель­но­му че­ло­ве­ку ки­дать­ся с ку­ла­ка­ми на ближ­не­го, пусть и име­ю­ще­го непра­виль­ные воз­зре­ния, а об­ще­ству — сва­лить­ся в вой­ну всех про­тив всех. Во-вто­рых, так де­ла­ет­ся всё ме­нее воз­мож­ным со­дер­жа­тель­ное об­суж­де­ние ка­ко­го угод­но во­про­са, как бы он ни был смер­тель­но ва­жен. При устой­чи­вой при­выч­ке к по­сто­ян­но­му виз­гу ни­кто про­сто не услы­шит че­ло­ве­ка, не уме­ю­ще­го сфор­му­ли­ро­вать свою мысль пре­дель­но крат­ко и бо­е­ви­то. Но диа­лог меж­ду людь­ми, вы­ра­жа­ю­щи­ми­ся пре­дель­но крат­ко и бо­е­ви­то, неиз­беж­но сво­дит­ся к по­пыт­кам друг дру­га пе­ре­орать — и «эс­ка­ла­ции лю­бо­го кон­флик­та». Ка­кие уж тут об­суж­де­ния. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.