ЭКО­НО­МИ­КА УКРА­И­НЫ: ИСПЫТАНИЕ КРИЗИСОМ

Бед­ность, де­ин­ду­стри­а­ли­за­ция, мас­со­вая эми­гра­ция и дол­ги. Укра­и­на адап­ти­ро­ва­лась к ев­ро­ат­лан­ти­че­ско­му раз­во­ро­ту

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Бед­ность, де­ин­ду­стри­а­ли­за­ция, мас­со­вая эми­гра­ция и дол­ги. Укра­и­на адап­ти­ро­ва­лась к ев­ро­ат­лан­ти­че­ско­му раз­во­ро­ту

*Кан­ди­дат экономичес­ких на­ук, за­ве­ду­ю­щий сек­то­ром Цен­тра пост­со­вет­ских ис­сле­до­ва­ний Ин­сти­ту­та эко­но­ми­ки РАН, до­цент Фи­нан­со­во­го уни­вер­си­те­та при пра­ви­тель­стве РФ.

Укра­ин­ская эко­но­ми­ка про­шла че­рез оче­ред­ной и наи­бо­лее мас­штаб­ный в сво­ей пост­со­вет­ской ис­то­рии кри­зис, став­ший ре­зуль­та­том не толь­ко дей­ствия нега­тив­ных гло­баль­ных (за­мед­ле­ние тем­пов ро­ста ми­ро­вой эко­но­ми­ки, па­де­ние спро­са и цен на то­ва­ры тра­ди­ци­он­но­го укра­ин­ско­го экс­пор­та), но и ре­ги­о­наль­ных (раз­рыв тор­го­во-экономичес­ких свя­зей с Рос­си­ей) фак­то­ров на фоне по­те­ри ча­сти тер­ри­то­рии и во­ен­ных дей­ствий на во­сто­ке стра­ны. Та­кие се­рьез­ные внешние и внут­рен­ние по­тря­се­ния силь­но по­вли­я­ли на эко­но­ми­ку, ко­то­рая при этом вы­сто­я­ла и во мно­гом адап­ти­ро­ва­лась к рез­ко из­ме­нив­шим­ся усло­ви­ям. Но го­во­рить о ка­ком-ли­бо зна­чи­мом раз­ви­тии стра­ны, о ее струк­тур­ной и тех­но­ло­ги­че­ской мо­дер­ни­за­ции, по­вы­ше­нии кон­ку­рен­то­спо­соб­но­сти в этот пе­ри­од не при­хо­дит­ся. Для до­сти­же­ния этой це­ли по­тре­бу­ет­ся при­ло­жить мас­су уси­лий все­го укра­ин­ско­го об­ще­ства, до­бить­ся его кон­со­ли­да­ции по во­про­сам стра­те­ги­че­ско­го раз­ви­тия стра­ны, за­вер­шить мас­штаб­ные струк­тур­ные и ин­сти­ту­ци­о­наль­ные ре­фор­мы, ре­шить про­бле­му Дон­бас­са и хо­тя бы ча­стич­но вос­ста­но­вить раз­ру­шен­ные гу­ма­ни­тар­ные и эко­но­ми­че­ские свя­зи с Рос­си­ей.

Ма­к­ро­эко­но­ми­че­ские трен­ды: сме­на глу­бо­ко­го спа­да на вос­ста­но­ви­тель­ный рост

За по­след­ние пять лет эко­но­ми­че­ская ди­на­ми­ка в Укра­ине но­си­ла нерав­но­мер­ный ха­рак­тер. В 2014–2015 го­дах на­блю­дал­ся мас­штаб­ный спад эко­но­ми­ки (па­де­ние со­от­вет­ствен­но на 6,6 и 9,8%), ко­то­рый в 2016–2018 го­дах сме­нил­ся уме­рен­ным вос­ста­но­ви­тель­ным ро­стом. Столь масштабное па­де­ние бы­ло обу­слов­ле­но зна­чи­тель­ным со­кра­ще­ни­ем внут­рен­не­го по­тре­би­тель­ско­го спро­са в усло­ви­ях де­валь­ва­ции грив­ны, вы­со­кой ин­фля­ции и па­де­ния ре­аль­ных до­хо­дов на­се­ле­ния, а так­же сни­же­ни­ем го­су­дар­ствен­ных рас­хо­дов на фоне па­де­ния экс­порт­ных по­ступ­ле­ний. Ак­тив­ные во­ен­ные дей­ствия на во­сто­ке стра­ны при­ве­ли к зна­чи­тель­но­му ухуд­ше­нию про­из­вод­ствен­но­го и экс­порт­но­го по­тен­ци­а­ла (до кри­зи­са на До­нец­кую и Лу­ган­скую об­ла­сти со­во­куп­но при­хо­ди­лось око­ло 23% про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства и 16% ВВП Укра­и­ны).

Воз­об­но­вив­ший­ся рост эко­но­ми­ки но­сит неустой­чи­вый ха­рак­тер и во мно­гом объ­яс­ня­ет­ся эф­фек­том низ­кой ба­зы. Ос­нов­ным драй­ве­ром уме­рен­но­го ро­ста ВВП оста­ет­ся внут­рен­ний спрос. По­треб­ле­ние до­маш­них хо­зяйств по­лу­чи­ло вы­го­ду от ро­ста за­ра­бот­ной пла­ты и зна­чи­тель­но­го притока де­неж­ных пе­ре­во­дов из-за ру­бе­жа. Ин­ве­сти­ции, под­дер­жи­ва­е­мые го­су­дар­ствен­ны­ми ка­пи­таль­ны­ми рас­хо­да­ми, так­же рас­тут дву­знач­ны­ми циф­ра­ми. За 2013–2015 го­ды ре­аль­ные ин­ве­сти­ции со­кра­ти­лись в со­во­куп­но­сти бо­лее чем на 41%, но с тех пор вос­ста­но­ви­лись, что бы­ло обу­слов­ле­но улуч­ше­ни­ем мак­ро­эко­но­ми­че­ской сре­ды и ро­стом ми­ро­вых цен на сы­рье­вые то­ва­ры. Рас­ту­щие це­ны на нефть и газ уве­ли­чи­ли объ­ем им­пор­та Укра­и­ны, а вклад чи­сто­го экс­пор­та в рост оста­ет­ся от­ри­ца­тель­ным.

Тем не ме­нее по­след­ствия силь­ней­ше­го эко­но­ми­че­ско­го спа­да 2014–2015 го­дов еще да­ле­ко не пре­одо­ле­ны: по объ­е­му эко­но­ми­ки стра­на ока­за­лась от­бро­шен­ной на уро­вень 2004–2005 го­дов и до сих пор по это­му по­ка­за­те­лю да­же не при­бли­зи­лась к до­ре­фор­мен­но­му уров-

ню 1990 го­да — ис­клю­чи­тель­ный слу­чай для стран пост­со­вет­ско­го про­стран­ства, ко­то­рые этот уро­вень дав­но до­стиг­ли и за­мет­но пре­вы­си­ли.

Струк­тур­ная транс­фор­ма­ция эко­но­ми­ки: от тя­же­ло­го ма­ши­но­стро­е­ния к аг­рар­но­му про­из­вод­ству

Кри­зис­ные про­цес­сы силь­но по­вли­я­ли на от­рас­ле­вую струк­ту­ру укра­ин­ской эко­но­ми­ки и ее даль­ней­шую де­ин­ду­стри­а­ли­за­цию. В усло­ви­ях кри­зи­са наи­боль­шее па­де­ние ис­пы­ты­ва­ли те про­из­вод­ства, ко­то­рые силь­нее за­ви­се­ли от дол­го­сроч­но­го кре­ди­то­ва­ния: вы­пус­ка­ю­щие по­тре­би­тель­ские и ин­ве­сти­ци­он­ные то­ва­ры дли­тель­но­го поль­зо­ва­ния (ма­ши­ны, обо­ру­до­ва­ние, транс­порт­ные сред­ства) и стро­и­тель­ные ма­те­ри­а­лы. В мень­шей сте­пе­ни со­кра­ща­лись ори­ен­ти­ро­ван­ные на по­все­днев­ный по­тре­би­тель­ский спрос от­рас­ли (элек­тро­энер­ге­ти­ка, про­из­вод­ство неф­те­про­дук­тов и про­до­воль­ствен­ных то­ва­ров). Сум­мар­ный спад в об­ра­ба­ты­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти в 2014–2016 го­дах со­ста­вил по­чти 20% к уров­ню 2013-го. Су­ще­ствен­но сни­зи­лось чис­ло за­ня­тых в про­мыш­лен­но­сти — с 3,2 млн (2013 год) до 2,4 млн (2017 год) че­ло­век. По­те­ря круп­но­го рос­сий­ско­го рын­ка, на ко­то­рый рань­ше по­став­ля­лась пре­иму­ще­ствен­но укра­ин­ская ма­ши­но­стро­и­тель­ная про­дук­ция, утра­та кон­тро­ля над ин­ду­стри­аль­ны­ми рай­о­на­ми Дон­бас­са уси­ли­ли про­цес­сы де­ин­ду­стри­а­ли­за­ции стра­ны. В ито­ге тра­ди­ци­он­ные от­рас­ли укра­ин­ской эко­но­ми­ки (ме­тал­лур­гия, хи­ми­че­ская про­мыш­лен­ность и ма­ши­но­стро­е­ние) по­нес­ли су­ще­ствен­ные по­те­ри.

Ос­нов­ным драй­ве­ром раз­ви­тия ре­аль­но­го сек­то­ра эко­но­ми­ки ста­ло сель­ское хо­зяй­ство. За 2013–2017 го­ды его до­ля в струк­ту­ре ва­ло­вой до­бав­лен­ной сто­и­мо­сти воз­рос­ла с 9,9 до 12,1%, что во мно­гом обу­слов­ле­но ро­стом по­ста­вок рас­ти­тель­но­го сы­рья, зер­на, под­сол­неч­ни­ка и рап­са. Бо­лее ре­льеф­но про­изо­шед­шие от­рас­ле­вые из­ме­не­ния ха­рак­те­ри­зу­ет ди­на­ми­ка то­вар­ной струк­ту­ры укра­ин­ско­го экс­пор­та. Уже в 2017 го­ду укра­ин­ский экс­порт сель­ско­хо­зяй­ствен­ных про­дук­тов пре­вы­сил до­кри­зис­ные зна­че­ния (2013 год) на 4,1% и со­ста­вил 17,7 млрд дол­ла­ров. Внеш­ний спрос на про­до­воль­ствен­ные то­ва­ры и сель­хоз­сы­рье не под­вер­жен та­ким рез­ким цик­ли­че­ским ко­ле­ба­ни­ям, как на ин­ве­сти­ци­он­ные то­ва­ры; раз­ви­тие сель­ско­го хо­зяй­ства опи­ра­ет­ся на бла­го­при­ят­ные аг­ро­кли­ма­ти­че­ские усло­вия в стране. На­ра­щи­ва­ние про­до­воль­ствен­ных по­ста­вок так­же во мно­гом свя­за­но с фор­ми­ро­ва­ни­ем круп­ных аг­ро­хол­дин­гов.

Дру­гим драй­ве­ром раз­ви­тия укра­ин­ской эко­но­ми­ки стал про­дол­жа­ю­щий­ся рост экс­пор­та ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий и ком­пью­тер­ных услуг — с 1782 млн дол­ла­ров в 2013 го­ду до 2760 млн дол­ла­ров в 2017-м, что во мно­гом ста­ло ре­зуль­та­том при­хо­да в стра­ну круп­ных транс­на­ци­о­наль­ных ИТ-ком­па­ний.

Бед­ность на­се­ле­ния и рас­ту­щая эми­гра­ция

Укра­и­на оста­ет­ся стра­ной с низ­ки­ми по­ка­за­те­ля­ми до­хо­дов граж­дан: ВВП на ду­шу на­се­ле­ния (2800 дол­ла­ров в 2018 го­ду) со­став­ля­ет лишь 70% от уров­ня 2013 го­да и сей­час яв­ля­ет­ся са­мым низ­ким в Ев­ро­пе и од­ним из са­мых низ­ких в СНГ (этот по­ка­за­тель ни­же укра­ин­ско­го лишь в Та­джи­ки­стане, Кыр­гыз­стане и Уз­бе­ки­стане). Низ­кий уро­вень до­хо­дов и вы­со­кая (свы­ше 9%) без­ра­бо­ти­ца сти­му­ли­ру­ют мас­штаб­ную чи­стую эми­гра­цию. Вве­де­ние без­ви­зо­во­го ре­жи­ма для въез­да граж­дан Укра­и­ны в Ев­ро­пу с июня 2017 го­да так­же кос­вен­но спо­соб­ство­ва­ло это­му про­цес­су. По раз­лич­ным оцен­кам, тру­до­вы­ми ми­гран­та­ми яв­ля­ют­ся от 4 до 10 млн граж­дан Укра­и­ны, ко­то­рые бы­ли вы­нуж­де­ны по­ки­нуть стра­ну в по­ис­ках за­ра­бот­ка. По ме­ре рас­ши­ре­ния ба­зы эко­но­ми­че­ско­го ро­ста нехват­ка ква­ли­фи­ци­ро­ван­ной ра­бо­чей си­лы мо­жет стать пре­пят­стви­ем на пу­ти раз­ви­тия стра­ны.

На фоне уси­ле­ния ми­гра­ци­он­ных про­цес­сов и укреп­ле­ния ва­лют стран Во­сточ­ной Ев­ро­пы про­дол­жал­ся рост де­неж­ных пе­ре­во­дов, ко­то­рые ста­ли иг­рать бóль­шую роль в эко­но­ми­ке стра­ны. По дан­ным На­ци­о­наль­но­го бан­ка Укра­и­ны (НБУ), за 2013–2017 го­ды пе­ре­во­ды ми­гран­тов в Укра­и­ну воз­рос­ли с 8,5 млрд (4,5% ВВП) до 9,3 млрд дол­ла­ров (8,3% ВВП), а за пер­вые три квар­та­ла 2018-го они уве­ли­чи­лись еще на 23%. Гео­гра­фи­че­ская струк­ту­ра по­сту­па­ю­щих част­ных транс­фер­тов от­ра­жа­ет пред­по­чте­ния укра­ин­ских граж­дан при тру­до­устрой­стве и их рас­пре­де­ле­ние по стра­нам. По ито­гам 2017 го­да ос­нов­ная часть де­неж­ных пе­ре­во­дов по­сту­пи­ла из Поль­ши (33,6%), Рос­сии (13,9%), США (7,3%), Ита­лии (4,8%), Че­хии (4,7%), Гер­ма­нии (3,4%), Ве­ли­ко­бри­та­нии (3,3%), Ки­п­ра (3,1%) и Из­ра­и­ля (3,0%). При этом до­ля и раз­мер транс­фер­тов, по­сту­па­ю­щих из Рос­сии, в по­след­ние го­ды неуклон­но сни­жа­ет­ся.

Внешние фак­то­ры раз­ви­тия эко­но­ми­ки: уси­ле­ние за­ви­си­мо­сти от дол­го­во­го фи­нан­си­ро­ва­ния

За рас­смат­ри­ва­е­мый пе­ри­од про­изо­шли зна­чи­тель­ные из­ме­не­ния в ди­на­ми­ке саль­до сче­та те­ку­щих опе­ра­ций (СТО): круп­ный де­фи­цит в раз­ме­ре 16,5 млрд дол­ла­ров (9,2% ВВП — ис­то­ри­че­ский мак­си­мум для Укра­и­ны) 2013 го­да силь­но сни­зил­ся, и 2015 год стра­на впер­вые за дол­гие го­ды за­кон­чи­ла с неболь­шим про­фи­ци­том в раз­ме­ре 1,6 млрд дол­ла­ров (1,7% ВВП), что ста­ло ре­зуль­та­том опе­ре­жа­ю­ще­го со­кра­ще­ния им­пор­та на фоне обес­це­не­ния грив­ны и па­де­ния ми­ро­вых цен на уг­ле­во­до­ро­ды. Од­на­ко по­сле­ду­ю­щее ча­стич­ное вос­ста­нов­ле­ние им­порт­ных по­ста­вок на фоне ро­ста ми­ро­вых цен на топ­лив­но-сы­рье­вые то­ва­ры вновь при­ве­ло к фор­ми­ро­ва­нию де­фи­ци­та СТО в раз­ме­ре 2–4 млрд дол­ла­ров в 2017–2018 го­дах.

В усло­ви­ях мас­штаб­но­го спа­да эко­но­ми­ки и во­ен­но­го кон­флик­та на во­сто­ке стра­ны воз­мож­но­сти при­вле­че­ния пря­мых ино­стран­ных ин­ве­сти­ций (ПИИ) для по­кры­тия де­фи­ци­та СТО бы­ли крайне огра­ни­че­ны. Сум­мар­ный при­ток ПИИ в эко­но­ми­ку Укра­и­ны в 2015–2018 го­дах со­ста­вил 14,1 млрд дол­ла­ров, что ока­за­лось на 37,7% ни­же ана­ло­гич­но­го по­ка­за­те­ля 2010–2013 го­дов. Все­го же на ко­нец 2018 го­да на­коп­лен­ные в стране ПИИ в ви­де ак­ци­о­нер­но­го ка­пи­та­ла со­ста­ви­ли 32,3 млрд дол­ла­ров, а ос­нов­ны­ми ин­ве­сто­ра­ми бы­ли Кипр (27,5%), Ни­дер­лан­ды (21,9%), Ве­ли­ко­бри­та­ния (6,1%), Гер­ма­ния (5,2%), Швей­ца­рия (4,8%), Вир­гин­ские ост­ро­ва (4,1%), Рос-

сия (3,1%) и Ав­стрия (3,1%). Сум­мар­но на стра­ны ЕС при­шлось свы­ше трех чет­вер­тей всех на­коп­лен­ных в стране ПИИ. Укра­ин­ские же пря­мые ин­ве­сти­ции со­сре­до­то­че­ны в ос­нов­ном в сле­ду­ю­щих стра­нах (дан­ные Гос­ста­та Укра­и­ны): Кипр (94,2%), Рос­сия (1,9%), Лат­вия (1,2%) и Вир­гин­ские ост­ро­ва (1,0%). Оче­вид­но, что при­ве­ден­ная гео­гра­фи­че­ская струк­ту­ра ПИИ сви­де­тель­ству­ет о зна­чи­тель­ной ро­ли оф­шор­ных юрис­дик­ций, а по­сту­па­ю­щие в Укра­и­ну ин­ве­сти­ции во мно­гом име­ют рос­сий­ское и укра­ин­ское про­ис­хож­де­ние.

Ос­нов­ная часть на­коп­лен­ных ПИИ со­сре­до­то­че­на в пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти — 25,4% (преж­де все­го в про­из­вод­стве пи­ще­вых про­дук­тов, на­пит­ков и та­бач­ных из­де­лий, ме­тал­лур­гии, вы­пус­ке ре­зи­но­вых и пласт­мас­со­вых из­де­лий), а так­же в опто­вой и роз­нич­ной тор­гов­ле (16,7%). В 2014–2018 го­дах за­мет­но вы­рос­ли ин­ве­сти­ции в из­го­тов­ле­ние из­де­лий из дре­ве­си­ны, про­из­вод­ство бу­ма­ги и по­ли­гра­фи­че­скую де­я­тель­ность (с 1,0 до 1,8%), элек­тро­энер­ге­ти­ку (с 1,1 до 2,0%), сек­тор ИКТ (с 3,5 до 6,8%). Весь­ма пер­спек­тив­ной для ино­стран­но­го ин­ве­сти­ро­ва­ния от­рас­лью яв­ля­ет­ся сель­ское хо­зяй­ство, на ко­то­рое по­ка при­хо­дит­ся лишь 1,7% всех на­коп­лен­ных ПИИ, и аг­ро­про­мыш­лен­ный ком­плекс в це­лом.

Так, в 2016 го­ду ком­па­ния Bunge (США) за­пу­сти­ла про­из­вод­ствен­но­пе­ре­гру­зоч­ный ком­плекс в Ни­ко­ла­е­ве: по­стро­е­ны за­вод по про­из­вод­ству рас­ти­тель­но­го мас­ла и тер­ми­нал по его пе­ре­вал­ке, а так­же уве­ли­че­ны мощ­но­сти зер­но­во­го тер­ми­на­ла. В сель­ское хо­зяй­ство так­же ак­тив­но ин­ве­сти­ру­ют ев­ро­пей­ские и ки­тай­ские ком­па­нии. При этом Ки­тай стал ак­тив­но ин­ве­сти­ро­вать в Укра­и­ну толь­ко в по­след­ние три го­да. За ис­клю­че­ни­ем де­ся­ти солнечных элек­тро­стан­ций, по­лу­чен­ных ки­тай­ской гос­ком­па­ни­ей CNBM Internatio­nal (за дол­ги), ки­тай­ские ПИИ со­сре­до­то­че­ны в аг­ро­про­до­воль­ствен­ном ком­плек­се. По дан­ным ЕАБР, на эти две сфе­ры при­хо­ди­лось со­от­вет­ствен­но 67 и 33% на­коп­лен­ных ки­тай­ских ин­ве­сти­ций к кон­цу 2016 го­да. При этом ин­ве­сто­ры стре­мят­ся по­лу­чить пол­ный кон­троль над про­из­вод­ствен­ны­ми це­поч­ка­ми, от вы­ра­щи­ва­ния и пе­ре­ра­бот­ки зер­но­вых и мас­лич­ных куль­тур до их хра­не­ния и транс­пор­ти­ров­ки. Кро­ме то­го, в июне 2017-го ки­тай­ская то­вар­ная бир­жа Bohai Commodity Exchange при­об­ре­ла Укра­ин­ский банк ре­кон­струк­ции и раз­ви­тия, что впо­след­ствии мо­жет спо­соб­ство­вать бо­лее ак­тив­но­му уча­стию Ки­тая в при­ва­ти­за­ции укра­ин­ских ак­ти­вов.

Зна­чи­тель­но воз­рос­ла дол­го­вая на­груз­ка на эко­но­ми­ку стра­ны. По дан­ным МВФ, за 2013–2018 го­ды со­во­куп­ный го­су­дар­ствен­ный долг Укра­и­ны вы­рос с 593,7 млрд гри­вен (40,5% ВВП) до 2411,4 млрд гри­вен (70,5% ВВП), при­чем око­ло 70% госдол­га стра­ны де­но­ми­ни­ро­ва­но в ино­стран­ной ва­лю­те. Рас­ту­щие внешние и внут­рен­ние за­им­ство­ва­ния на­прав­ля­лись на по­кры­тие го­су­дар­ствен­ных рас­хо­дов в усло­ви­ях воз­рос­ше­го бюд­жет­но­го де­фи­ци­та, на­ра­щи­ва­ние меж­ду­на­род­ных ре­зер­вов и на об­слу­жи­ва­ние ра­нее взя­тых обя­за­тельств.

В этих усло­ви­ях су­ще­ствен­но воз­рос­ла фи­нан­со­вая под­держ­ка со сто­ро­ны МВФ, ЕБРР, ЕС и дру­гих меж­ду­на­род­ных фи­нан­со­вых ор­га­ни­за­ций (МФО). Как из­вест­но, в мар­те 2015 го­да бы­ла утвер­жде­на че­ты­рех­лет­няя про­грам­ма рас­ши­рен­но­го фи­нан­си­ро­ва­ния (EFF) МВФ для Укра­и­ны на сум­му 17,5 млрд дол­ла­ров. В рам­ках этой про­грам­мы в 2015–2017 го­дах Укра­и­на по­лу­чи­ла че­ты­ре тран­ша на об­щую сум­му 8,7 млрд дол­ла­ров, что со­ста­ви­ло лишь по­ло­ви­ну за­пла­ни­ро­ван­ных средств. Зна­чи­тель­ная фи­нан­со­вая под­держ­ка со сто­ро­ны МФО по­мог­ла предот­вра­тить де­фолт в 2015 го­ду: внешние дол­го­вые обя­за­тель­ства стра­ны бы­ли ре­струк­ту­ри­ро­ва­ны и ча­стич­но спи­са­ны. В де­каб­ре 2018-го МВФ утвер­дил но­вую про­грам­му фи­нан­со­вой по­мо­щи stand-by для Укра­и­ны на сум­му 3,9 млрд дол­ла­ров сро­ком на 14 ме­ся­цев; то­гда же был на­прав­лен пер­вый транш в раз­ме­ре 1,4 млрд дол­ла­ров. Ре­ше­ние о по­сле­ду­ю­щих тран­шах бу­дет при­ни­мать­ся в мае и в но­яб­ре 2019 го­да по­сле об­зо­ра вы­пол­не­ния Укра­и­ной усло­вий но­вой про­грам­мы, сре­ди ко­то­рых обес­пе­че­ние даль­ней­ше­го сни­же­ния внеш­не­го дол­га, ак­ти­ви­за­ция ре­форм фи­нан­со­во­го и энер­ге­ти­че­ско­го сек­то­ров, а так­же уси­ле­ние борь­бы с кор­руп­ци­ей.

В 2019–2020 го­дах Укра­и­на столк­нет­ся с су­ще­ствен­ны­ми вы­пла­та­ми по внеш­не­му дол­гу. По оцен­кам S&P, пра­ви­тель­ство име­ет око­ло 5,5 млрд дол­ла­ров (око­ло 4,5% ВВП) дол­го­вых обя­за­тельств, вклю­чая про­цен­ты, под­ле­жа­щие по­га­ше­нию как в 2019-м, так и в 2020 го­ду. Пи­ко­вые вы­пла­ты по обя­за­тель­ствам Укра­и­ны бу­дут по­кры­вать­ся за счет при­вле­че­ния до­пол­ни­тель­но­го фи­нан­си­ро­ва­ния. Ожи­да­ет­ся, что Укра­и­на по­лу­чит око­ло трех мил­ли­ар­дов дол­ла­ров в 2019 го­ду из но­вой про­грам­мы МВФ. Од­на­ко эти сред­ства пой­дут непо­сред­ствен­но на уве­ли­че­ние ре­зер­вов в ино­стран­ной ва­лю­те и не бу­дут до­ступ­ны для по­га­ше­ния су­ве­рен­но­го дол­га. Тем не ме­нее но­вая про­грам­ма МВФ бу­дет спо­соб­ство­вать до­пол­ни­тель­но­му до­нор­ско­му фи­нан­си­ро­ва­нию в раз­ме­ре око­ло мил­ли­ар­да ев­ро из мак­ро­фи­нан­со­вой по­мо­щи ЕС и 800 млн дол­ла­ров в ви­де га­ран­тий Все­мир­но­го бан­ка. Ожи­да­ет­ся так­же вы­пуск но­вых су­ве­рен­ных ев­ро­об­ли­га­ций и грив­не­вых об­ли­га­ций на внут­рен­нем рын­ке. Вме­сте эти сред­ства долж­ны по­мочь Укра­ине удо­вле­тво­рить свои по­треб­но­сти в по­га­ше­нии за­дол­жен­но­сти. Важ­но так­же от­ме­тить, что за­пад­ные парт­не­ры Укра­и­ны не за­ин­те­ре­со­ва­ны в ее де­фол­те, а по­то­му че­рез раз­лич­ные МФО бу­дут спо­соб­ство­вать нор­маль­но­му про­хож­де­нию стра­ны че­рез пи­ко­вые вы­пла­ты бли­жай­ших лет.

По­лу­че­ние фи­нан­со­вых средств от МВФ и ЕС на­кла­ды­ва­ет на Укра­и­ну ряд обя­за­тельств по про­ве­де­нию необ­хо­ди­мых струк­тур­ных и ин­сти­ту­ци­о­наль­ных ре­форм. За по­след­ние го­ды вла­сти про­ве­ли ряд важ­ных пре­об­ра­зо­ва­ний: со­хра­не­на неза­ви­си­мость НБУ; при­ня­ты по­прав­ки к на­ло­го­во­му ко­дек­су; по­вы­ше­ние та­ри­фов на газ устра­ни­ло по­те­ри в неф­те­га­зо­вой гос­ком­па­нии «Наф­то­газ» и за­мет­но со­кра­ти­ло де­фи­цит бюд­же­та; про­ве­де­на пен­си­он­ная ре­фор­ма; фи­нан­со­вая ста­биль­ность укреп­ле­на по­сле са­на­ции бан­ков­ской си­сте­мы и на­ци­о­на­ли­за­ции круп­ней­ше­го бан­ка (При­ват­банк). Кро­ме то­го, бы­ли пред­при­ня­ты ша­ги по де­ре­гу­ля­ции биз­не­са и оп­ти­ми­за­ции фис­каль­ной по­ли­ти­ки (в част­но­сти, внед­ре­на элек­трон­ная си­сте­ма воз­вра­та НДС). В то же вре­мя со­хра­ня­ет­ся ряд про­блем в об­ла­сти ан­ти­кор­руп­ци­он­но­го за­ко­но­да­тель­ства стра­ны. По ито­гам 2018 го­да Укра­и­на ока­за­лась на 120-м ме­сте из 180 стран ми­ра по ин­дек­су вос­при­я­тия кор­руп­ции (по вер­сии Transparen­cy Internatio­nal). Раз­ви­тие си­сте­мы ан­ти­кор­руп­ци­он­ных су­дов вме­сте с про­ве­де­ни­ем зе­мель­ной ре­фор­мы, преду­смат­ри­ва­ю­щей ли­бе­ра­ли­за­цию про­да­жи сель­ско­хо­зяй­ствен­ных зе­мель, и за­пус­ком при­ва­ти­за­ции мо­жет спо­соб­ство­вать при­то­ку пря­мых ино­стран­ных ин­ве­сти­ций в стра­ну.

Под­сол­неч­ное мас­ло,

со­е­вые бо­бы, пше­ни­ца,

мя­со пти­цы, мед обес­пе­чи­ли

при­рост укра­ин­ско­го

экс­пор­та в ЕС. Еще есть

ви­ды на кар­пат­ский лес

Внеш­няя тор­гов­ля Укра­и­ны: от­кры­тие рын­ка ЕС не ком­пен­си­ро­ва­ло по­те­рю рын­ка Рос­сии

В 2014 го­ду Укра­и­на под­пи­са­ла с Ев­ро­со­ю­зом Со­гла­ше­ние об ас­со­ци­а­ции (СА), ко­то­рое пол­но­стью всту­пи­ло в си­лу 1 сен­тяб­ря 2017-го. Важ­ным ком­по­нен­том под­пи­сан­но­го со­гла­ше­ния яв­ля­ет­ся До­го­вор об углуб­лен­ной и рас­ши­рен­ной зоне сво­бод­ной тор­гов­ли (DCFTA). На ста­дии под­го­тов­ки это­го дву­сто­рон­не­го со­гла­ше­ния ти­па «ЗСТ плюс» пуб­ли­ко­ва­лось мно­же­ство оп­ти­ми­сти­че­ских про­гно­зов, ко­то­рые пред­ска­зы­ва­ли пре­иму­ще­ства для ком­па­ний из Укра­и­ны, свя­зан­ные со сво­бод­ным вы­хо­дом на еди­ный ры­нок Ев­ро­со­ю­за: су­ще­ствен­ный при­рост экс­пор­та, улуч­ше­ние саль­до тор­го­во­го ба­лан­са, об­щий рост внеш­не­тор­го­во­го обо­ро­та, при­рост ин­ве­сти­ций в эко­но­ми­ку и др. Про­гноз для Укра­и­ны преду­смат­ри­вал уве­ли­че­ние объ­е­ма экс­пор­та за год на мил­ли­ард дол­ла­ров. На прак­ти­ке в пер­вый год дей­ствия со­гла­ше­ния внеш­не­тор­го­вый обо­рот со­кра­тил­ся по сто­и­мо­сти со 140,3 до 108,3 млрд дол­ла­ров. Экс­порт укра­ин­ских то­ва­ров в 2014 го­ду сни­зил­ся с 63,3 до 53,9 млрд дол­ла­ров, а им­порт — с 77,0 до 54,4 млрд дол­ла­ров. В 2015–2016 го­дах па­де­ние про­дол­жа­лось, как за счет экс­пор­та, так и им­пор­та.

По под­сче­там укра­ин­ских эко­но­ми­стов (А. Кол­ту­но­вич), об­щие пря­мые по­те­ри Укра­и­ны в экс­пор­те то­ва­ров на ев­ро­пей­ский ры­нок за че­ты­ре го­да (2013–2017) со­ста­ви­ли 5,8 млрд дол­ла­ров, не­смот­ря на дей­ствие ЗСТ с ЕС. Им­порт из ЕС в Укра­и­ну пре­вы­ша­ет встреч­ный экс­порт, хо­тя усло­вия тор­гов­ли улуч­ши­лись в ре­зуль­та­те глу­бо­кой де­валь­ва­ции грив­ны. Тем не ме­нее от­ри­ца­тель­ное саль­до в тор­гов­ле Укра­и­ны с ЕС со­хра­ня­ет­ся.

Низ­кий при­рост укра­ин­ско­го экс­пор­та в ЕС был в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни обес­пе­чен на­ра­щи­ва­ни­ем по­ста­вок про­до­воль­ствия и сель­хоз­сы­рья (под­сол­неч­ное мас­ло, со­е­вые бо­бы, пше­ни­ца, мя­со пти­цы, мед). В экс­пор­те Укра­и­ны в Ев­ро­со­юз про­изо­шел так­же неболь­шой при­рост до­ли ма­шин, обо­ру­до­ва­ния и транс­порт­ных средств, в ос­нов­ном за счет по­ста­вок ком­плек­тов про­во­дов для транс­порт­ных средств и элек­три­че­ских во­до­на­гре­ва­те­лей. За рас­смат­ри­ва­е­мый пе­ри­од об­щий объ­ем ма­ши­но­тех­ни­че­ско­го экс­пор­та Укра­и­ны в ЕС вы­рос на 24% и со­ста­вил 2,7 млрд дол­ла­ров. Од­на­ко об­щий экс­порт ма­шин, обо­ру­до­ва­ния и транс­порт­ных средств Укра­и­ны за 2013–2017 го­ды упал в 2,1 ра­за — с 10,6 до 5,0 млрд дол­ла­ров, что во мно­гом ста­ло ре­зуль­та­том по­те­ри рос­сий­ско­го рын­ка сбы­та, на ко­то­рый в 2013 го­ду при­хо­ди­лось бо­лее по­ло­ви­ны (51,7%) все­го укра­ин­ско­го ма­ши­но­тех­ни­че­ско­го экс­пор­та. Кро­ме то­го, в укра­ин­ском экс­пор­те в ЕС за­мет­но сни­зи­лась до­ля (и сто­и­мост­ной объ­ем по­ста­вок) про­дук­ции хи­ми­че­ской про­мыш­лен­но­сти, ме­тал­лов и из­де­лий из них.

Глав­ные при­чи­ны сла­бой ди­на­ми­ки экс­пор­та Укра­и­ны в Ев­ро­со­юз:

очень «уз­кие» кво­ты, вы­де­ля­е­мые для бес­по­шлин­но­го вво­за по наи­бо­лее кон­ку­рен­то­спо­соб­ным то­ва­рам;

него­тов­ность пред­при­я­тий — экс­пор­те­ров про­мыш­лен­ной про­дук­ции в сфе­ре тех­ни­че­ской стан­дар­ти­за­ции и сер­ти­фи­ка­ции;

мно­же­ство нета­риф­ных огра­ни­че­ний;

силь­ная кон­ку­рен­ция с го­су­дар­ства­ми — чле­на­ми ЕС на внут­рен­нем рын­ке Ев­ро­со­ю­за по со­от­но­ше­нию це­ны и ка­че­ства про­дук­ции.

В свя­зи с этим пра­ви­тель­ство Укра­и­ны уже неод­но­крат­но за­яв­ля­ло, что на­ме­ре­но на­чать пе­ре­го­во­ры о пе­ре­смот­ре Со­гла­ше­ния о зоне сво­бод­ной тор­гов­ли с ЕС и вме­сте с биз­нес-кру­га­ми до­би­вать­ся бо­лее бла­го­при­ят­ных для стра­ны экономичес­ких усло­вий вза­и­мо­дей­ствия.

Уско­рен­ная пе­ре­ори­ен­та­ция Укра­и­ны на ры­нок ЕС со­про­вож­да­лась рез­ким спа­дом в тор­гов­ле с Рос­си­ей, что во мно­гом ста­ло ре­зуль­та­том вве­де­ния вза­им­ных рос­сий­ско-укра­ин­ских санк­ций и при­оста­нов­ки дей­ствия зо­ны сво­бод­ной тор­гов­ли меж­ду ни­ми. Вза­им­ные огра­ни­че­ния крайне нега­тив­но ска­зы­ва­ют­ся на экс­пор­те и об­щем объ­е­ме то­ва­ро­обо­ро­та Укра­и­ны, а так­же на струк­тур­ных сдви­гах в ее эко­но­ми­ке. По­те­ря рос­сий­ско­го рын­ка не ком­пен­си­ру­ет­ся вы­хо­дом на ры­нок ЕС с со­по­ста­ви­мы­ми объ­е­ма­ми про­дук­ции, как в си­лу дей­ству­ю­щих в Ев­ро­со­ю­зе огра­ни­че­ний в уровне ли­бе­ра­ли­за­ции, так и по при­чине низ­кой кон­ку­рен­то­спо­соб­но­сти боль­шин­ства ви­дов укра­ин­ской про­дук­ции.

Со­глас­но дан­ным неза­ви­си­мых укра­ин­ских экс­пер­тов, из-за раз­ры­ва тор­го­вых свя­зей с Рос­си­ей и ЕАЭС Укра­и­на за три го­да (2014–2016) по­те­ря­ла 27 млрд дол­ла­ров экс­порт­ных до­хо­дов. Пе­ре­ори­ен­та­ция на ЕС со­про­вож­да­ет­ся ка­та­стро­фи­че­ским ухуд­ше­ни­ем от­рас­ле­вой струк­ту­ры экс­пор­та. Из экс­пор­те­ра ра­кет­ной, авиа­ци­он­ной тех­ни­ки, тур­бин, теп­ло­во­зов, гор­но-шахт­но­го обо­ру­до­ва­ния и транс­порт­ных средств Укра­и­на пре­вра­ща­ет­ся в аг­рар­ный и сы­рье­вой при­да­ток ЕС. Утра­та тра­ди­ци­он­ных рын­ков для экс­пор­та вы­со­ко- и сред­не­тех­но­ло­гич­ной про­дук­ции за­пу­сти­ла в стране ме­ха­низм де­ин­ду­стри­а­ли­за­ции, рост без­ра­бо­ти­цы и тру­до­вой эми­гра­ции. Вме­сте с тем сре­ди го­су­дарств — тор­го­вых парт­не­ров Укра­и­ны РФ по-преж­не­му сто­ит на пер­вом ме­сте как по экс­пор­ту, так и по им­пор­ту.

Та­ким об­ра­зом, про­шед­шая пя­ти­лет­ка ста­ла для эко­но­ми­ки Укра­и­ны се­рьез­ным ис­пы­та­ни­ем на проч­ность и со­про­вож­да­лась зна­чи­тель­ны­ми струк­тур­ны­ми и ин­сти­ту­ци­о­наль­ны­ми из­ме­не­ни­я­ми. В сред­не­сроч­ной пер­спек­ти­ве эко­но­ми­че­ское раз­ви­тие стра­ны по-преж­не­му бу­дет сдер­жи­вать­ся нере­шен­но­стью про­бле­мы Дон­бас­са, вы­со­кой дол­го­вой на­груз­кой и даль­ней­шей эми­гра­ци­ей эко­но­ми­че­ски ак­тив­но­го на­се­ле­ния. ■

Воз­об­но­вив­ший­ся рост

эко­но­ми­ки Укра­и­ны неустой­чив

и во мно­гом

объ­яс­ня­ет­ся эф­фек­том

низ­кой ба­зы

Остат­ки укра­ин­ской про­мыш­лен­но­сти в при­фрон­то­вой Ав­де­ев­ке

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.