ОБ ОД­НОМ ВЫГОДНОМ ПРЕД­ЛО­ЖЕ­НИИ

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Бы­ва­ют всё-та­ки и хо­ро­шие но­во­сти. На оче­ред­ной кон­фе­рен­ции по энер­го­без­опас­но­сти ЕС круп­ный брюс­сель­ский чи­нов­ник рас­ска­зал пуб­ли­ке, что Рос­сии пред­ла­га­ет­ся за­быть об укра­ин­ских по­сред­ни­ках в га­зо­вой тор­гов­ле: «Мы об­суж­да­ли эту воз­мож­ность как один из ва­ри­ан­тов, осо­бен­но ко­гда рос­си­яне ука­зы­ва­ли, что укра­ин­ская ГТС нена­дёж­на. Мы ска­за­ли: хо­ро­шо, то­гда мы бу­дем по­ку­пать газ на рос­сий­ской гра­ни­це, и уже на­ши по­став­щи­ки возь­мут на се­бя эти рис­ки. Мы ра­бо­та­ли над этим вме­сте с укра­ин­ца­ми». И тут же ого­во­рил­ся, что столь ра­ди­каль­ное из­ме­не­ние при­выч­ной схе­мы «невоз­мож­но без со­гла­сия Рос­сии». По­нят­но, что невоз­мож­но. За трид­цать лет та­кое пред­ло­же­ние де­ла­лось нам не раз и не два и все­гда от­вер­га­лось по не на­зы­ва­е­мым вслух, но до­ста­точ­но ве­со­мым при­чи­нам. Од­на­ко сей­час, мне ка­жет­ся, все эти при­чи­ны ве­со­мость утра­ти­ли, и в пред­ло­же­нии про­да­вать газ на рос­сий­ской гра­ни­це оста­лись сплош­ные плю­сы без еди­но­го но­во­го ми­ну­са.

В са­мом де­ле, плю­сы оче­вид­ны: не толь­ко нена­дёж­ность уста­рев­ше­го же­ле­за ГТС, но и опо­сты­лев­шие трю­ки с во­ров­ством га­за, взду­ва­ни­ем цен на пе­ре­кач­ку, нескон­ча­е­мым су­деб­ным и иным шан­та­жом раз и на­все­гда пе­ре­ста­ют нас вол­но­вать. Они ли­бо ис­че­за­ют, ли­бо пе­ре­ве­ши­ва­ют­ся на Брюс­сель, что и в по­ли­ти­че­ском от­но­ше­нии нам на ру­ку: пусть у ЕС по­явит­ся лиш­ний сти­мул до­би­вать­ся от укра­ин­цев до­го­во­ро­спо­соб­но­сти — раз уж у нас не вы­шло. По­че­му мы до сих пор от­ка­зы­ва­лись? Не пре­тен­дуя на пол­ный ана­лиз, ука­жу две при­чи­ны и од­ну, ес­ли угод­но, ме­та­при­чи­ну. Од­на при­чи­на дав­няя. На за­ре «Газ­про­ма» его ам­би­ции про­сти­ра­лись весь­ма да­ле­ко, вклю­чая, по­ми­мо трил­ли­он­ной ка­пи­та­ли­за­ции, и се­рьёз­ные до­ли в га­зо­вом биз­не­се Ев­ро­пы — биз­не­се выгодном и по­ли­ти­че­ски зна­чи­мом; кста­ти, и Ев­ро­па в те вре­ме­на нас вро­де бы лю­би­ла. То­гда са­ма идея вме­сто экс­пан­сии ту­да до­пу­стить втор­же­ние на ис­кон­ную свою по­ля­ну от­ту­да вы­гля­де­ла не толь­ко ди­кой, но и обид­ной. Но ам­би­ции хол­дин­га яв­но по­уме­ри­лись; о трил­ли­оне ни­кто дав­но

не за­и­ка­ет­ся; в Ев­ро­пе по­верх Wingas уже ни­че­го не све­тит, да и не лю­бят нас там очень под­чёрк­ну­то, так что биз­нес-ущерб от про­да­жи га­за на сво­ей гра­ни­це как-то боль­ше не гро­зит, да и до­пол­ни­тель­ной оби­ды ощу­щать­ся не долж­но.

Вто­рая при­чи­на то­же не но­ва. До­ти­ро­ва­ние со­се­да че­рез де­шё­вый газ и до­ро­гой тран­зит счи­та­лось ос­нов­ным, ес­ли не един­ствен­ным за­ло­гом вы­стра­и­ва­ния пра­виль­ных доб­ро­со­сед­ских от­но­ше­ний; ес­ли угод­но, мож­но на­звать это док­три­ной Чер­но­мыр­ди­на: отец «Газ­про­ма» не слу­чай­но за­вер­шал ка­рье­ру по­слом в Ки­е­ве. Док­три­на не оправ­да­лась: укра­ин­цы на этих до­та­ци­ях взрас­ти­ли свой оли­гар­хат, ме­нее все­го чув­ству­ю­щий се­бя обя­зан­ным хоть как-то ла­дить с Моск­вой. По мне, по­ра при­знать про­вал док­три­ны и, сле­до­ва­тель­но, боль­ше не ви­деть за про­да­жей га­за на сво­ей гра­ни­це угро­зы ухуд­ше­ния от­но­ше­ний с Укра­и­ной — ку­да уж ху­же-то. Труд­нее за­быть про ме­та­при­чи­ну — ко­рот­ко го­во­ря, гео­по­ли­ти­че­скую. Ко­неч­но, сво­и­ми ру­ка­ми под­пи­сы­вать ещё од­ну бу­маж­ку, удо­сто­ве­ря­ю­щую, что на этой тер­ри­то­рии и в га­зо­вых де­лах ру­лим не мы, а оп­по­нен­ты, бу­дет непри­ят­но, но ведь яс­но же, что ни бу­маж­ка эта не усу­гу­бит на­ше­го от­ка­та от преж­них гра­ниц, ни её от­сут­ствие не по­мо­жет за­ле­чить ра­ны. Зна­чит, на­до под­пи­сы­вать — и вся недол­га. А для уте­ше­ния за­им­ство­вать один из лю­би­мых ди­пло­ма­ти­че­ских при­ё­мов Ки­е­ва: там лю­бят объ­явить о со­гла­сии взять пря­ник при усло­вии, что им да­дут ещё два. Вот и мы мо­жем ска­зать ев­ро­пей­цам, что со­глас­ны пе­ре­ва­лить на них укра­ин­ские рис­ки, ес­ли они при­зна­ют рос­сий­ским Крым. Не со­гла­сят­ся, ко­неч­но, но хоть за­нят­но бу­дет.

Фик­са­ция убыт­ков ни­ко­гда не бы­ва­ет при­ят­ным де­лом, а пред­ла­га­е­мое из­ме­не­ние схе­мы про­да­жи га­за и есть не что иное, как фик­са­ция убыт­ков, к то­му же убыт­ков весь­ма зна­чи­тель­ных. Но тут да­же не ска­жешь, что аль­тер­на­ти­ва раз­ве­се­лит ещё мень­ше, по­сколь­ку аль­тер­на­ти­вы-то, по­жа­луй, и нет. Как из­вест­но, в ны­неш­нем го­ду ис­те­ка­ет наш с Укра­и­ной тран­зит­ный до­го­вор по га­зу. Сто­ро­ны не пер­вый ме­сяц де­ла­ют пуб­лич­ные вы­ска­зы­ва­ния о пер­спек­ти­вах даль­ней­ше­го со­труд­ни­че­ства: мы — что го­то­вы к под­пи­са­нию но­во­го до­го­во­ра на ком­мер­че­ски при­вле­ка­тель­ных для нас усло­ви­ях, ес­ли к мо­мен­ту на­ча­ла пе­ре­го­во­ров бу­дут уре­гу­ли­ро­ва­ны все су­деб­ные спо­ры меж­ду «Газ­про­мом» и «Наф­то­га­зом»; укра­ин­цы — что За­пад дол­жен за­ста­вить нас за­клю­чить кон­тракт на усло­ви­ях, нуж­ных Ки­е­ву. Но кто бы что ни го­во­рил, про­кач­ка неко­то­ро­го, пусть и рез­во умень­ша­ю­ще­го­ся объ­ё­ма рос­сий­ско­го га­за че­рез Укра­и­ну бу­дет ещё несколь­ко лет необ­хо­ди­ма и про­дав­цу, и по­ку­па­те­лю, по­это­му ка­кое-ни­ка­кое со­гла­ше­ние о тран­зи­те так или ина­че бу­дет под­пи­са­но. Ес­ли не гиб­кий до­го­вор на де­сять лет, как хо­чет ЕС и, в об­щем, со­гла­ша­ет­ся Москва, то что-ни­будь ме­нее ка­пи­таль­ное бу­дет непре­мен­но. И ес­ли по­ку­па­тель на т. н. трёх­сто­рон­них пе­ре­го­во­рах на­сто­я­тель­но пред­ло­жит за­би­рать газ на на­шей за­пад­ной гра­ни­це, нам бу­дет ад­ски слож­но от­ка­зы­вать­ся. Убе­ди­тель­ных контр­ар­гу­мен­тов нет — во вся­ком слу­чае, я их не ви­жу. Ведь так все по­лу­ча­ют ти­туль­но же­ла­е­мое: по­ку­па­тель — воз­мож­ность по­ку­пать, про­да­вец — про­да­вать, тран­зи­тёр де­ла­ет ещё шаг к сво­ей каж­до­днев­но вы­кри­ки­ва­е­мой мечте — не иметь ни­ка­ких дел с про­кля­тым агрес­со­ром; что тут воз­ра­зишь? До­бав­лю, что про­иг­ры­ва­ю­щей сто­ро­ной в об­суж­да­е­мой ре­фор­ме — в бук­валь­ном, бух­гал­тер­ском смыс­ле про­иг­ры­ва­ю­щей — яв­но бу­дет Ки­ев, но ведь не воз­ра­жа­ет, мол­чит; нам-то как от­ста­и­вать экс­клю­зив­ное пра­во на даль­ней­шие по­те­ри? И за­чем?

Так что, по-мо­е­му, на это пред­ло­же­ние на­ших ев­ро­пей­ских парт­нё­ров на­до со­гла­шать­ся, при­чём сра­зу, по­ка оно не пре­вра­ти­лось спер­ва в на­сто­я­тель­ное пред­ло­же­ние, а по­том и в тре­бо­ва­ние. Обе эти до­ста­точ­но ве­ро­ят­ные ме­та­мор­фо­зы ни­че­го, ко­неч­но, не из­ме­нят, кро­ме ин­то­на­ций в пуб­лич­ном осве­ще­нии во­про­са, но в на­ше ги­брид­ное вре­мя ин­то­на­ции то­же име­ют зна­че­ние. Ведь со­гла­си­тесь: од­но де­ло, ко­гда мы ви­но­ва­ты во всех бе­дах и про­бле­мах Укра­и­ны на де­вя­но­сто во­семь про­цен­тов, а Ев­ро­пы — на во­семь­де­сят два — и со­всем дру­гое, ко­гда все­го на де­вя­но­сто семь и, со­от­вет­ствен­но, во­семь­де­сят. Со­всем же дру­гое де­ло. Го­раз­до при­ят­нее. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.