МАТТИАС ВЕРНИКЕ

Ekspert - - ЛЮДИ НОМЕРА - ■ За­пи­сал Алек­сандр Ла­бы­кин

«В Рос­сии на вы­пуск ин­но­ва­ци­он­но­го ле­кар­ствен­но­го сред­ства у гло­баль­ной ком­па­нии ухо­дит ра­за в два боль­ше вре­ме­ни, чем в сред­нем в ми­ре».

Од­ной из круп­ней­ших в ми­ре хи­ми­ко-фар­ма­цев­ти­че­ских ком­па­ний Merck бо­лее 350 лет, из них 120 лет она ра­бо­та­ет в Рос­сии. Ком­па­ния раз­ви­ва­ет три ос­нов­ных на­прав­ле­ния: здра­во­охра­не­ние, life science (на­уч­ные ис­сле­до­ва­ния, раз­ра­бот­ка и вы­пуск но­вых фарм­пре­па­ра­тов, ме­ди­цин­ских из­де­лий, про­дук­тов пи­та­ния и про­чее), а так­же про­из­вод­ство вы­со­ко­тех­но­ло­гич­ных ма­те­ри­а­лов для элек­тро­тех­ни­ки, ар­хи­тек­ту­ры и кос­ме­ти­ки. Об осо­бен­но­стях и пер­спек­ти­вах ра­бо­ты фар­ма­цев­ти­че­ско­го на­прав­ле­ния в Рос­сии мы го­во­рим с ге­не­раль­ным ди­рек­то­ром «Мерк Био­фар­ма, Рос­сия и СНГ» док­то­ром Мат­ти­а­сом Вернике.

— Как сло­жи­лось, что ста­рей­шая в ми­ре хи­ми­ко-фар­ма­цев­ти­че­ская ком­па­ния те­перь яв­ля­ет­ся и од­ним из ли­де­ров в про­из­вод­стве ин­но­ва­ци­он­ных ма­те­ри­а­лов для раз­ных ви­дов про­мыш­лен­но­сти? Ка­кую си­нер­гию это да­ет для фар­ма­цев­ти­ки?

— Из­на­чаль­но это свя­за­но с тем, что ос­но­ва­тель ком­па­нии Якоб Мерк, ку­пив­ший первую ап­те­ку еще в сем­на­дца­том ве­ке, на­чал про­да­вать не толь­ко го­то­вые ле­кар­ства, но и ин­гре­ди­ен­ты для них дру­гим ап­те­ка­рям и вра­че­ва­те­лям. Спу­стя пол­то­ра ве­ка Эм­ма­ну­эль Мерк су­мел мас­шта­би­ро­вать се­мей­ный биз­нес, и вско­ре ком­па­ния, по­ми­мо про­че­го, ста­ла круп­ней­шим в ми­ре про­из­во­ди­те­лем ал­ка­ло­и­дов, что бы­ло бы невоз­мож­но без на­уч­ных раз­ра­бо­ток. Здесь си­нер­гия по­нят­на: где ле­че­ние, там и ле­кар­ства, а за­тем и про­из­вод­ство ин­гре­ди­ен­тов для них, ма­те­ри­а­лов, при­бо­ров и так да­лее. По­это­му се­мья Мерк ре­ши­ла раз­ви­вать па­рал­лель­но все три на­прав­ле­ния, ведь в раз­ные пе­ри­о­ды вре­ме­ни один биз­нес по при­быль­но­сти и эф­фек­тив­но­сти за­ме­ня­ет дру­гой. Об­щее устрем­ле­ние к со­зда­нию че­го-то но­во­го и при­во­дит к по­яв­ле­нию на­уч­ных про­ры­вов. Один из при­ме­ров та­ких про­ры­вов — ны­неш­нее ли­дер­ство Merck в про­из­вод­стве и вы­пус­ке жид­ких кри­стал­лов (ши­ро­ко при­ме­ня­ют­ся в элек­тро­тех­ни­ке), где на­ша ком­па­ния удо­вле­тво­ря­ет по­треб­но­сти боль­шей ча­сти рын­ка. Бла­го­да­ря та­ким про­ры­вам Merсk за по­след­ние два­дцать лет вы­рос­ла из про­сто немец­кой ком­па­нии в гло­баль­но­го иг­ро­ка, ее про­да­жи в про­шлом го­ду со­ста­ви­ли 14,8 мил­ли­ар­да дол­ла­ров.

— Что для вас сей­час яв­ля­ет­ся при­о­ри­те­том в Рос­сии?

— Рос­сию Merck все­гда рас­смат­ри­ва­ла как один из пя­ти круп­ней­ших рын­ков Ев­ро­пы для про­да­жи на­шей про­дук­ции. На­при­мер, на те­ку­щий мо­мент рос­сий­ский фар­ма­цев­ти­че­ский ры­нок для Merck боль­ше, чем ана­ло­гич­ный ры­нок в Ве­ли­ко­бри­та­нии. С 2015 го­да на­ша стра­те­гия в Рос­сии из­ме­ни­лась: клю­че­вым век­то­ром раз­ви­тия стал транс­фер тех­но­ло­гий в парт­нер­стве с ве­ду­щи­ми ло­каль­ны­ми фар­ма­цев­ти­че­ски­ми ком­па­ни­я­ми для обес­пе­че­ния луч­ше­го до­сту­па на­се­ле­ния к ле­кар­ствен­ным сред­ствам Merck. Бо­лее то­го, Merck от­кры­ла в Москве ла­бо­ра­то­рию, за­да­ча ко­то­рой — обес­пе­чить до­ступ на­уч­но­му со­об­ще­ству Рос­сии к пе­ре­до­вым раз­ра­бот­кам ком­па­нии. С той же це­лью мы за­клю­ча­ем со­гла­ше­ния со мно­ги­ми ву­за­ми и на­уч­ны­ми ин­сти­ту­та­ми стра­ны для сов­мест­ных раз­ра­бо­ток и пе­ре­да­чи тех­но­ло­гий. Кро­ме то­го, на­ше обо­ру­до­ва­ние, вы­со­ко­тех­но­ло­гич­ные ма­те­ри­а­лы и ме­ди­цин­ские из­де­лия ши­ро­ко ис­поль­зу­ют про­из­во­ди­те­ли фарм­пре­па­ра­тов и кли­ни­ки Рос­сии. По су­ти, мы ак­тив­но участ­ву­ем в ста­нов­ле­нии фар­мот­рас­ли стра­ны, что и яв­ля­ет­ся на­шим при­о­ри­те­том в Рос­сии.

— В кон­це про­шло­го го­да вы раз­ме­сти­ли на рос­сий­ском за­во­де «На­но­лек» про­из­вод­ство пол­но­го цик­ла пре­па­ра­та для ле­че­ния пред­диа­бе­та и диа­бе­та вто­ро­го ти­па. Ка­ко­го объ­е­ма вы­пус­ка это­го пре­па­ра­та вы уже до­стиг­ли и ка­кие про­бле­мы ре­ши­ло для вас та­кое со­труд­ни­че­ство?

— Сей­час про­из­вод­ство на­ше­го пре­па­ра­та «Глю­ко­фаж» здесь до­стиг­ло 400 мил­ли­о­нов таб­ле­ток в год. Это­го до­ста­точ­но для рос­сий­ско­го рын­ка, по­это­му сей­час мы ду­ма­ем над рас­ши­ре­ни­ем про­из­вод­ства, что­бы по­став­лять пре­па­ра­ты и на экс­порт. Глав­ная при­чи­на ло­ка­ли­за­ции — же­ла­ние стать бли­же к рос­сий­ско­му па­ци­ен­ту, луч­ше кон­тро­ли­ро­вать объ­ем про­дук­ции на рос­сий­ском рын­ке и во­про­сы це­но­об­ра­зо­ва­ния. Вто­рая при­чи­на бо­лее стра­те­ги­че­ская: на­ши парт­не­ры в Рос­сии в пер­спек­ти­ве долж­ны быть вклю­че­ны в це­поч­ку на­ших по­ста­вок на гло­баль­ном рын­ке. Вот для это­го, в том чис­ле, мы и на­ча­ли осу­ществ­лять транс­фер тех­но­ло­гий.

— То есть пер­вая цель до­стиг­ну­та, пре­па­рат уже вклю­чен в про­грам­мы гос­за­ку­пок. И ка­кие тех­но­ло­гии вы пе­ре­да­ли «На­но­ле­ку»?

— Да, мы мо­жем участ­во­вать с этим пре­па­ра­том в про­грам­мах гос­за­ку­пок, но зна­чи­мая часть его про­даж на­хо­дит­ся в ком­мер­че­ском обо­ро­те. Это свя­за­но в том чис­ле с тем, что при гос­за­куп­ках при­хо­дит­ся зна­чи­тель­но усту­пать в цене. А что ка­са­ет­ся тех­но­ло­гий, ко­то­рые по­лу­чил «На­но­лек», это преж­де все­го про­из­вод­ствен­ные уз­лы и не­ко­то­рые уни­каль­ные ме­то­ды вы­пус­ка имен­но на­ше­го пре­па­ра­та. А так­же, что нема­ло­важ­но для вы­хо­да на внеш­ние рын­ки, — осо­бая си­сте­ма кон­тро­ля ка­че­ства про­дук­ции. Но, ко­неч­но, пе­ре­да­чи прав на са­му раз­ра­бот­ку, мо­ле­ку­лу, не пла­ни­ру­ет­ся.

— За­ру­беж­ные фарм­про­из­во­ди­те­ли в Рос­сии пе­ри­о­ди­че­ски стра­да­ют от на­ру­ше­ния ав­тор­ских прав, по­сколь­ку ино­гда мест­ные ком­па­нии вос­про­из­во­дят их пре­па­ра­ты без раз­ре­ше­ния. Стал­ки­ва­лись ли вы с этим в Рос­сии или в дру­гих стра­нах?

— Бу­дучи пред­ста­ви­те­лем Ас­со­ци­а­ции меж­ду­на­род­ных фар­ма­цев­ти­че­ских про­из­во­ди­те­лей Рос­сии, я до­ста­точ­но хо­ро­шо осве­дом­лен об этой про­бле­ме. Непо­сред­ствен­но Merck в Рос­сии это не кос­ну­лось, но все по­ни­ма­ют, что без за­щи­ты ав­тор­ских прав на изоб­ре­те­ния вло­же­ния в ин­но­ва­ции в рос­сий­ской фар­мот­рас­ли су­ще­ствен­но за­мед­лят­ся. Од­на­ко мы ви­дим, что пра­ви­тель­ство Рос­сии уде­ля­ет это­му во­про­су долж­ное вни­ма­ние.

— Рас­ска­жи­те о пред­сто­я­щих ин­ве­сти­ци­ях Merck гло­баль­но, ка­кие сег­мен­ты вам пред­став­ля­ют­ся наи­бо­лее пер­спек­тив­ны­ми и по­че­му? Ка­кие ин­ве­сти­ци­он­ные пла­ны у вас есть в Рос­сии?

— Гло­баль­но Merck каж­дый год ин­ве­сти­ру­ет в раз­ра­бот­ку и про­из­вод­ство но­вых ле­кар­ствен­ных пре­па­ра­тов от по­лу­то­ра до двух мил­ли­ар­дов ев­ро. Часть этих средств — ин­ве­сти­ции в ре­аль­ный сек­тор. Недав­но, на­при­мер, мы за­ло­жи­ли стро­и­тель­ство но­во­го био­тех­но­ло­ги­че­ско­го про­из­вод­ства в Швей­ца­рии за 150 мил­ли­о­нов ев­ро. Часть об­щих вло­же­ний идет на пе­ре­да­чу тех­но­ло­гий и ло­ка­ли­за­цию. Ос­нов­ная же до­ля ин­ве­сти­ций при­хо­дит­ся на на­уч­ные ис­сле­до­ва­ния и раз­ра­бот­ки, НИОКР. В том чис­ле это рас­хо­ды на мно­же­ствен­ные кли­ни­че­ские ис­сле­до­ва­ния по все­му ми­ру, вклю­чая Рос­сию. Это ка­са­ет­ся и но­вых мо­ле­кул. На­при­мер, наш пре­па­рат для ле­че­ния слож­ных и ред­ких он­ко­за­бо­ле­ва­ний про­хо­дил ис­сле­до­ва­ния в Рос­сии, они так­же про­во­дят­ся по на­ше­му но­во­му пре­па­ра­ту от рас­се­ян­но­го скле­ро­за. По ито­гам та­ких ис­сле­до­ва­ний этот пре­па­рат прой­дет ре­ги­стра­цию, в том чис­ле в Рос­сии.

— Нас­коль­ко доль­ше по вре­ме­ни в Рос­сии ре­ги­стри­ру­ют­ся пре­па­ра­ты?

— В Рос­сии на вы­пуск ин­но­ва­ци­он­но­го ле­кар­ствен­но­го сред­ства у гло­баль­ной ком­па­нии ухо­дит ра­за в два боль­ше вре­ме­ни, чем в сред­нем в ми­ре.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.