ГОРМОНАЛЬН­ЫЙ СБОЙ НА­ЦИИ

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Но­вый де­мо­гра­фи­че­ский кри­зис в стране, на мой взгляд, не на­до «за­бал­ты­вать», де­лая вид, что это ни от ко­го и ни­че­го не за­ви­ся­щий факт

Но­вый де­мо­гра­фи­че­ский кри­зис в стране, на мой взгляд, не на­до «за­бал­ты­вать», де­лая вид, что это ни от ко­го и ни­че­го не за­ви­ся­щий факт. В этом го­ду слу­чи­лось важ­ное нега­тив­ное со­бы­тие: по­сле недол­го­го пе­ри­о­да ро­ста на­се­ле­ния Рос­сия опять ста­ла чис­лен­но со­кра­щать­ся. И при­чи­ны это­го очень опас­ны. Пер­вая — сни­же­ние ми­гра­ци­он­но­го по­то­ка. Ме­ня по­ра­зил тот факт, что в про­шлом го­ду ми­гра­ци­он­ное саль­до Рос­сии с Уз­бе­ки­ста­ном ста­ло от­ри­ца­тель­ным. Мы так дол­го опа­са­лись ми­гра­ци­он­но­го бу­ма, пред­став­ляя се­бя Ев­ро­пой, но ока­за­лось, что к нам уже неза­чем ехать. Уро­вень зар­плат в Рос­сии упал ни­же ки­тай­ско­го, но­вых ра­бо­чих мест не со­зда­ет­ся, и мы — как ры­нок тру­да — ста­ли некон­ку­рен­то­спо­соб­ны по от­но­ше­нию ко все­му на­ше­му окру­же­нию. То же ка­са­ет­ся об­ра­зо­ва­ния и ме­ди­ци­ны.

Вто­рая при­чи­на еще ху­же. Мы ста­ли мень­ше ро­жать. На вы­ступ­ле­нии в Ду­ме на про­шлой неде­ле, упо­ми­ная факт сни­же­ния рож­да­е­мо­сти, пре­мьер Мед­ве­дев, есте­ствен­но, со­слал­ся на дав­но ожи­да­е­мый спад рож­да­е­мо­сти в ре­зуль­та­те де­мо­гра­фи­че­ской ямы де­вя­но­стых. В ин­то­на­ции слы­ша­лась неко­то­рая уста­лость: «Де­скать, опять эти про­кля­тые де­вя­но­стые. Что по­де­лать, на­до тер­петь. Пра­ви­тель­ство ста­ра­ет­ся».

Од­на­ко, рос­сий­ские жен­щи­ны пра­ви­тель­ство под­ве­ли, так как ны­неш­ний про­вал рож­да­е­мо­сти лишь от­ча­сти след­ствие про­кля­тых де­вя­но­стых в смыс­ле де­фи­ци­та жен­щин де­то­род­но­го воз­рас­та. Дру­гая при­чи­на — па­де­ние рож­да­е­мо­сти на од­ну жен­щи­ну. В 2018 го­ду этот по­ка­за­тель упал до 1,58 ре­бен­ка. Так ма­ло рос­сий­ские жен­щи­ны не ро­жа­ли прак­ти­че­ски ни­ко­гда. Да, столь­ко во­об­ще ма­ло где ро­жа­ют. Для срав­не­ния: в стра­нах За­па­да, дав­но стра­да­ю­щих от де­по­пу­ля­ции и бо­рю­щих­ся с ней, удель­ная рож­да­е­мость на­хо­дит­ся в диа­па­зоне от 1,9 до 2,15. На мой взгляд, эта страш­ная циф­ра 1,58 — оцен­ка, ко­то­рую по­ста­ви­ла мо­ло­дая часть стра­ны эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ке по­след­них лет. Это сви­де­тель­ство пол­ной неуве­рен­но­сти в бу­ду­щем, на­столь­ко се­рьез­ной, что она пре­пят­ству­ет осу­ществ­ле­нию са­мо­го есте­ствен­но­го же­ла­ния че­ло­ве­ка — про­дол­же­нию ро­да.

Это не слу­чай­ность. Я пом­ню, как в де­вя­но­стые в пар­ках ис­чез­ли лю­ди с ко­ляс­ка­ми. Их не бы­ло очень дол­го. В двух­ты­сяч­ные они ста­ли опять по­яв­лять­ся. А в 2004–2005 го­дах, все­го-то по­сле че­ты­рех лет бур­но­го эко­но­ми­че­ско­го ро­ста, их по­яви­лось очень мно­го. Бо­лее то­го, в сре­де сред­не­го клас­са воз­ник­ла насто­я­щая мо­да на мно­го­дет­ность. Это бы­ло непри­выч­но. Ни­кто из позд­не­со­вет­ско­го по­ко­ле­ния не пла­ни­ро­вал трех­че­ты­рех де­тей. Уро­вень до­хо­да и обес­пе­чен­но­сти жи­льем со­вет­ско­го че­ло­ве­ка это­му не спо­соб­ство­вал. Ска­зы­ва­лось и об­щее со­ци­аль­ное ощу­ще­ние пе­чаль­но­сти бу­ду­ще­го. Драй­ва раз­мно­жать­ся не бы­ло. Тем бо­лее вос­хи­ти­тель­но бы­ло ви­деть в се­ре­дине двух­ты­сяч­ных мас­со­вое увле­че­ние детьми. Мо­ло­дые жен­щи­ны пе­ре­ста­ли ис­кать ка­рье­ры. Ста­ло мод­но си­деть с детьми до­ма. Муж­чи­ны ра­до­ва­лись то­му, что мог­ли стать от­ца­ми боль­ших се­мейств. У них по­яв­ля­лась здо­ро­вая муж­ская от­вет­ствен­ность. Это бы­ло све­жим и ра­дост­ным яв­ле­ни­ем. Ка­кой там чайл­дф­ри? Лю­ди мас­со­во бо­га­те­ли, на­чи­на­ли по­ни­мать, что они смо­гут ку­пить квар­ти­ру или по­ку­па­ли ее, и ро­жа­ли.

Кста­ти, со­вре­мен­ная ме­ди­ци­на лег­ко объ­яс­нит тот факт, что эта но­вая мо­да по­рож­да­ла здо­ро­вую эй­фо­рию. Жен­щи­на, си­дя­щая, пусть вре­мен­но, до­ма, и муж­чи­на, до­бы­ва­ю­щий хлеб рас­ту­ще­му се­мей­ству, про­из­во­дят иде­аль­ный гормональн­ый со­став, ко­то­рый вы­зы­ва­ет чув­ство все­об­ще­го спо­кой­ствия и сти­му­ли­ру­ет счаст­ли­вый труд. При од­ном важ­ном усло­вии: муж­чи­на дол­жен по­ни­мать, что его по­пыт­ки небез­на­деж­ны. Он смо­жет за­ра­бо­тать.

Уны­ние при­шло не сра­зу. Да­же кри­зис 2008 го­да не из­ме­нил си­ту­а­цию. На­про­тив, мно­гие мо­ло­дые да­мы в 2008–2009-м ухо­ди­ли с ра­бо­ты в де­крет со сло­ва­ми: «Мы с му­жем все рав­но со­би­ра­лись за­ве­сти еще од­но­го ре­бен­ка, а сей­час вот и на ра­бо­те пла­тят пло­хо, так что сов­ме­стим при­ят­ное с по­лез­ным». И это­го за­па­са со­ци­аль­но­го оп­ти­миз­ма хва­ти­ло аж на де­вять лет. Сей­час он ис­сяк. И не толь­ко у них.

Я слу­ша­ла вы­ступ­ле­ние пре­мье­ра в Ду­ме и ду­ма­ла, что вро­де же все пра­виль­но: про­дле­ние ма­те­рин­ско­го ка­пи­та­ла, ком­пен­са­ция по­куп­ки жи­лья, са­ди­ки. Это для рож­да­е­мо­сти. Воз­рож­де­ние сель­ских школ и ФАПов — это для за­се­лен­но­сти. Дис­пан­се­ри­за­ция, он­ко­цен­тры — для сни­же­ния смерт­но­сти. На­бе­реж­ные и пар­ки в го­ро­дах — для от­ды­ха. Но по­че­му-то всё вме­сте это бы­ло по­хо­же на план обу­строй­ства очень и очень при­лич­но­го до­ма для пре­ста­ре­лой на­ции. Ко­то­рой на­до ком­форт­но до­тя­нуть до кон­ца. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.