КАК КОМБАЙНЫ СТА­ЛИ СТРЕЛЯТЬ

«Рост­сель­маш» стро­ил­ся шесть лет, а эва­ку­и­ро­вал­ся в Таш­кент в ок­тяб­ре 1941-го за неде­лю. Еще ме­сяц его ру­ко­вод­ству по­на­до­бил­ся, что­бы на пу­стой пло­щад­ке вос­ста­но­вить ра­бо­то­спо­соб­ность и на­чать про­из­во­дить сна­ря­ды и ми­ны для фрон­та

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

«Рост­сель­маш» стро­ил­ся шесть лет, а эва­ку­и­ро­вал­ся в Таш­кент в ок­тяб­ре 1941-го за неде­лю. Еще ме­сяц его ру­ко­вод­ству по­на­до­бил­ся, что­бы на пу­стой пло­щад­ке вос­ста­но­вить ра­бо­то­спо­соб­ность и на­чать про­из­во­дить сна­ря­ды и ми­ны для фрон­та

Впер­вые ме­ся­цы вой­ны Ро­стов-на-До­ну пре­вра­тил­ся в боль­шой эва­ко­пункт для мно­гих пред­при­я­тий из за­пад­ных ре­ги­о­нов стра­ны. Пред­по­ла­га­лось, что Юго-За­пад­но­му фрон­ту удаст­ся оста­но­вить нем­цев по ли­нии Дне­пра и Ро­стов ста­нет круп­ней­шей ты­ло­вой ба­зой. По­это­му здесь и на­ча­ли раз­во­ра­чи­вать вре­мен­ное про­из­вод­ство укра­ин­ских за­во­дов на пу­сту­ю­щих пло­ща­дях мест­ных пред­при­я­тий.

Как вспо­ми­нал пер­вый за­ме­сти­тель пред­се­да­те­ля Сов­нар­ко­ма СССР Ни­ко­лай Воз­не­сен­ский, «в ав­гу­сте 1941 го­да

на “Рост­сель­маш” при­бы­ли эшелоны с обо­ру­до­ва­ни­ем за­по­рож­ско­го ком­бай­но­во­го за­во­да “Ком­му­нар”. Уси­лия бы­ли на­прав­ле­ны на со­зда­ние участ­ка “ком­му­нар­цев” по вы­пус­ку бро­не­кор­пу­сов са­мо­ле­тов. Вско­ре на вось­ми ста­пе­лях на­ча­лась их сбор­ка». По дан­ным Воз­не­сен­ско­го, все­го в Ро­стов­скую об­ласть при­бы­ли 293 эше­ло­на с эва­ку­и­ро­ван­ны­ми людь­ми и пред­при­я­ти­я­ми.

Од­на­ко к на­ча­лу осе­ни по­ло­же­ние на фрон­те ослож­ни­лось. Под уда­ра­ми с се­ве­ра и юга тан­ко­вых групп Гу­де­ри­а­на и Клей­ста обо­ро­ни­тель­ные по­зи­ции Юго-За­пад­но­го фрон­та вдоль Дне­пра ока­за­лись про­рван­ны­ми. В окру­же­ние уго­ди­ли сра­зу че­ты­ре ар­мии и фрон­то­вой штаб. Путь в Дон­басс и на Дон ока­зал­ся от­крыт. Ча­сти немец­кой груп­пы ар­мий «Юг» к кон­цу сен­тяб­ря вы­шли на гра­ни­цы Ро­стов­ской об­ла­сти, на­ча­лись бом­бар­ди­ров­ки дон­ской сто­ли­цы.

Об­ласт­ное ру­ко­вод­ство во гла­ве с пер­вым сек­ре­та­рем об­ко­ма ВКП(б) Бо­ри­сом Двин­ским ока­за­лось в слож­ной си­ту­а­ции. С од­ной сто­ро­ны, по­спеш­ное ре­ше­ние о вы­во­зе цен­но­го обо­ру­до­ва­ние клю­че­вых пред­при­я­тий, про­дук­ция ко­то­рых необ­хо­ди­ма фрон­ту, мог­ло по­влечь за со­бой об­ви­не­ние в па­ни­кер­стве с из­вест­ны­ми по­след­стви­я­ми, вплоть до рас­стре­ла. С дру­гой сто­ро­ны, стре

ми­тель­ное про­дви­же­ние фа­шист­ских тан­ко­вых ко­лонн на Бер­дянск и Ма­ри­у­поль гро­зи­ло и во­все от­ре­зать путь к эва­ку­а­ции.

Не­ре­ши­тель­ность ру­ко­во­ди­те­лей уже при­ве­ла к неудач­ной эва­ку­а­ции про­мыш­лен­но­сти Та­ган­ро­га в сен­тяб­ре 1941 го­да. Из-за от­сут­ствия кор­рект­ных дан­ных об опе­ра­тив­ной об­ста­нов­ке ука­за­ния Нар­ко­ма­та пу­тей со­об­ще­ния о по­да­че по­движ­но­го со­ста­ва к то­му или ино­му пред­при­я­тию по­сту­па­ли с боль­шим опоз­да­ни­ем. В ре­зуль­та­те, по дан­ным ис­сле­до­ва­ний ве­те­ра­на-же­лез­но­до­рож­ни­ка Ми­ха­и­ла Вдо­ви­на, та­ган­рог­ский за­вод № 65 (ком­бай­но­вый) из за­про­шен­ных 2600 ва­го­нов по­лу­чил толь­ко 1317, за­вод № 31 (авиа­стро­и­тель­ный) из 2300 — все­го 1098, ме­тал­лур­ги­че­ский из 1700 — не бо­лее 500, су­до­стро­и­тель­ный за­вод № 347 из за­тре­бо­ван­ных 980 — 113. По су­ти, вы­ве­зе­на ока­за­лась толь­ко часть обо­ру­до­ва­ния. По­лу­фаб­ри­ка­ты, сы­рье, ком­плек­ту­ю­щие при­шлось бро­сить.

Для об­ласт­но­го цен­тра сда­ча при­мор­ско­го Та­ган­ро­га и на­плыв бе­жен­цев ста­ли шо­ком. По­сле па­де­ния Та­ган­ро­га ру­ко­вод­ство ря­да ро­стов­ских пред­при­я­тий и ор­га­ни­за­ций по соб­ствен­ной ини­ци­а­ти­ве «са­мо­э­ва­ку­и­ро­ва­лось» вме­сте с се­мья­ми. То есть по­про­сту бе­жа­ло, оста­вив и обо­ру­до­ва­ние, и сво­их ра­бо­чих. Од­на­ко за До­ном они бы­ли быст­ро пе­ре­лов­ле­ны пат­ру­ля­ми НКВД, воз­вра­ще­ны в Ро­стов, где пред­ста­ли пред парт­ко­мис­си­ей и во­ен­ным три­бу­на­лом (со­труд­ни­ки пред­при­я­тий счи­та­лись мо­би­ли­зо­ван­ны­ми на­равне с бой­ца­ми).

В на­ча­ле ок­тяб­ря в крайне нер­воз­ной об­ста­нов­ке бы­ло при­ня­то ре­ше­ние за­ми­ни­ро­вать за­вод­ские кор­пу­са «Рост­сель­ма­ша» и в слу­чае еще од­но­го брос­ка вер­мах­та с вы­хо­дом на Дон взо­рвать пред­при­я­тие, не до­жи­да­ясь вы­во­за обо­ру­до­ва­ния. К то­му вре­ме­ни за­вод пе­ре­шел на вы­пуск кор­пу­сов для сна­ря­дов ре­ак­тив­но­го ми­но­ме­та БМ-13 «Ка­тю­ша», ко­то­рые бес­пе­ре­бой­но, несмот­ря на уси­ли­ва­ю­щи­е­ся бом­беж­ки, по­став­лял на фронт. Мон­таж но­вых стан­ков ис­пол­нял­ся по вре­мен­ной схе­ме — на ла­гах, без фун­да­мен­та. В слу­чае необ­хо­ди­мо­сти пе­ре­обо­ру­до­ва­ние за­ни­ма­ло все­го несколь­ко ча­сов.

Три­на­дца­то­го ок­тяб­ря ди­рек­тор за­во­да Мак­сим Ти­та­рен­ко по­лу­чил при­каз эва­ку­и­ро­вать в Таш­кент обо­ру­до­ва­ние, за­го­тов­ки и сы­рье «Рост­сель­ма­ша», а вме­сте с ним и мно­го­стра­даль­но­го за­по­рож­ско­го «Ком­му­на­ра». Пер­во­на­чаль­но де­мон­таж шел уско­рен­ны­ми тем­па­ми, но пла­но­мер­но. Ко­гда же че­рез че­ты­ре дня при­шла ин­фор­ма­ция о сда­че Та­ган­ро­га и ста­ло по­нят­но, что уда­лось вы­вез­ти лишь 15–20% обо­ру­до­ва­ния, ра­бо­ты пе­ре­клю­чи­лись на ав­раль­ный круг­ло­су­точ­ный ре­жим.

Уже че­рез шесть дней, 19 ок­тяб­ря, из Ро­сто­ва вы­ехал по­след­ний эше­лон с за­вод­ским обо­ру­до­ва­ни­ем, ко­то­рый со­про­вож­дал Ти­та­рен­ко. Из 3500 ва­го­нов (49 эше­ло­нов), ко­то­рые по­на­до­би­лись для вы­во­за «Рост­сель­ма­ша» (для срав­не­ния: для эва­ку­а­ции «За­по­рож­ста­ли» необ­хо­ди­мо бы­ло 8000 ва­го­нов), бы­ли по­те­ря­ны в пу­ти из-за по­вре­жде­ния и бом­бар­ди­ро­вок все­го 12.

Успеш­ной эва­ку­а­ции из Ро­сто­ва в ка­кой-то сте­пе­ни по­мог­ли са­ми немцы. Бы­ло под­ме­че­но, что в люфтваф­фе стро­го со­блю­да­ет­ся рас­по­ря­док дня: зав­трак, обед, по­сле­обе­ден­ный от­дых и ужин, во вре­мя ко­то­рых лет­чи­ки в небо не под­ни­ма­ют­ся. По­это­му ак­ти­ви­за­ция ра­бо­ты же­лез­ной до­ро­ги бы­ла увя­за­на с же­лез­ным гер­ман­ским Ordnung. Наи­бо­лее опас­ные участ­ки эшелоны про­ска­ки­ва­ли как раз в то вре­мя, ко­гда птен­цы Ге­рин­га с си­га­ра­ми в ру­ках пе­ре­ва­ри­ва­ли сыт­ный Mittagesse­n.

Спу­стя ме­сяц по­сле пе­ре­брос­ки «Рост­сель­ма­ша» на юг, 20 но­яб­ря 1941 го­да, со­вет­ские вой­ска с бо­я­ми оста­ви­ли Ро­стов непри­я­те­лю.

Таш­кент — го­род хлеб­ный

Из-за нераз­ви­то­сти во­сточ­но­го на­прав­ле­ния же­лез­ных до­рог на Ста­лин­град,

Урал и в Ка­зах­стан боль­шую часть гру­зов ре­ше­но бы­ло от­прав­лять в Сред­нюю Азию юж­ным марш­ру­том — до Ба­ку и па­ро­мом на Крас­но­водск. По это­му же пу­ти устре­ми­лись и пред­при­я­тия Крас­но­дар­ско­го края, неф­те­про­мыс­лы Се­вер­но­го Кав­ка­за. К на­ча­лу но­яб­ря че­рез Ба­кин­ский порт бы­ло пе­ре­ва­ле­но свы­ше 10 тыс. ва­го­нов с обо­ру­до­ва­ни­ем. В их чис­ле «Рост­сель­маш», та­ган­рог­ские за­во­ды им. Ан­дре­ева, авиа­ци­он­ный им. Ди­мит­ро­ва и «Крас­ный ко­тель­щик», Но­во­чер­кас­ский ли­сто­про­кат­ный за­вод им. Бу­ден­но­го, Ро­стов­ский за­вод «Крас­ный Ак­сай», Су­лин­ский ме­тал­лур­ги­че­ский, Кра­ма­тор­ский за­вод тя­же­ло­го ма­ши­но­стро­е­ния, Но­во­чер­кас­ский стан­ко­стро­и­тель­ный за­вод.

Ру­ко­во­ди­тель Цен­тра во­ен­ной ис­то­рии Рос­сии Ин­сти­ту­та рос­сий­ской ис­то­рии РАН ака­де­мик Геор­гий Ку­ма­нев пи­шет: «Пе­ре­воз­ки на­се­ле­ния бы­ли взя­ты под по­сто­ян­ный и стро­гий кон­троль. На­чаль­ни­ки до­рог еже­су­точ­но, не позд­нее 22 ча­сов, со­об­ща­ли в НКПС о сле­до­ва­нии люд­ских эше­ло­нов и от­дель­ных ва­го­нов с эва­ко­на­се­ле­ни­ем по со­сто­я­нию на 18 ча­сов. В свою оче­редь, Нар­ко­мат пу­тей со­об­ще­ния еже­днев­но пред­став­лял в Го­су­дар­ствен­ный ко­ми­тет обо­ро­ны по­дроб­ную справ­ку о на­хо­дя­щих­ся на же­лез­ных до­ро­гах со­ста­вах с эва­ку­и­ро­ван­ны­ми».

Ги­гант­ский эва­ку­а­ци­он­ный по­ток в ба­кин­ском на­прав­ле­нии со­зда­вал неве­ро­ят­ное на­пря­же­ние на же­лез­ной до­ро­ге и уз­ло­вых стан­ци­ях, не при­спо­соб­лен­ных под та­кие мас­шта­бы пе­ре­ме­ща­е­мых лю­дей и гру­зов. По­рой слож­но бы­ло со­ста­вить эва­ко­по­езд в один пункт на­зна­че­ния из-за несо­гла­со­ван­ных дей­ствий НКПС и дру­гих нар­ко­ма­тов. Ино­гда в один и тот же пункт раз­ме­ще­ния пред­при­я­тия при­бы­ва­ло обо­ру­до­ва­ние сра­зу трех за­во­дов. При­чи­ной это­го бы­ло то, что точ­ные ука­за­ния на­прав­ле­ния про­дви­же­ния эва­ко­по­ез­дов и ко­неч­ные пунк­ты их сле­до­ва­ния опре­де­ля­лись толь­ко для пас­са­жир­ских со­ста­вов.

Ес­ли по­рой воз­ни­ка­ли про­бле­мы с гру­за­ми, на лю­дей во­об­ще об­ра­ща­ли ма­ло вни­ма­ния. Бу­ду­щий (в 1947–1950 го­дах) пер­вый сек­ре­тарь Ро­стов­ско­го об­ко­ма ВКП(б) Ни­ко­лай Па­то­ли­чев вспо­ми­нал: «Слу­ча­лось, что в от­кры­тых по­лу­ва­го­нах или на плат­фор­мах еха­ли лю­ди. Хо­ро­шо, ес­ли был бре­зент, ко­то­рым мож­но бы­ло при­крыть­ся от до­ждя. Ино­гда и это­го не бы­ло. Здесь же стан­ки или ма­те­ри­а­лы, кое-что из ве­щей эва­ку­и­ро­ван­ных. Имен­но кое-что. Лю­ди спа­са­лись от на­ше­ствия вар­ва­ров, и бы­ло, ко­неч­но, не до ве­щей. При бо­лее бла­го­при­ят­ной об­ста­нов­ке два-три кры­тых ва­го­на вы­де­ля­ли для жен­щин с детьми. Вме­сто 36 че­ло­век в них на­би­ва­лось по 80–100. Ни­кто, ра­зу­ме­ет­ся, не роп­тал — го­ре объ­еди­ня­ло лю­дей, кров ко­то­рых был за­хва­чен фа­ши­ста­ми».

Ве­те­ран вой­ны Мар­га­ри­та Мер­ку­ло­ва вспо­ми­на­ла, как встре­ча­ли в Таш­кен­те эшелоны с эва­ку­и­ро­ван­ны­ми: «Я са­ма из Ле­нин­гра­да, нас вы­вез­ли из оса­жден­но­го го­ро­да еще в ав­гу­сте 41-го вме­сте с за­во­дом “Вул­кан”, где ди­рек­то­ром был мой отец. Уже че­рез ме­сяц в Таш­кен­те он стал вы­пус­кать про­дук­цию для ар­мии, хо­тя не имел да­же стен и кры­ши.

Я по­шла в де­вя­тый класс, у нас бы­ли “бо­е­вые де­жур­ства” на вок­за­ле. По­ез­да при­хо­ди­ли но­чью, ча­са в два-три. Мы мча­лись ту­да с но­сил­ка­ми и ап­теч­ка­ми. Из теп­лу­шек вы­но­си­ли, вы­во­ди­ли еле сто­я­щих на но­гах де­тей в воз­расте от 4 до 14 лет. Мно­гие не зна­ли сво­их имен и фа­ми­лий, умер­ших от го­ло­да ро­ди­те­лей. Пер­вым де­лом пря­мо на вок­за­ле си­рот кор­ми­ли ман­ной ка­шей и да­ва­ли пол­круж­ки теп­лой во­ды. Боль­ше бы­ло нель­зя, за­пре­ща­ли вра­чи. По­том дез­ин­фек­ция одеж­ды, стриж­ка, ве­ли в ба­ню. Опять-та­ки на вок­за­ле устра­и­ва­ли на ноч­лег».

Тем не ме­нее пер­вые эшелоны «Рост­сель­ма­ша» на стан­цию Кы­зыл-Тук­ма­чи при­бы­ли еще в кон­це ок­тяб­ря, а 19 но­яб­ря пол­но­стью бы­ла за­вер­ше­на эва­ку­а­ция за­во­да в Уз­бе­ки­стан. В Таш­кен­те тем вре­ме­нем уже бы­ла под­го­тов­ле­на пло­щад­ка на окра­ине го­ро­да под сбор­ку на ба­зе мест­но­го за­во­да хлоп­ко­убо­роч­ных ма­шин. По при­бы­тии эва­ку­и­ро­ван­но­го обо­ру­до­ва­ния вы­яс­ни­лось, что под­го­тов­лен­ная пло­щад­ка бы­ла крайне ма­ла. При­шлось най­ти еще две в са­мом го­ро­де и од­ну — на го­лом плос­ко­го­рье в со­сед­нем Чир­чи­ке (60 км от Таш­кен­та).

Пол­то­ра-два ме­ся­ца — та­ков был, в сред­нем, срок, за ко­то­рый пе­ре­бро­шен­ные на во­сток пред­при­я­тия всту­па­ли в строй

Вто­рая ин­ду­стри­а­ли­за­ция

По­че­му имен­но в эту сред­не­ази­ат­скую рес­пуб­ли­ку ре­ше­но бы­ло пе­ре­ба­зи­ро­вать не один, а свы­ше ста за­во­дов (все­го в Сред­нюю Азию бы­ло эва­ку­и­ро­ва­но 308 за­во­дов и це­хов)? Кро­ме «Рост­сель­ма­ша» сю­да пе­ре­ве­ли ро­стов­ский же ма­ш­за­вод «Крас­ный Ак­сай», Ле­нин­град­ский за­вод тек­стиль­ных ма­шин, Сум­ской ком­прес­сор­ный за­вод, Та­ган­рог­ский авиа­ци­он­ный, Вла­ди­мир­ский и Мин­ский трак­тор­ные за­во­ды, Ста­лин­град­ский хим­ком­би­нат, сто­лич­ные за­во­ды «Подъ­ем­ник», «Элек­тро­ста­нок» и дру­гие.

В Со­ве­те по эва­ку­а­ции это объ­яс­ня­ли уже сло­жив­шей­ся спе­ци­а­ли­за­ци­ей со­юз­ных республик и пер­спек­ти­ва­ми их даль­ней­ше­го раз­ви­тия. К то­му же на­ли­чие боль­шо­го ко­ли­че­ства ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных ра­бо­чих, на­уч­ных учре­жде­ний,

те­ат­ров долж­но бы­ло ак­тив­но втя­ги­вать мак­ро­ре­ги­он, в ко­то­ром лишь недав­но бы­ло по­дав­ле­но бас­ма­че­ское дви­же­ние, в со­вет­скую ор­би­ту.

К при­ме­ру, в Ка­зах­стане с его пло­до­род­ны­ми зем­ля­ми об­ре­ли вто­рую жизнь пред­при­я­тия стан­ко­стро­е­ния, сель­ско­хо­зяй­ствен­но­го ма­ши­но­стро­е­ния и пи­ще­вой про­мыш­лен­но­сти. В Та­джи­ки­стан, где раз­ви­ва­лась лег­кая про­мыш­лен­ность, пе­ре­ба­зи­ро­ва­ли мас­ло­за­во­ды, ткац­кие, хлоп­ко­пря­диль­ные фаб­ри­ки, кон­серв­ные за­во­ды. В Ста­ли­на­ба­де обос­но­ва­лись мос­ков­ские обув­ная фаб­ри­ка «Бу­ре­вест­ник» и «Трех­гор­ная ма­ну­фак­ту­ра» (на ее ба­зе впо­след­ствии по­явил­ся Ду­шан­бин­ский тек­стиль­ный ком­би­нат).

В гу­сто­на­се­лен­ный Уз­бе­ки­стан пе­ре­ве­ли боль­шую часть сель­ско­хо­зяй­ствен­ных фаб­рик, за­во­дов тя­же­ло­го и сред­не­го ма­ши­но­стро­е­ния, элек­тро­тех­ни­че­ской про­мыш­лен­но­сти, око­ло по­ло­ви­ны пред­при­я­тий лег­кой и пи­ще­вой про­мыш­лен­но­сти. Тот же «Рост­сель­маш» со сво­ей тех­ни­че­ской ба­зой мог очень при­го­дить­ся род­ствен­но­му Таш­кент­ско­му за­во­ду, вы­пус­ка­ю­ще­му хлоп­ко­убо­роч­ные комбайны.

Ни­ко­лай Воз­не­сен­ский под­чер­ки­вал: «Пе­ре­ме­ще­ние круп­ней­ше­го за­во­да сель­ско­хо­зяй­ствен­но­го ма­ши­но­стро­е­ния, как и неко­то­рых дру­гих пред­при­я­тий, долж­но бы­ло со­здать ос­но­ву для раз­ви­тия эко­но­ми­ки Уз­бе­ки­ста­на, со­дей­ство­вать ро­сту куль­тур­но-тех­ни­че­ско­го уров­ня ко­рен­но­го на­се­ле­ния. Пред­по­ла­га­лось, что по­сле окон­ча­ния вой­ны “Рост­сель­маш” ста­нет сво­е­го ро­да яд­ром раз­ви­тия ма­ши­но­стро­и­тель­ной про­мыш­лен­но­сти рес­пуб­ли­ки».

На ба­зе пе­ре­ехав­ше­го в Таш­кент ро­стов­ско­го ги­ган­та бы­ли со­зда­ны че­ты­ре от­дель­ных «но­мер­ных» пред­при­я­тия. Таш­кент­ские за­во­ды № 702, 707, 708 (го­лов­ной) и № 47 (бу­ду­щий «Чир­чик­сель­маш»).

Фронт в ты­лу

Вос­ста­нав­ли­вать про­из­вод­ство на­ча­ли с ко­лес. За ра­бо­та­ми лич­но сле­дил ди­рек­тор го­лов­но­го за­во­да № 708 Иван Ви­но­гра­дов по про­зви­щу Иван Гроз­ный. Имен­но его стро­го­сти и тре­бо­ва­тель­но­сти «Рост­сель­маш» обя­зан тем, что уже на 33-й день по­сле при­бы­тия в «го­род хлеб­ный» на­чал про­из­во­дить сна­ря­ды для фрон­та. На 35-й день уже был от­лит пер­вый чу­гун (в Ро­сто­ве цех се­ро­го чу­гу­на стро­ил­ся два го­да), а че­рез три ме­ся­ца на пу­сты­ре об­щей пло­ща­дью 12 тыс. кв. м на пол­ную мощ­ность за­ра­бо­тал кон­вей­ер по вы­пус­ку мин ка­либ­ра 82 и 120 мм, бо­е­го­ло­вок к ре­ак­тив­ным сна­ря­дам, фу­гас­ных авиа­бом­бы 50, 100 и 250 кг.

Алек­сей Ко­сы­гин пи­сал: «В боль­шин­стве слу­ча­ев по­сту­пив­шие сю­да

пред­при­я­тия ста­ви­лись на пло­щад­ках недо­стро­ен­ных за­во­дов и от­дель­ных це­хов или раз­ме­ща­лись в раз­лич­ных непро­из­вод­ствен­ных и под­соб­ных по­ме­ще­ни­ях — скла­дах, ба­зах. Нема­ло круп­ных пред­при­я­тий при­шлось на­прав­лять в ма­ло­об­жи­тые рай­о­ны. Вос­ста­нов­ле­ние пред­при­я­тий про­хо­ди­ло в тя­же­лых зим­них усло­ви­ях. Не хва­та­ло ра­бо­чих рук, ма­те­ри­а­лов, стро­и­тель­ной тех­ни­ки. Для уско­ре­ния вво­да в дей­ствие пред­при­я­тий раз­ре­ша­лось стро­ить про­из­вод­ствен­ные зда­ния вре­мен­но­го ти­па, рас­счи­тан­ные на со­кра­щен­ные сро­ки экс­плу­а­та­ции. Ра­бо­чие, ин­же­не­ры, слу­жа­щие ста­но­ви­лись стро­и­те­ля­ми, мон­таж­ни­ка­ми, груз­чи­ка­ми, зем­ле­ко­па­ми. Для отоп­ле­ния це­хов и тех­но­ло­ги­че­ских це­лей при­спо­саб­ли­ва­ли ста­рые па­ро­во­зы, а для лю­дей ста­ви­ли при­ми­тив­ные пе­чи. Лю­ди жи­ли в па­лат­ках, в ма­ло­утеп­лен­ных ба­ра­ках, зем­лян­ках, под­час недо­еда­ли, недо­сы­па­ли. Ра­бо­та шла круг­ло­су­точ­но. Ра­бот­ни­ки эва­ку­и­ро­ван­ных пред­при­я­тий по­рой, не ожи­дая за­вер­ше­ния стро­и­тель­ства це­хов, уста­нав­ли­ва­ли обо­ру­до­ва­ние под от­кры­тым небом и на­чи­на­ли вы­пус­кать необ­хо­ди­мую фрон­ту про­дук­цию. Пол­то­ра-два ме­ся­ца — та­ков был, в сред­нем, срок, за ко­то­рый пе­ре­бро­шен­ные на во­сток пред­при­я­тия всту­па­ли в строй».

К то­му же за­вод в Чир­чи­ке по­ми­мо во­ен­ной про­дук­ции на­чал вы­пус­кать и про­дук­цию кон­вер­си­он­ную: на его мощ­но­стях про­из­во­ди­ли зап­ча­сти для ком­бай­нов, на­вес­ных при­спо­соб­ле­ний, трак­то­ров и др. Об­щий объ­ем граж­дан­ской про­дук­ции толь­ко в 1943 го­ду оце­ни­вал­ся при­мер­но в мил­ли­он руб­лей.

Са­ми лю­ди жи­ли в па­ла­точ­ных го­род­ках вдоль же­лез­ной до­ро­ги. Ме­ста на­хо­ди­ли в пар­ках, на рын­ках, в лю­бых по­ме­ще­ни­ях с кры­шей. Толь­ко в пу­стын­ном Чир­чи­ке од­них ра­бо­чих но­во­го за­во­да бы­ло бо­лее 1800 плюс чле­ны их се­мей.

Из-за боль­шо­го на­плы­ва бе­жен­цев рес­пуб­ли­кан­ское пра­ви­тель­ство с но­яб­ря 1941 го­да огра­ни­чи­ло до­ступ в Таш­кент не ра­бо­та­ю­щим непо­сред­ствен­но на пред­при­я­ти­ях лю­дям. В па­лат­ки до­пус­ка­лись толь­ко ра­бо­чие и чле­ны их се­мей. Ми­ли­ция про­во­ди­ла спе­ци­аль­ные рей­ды, вы­яв­ляя «неза­кон­ных пе­ре­се­лен­цев».

Что­бы но­во­по­се­лен­цы не умер­ли с го­ло­да, уз­бек­ские вла­сти ре­ши­ли от­дать под оро­ше­ние 50 тыс. га пу­сту­ю­щих зе­мель, на ко­то­рых мож­но бы­ло бы раз­бить ого­ро­ды. Для это­го из чис­ла ро­стов­ских ра­бо­чих бы­ли вы­де­ле­ны 150 доб­ро­воль­цев, ко­то­рые с ап­ре­ля 1942 го­да за несколь­ко ме­ся­цев уз­бек­ски­ми кет­ме­ня­ми-мо­ты­га­ми и ло­па­та­ми вы­ры­ли Се­вер­ный Таш­кент­ский от­вод­ной ка­нал (ши­ри­на 50 м) от ре­ки Боз-Су дли­ной 34 км, вы­ни­мая за сме­ну до 20 ку­бо­мет­ров грун­та. На ме­ли­о­ра­тив­ных зем­лях вы­ра­щи­ва­ли ово­щи и фрук­ты и су­ме­ли не толь­ко обес­пе­чить соб­ствен­ные се­мьи, но и от­прав­лять про­дук­цию в Моск­ву и Ле­нин­град.

По су­ти, ра­бо­чие и ИТР толь­ко од­но­го эва­ку­и­ро­ван­но­го за­во­да из Ро­сто­ва со­зда­ли в Уз­бе­ки­стане це­лую ин­ду­стрию, охва­ты­вав­шую тя­же­лое ма­ши­но­стро­е­ние, ком­бай­но­стро­е­ние, ме­ли­о­ра­цию, АПК.

Впро­чем, и са­ми ро­стов­чане при­об­ре­ли бес­цен­ный опыт. По воз­вра­ще­нии в раз­ру­шен­ный Ро­стов к взо­рван­но­му от­сту­па­ю­щи­ми нем­ца­ми род­но­му за­во­ду пер­вые 33 стан­ка они за­пу­сти­ли в про­из­вод­ство уже на де­ся­тый день по­сле ре­эва­ку­а­ции, в мар­те 1943 го­да. ■

13 ок­тяб­ря 1941 го­да на­ча­та эва­ку­а­ция «Рост­сель­ма­ша» в Сред­нюю Азию с обо­ру­до­ва­ни­ем, за­го­тов­ка­ми и ма­те­ри­а­ла­ми. Из Ро­сто­ва-на-До­ну в Таш­кент от­прав­ле­но 3500 ва­го­нов

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.