Фильм, навеянный болью в спине за мгно­ве­ние до опе­ра­ции

Ekspert - - СО­ДЕР­ЖА­НИЕ -

ФИЛЬМ, НА­ВЕ­ЯН­НЫЙ БО­ЛЬЮ

В СПИНЕ ЗА МГНО­ВЕ­НЬЕ ДО ОПЕ­РА­ЦИИ В рос­сий­ский про­кат 12 июня вы­хо­дит фильм Пед­ро Аль­мо­до­ва­ра «Боль и сла­ва», за ис­пол­не­ние глав­ной ро­ли в ко­то­ром Ан­то­нио Бан­де­рас по­лу­чил приз на Канн­ском фе­сти­ва­ле

В рос­сий­ский про­кат 12 июня вы­хо­дит фильм Пед­ро Аль­мо­до­ва­ра «Боль и сла­ва», за ис­пол­не­ние глав­ной ро­ли в ко­то­ром Ан­то­нио Бан­де­рас по­лу­чил приз на Канн­ском фе­сти­ва­ле

Аль­мо­до­вар при­над­ле­жит к чис­лу тех ред­ких ре­жис­се­ров из Ста­ро­го Све­та, кто, не­смот­ря на все­мир­ное при­зна­ние, да­же не по­пы­тал­ся пе­ре­ко­че­вать в Гол­ли­вуд. В его филь­мах сни­ма­ют­ся те же ак­те­ры, что и де­ся­ти­ле­тия на­зад: Ан­то­нио Бан­де­рас и Пе­не­ло­па Крус. Ныне — ми­ро­вые звез­ды, а в мо­мент пер­вой встре­чи с Аль­мо­до­ва­ром еще толь­ко на­чи­на­ю­щие ак­те­ры. Бан­де­рас де­бю­ти­ро­вал в ки­но в филь­ме «Ла­би­ринт стра­стей», ко­то­рый в филь­мо­гра­фии Аль­мо­до­ва­ра чис­лит­ся лишь вто­рым. «Боль и сла­ва» его два­дцать вто­рой фильм, и Бан­де­рас иг­ра­ет в нем не про­сто аль­тер эго ре­жис­се­ра, но его са­мо­го. Эта си­ту­а­ция там обыг­ры­ва­ет­ся:

Аль­мо­до­вар удва­и­ва­ет ре­аль­ность. В жиз­ни глав­но­го ге­роя, ко­то­ро­го как раз и иг­ра­ет Бан­де­рас, всплы­ва­ет его фильм трид­ца­ти­лет­ней дав­но­сти — и ста­но­вит­ся по­во­дом для встре­чи с ак­те­ром, сыг­рав­шим в нем глав­ную роль. Ак­те­ру по­па­да­ет­ся на гла­за ав­то­био­гра­фи­че­ский текст, на­пи­сан­ный глав­ным ге­ро­ем, и он вы­пра­ши­ва­ет его, что­бы по­ста­вить на сцене. Ре­жис­сер со­гла­ша­ет­ся, но от­ка­зы­ва­ет­ся от упо­ми­на­ния се­бя в ка­че­стве ав­то­ра тек­ста: он слиш­ком от­кро­вен­ный, и ему не хо­те­лось бы с ним ас­со­ци­и­ро­вать­ся.

В от­ли­чие от сво­е­го пер­со­на­жа Аль­мо­до­вар, на­обо­рот, под­чер­ки­ва­ет связь меж­ду со­бой и глав­ным ге­ро­ем — в том чис­ле че­рез внеш­нее сход­ство. У ге­роя Бан­де­ра­са при­чес­ка и ще­ти­на пе­пель­но­го цве­та вы­гля­дят та­ки­ми, ка­ки­ми мы при­вык­ли их ви­деть у Аль­мо­до­ва­ра. По сло­вам ре­жис­се­ра, он одел сво­е­го пер­со­на­жа в ко­стюм по­кроя и цве­та, ко­то­рые при­вык но­сить сам. Глав­ный ге­рой жи­вет в до­ме, где по­чти в точ­но­сти вос­про­из­ве­де­ны ин­те­рье­ры до­ма Аль­мо­до­ва­ра, вклю­чая меб­ли­ров­ку, ку­хон­ную утварь и кар­ти­ны. Опе­ра­тор до­би­вал­ся то­го, что­бы в раз­ное вре­мя дня осве­ще­ние де­ко­ра­ций — до­ма, в ко­то­ром жи­вет глав­ный ге­рой, и жи­ли­ща ре­жис­се­ра бы­ло оди­на­ко­вым. Пер­со­на­жи то и де­ло за­ва­ри­ва­ют се­бе чай в па­ке­ти­ках, и мож­но до­га­дать­ся, что это еще од­на де­таль бы­та ис­пан­ца, ко­то­рую он ре­шил ис­поль­зо­вать в сво­ем филь­ме,

что­бы сде­лать его бо­лее до­сто­вер­ным и лич­ным. Глав­ный ге­рой по хо­ду сю­же­та раз­би­ра­ет­ся со сво­им про­шлым и од­но­вре­мен­но про­ду­мы­ва­ет но­вый фильм, в диа­ло­ге с ма­те­рью обо­зна­чая жанр, в ко­то­ром ра­бо­та­ет, как ав­то­фик­шен: в нем эле­мен­ты ав­то­био­гра­фи­че­ско­го по­вест­во­ва­ния сме­ши­ва­ют­ся с ав­тор­ским вы­мыс­лом.

Аль­мо­до­вар чер­па­ет вдох­но­ве­ние из соб­ствен­ный жиз­ни, предо­став­ляя зри­те­лям са­мим су­дить о том, что прав­да, а что вы­мы­сел. Он на­чи­на­ет свой рас­сказ с опи­са­ния бо­лей, му­ча­ю­щих глав­но­го ге­роя на­чи­ная с трид­ца­ти лет: пер­вые три де­ся­ти­ле­тия его те­ло да­ри­ло на­сла­жде­ния, а за­тем сде­ла­ло стра­да­ния его по­сто­ян­ным спут­ни­ком. Этим ре­жис­сер объ­яс­ня­ет увле­че­ние сво­е­го пер­со­на­жа нар­ко­ти­ка­ми, и мы на­чи­на­ем до­га­ды­вать­ся об ис­тин­ной при­чине, за­став­ля­ю­щей его ис­кать ак­те­ра, с ко­то­рым он ко­гда-то дав­но рассо­рил­ся и с тех пор ни ра­зу не раз­го­ва­ри­вал. Он ищет его не что­бы вме­сте пред­ста­вить на пуб­лич­ном по­ка­зе фильм трид­ца­ти­лет­ней дав­но­сти, а по­то­му, что тот еще с дав­них пор име­ет де­ло с нар­ко­ти­ка­ми и мож­но за­по­лу­чить их у него и тем са­мым из­ба­вить­ся от пре­сле­ду­ю­щей его бо­ли. Боль тол­ка­ет его на встре­чу с ак­те­ром, тот на­хо­дит в его ком­пью­те­ре по­вест­во­ва­ние о дав­них лю­бов­ных по­хож­де­ни­ях ре­жис­се­ра и пре­вра­ща­ет этот текст в спек­такль. На пер­вое пред­став­ле­ние слу­чай­но при­хо­дит про­то­тип — дав­ний лю­бов­ник глав­но­го ге­роя, и, ко­гда он по­ни­ма­ет, о чем идет речь, его гла­за на­пол­ня­ют­ся сле­за­ми.

Пред­став­ле­ние по­мо­га­ет глав­но­му ге­рою из­ба­вить­ся от пре­сле­ду­ю­щих его вос­по­ми­на­ний — для него они то­же ис­точ­ник бо­ли. Но за од­ним вос­по­ми­на­ни­ем сле­ду­ет дру­гое — его пер­вое го­мо­эро­ти­че­ское впе­чат­ле­ние, по­лу­чен­ное еще в дет­стве и не от­пус­ка­ю­щее: оно за­став­ля­ет его взять­ся уже не про­сто за рас­сказ, но за фильм. Ге­рой жи­вет, по­гру­жен­ный в вос­по­ми­на­ния, — так мы мо­жем ис­тол­ко­вать пер­вый кадр: глав­ный ге­рой, с го­ло­вой по­гру­жен­ный в во­ду бас­сей­на. Фильм — это все­го лишь пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ский ме­тод, поз­во­ля­ю­щий вновь ока­зать­ся в соб­ствен­ном про­шлом, что­бы за­тем от­бро­сить его и жить даль­ше. Но где имен­но про­те­ка­ет его на­сто­я­щая жизнь: на съе­моч­ной пло­щад­ке, о чем неод­но­крат­но за­яв­ля­ет пер­со­наж Бан­де­ра­са, или все-та­ки в пе­ре­ры­вах меж­ду сьем­ка­ми? Од­на­ко, как толь­ко они за­кан­чи­ва­ют­ся, все его вре­мя опять по­гло­ща­ет боль. У него оста­лось лишь про­шлое, и един­ствен­ный спо­соб его пе­ре­жить — вос­про­из­ве­сти на съе­моч­ной пло­щад­ке, ку­да и устрем­ля­ет­ся ре­жис­сер, как толь­ко боль поз­во­ля­ет ему это сде­лать. Так за­мы­ка­ет­ся круг его жиз­ни. ■

Пед­ро Аль­мо­до­вар — об­ла­да­тель двух пре­мий «Оскар»

Ан­то­нио Бан­де­рас в ро­ли ре­жис­се­ра Саль­ва­дор Ме­льо

Пе­не­ло­па Крус в ро­ли Ха­син­ты — ма­те­ри глав­но­го ге­роя

Мать глав­но­го ге­роя в ста­ро­сти — Джу­лье­та Сер­ра­но

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.