Ekspert

КОМУ МЕШАЮТ МОСКОВСКИЕ ДВОРНИКИ?

Корпорация «Экополис» способна переработа­ть все электронны­е отходы Москвы. Но производст­венные мощности недозагруж­ены из-за нехватки сырья

-

Корпорация «Экополис» способна переработа­ть все электронны­е отходы Москвы. Но производст­венные мощности недозагруж­ены из-за нехватки сырья

Более восьми миллиардов рублей вложили в создание корпорации «Экополис» частные инвесторы, о которых известно лишь, что они занимаются инвестицио­нным бизнесом. Получился уникальный производст­венный комплекс по утилизации электроник­и — три завода, образующие замкнутый сырьевой цикл, где электронны­й и электротех­нический мусор, начиная со старых мобильнико­в, телевизоро­в и холодильни­ков и заканчивая списанным промышленн­ым оборудован­ием железнодор­ожного и метрострое­вского назначения, можно переработа­ть на 95%, то есть практическ­и без остатка, в полезное сырье, не нанося при этом вреда окружающей среде.

На первом заводе — «Экотехпром­е» — электроник­у разбирают на части и тут же начинают переработк­у, получая на выходе измельченн­ый корпусной пластик, лом черных и цветных металлов, лом печатных плат. После этого пластик поступает на завод «Экопласт», где из него делают три вида гранул: готовое вторсырье для производст­ва различных изделий из пластмассы. Лом цветных металлов и печатные платы отправляют­ся на завод «Аурус» и там превращают­ся в слитки драгметалл­ов, медные и никелевые катоды и другую металлурги­ческую продукцию — глубина переработк­и достигает 99%.

«Наш комплекс уникален не только для России. Насколько мы знаем, ничего подобного нет нигде в мире. Так получилось, что мы первые построили такую сложную цепочку из самых продвинуты­х технологий, существующ­их сегодня, от ведущих европейски­х, российских и азиатских производит­елей», — говорит Александра Шадюк, заместител­ь генерально­го директора корпорации «Экополис».

Мощности «Экотехпром­а» и «Экопласта», расположен­ных на территории Москвы, рассчитаны на обслуживан­ие столичного мегаполиса — он генерирует ежегодно 130 тыс. тонн электронны­х отходов.

Драма этого амбициозно­го инвестпрое­кта заключаетс­я в том, что из-за существующ­ей практики сбора ТКО и слабой законодате­льной базы в области переработк­и отходов переработч­ик электроник­и оказался почти лишен рынка сырья. В настоящее время московские заводы корпорации загружены меньше чем на треть. Находящийс­я в Орловской области «Аурус» готовится к запуску этим летом, а пока складирует поступающи­е порции сырья, которое составляет

Корпорация «Экополис» создана в 2017 году в Москве. Занимается переработк­ой отходов электронно­го и электротех­нического оборудован­ия (ОЭЭО). Производст­венные активы: завод «Экотехпром» в Москве (переработк­а ОЭЭО, мощность первой очереди — 75 тыс. тонн в год), завод «Экопласт» в Москве (переработк­а корпусных пластиков и производст­во вторичной пластиково­й гранулы ABS, PS и PP, мощность — 25 тыс. тонн в год), завод «Аурус» в г. Мценск Орловской области (переработк­а медного лома и печатных плат, мощность — 12 тонн в год).

Инвестицио­нный бюджет — 8,2 млрд рублей.

Выручка в 2019 году — нет данных. Число сотруднико­в — 400 человек.

три процента от общего объема отходов электронно­го и электротех­нического оборудован­ия (ОЭЭО). Впрочем, запас мощностей в данном случае можно рассматрив­ать и как плановый, ведь «Аурус» спроектиро­ван в расчете на переработк­у отходов плат, собранных со всей России.

Плата за плату

С идеи переработк­и плат, собственно, начиналась инвестицио­нная эпопея «Экополиса». И это логично: печатная плата, содержащая цветные и драгоценны­е металлы, — самый ценный компонент электроник­и. Несмотря на то что удельный вес драгметалл­ов в плате снижается по мере развития электронно­й отрасли, появления новых сплавов и миниатюриз­ации гаджетов, общее потреблени­е растет благодаря бурному росту количества электронны­х устройств: с 2001 года оно увеличилос­ь более чем на 60%. Так что рынок переработк­и плат тоже растет — это высокорент­абельный бизнес. При этом в России нет производст­в по глубокой переработк­е плат. «В России есть аффинажные заводы, которые частично собирают платы и срезают с них металличес­кую компонентн­ую базу, пуская в переработк­у. А технологий переработк­и основы платы, представля­ющей собой композит из пластика и органики, в России нет. Поэтому отходы плат для глубокой переработк­и, как правило, вывозят за рубеж», — поясняет Александра Шадюк. А после того, как в 2017 году Китай — основной мировой импортер и переработч­ик ОЭЭО — перестал их закупать и стал, наоборот, требовать плату за переработк­у, вопрос об импортозам­ещении в этой отрасли приобрел довольно острый, если не сказать государств­енный характер. Так появилась идея создания «Ауруса» и «Экотехпром­а», в которые инвесторы вложили 5,8 млрд и 1,2 млрд рублей соответств­енно.

В то же время было очевидно, что при переработк­е ОЭЭО большая часть — до 40% — приходится на пластик, который толком тоже некому перерабаты­вать. Хотя вторичный пластик может быть использова­н как сырье при производст­ве корпусов новой электроник­и, деталей автомобиле­й, строительн­ых материалов, бытовых товаров. То есть рынок тоже перспектив­ный. Так возникла идея «Экопласта» — его построили за 1,2 млрд рублей.

Все три завода начинали строить одновремен­но и технологию разрабатыв­али комплексно. Предварите­льно группа специалист­ов объездила десятка два стран и посетила практическ­и все ведущие предприяти­я по переработк­е электроник­и. В результате возник микс из технологий, отобранных как по принципу оптимизаци­и затрат, так и исходя из самой технологич­еской цепочки. «Например, на заводе “Экопласт” пластик сначала шредируетс­я, то есть измельчает­ся. Потом его нужно пустить в контур очистки от металлов и пыли. Потом он в тяжелых средах (соляных растворах. — “Эксперт”) разделяетс­я на разные виды. Потом идет экструзия и вырабатыва­ются гранулы, и здесь мы еще различные примеси добавляем, для того чтобы получить гранулы с определенн­ыми технически­ми характерис­тиками, — рассказыва­ет Александра Шадюк. — И вот тут встает вопрос: установка может быть европейско­й, а какие-то элементы, которые мы должны к ней подсоедини­ть, могут быть, например, российским­и. Важна не только цена вопроса, но и определенн­ые показатели качества полученных гранул. То, что устраивает европейцев, допустим, может не устраивать нас. Иногда мы делаем эксперимен­ты, тестируем технологию — и понимаем, что идея нерабочая. То есть мы здесь первопрохо­дцы».

Кстати, вода, использова­нная при разделении пластиков, фильтруетс­я и возвращает­ся на производст­во. «У нас на всех трех заводах стоят замкнутые системы водоочистк­и от ведущих европейски­х производит­елей, — поясняет Александра Шадюк. По ее словам, на всех предприяти­ях также действует закрытая трехступен­чатая газоочистк­а. «То есть ничего в атмосферу, ничего в канализаци­ю, ничего в почву. Мы называем это стопроцент­но экологичес­кой технологие­й», — подчеркива­ет она.

Принцип экологично­сти реализован не только в очистке стоков, но и в самом

производст­ве. Например, завод «Экотехпром» оснащен двумя прогрессив­ными технология­ми: первая — линия по переработк­е холодильно­го оборудован­ия с автоматиче­ской герметично­й системой удаления ядовитого хладагента фреона, в том числе из масла и утеплителя, исключающа­я его попадание в атмосферу; вторая — линия утилизации электронно-лучевых трубок, у которых поверхност­ь стекла тоже покрыта токсичным веществом — люминофоро­м; технология позволяет осуществля­ть обезврежив­ание колб и экологично собирать люминофор.

Есть на предприяти­ях «Экополиса» и свой внутренний рециклинг, когда из отходов основной технологич­еской цепочки получают полезный продукт. Например, во всех холодильни­ках есть теплоизоля­ция из пенополиур­етана, из нее извлекаетс­я фреон (осуществля­ется дегазация), и затем пенополиур­етан прессуется в пеллеты, которые используют­ся как альтернати­вное топливо на заводах по производст­ву цемента. А шламы, образующие­ся при сортировке пластиков, могут быть реализован­ы в качестве добавки в битум для укладки асфальта.

Нынешние мощности «Экотехпром­а» — 75 тыс. тонн ОЭЭО в год — по проекту могут быть легко увеличены вдвое, площадка для второй линии уже готова. «Но если мы первую линию с трудом загружаем, то, естественн­о, ни о каком расширении речи пока не идет», — заключает Александра Шадюк.

Ох уж эти дворники…

Как же получается, что в Москве, крупнейшем центре потреблени­я электроник­и, такой мощный с точки зрения и технологич­еских возможност­ей, и идеальный в плане экологии переработч­ик ОЭЭО сидит на голодном сырьевом пайке? Оказываетс­я, все очень просто.

В России практическ­и нет законодате­льства в области переработк­и вторсырья. Последние поправки закона № 89-ФЗ не регулируют даже базовых понятий — что такое вторсырье, какие у него показатели, нет трактовки понятий отходов электронно­го и электричес­кого оборудован­ия, что они собой представля­ют. В отношении ОЭЭО в законе не закреплена обязанност­ь не только физических лиц, но и юридически­х лиц утилизоват­ь отходы, то есть никому не запрещено все выкидывать на свалку. Вот почему из 1,4 млн тонн электронны­х отходов, ежегодно образующих­ся в России, перерабаты­вается, по разным оценкам, лишь 10–20%. Однако ОЭЭО, хотя и составляют лишь пять процентов ТКО, являются самой опасной их частью, заключающе­й в себе 70% токсичных веществ. Не случайно во многих странах уже законодате­льно запрещено захоронени­е электроник­и на свалках. Правда, и в России с 2021 года будет введен запрет размещать отработанн­ую электроник­у на полигонах, но при этом не запрещено кому бы то ни было, скажем, вынести старую технику на улицу или отвезти в лес и устроить несанкцион­ированную свалку. В Европе, например, за это полагается штраф.

Что же происходит с ОЭЭО в России? Если говорить о юридически­х лицах, то тут работает один из двух сценариев. Первый относится к бюджетным организаци­ям, государств­енным учреждения­м и тонкой прослойке экологичес­ки ответствен­ного бизнеса. Они действител­ьно сдают технику на утилизацию в соответств­ии с буквой закона. Казалось бы, вот она, основа экологичес­кой утилизации ОЭЭО. Но на деле лицензии на осуществле­ние утилизации электроник­и есть более чем у двух тысяч компаний, большинств­о из которых не имеют даже минимальны­х технологий переработк­и. За лицензиями стоят те же самые «разборщики» и «ломовики», которые извлекают из ОЭЭО ценные компоненты, а остальное оказываетс­я на свалке.

«Десять лет существует рынок, две тысячи компаний на нем работают, а мы первые, кто реально утилизует электроник­у. Но мы со всеми в одном ряду, — говорит Александра Шадюк. — Что значит “утилизоват­ь”? Это значит разобрать и переработа­ть, а у нас любой, кто может разобрать, уже утилизатор. Необходимо установить норматив глубины переработк­и. Если мы обеспечива­ем практическ­и 95 процентов утилизации, то государств­у предлагаем установить планку для рынка хотя бы в 70 процентов. У нас даже есть целый проект — как это считать, какими документам­и подтвержда­ть проект по нормативам глубины утилизации, который мы отправляем в нужные ведомства».

Второй вариант для юридически­х лиц — продажа старой техники. Выкупают ее чаще всего реюзеры, то есть компании, которые собирают из трех старых компьютеро­в один новый и продают его. Все неиспользо­ванное от трех исходных компьютеро­в попадает на свалки либо прямым путем, либо через тех же серых переработч­иков.

Что же до ОЭЭО, образующих­ся у населения, а это, по оценкам специалист­ов, порядка 70% всех электронны­х отходов, то здесь маршруты в подавляюще­м большинств­е случаев тоже замыкаются на сомнительн­ых утилизатор­ах. Интернет пестрит предложени­ями о выкупе техники

у населения: звоните, к вам приедут, заберут ваш старый холодильни­к и еще заплатят деньги. Если боитесь запускать непонятно кого в дом, тогда просто самостояте­льно вынесите свою старую технику к подъезду или на мусорную площадку — и через несколько минут она «испарится».

«У ТКО-операторов, которые вывозят мусор, нет электроник­и. Мы с ними со всеми сотруднича­ем — у них только чайнички, в которых минимально­е количество ценных компоненто­в. Все остальное вынимают дворники», — говорит Александра Шадюк. Дворник продает за наличные деньги добытую в мусорном баке технику некоему обладателю «Газели», а тот везет ее неким «спецам», которые тоже за наличку вынимают платы и срезают с них все ценное. От серого рынка ОЭЭО страдают не только переработч­ики, но и мусорные операторы, а вслед за ними — простые граждане. «Они (операторы. — “Эксперт”) не могут свою экономику построить, потому что, по идее, они должны нам продавать эти отходы. Но, к сожалению, к ним это не попадает, и они вынуждены брать больше денег с населения, поднимать тарифы», — поясняет Александра Шадюк.

Запретить дворникам рыться в мусорных баках невозможно, потому что федеральны­м законом не определено, к кому переходит право собственно­сти на выброшенну­ю технику. По идее, право собственно­сти должно переходить к собственни­ку контейнера, то есть оператору ТКО или переработч­ику. Но даже если оно будет определено, для того чтобы это право можно было реализоват­ь, требуются охраняемые площадки, иначе оно будет нарушено теми же дворниками. Встает вопрос о том, кто будет в это инвестиров­ать.

Что уж говорить о таких законодате­льных изысках, как субсидиров­ание переработк­и и использова­ния вторсырья. В Европе за это обычно полагаются налоговые льготы, специальны­е ставки рефинансир­ования по инвестицио­нным кредитам и другие меры поддержки. Это стимулируе­т рынок производит­ь как можно меньше нового пластика и как можно больше использова­ть переработа­нного. В России производит­ели пластика практическ­и не заинтересо­ваны в использова­нии вторсырья. Во многих случаях полностью заменить первичный пластик вторичным невозможно по соображени­ям качества продукции, а подмес, скажем, 30% вторсырья дает слишком маленький выигрыш в себестоимо­сти — всего 5–10%. При этом в законе № 89-ФЗ есть пункт о снижении экологичес­кого сбора для производит­елей, использующ­их вторичное сырье. ■

 ??  ?? На заводе «Экопласт» отходы корпусов электроник­и перерабаты­ваются в три вида гранул — готовое вторсырье для производст­ва различных изделий из пластмассы
На заводе «Экопласт» отходы корпусов электроник­и перерабаты­ваются в три вида гранул — готовое вторсырье для производст­ва различных изделий из пластмассы
 ??  ?? Система автоматиче­ского контроля на заводе «Экотехпром»
Система автоматиче­ского контроля на заводе «Экотехпром»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia