Izvestia

Пре­зи­дент Бо­рис Ель­цин. Семь лет без стра­ны

- На­та­лья Грид­не­ва Еле­на Ло­рия

Се­год­ня со­рок дней со дня смер­ти пер­во­го пре­зи­ден­та Рос­сии Бо­ри­са Ель­ци­на. Его жизнь по­сле доб­ро­воль­ной от­став­ки ма­ло осве­ща­лась сред­ства­ми мас­со­вой ин­фор­ма­ции. Счаст­лив ли он был, сбро­сив с се­бя груз от­вет­ствен­но­сти и по­лу­чив воз­мож­ность по­пра­вить здо­ро­вье, по­быть с близ­ки­ми, или, на­обо­рот, тя­го­тил­ся вы­нуж­ден­ным без­де­льем? О том, как про­шли по­след­ние го­ды од­но­го из са­мых яр­ких по­ли­ти­ков по­след­не­го вре­ме­ни, чи­тай­те в рас­сле­до­ва­нии спе­ци­аль­но­го кор­ре­спон­ден­та « Из­ве­стий » Вла­ди­ми­ра Пе­ре­кре­ста.

« Я сво­бо­ден! »

«Я сво­бо­ден». Вряд ли пер­вый пре­зи­дент Рос­сии Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич Ель­цин ко­гда-ли­бо слы­шал од­но­имен­ный шля­гер груп­пы «Ария». Но имен­но эти сло­ва он по­вто­рял про се­бя весь день 1 ян­ва­ря 2000 го­да, свой пер­вый день по­сле от­став­ки: «Я сво­бо­ден».

По­вто­рял с от­кро­вен­ной ра­до­стью и об­лег­че­ни­ем. На­ка­нуне он во все­услы­ша­ние объ­явил, что доб­ро­воль­но остав­ля­ет пре­зи­дент­ский пост.

И те­перь, впер­вые за про­шед­шее де­ся­ти­ле­тие, на­сла­ждал­ся но­вы­ми ощу­ще­ни­я­ми сво­бод­но­го че­ло­ве­ка.

Нето­роп­ли­вой и тя­же­ло­ва­той сво­ей по­ход­кой про­ха­жи­вал­ся по ком­на­там остав­лен­но­го ему в по­жиз­нен­ное поль­зо­ва­ние особ­ня­ка в «Гор­ках-9», по­гла­жи­вал ко­реш­ки книг, пред­вку­шая, как он все это на­ко­нец-то про­чтет и осмыс­лит. Вы­хо­дил во двор к зе­ле­ной кра­са­ви­це­ел­ке, уве­шан­ной но­во­год­ни­ми иг­руш­ка­ми и гир­лян­да­ми, — по тра­ди­ции ель­цин­ско­го до­ма ел­ку на­ря­жа­ли не в по­ме­ще­нии, а на при­ро­де. Смот­рел на фо­то­гра­фии вну­ков и пред­вку­шал, как ста­нет им на­ко­нец-то нор­маль­ным де­душ­кой. А мо­жет, и пра­вну­ков по­нян­чит, ес­ли Бог и ме­ди­ци­на да­дут здо­ро­вья...

Су­пру­га, На­и­на Ио­си­фов­на, хло­по­та­ла у празд­нич­но­го сто­ла — ее зна­ме­ни­тый но­во­год­ний пи­рог с ка­пу­стой был уже го­тов и, ка­за­лось, толь­ко и ждал, что­бы на него на­ко­нец об­ра­ти­ли вни­ма­ние. К обе­ду при­шли го­сти — пре­зи­дент Пу­тин с же­ной Люд­ми­лой Алек­сан­дров­ной, гла­ва крем­лев­ской ад­ми­ни­стра­ции Алек­сандр Волошин, ми­нистр обо­ро­ны Игорь Сер­ге­ев с су­пру­гой... Се­ли за стол. Раз­ли­ли шам­пан­ское. Пу­тин про­из­нес тост. Сей­час, спу­стя 7 лет, ни­кто уже и не пом­нит, что имен­но ска­зал то­гда Вла­ди­мир Вла­ди­ми­ро­вич.

— Пу­тин не го­во­рил о по­ли­ти­ке, не бы­ло и ка­зен­ной «бла­го­дар­но­сти за до­ве­рие», — вспо­ми­на­ет Алек­сандр Волошин. — Про­сто и по-че­ло­ве­че­ски — о се­мье, о до­ме. Ель­цин не про­сле­зил­ся, это не та­кой все-та­ки был че­ло­век, но яв­но вид­но бы­ло, что тост его очень тро­нул.

За сто­лом Ель­цин как-то по­но­во­му при­гля­ды­вал­ся к сво­е­му пре­ем­ни­ку. Че­та Пу­ти­ных при­е­ха­ла в Гор­ки чуть ли не с аэро­дро­ма. На Но­вый год они ле­та­ли в Чеч­ню, а сам бой ку­ран­тов, как го­во­рят, им при­шлось встре­чать в гро­хо­чу­щем ар­мей­ском вер­то­ле­те по­сре­ди враж­деб­ных гор и ноч­но­го неба — «зем­ля» за­дер­жи­ва­ла с по­сад­кой из-за вне­зап­но разыг­рав­ше­го­ся бу­ра­на. Зная это, Ель­цин смот­рел на Пу­ти­на с яв­ным одоб­ре­ни­ем. Мол, не про­мах­нул­ся я с вы­бо­ром: мо­ло­дой, ре­ши­тель­ный — та­ким и дол­жен быть но­вый пре­зи­дент Рос­сии...

По­след­ний ви­зит

Че­рез несколь­ко дней Ель­цин уле­тел на Свя­тую зем­лю. По­след­ним, дем­бель­ским, ак­кор­дом его пре­зи­дент­ской служ­бы стал ви­зит в Ие­ру­са­лим и Ви­ф­ле­ем, где ли­де­ры пра­во­слав­ных стран со­би­ра­лись на встре­чу пер­во­го Рож­де­ства но­во­го ты­ся­че­ле­тия. Ко­неч­но, они зна­ли, что но­вое ты­ся­че­ле­тие на са­мом де­ле нач­нет­ся го­дом поз­же, но, как это при­ня­то у даль­но­вид­ных по­ли­ти­ков, ре­ши­ли не спо­рить с об­ще­ствен­ным мне­ни­ем, ко­то­рое, су­дя по соцо­про­сам, бы­ло убеж­де­но, что но­вая эра стар­ту­ет имен­но в 2000 го­ду.

По­езд­ка на Свя­тую зем­лю бы­ла за­пла­ни­ро­ва­на еще ле­том 1999-го, ко­гда Ель­цин и не по­мыш­лял о до­сроч­ной от­став­ке, и про­во­ди­лась по пре­зи­дент­ско­му про­то­ко­лу. Де­ле­га­ция по­лу­чи­лась пред­ста­ви­тель­ной — бы­ли в ней и ми­нистр ино­стран­ных дел Игорь Ива­нов, и гла­ва РАО «ЕЭС Рос­сии» Ана­то­лий Чу­байс с кра­са­ви­цей-же­ной, и Алек­сандр Волошин, и Ни­ки­та Ми­хал­ков, ну и, ко­неч­но, са­мые близ­кие Бо­ри­су Ни­ко­ла­е­ви­чу лю­ди: су­пру­га На­и­на Ио­си­фов­на и до­че­ри Та­тья­на и Еле­на. Дей­ству­ю­щий пре­зи­дент Вла­ди­мир Пу­тин, не­смот­ря на то, что ви­зит но­сил офи­ци­аль­ный ха­рак­тер, так­тич­но остал­ся до­ма, дав сво­е­му пред­ше­ствен­ни­ку по­ста­вить кра­си­вую точ­ку в пре­зи­дент­ской ка­рье­ре.

— Ель­цин был бодр, по-хо­ро­ше­му воз­буж­ден, мно­го шу­тил, по все­му бы­ло вид­но, что ему при­ят­но бы­ло сно­ва ока­зать­ся в гу­ще со­бы­тий, — по­де­лил­ся сво­и­ми впе­чат­ле­ни­я­ми с «Из­ве­сти­я­ми» один из участ­ни­ков той по­езд­ки.

Тель-авив­ский аэро­порт «Бен Гу­ри­он» встре­тил рос­си­ян гро­зой со сне­гом.

— Ну что, взо­шла Ви­ф­ле­ем­ская звез­да? — чуть ли не с тра­па Ель­цин ого­ро­шил во­про­сом ко­го­то из встре­чав­ших. Ка­жет­ся, это был со­труд­ник рос­сий­ско­го по­соль­ства.

— Не вид­но, Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич, об­лач­ность, — ото­ро­пев от неожи­дан­но­сти, от­ве­тил тот.

Пат­ри­арх гля­нул на него с уко­риз­ной: а ведь он так хо­тел по­смот­реть на эту за­га­доч­ную биб­лей­скую звез­ду. Он же счи­тал ее немно­го и сво­ей — не слу­чай­но же ушел в от­став­ку имен­но под Но­вый год. Без сим­во­ла здесь яв­но не обо­шлось: но­вый век — но­вый пре­зи­дент. По­соль­ский клерк сто­ял на­вы­тяж­ку в ожи­да­нии при­ка­за сроч­но най­ти звез­ду, но тут рев сни­жа­ю­ще­го­ся са­мо­ле­та от­влек вни­ма­ние вы­со­ко­го го­стя. При­ле­тел кто-то из кол­лег-пре­зи­ден­тов, и Ель­цин ши­ро­ким ша­гом по­шел здо­ро­вать­ся со ста­рым зна­ком­цем. Рукопожати­е у Ель­ци­на все­гда бы­ло мо­гу­чим, Вик­тор Чер­но­мыр­дин да­же как-то по­се­то­вал, что пре­зи­дент ему «чуть ру­ку не ото­рвал». А в тот день, по­сле недель­но­го от­ды­ха, но­во­ис­пе­чен­ный пен­си­о­нер от из­быт­ка эмо­ций стис­ки­вал ру­ки еще ста­ра­тель­нее, чем обыч­но.

Мок­рый снег пе­ре­ме­жал­ся до­ждем, охран­ник с зон­том ед­ва по­спе­вал за раз­ма­ши­сто ша­гав­шим Ель­ци­ным. Обыч­но ак­ку­рат­но рас­че­сан­ная на про­бор зна­ме­ни­тая се­дая ше­ве­лю­ра рас­тре­па­лась.

— Кем вы се­бя здесь чув­ству­е­те? — спро­си­ли жур­на­ли­сты, ко­гда уже в Ие­ру­са­ли­ме Ель­цин по­до­шел к прес­се.

— Свя­тым, — ве­се­ло от­ве­тил тот. Ря­дом сто­я­ла На­и­на Ио­си­фов­на, дер­жа­ла му­жа за ру­ку и сдер­жан­но улы­ба­лась: шут­ка, мол.

А Ель­цин как ку­раж пой­мал, энер­гия хле­ста­ла че­рез край. Встре­ча с пре­зи­ден­том Из­ра­и­ля Эзе­ром Вейц­ма­ном, по­езд­ка в Па­ле­сти­ну к Яси­ру Ара­фа­ту, про­гул­ки по го­ро­ду, встре­чи с быв­ши­ми «со­вет­ски­ми» из­ра­иль­тя­на­ми и с па­лом­ни­ка­ми, мно­гие из ко­то­рых го­во­ри­ли по­рус­ски. Ли­тур­гия в Хра­ме Рож­де­ства, ку­да огром­ный Ель­цин про­тис­нул­ся че­рез Вра­та сми­ре­ния, вы­со­та ко­то­рых 1 метр 20 сан­ти­мет­ров. И ко­неч­но зна­ме­ни­тая Пе­ще­ра Рож­де­ства, Вер­теп, где, по пре­да­нию, ро­дил­ся Ии­сус... Ему нра­ви­лась эта кру­го­верть. Осо­бен­но нра­ви­лось, как он по­том при­зна­вал­ся, ко­гда из тол­пы вдруг со­всем по-свой­ски до­но­си­лось обод­ря­ю­щее: «Мо­ло­дец, дед!»

Пе­ре­но­че­ва­ли в том же но­ме­ре, где за год до это­го оста­нав­ли­ва­лись Клин­то­ны. Прав­да, спе­ци­аль­но для Ель­ци­на кро­вать при­шлось за­ме­нить — по­ста­ви­ли на 10 см длин­нее, чем «дру­гу Бил­лу». А на сле­ду­ю­щий день, 7 ян­ва­ря, он уже был в Москве. Так за­вер­шил­ся этот по­след­ний пре­зи­дент­ский ви­зит. Точ­нее, по­чти пре­зи­дент­ский.

« На­пи­шу- ка я кни­гу! »

По­сле­до­вав­шие по­сле ви­зи­та несколь­ко дней от­ды­ха во­пре­ки ожи­да­ни­ям по­се­я­ли в ду­ше не ра­дость, а тре­во­гу. Как и опа- са­лись близ­кие Бо­ри­са Ни­ко­ла­е­ви­ча, эй­фо­рия празд­но­сти про­дли­лась недол­го — не тот это был че­ло­век, что­бы дол­го на­сла­ждать­ся по­ко­ем.

Я вдруг рез­ко ощу­тил чув­ство пу­сто­ты, о ко­то­ром пред­по­ла­гал за­ра­нее, но не хо­тел ве­рить, что встре­чусь с ним. Утром 10 ян­ва­ря, прос­нув­шись ра­но, я, как все­гда, при­шел в свой ка­би­нет. Обыч­но здесь ме­ня жда­ла го­ра до­ку­мен­тов… Эта стоп­ка бу­ма­ги ра­зом вли­ва­ла при­выч­ную пор­цию ад­ре­на­ли­на в кровь. И вот — стол пуст. По­до­шел к сто­лу и взял с пуль­та труб­ку те­ле­фо­на спе­ци­аль­ной свя­зи. Гуд­ков не бы­ло. Те­ле­фон не ра­бо­тал. Мне бы­ло со­вер­шен­но нече­го де­лать в этом ка­би­не­те. Я немно­го по­си­дел в крес­ле и вы­шел. ( Из кни­ги Б. Ель­ци­на «Пре­зи­дент­ский ма­ра­фон»)

Бо­ри­са Ель­ци­на не ми­но­вал во­прос, ко­то­рый за­да­ют се­бе ты­ся­чи рос­сий­ских, а воз­мож­но, и не толь­ко рос­сий­ских пенсионеро­в, в од­но­ча­сье ока­зав­ших­ся вы­бро­шен­ны­ми из при­выч­но­го жиз­нен­но­го рит­ма. Во­прос этот — «Что де­лать?» Что де­лать с вдруг по­явив­шим­ся неве­до­мо от­ку­да огром­ным ко­ли­че­ством сво­бод­но­го вре­ме­ни, чем его за­нять?

Це­лый день от­став­ной пре­зи­дент сло­нял­ся по огром­но­му особ­ня­ку. Вклю­чил телевизор. «Егор Стро­ев встре­тил­ся с вер­нув­ши­ми­ся из Чеч­ни чле­на­ми Меж­пар­ла­мент­ской ас­сам­блеи...» «И.о. пре­зи­ден­та Вла­ди­мир Пу­тин под­пи­сал но­вую ре­дак­цию Кон­цеп­ции на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти...» Взял ка­кую-то га­зе­ту, в гла­за бро­сил­ся ар­шин­ный за­го­ло­вок на пер­вой по­ло­се: «Пу­тин бу­дет обя­зан Ель­ци­ну». Тя­же­ло вздох­нул и, не чи­тая, от­ло­жил в сто­ро­ну. Вы­шел по­гу­лять. Лег­кий мо­ро­зец нена­дол­го осве­жил.

Ров­но в час с же­ной и до­черь­ми сел к обе­ден­но­му сто­лу. Жен­щи­ны за­ме­ти­ли необыч­ную по­дав­лен­ность гла­вы се­мьи, но во­про­сов не за­да­ва­ли. По­сле обе­да На­и­на за­ка­па­ла ему в гла­за ка­кое-то ле­кар­ство — несколь­ко дней на­зад ему уда­ли­ли ка­та­рак­ту. При­крыл ве­ки и неза­мет­но для се­бя за­дре­мал. Проснул­ся, ко­гда уже спу­сти­лись су­мер­ки. Вклю­чил ра­дио. Пе­ре­да­ва­ли анонс зав­траш­них га­зет.

— Бо­рис Ель­цин был и оста­ет­ся лич­но­стью, и ре­ше­ния, ко­то­рые он при­ни­мал в слож­ных, кри­ти­че­ских для стра­ны си­ту­а­ци­ях, — сви­де­тель­ства то­му, за­явил пре­зи­дент Та­тар­ста­на Мин­ти­мер Шай­ми­ев в ин­тер­вью... — до­нес­лось из ди­на­ми­ка.

Ель­цин удо­вле­тво­рен­но хмык­нул. Грусть еще не от­пу­сти­ла, но на ду­ше по­теп­ле­ло. Хо­ро­ший он все-та­ки му­жик, Шай­ми­ев, на­сто­я­щий ак­са­кал. В кон­це кон­цов ни­че­го страш­но­го в этой пен­сии — все же че­рез это про­хо­дят, не си­деть же «на ба­та­рей­ках», как зло шу­ти­ли про чле­нов По­лит­бю­ро. За­то по­яви­лась мас­са вре­ме­ни для се­мьи, дру­зей, опять же и здо­ро­вьем на­до за­нять­ся, вес сбро­сить. «О, и еще, — вдруг осе­ни­ло Ель­ци­на. — У ме­ня же есть днев­ни­ки, за­пи­си. На­пи­шу-ка я кни­гу!» И успо­ко­ен­ный этой мыс­лью, мир­но за­снул.

А на­ут­ро жизнь на­ла­ди­лась. Бла­го­да­ря чье­му-то стро­го­му ука­за­нию «вер­туш­ку» сно­ва вклю­чи­ли. Ель­ци­ну же объ­яс­ни­ли, что про­сто бы­ла пе­ре­на­лад­ка — чи­сто тех­ни­че­ский во­прос.

Пи­ро­ги с че­ре­му­хой

Ска­за­но — сде­ла­но. Ра­бо­ту над кни­гой пен­си­о­нер Ель­цин вклю­чил в свой рас­по­ря­док дня. А рас­по­ря­док установилс­я та­кой. Вста­вал он по ста­рой при­выч­ке ра­но, в шесть утра. Раз­мин­ка, вод­ные про­це­ду­ры. Лег­кий зав­трак. Как ни за­пре­ща­ли вра­чи, но от утрен­ней ча­шеч­ки ко­фе Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич от­ка­зать­ся так и не смог. По­том ра­бо­та с до­ку­мен­та­ми — пре­зи­дент­ские служ­бы спе­ци­аль­но для него го­то­ви­ли но­вост­ной «спец­па­кет»: соцо­про­сы, дай­джест прес­сы, ана­ли­ти­че­ские за­пис­ки о внут­рен­нем и меж­ду­на­род­ном по­ло­же­нии.

По­сле это­го — раз­бор лич­ных за­пи­сей и ра­бо­та над кни­гой. Ру­ко­пись ему спод­руч­нее бы­ло на­дик­то­вы­вать. На­и­на Ио­си­фов­на спе­ци­аль­но для это­го по­да­ри­ла му­жу мик­ро­дик­то­фон — на пер­вый же пост­пре­зи­дент­ский день рож­де­ния, 1 фев­ра­ля 2000 го­да. Та­кой ме­ло­чи ему ни­кто ни­ко­гда не да­рил, и это­му необыч­но­му для сво­е­го ста­ту­са по­дар­ку Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич ра­до­вал­ся как пер­во­курс­ник фа­куль­те­та жур­на­ли­сти­ки. Но­сил его по­всю­ду с со­бой, а ко­гда вспо­ми­на­лось что-ни­будь важ­ное из ми­нув­ших дней или про­сто ин­те­рес­ная мысль при­хо­ди­ла в го­ло­ву (ча­ще все­го это про­ис­хо­ди­ло во вре­мя его про­гу­лок по пар­ку), он при­да­вал ей за­кон­чен­ную фор­му и, оста­но­вив­шись, чет­ко про­го­ва­ри­вал в мел­ко­я­че­и­стое «ухо» дик­то­фо­на. По­том от­ма­ты­вал плен­ку, слу­шал се­бя и сму­щен­но хму­рил­ся: го­лос из дик­то­фо­на ка­зал­ся ему ка­ким-то чу­жим и не очень при­ят­ным. В та­кие ми­ну­ты близ­кие ста­ра­лись его не смущать сво­им при­сут­стви­ем.

Так, за несколь­ко ме­ся­цев ро­ди­лась кни­га вос­по­ми­на­ний «Пре­зи­дент­ский ма­ра­фон», ре­дак­ти­ро­вать ко­то­рую по­мо­гал зять-со­рат­ник Ва­лен­тин Юма­шев. Кни­га бы­ла из­да­на осе­нью 2000 го­да и сра­зу же ста­ла бест­сел­ле­ром. Ее пе­ре­ве­ли на де- сят­ки язы­ков, и она с успе­хом про­да­ва­лась во мно­гих странах ми­ра. А ко­гда в ок­тяб­ре Ель­цин по­ехал пре­зен­то­вать ее на книж­ной яр­мар­ке во Франк­фурт-наМайне, то на обе­де с за­ру­беж­ны­ми из­да­те­ля­ми спол­на вку­сил пи­са­тель­ских лавров.

Пол­день — вре­мя при­е­мов. Сна­ча­ла Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич при­ни­мал го­стей в го­сти­ной, а по­том, ко­гда за­кон­чи­ли оформ­ле­ние би­б­лио­те­ки, в биб­лио­те­ке. Это бы­ло, по­жа­луй, его са­мое лю­би­мое по­ме­ще­ние в ре­зи­ден­ции. Ра­бо­чий стол в ста­рин­ном сти­ле, удоб­ные крес­ла, ве­ли­че­ствен­ные стел­ла­жи с кни­га­ми, сре­ди ко­то­рых мно­же­ство ра­ри­те­тов. Ино­гда в бе­се­дах участ­во­ва­ла и На­и­на Ио­си­фов­на. К раз­го­во­ру по­да­ва­ла до­маш­нюю вы­печ­ку — по этой ча­сти она при­знан­ная ма­сте­ри­ца. Осо­бым успе­хом поль­зо­ва­лась ураль­ская эк­зо­ти­ка — пи­ро­ги с че­ре­му­хой. Се­бе по­сле вы­хо­да на пен­сию Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич ча­ще все­го в это вре­мя су­ток про­сил зе­ле­ный чай, для го­стей же вы­бор был без­гра­нич­ным. Од­на­ко ви­зи­те­ры на­пит­ков креп­че ко­фе не за­ка­зы­ва­ли. Во-пер­вых, слиш­ком ра­но, а во-вто­рых, зна­ли, что Ель­ци­ну вра­чи ре­ко­мен­до­ва­ли огра­ни­чить при­ем спирт­но­го.

Ров­но в час, что бы ни про­ис­хо­ди­ло, у Ель­ци­на обед. Пуш­ка в Пет­ро­пав­лов­ской кре­по­сти мог­ла от­ме­нить свой вы­стрел, но что­бы Ель­цин пе­ре­нес вре­мя обе­да — ни­ко­гда. Боль­шин­ству по­лу­ден­ных го­стей Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич пред­ла­гал раз­де­лить тра­пе­зу. Вы­гля­де­ло это так. При­мер­но без двух ми­нут час он де­лал хит­ро­ва­то-оза­бо­чен­ное ли­цо и спра­ши­вал: «А что у нас там по про­грам­ме?» Смот­рел на ча­сы и сам же от­ве­чал немно­го на­рас­пев: «Обед».

Пер­вое вре­мя по­сле от­став­ки ча­стым го­стем в Гор­ках-9 был Вла­ди­мир Пу­тин. Об­суж­да­ли про­бле­мы Чеч­ни, ар­мей­ские про­бле­мы. За­гля­ды­ва­ли си­ло­ви­ки — ми­нистр обо­ро­ны Игорь Сер­ге­ев, на­чаль­ник Ген­шта­ба Ана­то­лий Кваш­нин, ми­нистр внут­рен­них дел Вла­ди­мир Ру­шай­ло, глав­ный «спа­са­тель» Сер­гей Шой­гу, на­чаль­ник по­гранслуж­бы Константин Тоц­кий, ди­рек­тор ФАПСИ Вла­ди­мир Ма­тю­хин, быв­ший на­чаль­ник ФСО Юрий Кра­пи­вин (он вы­шел в от­став­ку че­рез несколь­ко ме­ся­цев по­сле Ель­ци­на, их это сбли­зи­ло)... За­ха­жи­вал па­ру раз в быт­ность пре­мье­ром и Ми­ха­ил Ка­сья­нов. На­до от­дать ему долж­ное — Ми­ха­ил Ми­хай­ло­вич оба­ял ста­ри­ка. Неред­ко оста­вал­ся обе­дать. На­хва­ли­вал ураль­ские щи и пель­ме­ни. Од­на­ко по­сле от­став­ки и по­сле­до­вав­шей за­тем скан­даль­ной ис­то­рии с да­чей ка­сья­нов­ские ви­зи­ты пре­кра­ти­лись.

В шесть ча­сов — лег­кий ужин без осо­бых изыс­ков: ка­пу­ста, греч­ка, ино­гда кар­то­шеч­ка, ва­ре­ная ку­ри­ца или ры­ба. За­кан­чи­вал­ся день ста­ка­ном ке­фи­ра и кон­троль­ным взве­ши­ва­ни­ем. Этот по­лу­шут­ли­вый ри­ту­ал за­ве­ла Та­тья­на Дья­чен­ко по­сле то­го, как, вый­дя на пен­сию, Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич стал на­би­рать ки­ло­грам­мы.

То ли ве­сы по­мог­ли, то ли уме­ло по­до­бран­ный су­пру­гой ра­ци­он, но Ель­ци­ну уда­лось со­хра­нить фор­му. А те, кто уви­дел его че­рез несколь­ко ме­ся­цев по­сле от­став­ки, гла­зам не ве­ри­ли — так он по­све­жел. «Вот что зна­чит се­мья и здо­ро­вый об­раз жиз­ни!» — го­во­ри­ли по всей стране же­ны сво­им му­жьям-ра­бо­то­го­ли­кам.

 ??  ?? 24 но­яб­ря 2006 го­да. Бо­рис Ель­цин с су­пру­гой На­и­ной на да­че в Бар­ви­хе
24 но­яб­ря 2006 го­да. Бо­рис Ель­цин с су­пру­гой На­и­ной на да­че в Бар­ви­хе
 ??  ??
 ??  ?? 13 ок­тяб­ря 2003 го­да. По­сле юби­лея Мар­ка Захарова
13 ок­тяб­ря 2003 го­да. По­сле юби­лея Мар­ка Захарова

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia