Ри­су­ем Че­хо­ва

Izvestia - - КУЛЬТУРА - Ев­ге­ний Ав­ра­мен­ко

ВТе­ат­ре име­ни Лен­со­ве­та со­сто­я­лась пре­мье­ра « Дя­ди Ва­ни» в по­ста­нов­ке Юрия Бу­ту­со­ва. Слож­но ска­зать, ко­гда в по­след­ние се­зо­ны че­хов­ская пье­са так сад­ни­ла ду­шу го­ре­чью позд­не­го про­зре­ния и прон­зи­тель­ной чув­ствен­но­стью.

Эмо­ци­о­наль­ные шква­лы ак­тер­ской иг­ры, рва­ная ком­по­зи­ция, со­бран­ная из об­лом­ков раз­ру­шен­ной пье­сы ме­то­дом « по­э­ти­че­ско­го мон­та­жа », ви­зу­аль­ная стиль­ность, обес­пе­чен­ная ху­дож­ни­ком Алек­сан­дром Шиш­ки­ным, — все это « зву­чит » све­жо и силь­но, и все это в прин­ци­пе свой­ствен­но Бу­ту­со­ву.

Но в дан­ном слу­чае ре­жис­су­ра за­ста­ви­ла ина­че взгля­нуть на ав­то­ра: ка­кой, ока­зы­ва­ет­ся, бун­тар­ски- от­ча­ян­ный, об­жи­га­ю­щий, но и неж­ный был Ан­тон Пав­ло­вич Че­хов. Пи­сал, ес­ли ис­хо­дить из спек­так­ля, под­чи­ня­ясь сти­хий­ным ду­шев­ным вы­плес­кам. При­мер­но так, как Аст­ров, рас­ска­зы­вая Елене Ан­дре­евне о здеш­них ме­стах, оку­на­ет ла­до­ни в крас­ку и ма­лю­ет на бу­ма­ге. Ир­ра­ци­о­наль­но, с ду­шой, не за­ду­мы­ва­ясь о кра­со­те фор­мы.

В спек­так­ле во­об­ще мно­го ри­су­ют, а точ­нее, пач­ка­ют крас­кой: он — об от­ча­ян­ных по­пыт­ках «пе­ре­ри­со­вать» жизнь. Кто-то ре­ша­ет­ся на это, кто-то нет. Ус­лов­ный па­ви­льон, в ко­то­ром иг­ра­ют ар­ти­сты, — слов­но ма­те­ри­а­ли­зо­ван­ный дет­ский ри­су­нок. На сте­нах изоб­ра­же­ны две­ри, над каж­дой таб­лич­ка с име­нем: «Ма­ман », «Ва­ня », «Алекс ». Бу­ту­сов уси­ли­ва­ет раз­об­щен­ность че­хов­ских пер­со­на­жей — каж­дый ге­рой су­ще­ству­ет в сво­ем эмо­ци­о­наль­ном по­то­ке, об­ща­ясь с дру­ги­ми опо­сре­до­ван­но — че­рез зал.

По­ста­нов­ка вос­при­ни­ма­ет­ся как ряд ис­ступ­лен­ных мо­но­ло­гов ку­да- то в про­стран­ство. Че­ло­век хо­чет про­кри­чать свою боль, а кто услы­шит? Кто- то да услы­шит. Вол­ны гром­кой му­зы­ки — здесь сред­ство воз­дей­ствия, на­стра­и­ва­ю­щее на нуж­ное со­сто­я­ние. Ритм то ли рок-кон­цер­та, то ли ша­ман­ской пляс­ки, ди­кие пе­ре­па­ды, син­ко­пы... И тем вы­ра­зи­тель­ней смот­рят­ся ак­те­ры во вдруг воз­ник­шей па­у­зе, ко­гда они про­сто си­дят, улы­ба­ют­ся, мол­чат.

Пе­тер­бург­ский спектакль — не тот слу­чай, ко­гда ге­рои « раз­во­ра­чи­ва­ют- ся » по­сте­пен­но, они с са­мо­го на­ча­ла — сгуст­ки энер­гии. Дя­дя Ва­ня — за­ком­плек­со­ван­ный неудач­ник? Вот вам пух­лый гор­бун с ми­ло­вид­ным ли­цом Карлсо­на. Но ка­ких же неж­ных и тра­ги­че­ских обер­то­нов до­сти­га­ет бли­ста­тель­ный ко­мик Алек­сандр Но­ви­ков, про­из­но­ся­щий свои сло­ва, в ос­нов­ном си­дя на стуль­чи­ке.

От зна­ко­мых ак­те­ров, ко­то­рые рас­кры­лись здесь по-но­во­му, по­рой не от­ве­сти глаз. Сер­гей Ми­гиц­ко в ро­ли про­фес­со­ра Се­реб­ря­ко­ва ле­гок и оба­я­те­лен, без обыч­но­го сво­е­го ко­ми­ко­ва­ния. Еле­на Ан­дре­ев­на в ис­пол­не­нии На­та­льи Ша­ми­ной — ин­фан­тиль­ная мо­ло­дая жен­щи­на, в ко­то­рой все пре­лест­но: от рас­пах­ну­тых глаз до ку­коль­но­го го­лос­ка. Ша­ми­на не иг­ра­ет, не ли­це­дей­ству­ет, она ско­рее « ак­три­са-на­тур­щи­ца» и при этом за­во­ра­жи­ва­ю­ще кра­си­ва — как Мо­ни­ка Вит­ти у Ан­то­ни­о­ни.

Ка­за­лось бы, та­кой Елене Ан­дре­евне не под­хо­дит Аст­ров (Ев­ге­ний Филатов) — при­зе­ми­стый, рых­лый му­жи­чон­ка. Но от ак­те­ра ис­хо­дит та­кая на­деж­ность, что во­прос — чем он увлек ге­ро­и­ню? — да­же не воз­ни­ка­ет. За­то Сер­гей Пе­ре­гу­дов с внеш­но­стью кра­сав­ца-серд­це- еда неожи­дан­но на­зна­чен на роль веч­но пья­но­го непри­ка­ян­но­го Те­ле­ги­на и вы­кри­ки­ва­ет свои кос­но­языч­ные ре­пли­ки, не в си­лах удер­жать рав­но­ве­сие.

Бли­же к фи­на­лу Со­ня (Оль­га Му­ра­виц­кая), взяв то­пор, ру­бит сте­ны па­ви­льо­на, рвет бу­маж­ный пол, сни­ма­ет с пе­тель две­ри и скла­ды­ва­ет весь этот стро­и­тель­ный му­сор гор­кой, со­би­ра­ясь под­жечь. По­след­ние сце­ны до­иг­ры­ва­ют­ся на фоне чер­но­ты, об­сту­пив­шей ге­ро­ев. На сло­вах: «Мы от­дох­нем, дя­дя Ва­ня... » — ге­рой, обес­си­лев, па­да­ет. И толь­ко Со­ня рит­мич­но вы­ша­ги­ва­ет в ра­зо­рен­ном про­стран­стве. В опрят­ном бе­лом пла­тьи­це, с на­клад­ны­ми ко­са­ми, с порт­фель­чи­ком под мыш­кой она ка­жет­ся по­чти что школь­ни­цей, раз­ве что силь­но пе­ре­зре­лой. Но ведь учить­ся ни­ко­гда не позд­но. Со­ня осме­ли­лась по­рвать «хол­сти­ну » жиз­ни, что­бы на­чать с чи­сто­го ли­ста. И это то­же ни­ко­гда не позд­но. Хо­тя луч­ше, ко­неч­но, не мед­лить.

Рей­тинг«Из­ве­стий»

Спектакль «Дя­дя Ва­ня»

Юлия Куд­ря­шо­ва

Юрий Бу­ту­сов за­ста­вил ина­че взгля­нуть на твор­че­ство Че­хо­ва |

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.