Гол­ланд­ское тан­це­валь­ное по­соль­ство

Izvestia - - КУЛЬТУРА - Ана­ста­сия По­по­ва

На XVI меж­ду­на­род­ном фе­сти­ва­ле Dance Open, за­вер­шив­шем­ся в Пе­тер­бур­ге, вы­сту­пи­ла труп­па Ни­дер­ланд­ско­го те­ат­ра тан­ца (NDT). В про­грам­ме — ба­ле­ты то­по­вых ев­ро­пей­ских хо­рео­гра­фов но­во­го по­ко­ле­ния: эле­гант­ных тра­ди­ци­о­на­ли­стов По­ла Лайт­фу­та и Соль Ле­он (« Не­мое про­стран­ство » и « До­тя­нуть­ся до звезд ») и дерз­ко­го но­ва­то­ра Мар­ко Гё­ке («Тон­кая ко­жа »). Объ­еди­ня­ет их ре­гу­ляр­ное сотрудничество с NDT и склон­ность к син­те­ти­че­ским дей­ствам, в ко­то­рых со­еди­ня­ют­ся музыка, та­нец, изоб­ра­зи­тель­ное ис­кус­ство и ки­не­ма­то­граф.

Тан­дем ба­лет­мей­сте­ров Ле­он и Лайт­фу­та ба­зи­ру­ет­ся на по­чи­та­нии тра­ди­ций, преж­де все­го на­сле­дия пат­ри­ар­ха NDT Ир­жи Ки­ли­а­на. У сво­е­го зна­ме­ни­то­го пред­ше­ствен­ни­ка они за­им­ство­ва­ли экс­прес­сив­ный стиль пла­сти­ки мо­дер­на и по­вы­шен­ное вни­ма­ние к му­зы­каль­но­му на­ча­лу. 45-ми­нут­ное «Не­мое про­стран­ство» — ин­тел­лек­ту­аль­ная ме­ди­та­ция-ре­флек­сия, на­прав­лен­ная на ис­сле­до­ва­ние воз­мож­но­стей син­те­за. Узор­ча­тая вязь саунд­тре­ков из ки­но­му­зы­ки Фи­ли­па Глас­са про­во­ци­ру­ет бес­ко­неч­ные ду­э­ты и трио с тес­ным фи­зи­че­ским кон­так­том тан­цов­щи­ков.

В му­зы­каль­но-хо­рео­гра­фи­че­ское по­лот­но ор­га­нич­но впле­те­ны ви­део­ро- ли­ки, сти­ли­зо­ван­ные под немой ки­не­ма­то­граф (ви­ди­мо, от­сю­да и на­зва­ние ба­ле­та). Кад­ры мор­ско­го при­боя, спя­ще­го зим­не­го ле­са, плы­ву­щих вдаль об­ла­ков до­бав­ля­ют про­стран­ствен­ный эф­фект. Не­пре­рыв­ные фи­гу­ра­ции в му­зы­ке, вра­ще­ния и под­держ­ки в пла­сти­че­ских ан­сам­блях и слай­ды на экране сли­ва­ют­ся в бес­шов­ный по­ток, ко­то­рый хо­рео­гра­фы рас­тя­ги­ва­ют до бес­ко­неч­но­сти, изоб­ре­тая но­вые и но­вые ва­ри­ан­ты со­от­но­ше­ний.

Ка­мер­ная по­ста­нов­ка « До­тя­нуть­ся до звезд » — раз­мыш­ле­ние ав­то­ров о веч­ном стрем­ле­нии че­ло­ве­ка к неиз- Ви­део­про­ек­ции ста­ли по­сто­ян­ным ат­ри­бу­том со­вре­мен­но­го ба­ле­та | Пресс-служ­ба Меж­ду­на­род­но­го фе­сти­ва­ля ба­ле­та Dance Open | Ста­ни­слав Лев­шин ве­дан­но­му. Три вра­ща­ю­щи­е­ся ком­на­ты с ре­тро­обо­я­ми ста­но­вят­ся тю­рем­ны­ми ка­ме­ра­ми для оби­та­ю­щих в них лю­дей. Весь спек­такль ге­рои пы­та­ют­ся вы­рвать­ся на сво­бо­ду: от­кры­ва­ют двери, вы­ле­за­ют в ок­на. Об этом же го­во­рит пла­сти­че­ский лейт­мо­тив ба­ле­та — устрем­лен­ный ввысь ара­беск. Дей­ствие од­но­вре­мен­но транс­ли­ру­ет­ся на двух боль­ших экра­нах, что до­бав­ля­ет ему объ­е­ма.

Од­на­ко сю­жет для хо­рео­гра­фов — лишь по­вод по­рас­суж­дать на из­люб­лен­ную те­му со­от­но­ше­ния му­зы­ки и тан­ца. По­лет­ная хо­рео­гра­фия, дик­ту- емая буд­то бы сце­ни­че­ской си­ту­а­ци­ей, на де­ле ис­хо­дит от неве­со­мой фак­ту­ры ми­ни­а­тюр Глас­са и скла­ды­ва­ет­ся с пар­ти­ту­рой ком­по­зи­то­ра в нераз­рыв­ное це­лое.

Ме­ди­та­тив­ный тон раз­ба­ви­ла «Тон­кая ко­жа» Мар­ко Гё­ке — при­но­ше­ние хо­рео­гра­фа иконе панк- ро­ка, пе­ви­це и по­этес­се Пат­ти Смит. В от­ли­чие от вне­вре­мен­ных и вне­на­ци­о­наль­ных спек­так­лей Лайт­фу­та и Ле­он, балет Гё­ке вполне кон­кре­тен. Аме­ри­ка ру­бе­жа 1970–1980-х го­дов. Мир та­ту, рок-н-ро­ла и слу­чай­ных свя­зей. Ре­флек­сия в этих ре­а­ли­ях при­рав­ни­ва­ет­ся к сла­бо­сти ду­ха. Ге­рои «Тон­кой ко­жи » жи­вут од­ним днем. Еди­ным по­ры­вом и сию­ми­нут­ной эмо­ци­ей. Ост­ры­ми спич­ка­ми раз­жи­га­ют во­круг се­бя огонь — от на­ка­ла стра­стей сце­на в бук­валь­ном смыс­ле ды­мит­ся — и гиб­нут в нем.

Иная ре­аль­ность по­рож­да­ет иные ху­до­же­ствен­ные сред­ства. На му­зы­ку нерв­ных, про­ни­зан­ных то­ком пе­сен Смит на­кла­ды­ва­ет­ся столь же аф­фек­ти­ро­ван­ный, вы­со­ко­вольт­ный та­нец Гё­ке. Пла­сти­че­ский ри­су­нок ба­ле­та фор­ми­ру­ет­ся из немыс­ли­мых поз, рез­ких из­ги­бов си­лу­этов, ак­ро­ба­ти­че­ских под­дер­жек, сме­лых да­же для со­вре­мен­но­го ба­ле­та. Спек­такль слов­но со­ткан из им­пуль­сив­ных куль­ми­на­ци­он­ных вспы­шек. И на­блю­дать за этой ма­ги­ей — чи­стое удо­воль­ствие.

Врам­ках X Меж­ду­на­род­но­го фо­ру­ма «Ин­тел­лек­ту­аль­ная соб­ствен­ность — ХХІ век » в Тор­го­во-про­мыш­лен­ной па­ла­те ( ТПП РФ) со­сто­я­лось об­суж­де­ние пред­ло­же­ний по из­ме­не­ни­ям в за­ко­но­да­тель­ство в об­ла­сти куль­ту­ры. Это зна­ко­вое со­бы­тие: на­ше крайне уста­рев­шее за­ко­но­да­тель­ство ме­ша­ет пол­но­цен­но­му раз­ви­тию оте­че­ствен­ной мас­со­вой куль­ту­ры, важ­ной со­став­ля­ю­щей эко­но­ми­че­ско­го, со­ци­аль­но­го, куль­тур­но­го и тех­но­ло­ги­че­ско­го раз­ви­тия стра­ны.

Что­бы оце­нить роль мас­со­вой куль­ту­ры в со­вре­мен­ном ми­ре, при­ве­ду по­учи­тель­ный факт для тех, кто бла­го­душ­ни­ча­ет на те­му « ис­кус­ство вне по­ли­ти­ки ». В 1946 го­ду од­ним из пер­вых по­сле­во­ен­ных до­го­во­ров меж­ду Фран­ци­ей и США бы­ли за­креп­ле­ны пре­фе­рен­ции США в первую оче­редь в двух ас­пек­тах: в авиа­про­ме и... ки­но­про­ка­те. Вду­май­тесь, на­сколь­ко се­рьез­ную роль США от­во­ди­ли (и от­во­дят) сво­ей мас­со­вой куль­ту­ре, ес­ли гос­сек­ре­тарь США лоб­би­ро­вал за­хват Гол­ли­ву­дом фран­цуз­ско­го ки­но­рын­ка — и это в те дни, ко­гда еще да­же не за­вер­шил­ся Нюрн­берг­ский про­цесс. Впро­чем, Фран­ция то­гда еще со­про­тив­ля­лась дав­ле­нию и че­рез несколь­ко лет рас­торг­ла со­гла­ше­ние, вер­нув­шись к по­ли­ти­ке за­щи­ты оте­че­ствен­ной мас­со­вой куль­ту­ры. Это сов­па­ло с от­ка­зом Фран­ции от уча­стия в НАТО, и толь­ко очень ле­ни­вый ана­ли­тик не уви­дит свя­зи меж­ду эти­ми со­бы­ти­я­ми.

По­че­му имен­но сей­час сле­ду­ет вспо­ми­нать об этом? Да по­то­му, что да­же в на­ши дни мно­гим нуж­но до­ка­зы­вать, что мас­со­вая куль­ту­ра — важ­ней­ший фак­тор ци­ви­ли­за­ци­он­ной борь­бы и в по­ли­ти­ке этот ин­стру­мент эф­фек­тив­нее гау­биц. Ле­нин го­во­рил: «По­ка на­род без­гра­мо­тен, из всех ис­кусств важ­ней­ши­ми для нас яв­ля­ют­ся ки­но и цирк ». Как ни от­но­сись к этой ис­то­ри­че­ской фи­гу­ре, спо­рить с та­ким ем­ким утвер­жде­ни­ем слож­но.

СССР про­иг­рал в жест­ком про­ти­во­сто­я­нии с США во­все не в 1991-м, а де­ся­ти­ле­ти­я­ми рань­ше — в 1960- е, ко­гда про­дви­ну­тая со­вет­ская молодежь по­лу­чи­ла до­ступ к за­пад­ной мас­со­вой куль­ту­ре. СССР то­гда был вто­рой эко­но­ми­кой ми­ра, имел воз­мож­ность изу­чить во­прос и иг­рать на рав­ных, но... Бы­ло при­ня­то про­стое и по­нят­ное ру­ко­вод­ству ре­ше­ние уси­лить за­пре­ти­тель­ную куль­тур­ную по­ли­ти­ку. Это ока­за­лось фа­таль­ной ошиб­кой, про­иг­ры­шем в бит­ве за ду­ши и серд­ца мо­ло­де­жи, ко­то­рая в ко­неч­ном ито­ге ра­дост­ны­ми пес­ня­ми и пляс­ка­ми при­вет­ство­ва­ла раз­вал и ограб­ле­ние стра­ны, а мно­гие про­дол­жа­ют пля­сать до сих пор.

Но зна­чит ли это, что сей­час го­су­дар­ству сле­ду­ет на­прячь­ся и вло­жить безум­ные трил­ли­о­ны в фи­нан­си­ро­ва­ние мас­скуль­та? Это бы­ло бы слиш­ком про­сто. Обо­ро­ты мас­со­вой куль­ту­ры США сей­час боль­ше, чем обо­ро­ты куль­тур­ных ин­ду­стрий всех осталь­ных стран ми­ра, вме­сте взя­тых. Лег­че все­го это объ­яс­нить ста­ту­сом круп­ней­шей эко­но­ми­ки

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.