Ды­шал шут­ка­ми

Izvestia - - Первая страница - Ев­ге­ний Пет­ро­сян

Ар­тист эст­ра­ды Ев­ге­ний Пет­ро­сян — об Ар­ка­дии Хай­те, по­да­рив­шем нам «Ну, по­го­ди!» и «Ко­та Лео­поль­да»

Се­год­ня ис­пол­ня­ет­ся 80 лет со дня рож­де­ния Ар­ка­дия Хай­та. Это был, без пре­уве­ли­че­ния, ве­ли­кий юмо­рист, ко­то­рый до­сто­ин на­род­ной па­мя­ти. Бук­валь­но все в на­шей стране зна­ют его ра­бо­ты. Он пи­сал ми­ни­а­тю­ры круп­ней­шим эст­рад­ным ар­ти­стам, сце­на­рии к мульт­филь­мам «Ну, по­го­ди!» и «Кот Лео­польд», к филь­му «Пас­порт» Геор­гия Да­не­лии... Но так по­лу­чи­лось, что са­мо­го Хай­та у нас зна­ют ма­ло. Я хо­тел бы хоть от­ча­сти ис­пра­вить эту неспра­вед­ли­вость.

Сам я юмо­ром стал увле­кать­ся еще в ран­ней юно­сти. Ар­ка­дия Хай­та и его со­ав­то­ра Алек­сандра Кур­лянд­ско­го — это они вме­сте при­ду­ма­ли «Ну, по­го­ди!» — я узнал сна­ча­ла по ка­пуст­ни­ку эст­рад­но­го кол­лек­ти­ва при До­ме жур­на­ли­стов. Уже то­гда я об­ра­тил вни­ма­ние на ост­ро­умие Хай­та, на то, на­сколь­ко точ­но он чув­ству­ет жанр. В 1960-е го­ды я был кон­фе­ран­сье в ор­кест­ре Лео­ни­да Оси­по­ви­ча Уте­со­ва, и где-то в се­ре­дине де­ся­ти­ле­тия там ро­ди­лась идея, что­бы Хайт и Кур­лянд­ский на­пи­са­ли неболь­шую пье­су для кол­лек­ти­ва. Дей­ствие, пом­ню, долж­но бы­ло про­ис­хо­дить в раз­ных квар­ти­рах боль­шо­го до­ма. Но ма­те­ри­ал по­че­му-то не по­до­шел. Но то­гда мы по­зна­ко­ми­лись.

На­ша сов­мест­ная ра­бо­та с Ар­ка­ди­ем от­но­сит­ся к на­ча­лу 1970-х.

Я уже к то­му вре­ме­ни ушел из ор­кест­ра, ду­эт Хай­та и Кур­лянд­ско­го рас­пал­ся. А к 1980 го­ду мы со­труд­ни­ча­ли уже очень плот­но. Мо­гу ска­зать, что мы пре­крас­но по­ни­ма­ли друг дру­га. Вза­и­мо­по­ни­ма­ние меж­ду ав­то­ром и ис­пол­ни­те­лем во­об­ще чрез­вы­чай­но важ­но. Что от­ли­ча­ло Ар­ка­дия — он все­гда при­слу­ши­вал­ся к ак­те­ру. Ко­жей чув­ство­вал, в ка­ком на­прав­ле­нии ему, ар­ти­сту, бу­дет удоб­но мыс­лить юмо­ри­сти­че­ски.

Ма­те­ри­ал воз­ни­кал в ре­зуль­та­те сов­мест­ных об­суж­де­ний. Ин­те­рес­но, что Хайт лю­бил сна­ча­ла при­ду­мы­вать кон­струк­цию шут­ки, на­чи­нать как бы с кон­ца, с фи­на­ла, и толь­ко по­сле то­го, как струк­ту­ра вы­ве­ре­на, он шел к на­ча­лу. Это как с новогодней ел­кой — сна­ча­ла ты ее уста­нав­ли­ва­ешь, а уже по­том укра­ша­ешь вся­ки­ми иг­руш­ка­ми и ми­шу­рой. Кро­ме то­го, не сек­рет, что у мно­гих юмо­ри­стов фи­нал — это наи­бо­лее про­блем­ная часть но­ме­ра.

Са­мая глав­ная чер­та Ар­ка­дия — он все вре­мя шел впе­ред. Ко­гда он узна­вал, что кто-то по­за­им­ство­вал его шут­ку или кон­струк­цию (а кон­струк­ция в юмо­ре — это са­мое важ­ное), да что там по­за­им­ство­вал — по­про­сту украл, он го­во­рил: «Да Бог с ни­ми! Я при­ду­маю что-ни­будь дру­гое». И дей­стви­тель­но при­ду­мы­вал. Как ве­ли­ким по­этам не нуж­но за­ду­мы­вать­ся над риф­мой — она льет­ся из них са­ма со­бой (не зря го­во­рят: пи­шет как ды­шит), так и Хайт ды­шал шут­ка­ми. При­чем ино­гда эти шут­ки от­кры­ва­ли це­лые на­прав­ле­ния юмо­ра. Из од­ной шут­ки мог­ла вы­рас­ти це­лая се­рия но­ме­ров! Его на­ход­ки по­том еще дол­го ис­поль­зо­ва­ли.

Пом­ню, как мы пи­са­ли мо­но­лог «Пу­га­ло ого­род­ное». Это но­мер о на­чаль­ни­ке, сво­и­ми ду­рац­ки­ми ини­ци­а­ти­ва­ми раз­ва­ли­ва­ю­щем лю­бую ра­бо­ту. Его на­зна­ча­ют ди­рек­то­ром ого­ро­да — то есть пу­га­лом. Для со­вет­ских вре­мен это бы­ла до­воль­но ост­рая са­ти­ра. Нам ка­за­лось, что са­ма мысль ак­ту­аль­на и важ­на, по­это­му хо­те­ли сде­лать мо­но­лог смеш­ным и за­по­ми­на­ю­щим­ся. Но ма­те­ри­ал да­вал­ся с тру­дом. Хайт на­пи­сал око­ло 10 ва­ри­ан­тов и не успо­ко­ил­ся, по­ка не до­вел ма­те­ри­ал до кон­ди­ции.

В ито­ге в тек­сте по­яви­лась та­кая де­таль. Преды­ду­щая долж­ность это­го го­ре-ру­ко­во­ди­те­ля бы­ла пред­се­да­тель кол­хо­за. Од­на­жды он по­слал ко­ров па­стись там, где рас­тет хмель. Ко­ро­вы им объ­елись, мо­ло­ко ока­за­лось ал­ко­голь­ным. Трак­то­ри­сты вы­пи­ли это­го хмель­но­го мо­ло­ка, и та­кой эн­ту­зи­азм у них по­явил­ся, что они по­ле вспа­ха­ли, за­се­я­ли и свер­ху ас­фаль­том по­кры­ли. Бла­го­да­ря этой шут­ке про за­ас­фаль­ти­ро­ван­ное по­ле в на­шем ре­пер­ту­а­ре по­яви­лась це­лая га­ле­рея об­ра­зов ини­ци­а­тив­ных ду­ра­ков — или «эн­ту­зи­а­зи­стов», как мы их на­зы­ва­ли.

Я все­гда счи­тал, что на­хо­дить­ся ря­дом с Хай­том для на­ше­го бра­та — ис­тин­ное на­сла­жде­ние. В от­ли­чие от мно­гих юмо­ри­стов, он был очень ве­се­лый че­ло­век. Все вре­мя из­лу­чал эту ра­дость. Как-то мы ра­бо­та­ли над сцен­кой «Идиот». Это та­кая эст­рад­ная кло­у­на­да о че­ло­ве­ке, ко­то­рый не хо­чет ез­дить на овощ­ную ба­зу ко­пать кар­тош­ку и по­это­му при­шел к вра­чу за справ­кой, что он ненор­маль­ный.

Что­бы вы­яс­нить, идиот он или нет, врач пред­ла­га­ет сыг­рать в иг­ру — на каж­дое по­ня­тие на­зы­вать про­ти­во­по­лож­ное. Мы дол­го под­би­ра­ли ва­ри­ан­ты, по­ка в один мо­мент Хайт не при­ду­мал та­кой ход: врач го­во­рит «же­на», а мой ге­рой от­ве­ча­ет: «ду­ра». Врач, есте­ствен­но, про­те­сту­ет, на что я го­во­рю: «Да что вы мне рас­ска­зы­ва­е­те, я свою же­ну знаю». И вот из этой шут­ки и вы­рос весь но­мер. К кон­цу то­го ве­че­ра, ухо­дя, Хайт ска­зал: «Вот что у ме­ня за стран­ная про­фес­сия? Чем це­лый день за­ни­мал­ся — при­ду­мы­вал шут­ку про же­ну-ду­ру!»

Он был лег­кий че­ло­век. По­это­му, ду­маю, у него все так ла­ди­лось. Мульт­филь­мы, сце­на­рии к ко­то­рым он пи­сал, сра­зу по­па­да­ли в ду­шу к лю­дям и радуют до сих пор не толь­ко де­тей, но и взрос­лых. Кто не зна­ет в на­ше вре­мя «Ну, по­го­ди!»? Кто не зна­ет Ко­та Лео­поль­да с его фра­зой «Ре­бя­та, да­вай­те жить друж­но»? Непло­хо бы все­му ми­ру эту фра­зу ска­зать. Сей­час это­го ост­ро не хва­та­ет.

В 1990-е на­сту­пи­ли тя­же­лые вре­ме­на и для эст­ра­ды. Кос­ну­лись они и Ар­ка­дия Хай­та. Он был вы­нуж­ден сам вы­хо­дить на сце­ну, но не очень это лю­бил — счи­тал, что каж­дый дол­жен за­ни­мать­ся сво­ей про­фес­си­ей: пи­са­тель — пи­сать, ар­тист — вы­сту­пать. Я ду­маю, эта недо­оце­нен­ность лег­ла оби­дой ему на ду­шу. И, на­вер­ное, бы­ла од­ной из при­чин отъ­ез­да из стра­ны. Эми­гра­цию он пе­ре­жи­вал тя­же­ло. Ча­сто при­ез­жал, мно­го зво­нил. Мы да­же сде­ла­ли две «Сме­хо­па­но­ра­мы» с его уча­сти­ем. И бо­лезнь, из-за ко­то­рой он ушел от нас, мне ка­жет­ся, на­ча­лась имен­но из-за нер­вов. Ес­ли бы не она, я уве­рен, он бы вер­нул­ся...

Ар­ка­дий Хайт был од­ним из немно­гих юмо­ри­стов, ве­се­лых не толь­ко на сцене, но и в жиз­ни

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.