Дра­ма дра­ма­тур­гии

Izvestia - - Первая страница - Ро­ман Сен­чин

Пи­са­тель Ро­ман Сен­чин — о раз­во­де сце­ни­че­ско­го и про­за­и­че­ско­го твор­че­ства

Ли­те­ра­тур­ные жан­ры воз­ни­ка­ют и ис­че­за­ют. Се­го­дня слож­но пред­ста­вить се­бе пи­са­те­ля, все­рьез со­чи­ня­ю­ще­го оды или фи­лип­пи­ки. По­чти умер жанр очер­ка, дав­ший жизнь все­му ре­а­ли­сти­че­ско­му на­прав­ле­нию. Очерк те­перь — нечто или уче­ни­че­ское, или без­жиз­нен­ное, а сто­ит вспомнить, что еще во вре­ме­на мо­ло­до­го Тур­ге­не­ва его «За­пис­ки охот­ни­ка» шли по раз­ря­ду очер­ка. А еще в по­след­ние два де­ся­ти­ле­тия мы на­блю­да­ем ги­бель це­ло­го ро­да ли­те­ра­ту­ры — дра­мы. И это ка­та­стро­фа.

Кто-то на­вер­ня­ка уди­вит­ся: «Ка­кая ги­бель — те­ат­ров мо­ре, и во всех идут в том чис­ле спек­так­ли по со­вре­мен­ным пье­сам». От­ча­сти так. Пье­сы пи­шут­ся, нема­лую их часть за­ме­ча­ют ре­жис­се­ры, зав­ли­ты, ста­вят на сцене. Но к ли­те­ра­ту­ре дра­ма име­ет от­но­ше­ния все мень­ше и мень­ше, она, по су­ще­ству, вне ли­те­ра­ту­ры. Хо­тя с нее ли­те­ра­ту­ра и на­чи­на­лась.

Не бу­ду углуб­лять­ся во вре­ме­на Древней Гре­ции, ли­те­ра­тур­ное на­сле­дие ко­то­рой пред­став­ле­но в ос­нов­ном тра­ге­ди­я­ми и ко­ме­ди­я­ми, но на­пом­ню о рус­ской свет­ской ли­те­ра­ту­ре.

Пье­са «Вла­ди­мир» Фео­фа­на Про­ко­по­ви­ча — на се­го­дняш­ний взгляд нечто до ужа­са гро­мозд­кое и стран­ное, нечи­та­бель­ное, но для 1705 го­да и последующих де­ся­ти­ле­тий она ста­ла чуть ли не един­ствен­ным чте­ни­ем на до­су­ге, хо­тя и бы­ла на­пи­са­на на цер­ков­но­сла­вян­ском. На «Вла­ди­ми­ра» опи­ра­лись или от­тал­ки­ва­лись от него Ло­мо­но­сов, Су­ма­ро­ков, Княж­нин, Фон­ви­зин, Хе­рас­ков, Ка­рам­зин, Пуш­кин. При­чем не толь­ко как дра­ма­тур­ги, но и как по­эты, про­за­и­ки.

К кон­цу XVIII ве­ка рус­ская по­э­зия и про­за бы­ли в об­щем-то в за­ча­точ­ном со­сто­я­нии, а дра­ма уже сфор­ми­ро­ва­лась, да­ва­ла сю­же­ты, при­е­мы, язык ли­ри­ке, са­ти­ре, эпо­су. Это закономерно — дра­ма опи­ра­ет­ся на жи­вую речь лю­дей, в ней из­на­чаль­но мно­го ху­до­же­ствен­но­сти, образов, пе­ре­жи­ва­ний.

С те­ат­ра­ми дол­гое вре­мя де­ла об­сто­я­ли неваж­но, и пье­сы или пе­ча­та­лись боль­ши­ми ти­ра­жа­ми, или рас­про­стра­ня­лись в спис­ках. На­вер­ня­ка рас­чет на то, что пье­су бу­дут чи­тать, за­став­лял ав­то­ров от­та­чи­вать стиль...

Во вре­ме­на рас­цве­та по­э­зии и про­зы дра­ма­тур­гия оста­ва­лась у на­ших пи­са­те­лей, да и чи­та­те­лей бо­лее чем вос­тре­бо­ван­ной. Со­зда­ва­ли пье­сы Пуш­кин, Го­голь, Лер­мон­тов. Да­же Лев Тол­стой, от­но­сив­ший­ся к те­ат­ру, мяг­ко го­во­ря, не очень хо­ро­шо, не усто­ял.

Чи­стых дра­ма­тур­гов бы­ло все­го несколь­ко — Ост­ров­ский, Най­де­нов, Су­хо­во-Ко­бы­лин. Ос­нов­ную же массу пьес по­став­ля­ли про­за­и­ки и по­эты.

Мно­гие ли­те­ра­то­ры-клас­си­фи­ка­то­ры, знаю, те­перь за­ня­ты про­бле­мой, ку­да от­но­сить Че­хо­ва, Горь­ко­го, Леонида Ан­дре­ева, Бул­га­ко­ва — к пи­са­те­лям (так ста­ло при­ня­то на­зы­вать про­за­и­ков) или к дра­ма­тур­гам...

В советский пе­ри­од про­за­и­ки и по­эты то­же не за­бы­ва­ли о дра­ма­тур­гии. По­чти каж­дый ес­ли и не оста­вил нам ши­ро­ко ста­вив­ши­е­ся пье­сы, то хо­тя бы про­бо­вал се­бя как дра­ма­тург. Несколь­ко фа­ми­лий в под­твер­жде­ние: Ма­я­ков­ский, Цве­та­е­ва, Си­мо­нов, Лео­нов...

Та­кое по­ло­же­ние дел со­хра­ня­лось до на­ча­ла 1990-х. По­след­ний ли­те­ра­тор-дра­ма­тург — это, на­вер­ное, Людмила Пет­ру­шев­ская. По­чти все ее пье­сы — пре­крас­ные про­из­ве­де­ния сло­вес­но­сти. Опять же, мо­жет быть, по­то­му, что со­зда­ва­лись с очень смут­ной пер­спек­ти­вой по­ста­нов­ки.

А мно­гие ны­неш­ние про­за­и­ки и по­эты о дра­ма­тур­гии и не слы­хи­ва­ли. Этот род ли­те­ра­ту­ры от них где-то да­ле­ко... Да и ни­че­го уди­ви­тель­но­го: пье­сы в тол­стых жур­на­лах по­чти не пе­ча­та­ют, жур­нал «Со­вре­мен­ная дра­ма­тур­гия» су­ще­ству­ет как-то по­лу­под­поль­но, ско­рее для ре­жис­се­ров. Дра­ма­тур­ги ста­но­вят­ся ре­мес­лен­ни­ка­ми, ма­сте­ря­щи­ми за­го­тов­ки для спек­так­лей; мно­гие ре­жис­се­ры на соб­ствен­но пье­сы вни­ма­ния не об­ра­ща­ют, пред­по­чи­тая про­зу, для че­го дра­ма­тур­ги ра­ди за­ра­бот­ка вы­нуж­де­ны де­лать ин­сце­ни­ров­ки: вы­чи­ща­ют из про­зы про­зу, остав­ляя фраг­мен­ты диа­ло­гов и кроя сю­жет под на­стро­е­ние ре­жис­се­ра.

Ес­ли ре­дак­тор или из­да­тель не до­во­лен про­зой или сти­хо­тво­ре­ни­я­ми, он об­суж­да­ет их с ав­то­ром. А с пье­са­ми ре­жис­сер мо­жет де­лать что хо­чет, за­ча­стую не ста­вя в из­вест­ность дра­ма­тур­га. Хо­ро­шо, ес­ли про­сто со­кра­тит, а не из­ме­нит до неузна­ва­е­мо­сти.

Все мень­ше дра­ма­тур­гов, не рас­пы­ля­ю­щих си­лы и та­лант на раз­но­го ро­да про­ек­ты, экс­пе­ри­мен­ты. Не утя­ну­тых в без­дну ки­не­ма­то­гра­фа, где сце­на­рии штам­пу­ют по пред­ло­жен­ным фа­бу­лам. Пье­са тра­ди­ци­он­ная, с жи­вы­ми дей­ству­ю­щи­ми ли­ца­ми, до­сто­вер­ным сюжетом, опре­де­лен­ным ме­стом дей­ствия, как пра­ви­ло, по­лу­ча­ет клеймо пье­сы для чте­ния, для ко­то­рой путь на сце­ну тем са­мым заказан.

Уход дра­мы из ло­на ли­те­ра­ту­ры вре­дит и дру­гим ее ви­дам. Про­за­и­ки, не про­бу­ю­щие пи­сать пье­сы, из­бе­га­ют в сво­их рас­ска­зах, по­ве­стях, ро­ма­нах пря­мой ре­чи, на­се­дая на опи­са­ния, рас­суж­де­ния, раз­мыш­ле­ния глав­но­го ге­роя, не в си­лах пре­рвать его внут­рен­ний монолог. У по­этов в сти­хо­тво­ре­ни­ях нын­че по­все­мест­но лишь «я», диа­лог там ис­кать по­чти бес­по­лез­но.

А чи­та­тель... Чи­та­тель и не зна­ет уже, что пье­сы мож­но чи­тать.

ПЬЕ­СА ТРАДИ ЦИОННАЯ, С ЖИ­ВЫ­МИ ДЕЙ СТВУЮЩИМИ ЛИ­ЦА­МИ, ДО­СТО­ВЕР­НЫМ СЮЖЕТОМ, ПО­ЛУ­ЧА­ЕТ КЛЕЙМО ПЬЕ­СЫ ДЛЯ ЧТЕ­НИЯ, ДЛЯ КО­ТО­РОЙ ПУТЬ НА СЦЕ­НУ ЗАКАЗАН

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.