«Спа­се­ние Кра­ко­ва — са­мое важ­ное, что я сде­лал в жиз­ни»

«Из­ве­стия» пуб­ли­ку­ют вос­по­ми­на­ния ле­ген­дар­но­го раз­вед­чи­ка Алек­сея Бо­тя­на

Izvestia - - Первая страница - «Из­ве­стия»

«Из­ве­стия» пуб­ли­ку­ют вос­по­ми­на­ния ле­ген­дар­но­го раз­вед­чи­ка Алек­сея Бо­тя­на

Ота­ких, как Алек­сей Бо­тян, при­ня­то го­во­рить «по­па­ли на стра­ни­цы истории», но ле­ген­дар­ный раз­вед­чик не про­сто остал­ся в ве­ках. Имен­но бла­го­да­ря пар­ти­за­ну Алё­ше, как на­зы­ва­ли его по­ля­ки, 18 ян­ва­ря 1945 го­да солн­це взо­шло над Кра­ко­вом, а не над его ру­и­на­ми. На­ка­нуне сво­е­го 90-го дня рож­де­ния Алек­сей Ни­ко­ла­е­вич дал «Из­ве­сти­ям» ин­тер­вью, а че­рез три го­да — ко Дню По­бе­ды — ещё од­но. По­сле его ухо­да из жиз­ни «Из­ве­стия» вспо­ми­на­ют са­мые яр­кие вы­ска­зы­ва­ния че­ло­ве­ка, став­ше­го про­то­ти­пом май­о­ра Вих­ря.

■ О ПОД­СТУ­ПАХ К КРАКОВУ

«Май­ор Вихрь — об­раз со­би­ра­тель­ный, в спа­се­нии Кра­ко­ва участ­во­ва­ло несколь­ко групп. И моя, и Ев­ге­ния Бе­рез­ня­ка (ещё один про­то­тип Вих­ря. — «Из­ве­стия»). Пе­ред на­ми сто­я­ла еди­ная за­да­ча — обес­пе­чить быст­рое про­дви­же­ние к Кракову со­вет­ских войск. Мож­но ска­зать, с май­о­ром Вих­рем мы де­ла­ли об­щее де­ло.

Вес­ной 1944-го фронт про­дви­нул­ся на за­пад. Бы­ло ре­ше­но пе­ре­ме­стить ту­да и несколь­ко пар­ти­зан­ских со­еди­не­ний. Гра­ни­цу пе­ре­сек­ли 4 ап­ре­ля с от­ря­дом пар­ти­зан­ско­го “бать­ки”, на­чаль­ни­ка шта­ба Вик­то­ра Ка­ра­сё­ва. Я был его по­мощ­ни­ком. Из-за непре­рыв­ных бом­бар­ди­ро­вок шли но­чью. Про­бле­мы воз­ни­ка­ли, ко­гда кто-то по­лу­чал ра­не­ние: при­хо­ди­лось об­ра­щать­ся за по­мо­щью к мест­ным, в ос­нов­ном к свя­щен­ни­кам. Мне бы­ло про­ще — я знал язык, ли­те­ра­ту­ру, ис­то­рию, ре­а­лии стра­ны. Ме­ня в Польше на­зы­ва­ли пар­ти­за­ном Алё­шей.

Од­на­ж­ды на­ткну­лись мы на аков­цев (от­ряд Ар­мии край­о­вой, ко­то­рая под­чи­ня­лась лон­дон­ско­му пра­ви­тель­ству Ста­ни­сла­ва Ми­ко­лай­чи­ка. — «Из­ве­стия»). Очень недру­же­люб­но нас при­ня­ли. Их ко­ман­дир, по­ру­чик, услы­шав из мо­их уст поль­скую речь, всё не ве­рил, что я белорус. “Вы нам не нуж­ны, — по­вто­рял он. — Без вас осво­бо­дим­ся от нем­цев”. По­том смяг­чил­ся. Аков­цы да­же хле­бом по­де­ли­лись, па­пи­ро­са­ми».

■ О ВЗЯ­ТИИ ИЛЖИ

«В рай­он­ном го­ро­диш­ке Ил­жа рас­по­ла­гал­ся немец­кий гар­ни­зон. Лю­ди из Ар­мии лю­до­вой по­про­си­ли нас по­мочь осво­бо­дить си­дев­ших в мест­ной тюрь­ме под­поль­щи­ков. Я спер­ва за­со­мне­вал­ся: пе­ред груп­пой сто­я­ла за­да­ча вый­ти к Кракову без по­терь. Про­ве­ли раз­вед­ку, об­ре­за­ли нем­цам те­ле­фон­ную связь и во­шли в го­род с на­ступ­ле­ни­ем но­чи. Пу­ле­мёт­ным ог­нём мои ре­бя­та за­пер­ли гит­ле­ров­цев в ка­зар­ме. А по­ля­ки вы­тас­ки­ва­ли сво­их то­ва­ри­щей из тюрь­мы, гро­ми­ли по­чту, банк, опу­сто­ша­ли скла­ды. Це­лую ночь го­род был в на­ших ру­ках. По­том дви­ну­лись даль­ше — на Чен­сто­хо­ву. В 20-х чис­лах мая груп­па пе­ре­пра­ви­лась че­рез Вис­лу. В Ил­же, кста­ти, сто­ит обе­лиск. На нём брон­зо­вая таб­лич­ка с упо­ми­на­ни­ем груп­пы “лей­те­нан­та Алё­ши”».

„■ О СА­МОМ ВАЖНОМ В ЖИЗ­НИ

«В кон­це 1944 го­да моя груп­па слу­чай­но за­хва­ти­ла ин­же­не­ра-кар­то­гра­фа из шта­ба ты­ло­вых под­раз­де­ле­ний вер­мах­та — по­ля­ка Зиг­мун­да Ога­ре­ка. При нём — кар­ты обо­ро­ни­тель­ных со­ору­же­ний Но­вы-Сон­ча.

Вы­яс­ни­лось, что в здеш­нем Ягел­лон­ском зам­ке, древ­ней ре­зи­ден­ции польских ко­ро­лей, нем­цы устро­и­ли огром­ный склад бо­е­при­па­сов. За­вез­ли ва­го­на­ми взрыв­чат­ку, сна­ря­ды, фа­уст­па­тро­ны. Со­би­ра­лись за­ми­ни­ро­вать мо­сты че­рез ре­ку Ду­на­ец, Рож­нов­скую пло­ти­ну и куль­тур­ные па­мят­ни­ки Кра­ко­ва. И при от­ступ­ле­нии — взо­рвать. В ре­зуль­та­те всё бы­ло бы за­топ­ле­но и Крас­ная ар­мия не про­шла бы.

Пе­ре­вер­бо­ван­ный на­ми Ога­рек на­шел поль­ско­го ком­му­ни­ста, ко­то­рый под ви­дом груз­чи­ка внёс в за­мок ми­ну и вло­жил её в шта­бе­ля со сна­ря­да­ми. Взрыв про­гре­мел 18 ян­ва­ря 1945 го­да ра­но утром. Гит­ле­ров­цев по­гиб­ло — сот­ни. По уце­лев­шим мо­стам, по неза­топ­лен­ной мест­но­сти Крас­ная ар­мия бес­пре­пят­ствен­но во­шла в Кра­ков. Его спа­се­ние — са­мое важ­ное, что я сде­лал в жиз­ни».

■ ОБ ОТ­НО­ШЕ­НИИ ПО­ЛЯ­КОВ

«Они [по­ля­ки] скорее с нем­ца­ми бу­дут дру­жить, но — про­тив Рос­сии. Ви­дят в нас един­ствен­ных ви­нов­ни­ков раз­де­ла Поль­ши при Ека­те­рине II».

■ О СНОСЕ В ЭСТО­НИИ ПА­МЯТ­НИ­КОВ

«Вар­ва­ры. Я бы с ни­ми раз­де­лал­ся по­пар­ти­зан­ски. Как с бан­ди­та­ми».

„ О ЖИЗ­НИ НА ПЕН­СИИ, ВЕЗЕНИИ И НЫТИКАХ

«Сей­час вот в во­лей­бол иг­раю, два ра­за в неде­лю. Па­дать бо­юсь — ма­ло ли что? А так, ко­гда нуж­но, при­му мяч, рас­па­сую... За­кал­ка со­хра­ни­лась». «Мне и прав­да очень вез­ло в жиз­ни, чест­ное сло­во. Я про­шёл всю вой­ну и да­же не был ра­нен. Толь­ко один раз пу­ля ви­сок оца­ра­па­ла. Как го­во­рит­ся, Бог ми­ло­вал. А ведь я хо­дил на под­рыв

же­лез­ной до­ро­ги, пус­кал под от­кос по­ез­да, устра­и­вал за­са­ды, брал язы­ка». «А на­шей мо­ло­дё­жи же­лаю не быть ны­ти­ка­ми. Ны­ти­ков ни­ко­гда не лю­бил и к се­бе не брал».

Бой­цы 1-го Украинског­о фрон­та на одной из улиц осво­бож­дён­но­го Кра­ко­ва, ян­варь 1945 го­да

Алек­сей Бо­тян стал про­то­ти­пом май­о­ра Вих­ря (сле­ва) в од­но­имён­ном филь­ме о спа­се­нии Кра­ко­ва от пол­но­го раз­ру­ше­ния фа­ши­ста­ми

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.