Празд­ник, ко­то­рый нас оста­вил

Еле­на Ста­фье­ва об од­но­об­ра­зии на­ряд­но­сти

Kommersant Weekend - - Содержание - Еле­на Ста­фье­ва

до­ро­гие удо­воль­ствия об од­но­об­ра­зии на­ряд­но­сти

Эм­ма Сто­ун при­шла по­лу­чать сво­е­го «Оска­ра» за «Ла-Ла Ленд» в пла­тье Givenchy couture — бе­же­вом, на тон­ких бре­тель­ках, с вы­шив­кой и ба­хро­мой. В кра­си­вом пла­тье. Кра­си­вом той са­мой кра­со­той, ка­кой кра­си­вы на­ря­ды ее ге­ро­и­ни из «Ла-Ла Лен­да», ко­гда она со­би­ра­ет­ся out: си­нее пла­тье с от­кры­ты­ми пле­ча­ми, жел­тое в та­лию, бе­лое с юб­кой клеш, бор­до­вое на од­но пле­чо — и то­же в та­лию. Все непре­мен­но долж­но быть в та­лию, new look нам объ­яс­нил, что нуж­но под­чер­ки­вать та­лию и грудь. И «Ла-Ла Ленд», утри­руя эти пра­ви­ла сво­им спе­ци­аль­ным вин­таж­ным филь­тром гол­ли­вуд­ских мю­зик­лов, по­хо­жим на ин­ста­грам, де­ла­ет еще бо­лее оче­вид­ным то, ка­ким ана­хро­низ­мом эта кра­си­вость ока­зы­ва­ет­ся в со­вре­мен­ном ми­ре. При­мер­но 30 по­след­них лет мо­да — пе­ре­до­вая мо­да, ко­то­рая фор­ми­ро­ва­ла со­вре­мен­ный под­ход к одеж­де,— за­ни­ма­лась тем, что ло­ма­ла сте­рео­ти­пы. Те сте­рео­ти­пы, ко­то­рые во мно­гом и бы­ли со­зда­ны во­круг new look и ко­то­рые мы се­год­ня для про­сто ты по­ни­ма­ния на­зы­ва­ем кон­вен­ци­о­наль­ной кра­со­той. Япон­ские нон­кон­фор­ми­сты, бель­гий­ские де кон­струк­ти­ви­сты, немец­ко-ав­стрий­ские ми­ни­ма­ли­сты и от­дель­ные ита­льян­ские ди­зай­не­ры — все они с се­ре­ди­ны 1980-х по­ка­зы­ва­ли, что кра­со­та не обя­за­тель­но долж­на быть свя­за­на с тра­ди­ци­он­ным гла­му­ром. Что кра­си­вой мо­жет быть не толь­ко без­упреч­ность, но и про­ду­ман­ная си­сте­ма несо­вер­шенств, не толь­ко иде­аль­но по­до­гнан­ное по фи­гу­ре пла­тье, но и кон­цеп­ту­аль­но рас­по­ро­тое и за­но­во сло­жен­ное в по­ряд­ке, от­кры­ва­ю­щем кра­со­ту его от­дель­ных ча­стей и си­лу дис­со­нан­са меж­ду ни­ми. Что жен­ствен­ность мо­жет вы­ра­жать се­бя не толь­ко за­тя­ну­той та­ли­ей и под­ня­той гру­дью. Это дви­же­ние по на­прав­ле­нию к раз­ру­ше­нию кли­ши­ро­ван­ной кра­си­во­сти и к ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ции пред­став­ле­ний о кра­со­те да­ло до­воль­но мощ­ный эф­фект. И то, что се­год­ня ули­цы всех го­ро­дов на све­те за­пол­не­ны са­мы­ми раз­ны­ми пу­хо­ви­ка­ми и но­сят их лю­ди обо­е­го по­ла, всех воз­рас­тов и ти­пов внеш­но­сти,— это ре­зуль­тат той борь­бы с бур­жу­аз­ным лос­ком, ко­то­рую ве­ли Рэи Ка­ва­ку­бо и Ёд­зи Яма­мо­то. Ко­гда мы ви­дим во­круг се­бя девушек и пар­ней в су­ро­вом мрач­ном де­ни­ме, сто­я­щем ко­лом,— это при­вет от Хель­му­та Лан­га. И ши­ро­чен­ные бот­фор­ты и огром­ный три­ко­таж и си­ре­не­вые пла­тья в каж­дой вит­рине каж­до­го го­ро­да — это тор­же­ство той мо­ды обы­ден­но­го, но пе­ре­ли­цо­ван­но­го, по-но­во­му скон­стру­и­ро­ван­но­го и кон­тек­сту­а­ли­зи­ро­ван­но­го, ко­то­рую при­ду­мал Мар­тин Мар­же­ла. Се­год­ня жен­ствен­ность тра­ди­ци­он­ная и жен­ствен­ность но­вая, со­здан­ная все­ми эти­ми вы­да­ю­щи­ми­ся людь­ми, на­хо­дят­ся в диа­лек­ти­че­ских, но вполне рав­но­прав­ных от­но­ше­ни­ях, и вто­рая дав­но пе­ре­ста-

ла быть чем-то бо­гем­но-ин­тел­лек­ту­аль­ным. Ни­ко­му уже не на­до объ­яс­нять, что си­рот­ское пла­тье или огром­ный рас­тя­ну­тый сви­тер — это мо­жет быть так же кра­си­во и так же жен­ствен­но, как ми­ни-юб­ка и шпиль­ки. Ско­рее, по­ра объ­яс­нять, что это дав­но уже но­вый мейн­стрим. Что мы ви­дим на по­ди­у­мах сей­час, ко­гда толь­ко что про­шли по­ка­зы но­во­го се­зо­на? Сли­я­ние муж­ских и жен­ских де­фи­ле, маль­чи­ков, по­хо­жих на де­во­чек, де­во­чек, по­хо­жих на маль­чи­ков, и про­сто маль­чи­ков и де­во­чек, ко­то­рым нет де­ла до то­го, на­сколь­ко ген­дер­но чет­ко они вы­гля­дят. Муж­ское по­ка­зы­ва­ли вме­сте с жен­ским са­мые раз­ные брен­ды — от Calvin Klein, Saint Laurent и Gucci до Vetments и H&M Studio. Сек­су­аль­ность пе­ре­жи­ва­ет се­рьез­ней­шее сме­ще­ние, но, глав­ное, мод­ность уже дав­но прак­ти­че­ски ис­клю­ча­ет кон­вен­ци­аль­ную кра­си­вость. Все это в со­во­куп­но­сти транс­ли­ру­ет вполне со­вре­мен­ную идею: важ­но то, что обо­зна­ча­ет­ся ем­ким сло­вом personality, и толь­ко это фор­ми­ру­ет стиль, и чем даль­ше эта ва­ша personality от тра­ди­ци­он­ных кли­ше, тем вы­ра­зи­тель­ней и ин­те­рес­ней ваш стиль. Мож­но но­сить муж­ское, мож­но жен­ское, мож­но на пять раз­ме­ров боль­ше, а мож­но об­тя­ги­ва­ю­щее ми­ни с бот­фор­та­ми — все оди­на­ко­во сво­бод­но впи­сы­ва­ет­ся в кон­текст со­вре­мен­ной мо­ды. Но все пе­ре­ста­ет ра­бо­тать, как толь­ко де­ло до­хо­дит до на­ряд­но­сти — это про­стран­ство, где нет ни­ка­кой но­вой жен­ствен­но­сти, толь­ко ста­рая, со­вер­шен­но ар­ха­ич­ная и да­же пат­ри­ар­халь­ная. Что мы ви­дим на «Зо­ло­том гло­бу­се», «Оска­ре» и да­же на ба­лу Ин­сти­ту­та ко­стю­ма в Мет­ро­по­ли­тен год за го­дом? Кру­же­ва, ши­фон, вы­шив­ку, шлей­фы, де­коль­те и ру­са­ло­чьи хво­сты. Ну и к ним непре­мен­ные кор­се­ты и ло­ко­ны. Каж­дый год по­сле очередной крас­ной до­рож­ки вы­хо­дит ве­ре­ни­ца оди­на­ко­вых тек­стов про то, ка­кие же скуч­ные в этот раз бы­ли «Оскар» и Канн, ко­гда же на­ко­нец мы уви­дим что-то нестан­дарт­ное, ко­гда же сти­ли­сты пе­ре­ста­нут бо­ять­ся сде­лать шаг впра­во или вле­во. И на сле­ду­ю­щий год все по­вто­ря­ет­ся — кру­же­во, ши­фон, шлей­фы и де­коль­те. По­че­му от­лич­ные вро­де бы ди­зай­не­ры раз за ра­зом, де­лая ве­чер­ние пла­тья, вос­про­из­во­дят один и тот же на­бор штам­пов? Ведь шлейф, кри­но­лин или да­же де­коль­те вполне мо­гут быть ин­те­рес­ны, ес­ли по­ме­нять их про­пор­ции, впи­сать их в но­вый си­лу­эт, отой­ти от их тра­ди­ци­о­на­лист­ско­го ти­ра­жи­ро­ва­ния. Мы это от­лич­но пом­ним по су­ма­сшед­шим пла­тьям Алек­сандра Мак­ку­и­на, по бле­стя­ще­му со­еди­не­нию бур­жу­аз­ной рос­ко­ши и де­кон­струк­ти­вист­ских эле­мен­тов, ко­то­рым Аль­бер Эль­баз про­сла­вил Lanvin, по бла­го­род­ным на­ря­дам То­ма­са Май­е­ра для Bottega Veneta, по кол­лек­ци­ям Ра­фа Си­мон­са для Jil Sander и (неко­то­рым) для Dior. Но вы­шив­ка, шлейф, кру­же­во и ши­фон — это огром­ная кон­сер- ва­тив­ная си­ла, и что­бы ей со­про­тив­лять­ся, нуж­но боль­шое на­пря­же­ние, она бук­валь­но па­ра­ли­зу­ет твор­че­скую энер­гию. Кон­сер­ва­тив­ность все ре­ду­ци­ру­ет до уны­лых штам­пов — это ее свой­ство. По­это­му да­же там, где обыч­но мы ви­дим вполне со­вре­мен­ные и ин­те­рес­ные кол­лек­ции, как толь­ко де­ло до­хо­дит до «боль­шо­го пла­тья», по­яв­ля­ет­ся непре­мен­ный ана­хро­низм. Но это толь­ко од­на сто­ро­на кри­зи­са на­ряд­но­сти. Дру­гая его сто­ро­на по­рож­де­на дру­гой си­сте­мой штам­пов — штам­па­ми мас­со­вой по­все­днев­ной одеж­ды. Все до­сти­же­ния пе­ре­до­вой мо­ды за по­след­ние 10– 15 лет бы­ли уни­фи­ци­ро­ва­ны, усред­не­ны и пре­вра­ще­ны мас­смар­ке­том в на­бор кли­ше: лю­ди жи­вут и ра­бо­та­ют, в эти кли­ше оде­тые и окру­жен­ные ими (вс­пом­ни­те по­все­днев­ную одеж­ду ге­ро­и­ни в том же «ЛаЛа Лен­де», с ко­то­ро­го мы на­ча­ли). Вез­де­су­щий ко­кон ка­жу­аль­но­го вы­зы­ва­ет есте­ствен­ное же­ла­ние пе­ре­бить по­все­днев­ность чем-то си­я­ю­щим и «дей­стви­тель­но на­ряд­ным» в са­мых ло­бо­вых об­раз­цах — и тут чем боль­ше тю­ля и ши­фо­на, тем луч­ше. Но и это еще не все. И за кри­зи­сом на­ряд­но­сти, и за кри­зи­сом по­все­днев­но­сти сто­ит са­мый глав­ный кри­зис — кри­зис идей, ко­то­рый пе­ре­жи­ва­ет со­вре­мен­ная мо­да. Это и гло­баль­ное вы­мы­ва­ние ди­зай­на как та­ко­во­го и за­ме­на его сти­ли­сти­че­ски­ми эк­зер­си­са­ми. И мас­со­вый от­каз от ра­бо­ты с си­лу­этом и кро­ем. И фак­ти­че­ская под­ме­на ра­бо­ты ди­зай­не­ра/мо­де­лье­ра ра­бо­той сти­ли­ста/де­ко­ра­то­ра. Все вме­сте это не мог­ло не об­ра­зо­вать про­ва­ла там, где рань­ше бы­ла пе­ре­до­вая мо­да. Но ес­ли нет идей в боль­шой мо­де — нече­му спус­кать­ся вниз, на уро­вень мас­смар­ке­та. Так мы воз­вра­ща­ем­ся к кри­зи­су стан­дар­ти­за­ции по­все­днев­ной одеж­ды, к ее пол­ной обез­ли­чен­но­сти. А от­ту­да — к сте­рео­тип­ной на­ряд­но­сти, к под­мене экс­тра­ор­ди­нар­ных пла­тьев на­бо­ром шля­ге­ров «кри­но­лин— кру­же­ва—де­коль­те—бе­же­вое». Вот по­че­му вся на­ша на­ряд­ность ста­ла та­кой мерт­вой и бес­смыс­лен­ной. С со­вре­мен­ной мо­дой про­изо­шла за­бав­ная вещь. Чем боль­ше сво­бо­ды она транс­ли­ро­ва­ла в мир, чем даль­ше она от­хо­ди­ла от пат­ри­ар­халь­ных за­пре­тов, тем за­мет­ней в ней ста­но­вил­ся имен­но твор­че­ский кри­зис. Мар­ке­тинг, ко­то­рый управ­ля­ет со­вре­мен­ным мод­ным про­цес­сом, ока­зал­ся бла­го­скло­нен к лю­бой со­ци­о­куль­тур­ной ли­бе­раль­но­сти, к лю­бой ген­дер­ной ам­би­ва­лент­но­сти, но со­вер­шен­но нетер­пим к ди­зай­нер­ской ли­бе­раль­но­сти и к ху­до­же­ствен­ной ам­би­ва­лент­но­сти, к то­му, что при­ня­то на­зы­вать твор­че­ски­ми по­ис­ка­ми. Муж­ская блуз­ка с бан­том — от­лич­но, это бу­дет хо­ро­шо смот­реть­ся в вит­рине! Экс­пе­ри­мен­ты с про­пор­ци­я­ми и объ­е­ма­ми, но­вый крой — а как это бу­дет про­дви­гать наш брен­динг? Раз­ре­ше­ние это­го про­ти­во­ре­чия — са­мая на­сущ­ная по­треб­ность со­вре­мен­но­го мод­но­го про­цес­са.

«Ла-Ла Ленд» Се­зон на­град и крас­ных до­ро­жек, выс­шая точ­ка ко­то­ро­го при­хо­дит­ся на «Оскар», в оче­ред­ной раз сде­лал оче­вид­ным не толь­ко частный кри­зис в от­но­ше­ни­ях брен­дов, звезд и их сти­ли­стов, но и ку­да бо­лее об­щий и важ­ный кри­зис — кри­зис на­ряд­но­сти....

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.