Ре­став­ра­ция ре­во­лю­ции

« Бит­ва за Ал­жир » Джил­ло Пон­те­кор­во Ми­ха­ил Тро­фи­мен­ков

Kommersant Weekend - - Содержание - Ми­ха­ил Тро­фи­мен­ков

о «Бит­ве за Ал­жир» Джил­ло Пон­те­кор­во

В Про­грам­ме вос­ста­нов­лен­ных филь­мов ММКФ бу­дет по­ка­за­на «Бит­ва за Ал­жир» Джил­ло Пон­те­кор­во, ве­ли­чай­ший — по­сле «Бро­не­нос­ца „ По­тем­кин“» — фильм о ре­во­лю­ции, ма­ни­фест од­но­вре­мен­но по­ли­ти­че­ско­го кино и на­ци­о­наль­но- осво­бо­ди­тель­ной борь­бы

Пок а з на ММКФ ре­ста­ври­ро­ван­ной ко­пии ше­дев­ра Джил­ло Пон­те­кор­во 1966 го­да — со­бы­тие, но не сен­са­ция. Сен­са­ци­ей был его по­каз в Пен­та­гоне 7 ав­гу­ста 2003 го­да для офи­це­ров от­де­ла спе­цо­пе­ра­ций и кон­флик­тов ма­лой ин­тен­сив­но­сти, к ко­то­рым аме­ри­кан­ское ко­ман­до­ва­ние то­гда « иде­а­ли­сти­че­ски » от­но­си­ло толь­ко раз­го­рав­шу­ю­ся ирак­скую бой­ню. Ми­нистр обо­ро­ны До­нальд Рам­сфельд еще до это­го два­жды от­с­мот­рел « Бит­ву »: пе­ред втор­же­ни­ем в Ирак и по­сле пе­ре­хо­да ре­гу­ляр­ных во­ен­ных дей­ствий в пар­ти­зан­скую ста­дию. При­гла­ше­ние на по­каз в Пен­та­гоне, вдох­но­вен­но со­чи­нен­ное безы­мян­ным по­этом в по­го­нах, гла­си­ло: « Де­ти стре­ля­ют в упор в сол­дат, жен­щи­ны под­кла­ды­ва­ют бом­бы в ка­фе, и вот уже все араб­ское на­се­ле­ние сли­ва­ет­ся в безум­ной го­ряч­ке. У фран­цу­зов есть план, и они до­би­ва­ют­ся так­ти­че­ско­го успе­ха, но тер­пят стра­те­ги­че­ское по­ра­же­ние. Вам это ни­че­го не на­по­ми­на­ет? »

«Ко­неч­но, на­по­ми­на­ет », — мог­ли бы от­ве­тить на это зри­те­ли. Как уже от­ве­ти­ли в 1970-х го­дах на этот во­прос ла­ти­но­аме­ри­кан­ские офицеры, обу­чав­ши­е­ся ан­ти­пар­ти­зан­ской борь­бе в ар­ген­тин­ском Выс­шем во­ен­ном кол­ле­дже, «Шко­ле Аме­рик » в зоне Па­нам­ско­го ка­на­ла, бра­зиль­ском Цен­тре обу­че­ния войне в джун­глях. Во всех этих шко­лах ан­ти­им­пе­ри­а­ли­сти­че­ский фильм ис­поль­зо­вал­ся са­мы­ми что ни на есть «цеп­ны­ми пса­ми им­пе­ри­а­лиз­ма » как учеб­ное по­со­бие.

Впро­чем, как к по­со­бию к нему от­но­си­лись и па­ле­стин­ские и ир­ланд­ские бо­е­ви­ки, Ан­дре­ас Ба­а­дер, со­здав­ший в ФРГ «Фрак­цию Крас­ной ар­мии», и дру­гие ле­вые ра­ди­ка­лы 1970-х. То есть не­по­сред­ствен­ные пре­ем­ни­ки под­поль­щи­ков, во­е­вав­ших за неза­ви­си­мость Ал­жи­ра от Фран­ции в 1954–1962 го­дах и впер­вые обос­но­вав­ших и при­ме­нив­ших так­ти­ку го­род­ско­го тер­ро­ра про­тив ев­ро­пей­ско­го на­се­ле­ния ко­ло­нии. Все они, как и Пон­те­кор­во, ве­ри­ли, что кино — то­же ору­жие все­мир­ной граж­дан­ской вой­ны. Но за­бы­ва­ли, что « уби­ва­ет не ору­жие, а те, кто им поль­зу­ют­ся ». По­бе­да « Бит­вы » как ки­но­ше­дев­ра, увен­чан­но­го ве­не­ци­ан­ским « зо­ло­том », обер­ну­лась ее по­ра­же­ни­ем как по­со­бия для го­род­ских пар­ти­зан. Вра­ги пе­ре­хва­ти­ли «Бит­ву » и по- ста­ви­ли ее се­бе на служ­бу. Ору­жие ока­за­лось обо­ю­до­ост­рым по вине ре­жис­сер­ской чест­но­сти Пон­те­кор­во.

Один из ти­та­нов « зо­ло­то­го ве­ка » ита­льян­ско­го кино, он мастер­ски вла­дел не толь­ко ки­но­ка­ме­рой, но и ди­на­ми­том. Са­ма по се­бе се­мья Пон­те­кор­во, со­сто­я­тель­ных ев­ре­ев из Пи­зы, фе­но­ме­наль­на. Од­ним из се­ми бра­тьев и се­стер Джил­ло был Бру­но ( Бру­но Мак­си­мо­вич) — вы­да­ю­щий­ся фи­зик, в се­ре­дине 1930-х во­шед­ший в группу Эн­ри­ко Фер­ми и од­но­вре­мен­но в со­вет­скую раз­вед­сеть. По­ра­бо­тав над со­зда­ни­ем атом­ной бом­бы в США, он в 1950 го­ду пе­ре­бе­жал в СССР, ра­бо­тал в Дубне, стал со­вет­ским ака­де­ми­ком. Еще один брат Гви­до — зна­ме­ни­тый ге­не­тик, от­крыв­ший па­ра­сек­су­аль­ность гри­бов.

Джил­ло, бе­жав от фа­ши­стов во Фран­цию, в 1941- м всту­пил в ком­пар­тию и вер­нул­ся на ро­ди­ну. В 1941–1943 го­дах под псев­до­ни­мом Бар­на­бе он ру­ко­во­дил Со­про­тив­ле­ни­ем в рай­оне Ми­ла­на: о по­дви­гах его мо­лод­цов в Ита­лии сни­мут филь­мы. В 1956- м, по­сле вен­гер­ских со­бы­тий, он по­рвал с ком­пар­ти­ей, но ком­му­ни­стом остал­ся. К то­му вре­ме­ни он уже ра­бо­тал в до­ку­мен­та­ли­сти­ке. А в 1957- м де­бю­ти­ро­вал в иг­ро­вом кино филь­мом «Боль­шая си­няя до­ро­га » о ры­ба­ке, устав­шем от ни­ще­ты и экс­плу­а­та­ции и осво­ив­шем неве­до­мый до­се­ле ита­льян­цам спо­соб рыб­ной лов­ли при по­мо­щи гра­нат.

Сла­ву ему при­нес фильм « Ка­по » (1960) о де­вуш­ке, уз­ни­це на­цист­ско­го конц­ла­ге­ря, су­мев­шей скрыть от па­ла­чей свое ев­рей­ство, устро­ив­шей­ся ка­по, но ге­ро­и­че­ски по­гиб­шей, по­мо­гая мас­со­во­му по­бе­гу за­клю­чен­ных. Бла­го­да­ря ста­тье вы­да­ю­ще­го­ся ки­но­кри­ти­ка и ре­жис­се­ра « но­вой вол­ны » Жа­ка Ри­вет­та фильм стал си­но­ни­мом « он­то­ло­ги­че­ской непри­стой­но­сти ». Ри­вет­та вы­вел из се­бя ме­ло­дра­ма­ти­че­ский на­плыв ка­ме­ры на те­ло ге­ро­и­ни, по­вис­шее на ко­лю­чей про­во­ло­ке. Пон­те­кор­во от­нес­ся к этой но­та­ции все­рьез и боль­ше не поз­во­лял се­бе эс­те­ти­за­ции со­бы­тий, тра­ги­че­ских по опре­де­ле­нию.

«Бит­ву » он сни­мал не про­сто по го­ря­чим сле­дам вой­ны. Он сни­мал ее на ал­жир­ской го­су­дар­ствен­ной сту­дии, ко­то­рую воз­глав­лял Ясеф Са­а­ди, экс- ру­ко­во­ди­тель тер­ро­ри­сти­че­ско­го под­по­лья в го­ро­де Ал­жир.

Соб­ствен­но го­во­ря, са­ма бит­ва — это не бит­ва за стра­ну Ал­жир, а про­ти­во­сто­я­ние под­по­лья города Ал­жир, утвер­див­ше­го­ся в Ка­с­бе, ста­рин­ном, му­суль­ман­ском квар­та­ле, и фран­цуз­ских па­ра­шю­ти­стов, став­ших пер­вой в ис­то­рии ар­ми­ей, на ко­то­рую бы­ли воз­ло­же­ны чуж­дые ей по­ли­цей­ские функ­ции. Са­а­ди сыг­рал в « Бит­ве » са­мо­го се­бя, как и боль­шин­ство участ­ни­ков со­бы­тий, со­гла­сив­ших­ся снять­ся у Пон­те­кор­во. В филь­ме толь­ко один про­фес­си­о­нал — Жан Мар­тен, сыг­рав­ший пол­ков­ни­ка Ма­тье, ге­роя Со­про­тив­ле­ния, ока­зав­ше­го­ся в ам­плуа ге­ста­пов­ца. Но и Мар­тен в Ал­жи­ре скры­вал­ся, за­оч­но осуж­ден­ный на ро­дине за по­мощь ал­жир­ско­му под­по­лью на фран­цуз­ской тер­ри­то­рии.

Пон­те­кор­во по­ка­зал в де­та­лях « ра­бо­ту » под­по­лья. Как, на­при­мер, про­са­чи­ва­ют­ся из Ка­сбы в ев­ро­пей­ские квар­та­лы де­вуш­ки, скры­ва­ю­щие под ев­ро­пей­ски­ми на­ря­да­ми бом­бы, ко­то­рые взо­рвут­ся в ба­рах и на дис­ко­те­ках. Но так же детально он по­ка­зал и « ра­бо­ту » ка­ра­те­лей. По­жа­луй, Ма­тье — глав­ный ге­рой, к ко­то­ро­му Пон­те­кор­во от­но­сит­ся с ува­же­ни­ем как к се­рьез­но­му, убеж­ден­но­му вра­гу, от­нюдь не са­ди­сту, вы­нуж­ден­но­му действовать са­дист­ски­ми ме­то­да­ми.

Ши­ро­чай­шая прак­ти­ка пы­ток, при­ме­няв­ших­ся па­ра­шю­ти­ста­ми, воз­му­ти­ла фран­цуз­скую об­ще­ствен­ность, что во мно­гом пред­опре­де­ли­ло по­бе­ду ал­жир­ско­го со­про­тив­ле­ния, на­го­ло­ву раз­би­то­го на по­ле бра­ни, но по­бе­див­ше­го в войне за ми­ро­вое об­ще­ствен­ное мнение. Са­ми ал­жир­цы к пыт­кам от­но­си­лись, как ни ци­нич­но это про­зву­чит, с по­ни­ма­ни­ем: без пы­ток тер­ро­ри­сти­че­ское под­по­лье не раз­гро­мить. Пон­те­кор­во, вер­ный сво­ей ква­зи­до­ку­мен­та­лист­ской эс­те­ти­ке, сфор­му­ли­ро­вал на экране ре­цеп­ты ан­ти­пар­ти­зан­ской борь­бы, вклю­чая пыт­ки. Что и сде­ла­ло «Бит­ву » ис­точ­ни­ком вдох­но­ве­ния для ка­ра­те­лей все­го ми­ра. По­ду­мать толь­ко. Сни­ми он па­те­ти­че­ский пла­кат с уми­ра­ю­щи­ми под крас­ны­ми и зе­ле­ны­ми зна­ме­на­ми, но не сда­ю­щи­ми­ся « мо­ло­до­гвар­дей­ца­ми », «Бит­ва » быст­ро ка­ну­ла бы в небы­тие, как не ста­ла бы и фак­то­ром ми­ро­вой по­ли­ти­ки. Чест­ность, про­кля­тая ре­жис­сер­ская чест­ность под­ве­ла его.

Дву­мя по­сле­ду­ю­щи­ми иг­ро­вы­ми филь­ма­ми Пон­те­кор­во не то что­бы опро­вер­гал «Бит­ву ». Он про­сто про­дол­жил ис­сле­до­ва­ние ре­во­лю­ции и при­шел к неуте­ши­тель­ным вы­во­дам. В «Кей­ма­де» (1969) вос­ста­ние ра­бов на ка­риб­ском ост­ро­ве раз­жи­гал неот­ра­зи­мый и за­га­доч­ный « блед­но­ли­цый » ( Мар­лон Бран­до). Ко­гда же ре­во­лю­ция по­беж­да­ла, он спи­сы­вал ее вождя в рас­ход. Ком­ми­во­я­жер ре­во­лю­ции ока­зы­вал­ся аген­том бри­тан­ских мо­но­по­лий, ис­поль­зо­вав­шим на­род­ный гнев, что­бы за­ме­нить ста­ро­мод­ный ко­ло­ни­аль­ный гнет про­грес­сив­ным, нео­ко­ло­ни­аль­ным. Еще гор­ше бы­ла « Опе­ра­ция „Чу­до­ви­ще“» (1979) о сен­са­ци­он­ной опе­ра­ции баск­ских пар­ти­зан, в 1973- м взо­рвав­ших ис­пан­ско­го пре­мьер­ми­ни­стра Кар­ре­ро Блан­ко. Уни­каль­ность по­ку­ше­ния со­сто­я­ла во­все не в том, что взрыв за­швыр­нул ав­то­мо­биль ад­ми­ра­ла на кры­шу мно­го­этаж­но­го до­ма, а в том, что, лик­ви­ди­ро­вав пре­ем­ни­ка Фран­ко, они от­кры­ли до­ро­гу де­мо­кра­ти­че­ской эво­лю­ции Ис­па­нии по­сле смер­ти ка­уди­льо. Но ге­рой « Опе­ра­ции » про­дол­жал свою, уже вре­до­нос­ную вой­ну и по­сле уста­нов­ле­ния де­мо­кра­тии и неле­по по­ги­бал.

Ни « Кей­ма­да » , ни « Опе­ра­ция » та­ко­го ре­зо­нан­са, как « Бит­ва », не по­лу­чи­ли, что спра­вед­ли­во с эс­те­ти­че­ской точ­ки зре­ния и пе­чаль­но — с по­ли­ти­че­ской. Пе­чаль­ная ре­аль­ность со­вре­мен­но­го ми­ра объ­яс­ня­ет это: «Бит­ва » не про­сто оста­ет­ся ак­ту­аль­ным кино — ее ак­ту­аль­ность воз­рас­та­ет день ото дня. Кто в этом со­мне­ва­ет­ся — спро­си­те в Пен­та­гоне. ММКФ, Про­грам­ма вос­ста­нов­лен­ных филь­мов Рас­пи­са­ние по­ка­зов — на сай­те фе­сти­ва­ля

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.