При­род­ное си­я­ние бла­го­род­ства

Еле­на Ста­фье­ва о Terre d’Hermes Eau Intense Vetiver

Kommersant Weekend - - дорогие удовольствия -

Кри­стин На­жель сде­ла­ла Terre d’Hermes Eau Intense Vetiver. На пер­вый взгляд, это еще од­ни флан­кер зна­ме­ни­то­го эр­ме­сов­ско­го муж­ско­го аро­ма­та Terre d’Hermes, но на са­мом де­ле это ма­ни­фест их но­во­го пар­фю­мер­но­го вре­ме­ни

Terre d’Hermes зна­чит для мужской пар­фю­ме­рии то же, что Jardin, зна­ме­ни­тые эр­ме­сов­ские «Са­ды», для жен­ской. Два эти ме­га­хи­та, сде­лан­ные в 2000-х то­гдаш­ним штат­ным пар­фю­ме­ром Hermes, зна­ме­ни­тым Жан- Кло­дом Эл­ле­на, при­нес­ли Hermes но­вую пар­фю­мер­ную славу и фан­та­сти­че­скую при­быль и, как вся­кие успеш­ные аро­ма­ты, по­лу­чи­ли ве­ре­ни­цу флан­ке­ров, то есть раз­но­об­раз­ных ва­ри­а­ций ос­нов­ной те­мы. Но когда мы встре­ча­ем­ся с Кри­стин На­жель, ко­то­рая уже два го­да — глав­ный и един­ствен­ный пар­фю­мер Hermes, я за­даю ей са­мый оче­вид­ный во­прос: почему она на­ча­ла свою муж­скую пар­фю­мер­ную ис­то­рию не но­вым аро­ма­том, а ва­ри­а­ци­ей сде­лан­но­го Эл­ле­на бест­сел­ле­ра?

— Когда у вас есть та­кая глы­ба, как Terre, вы не мо­же­те про­сто прой­ти ми­мо нее,— го­во­рит Кри­стин.— Я за­ни­ма­юсь но­вым муж­ским аро­ма­том, но в про­цес­се мне все- та­ки за­хо­те­лось поработать с Terre, и в на­ча­ле его фор­му­ла бы­ла для ме­ня упраж­не­ни­ем. Это сво­е­го ро­да до­ка­за­тель­ство люб­ви: я взя­лась за это упраж­не­ние, по­то­му что дей­стви­тель­но люб­лю Terre и хо­те­ла его по­нять.

Что­бы по­нять, что Кри­стин сде­ла­ла с клас­си­че­ским Terre, нуж­но сна­ча­ла обо­зна­чить, чем этот клас­си­че­ский Terre был в 2006- м, когда он по­явил­ся. Жан- Клод Эл­ле­на не про­сто соз­да­тель несколь­ких ком­мер­че­ски и твор­че­ски успеш­ных аро­ма­тов Hermes, он преж­де все­го соз­да­тель но­во­го пар­фю­мер­но­го стиля, имев­ше­го мощ­ное вли­я­ние на но­вей­шую пар­фю­ме­рию. Стиль этот при­ня­то на­зы­вать ак­ва­рель­ным, но суть его преж­де все­го в ми­ни­ма­лиз­ме, в стро­гом ку­ри­ро­ва­нии ингредиентов и во­об­ще вы­ра­зи­тель­ных средств, что со­зда­ва­ло чрез­вы­чай­ную ра­фи­ни­ро­ван­ность. Этот стиль ока­зал­ся очень со­зву­чен об­ще­му сти­лю Hermes, и все вме­сте сра­бо­та­ло ис­клю­чи­тель­но успеш­но, дав бук­валь­но хре­сто­ма­тий­ный при­мер уникального и аб­со­лют­но узна­ва­е­мо­го оль­фак­тив­но­го об­ли­ка. Клас­си­че­ский Terre был иде­а­лен как его ил­лю­стра­ция: скон­цен­три­ро­ван­ный во­круг ис­клю­чи­тель­ных при­род­ных ма­те­ри­а­лов (как и вся идео­ло­гия Hermes) — де­ре­ва, спе­ций, яр­кий цит­ру­со­вый в на­ча­ле и про­хлад­ный и ми­ни­маль­ный в кон­це, он во­пло­щал очень важ­ную для Hermes идею бла­го­род­ства, рав­но как и идею при­ро­ды в ее имен­но эр­ме­сов­ском по­ни­ма­нии — Terre, «земля» Hermes.

Кри­стин На­жель, став но­вым пар­фю­ме­ром Hermes, долж­на бы­ла мо­дер­ни­зи­ро­вать пар­фю­мер­ный стиль до­ма: вре­мя из­ме­ни­лось, люк­со­вая си­сте­ма из­ме­ни­лась и да­же пред­став­ле­ния о муж­ском и жен­ском за по­след­ние несколь­ко лет здо­ро­во по­ме­ня­лись. При этом то, что она де­ла­ет, долж­но не толь­ко от­ли­чать­ся, но и со­от­но­сить­ся с тем, что де­лал Эл­ле­на, и со­хра­нить осо­бен­ную эр­ме­сов­скую пар­фю­мер­ную узна­ва­е­мость с пер­во­го вздо­ха. С этой за­да­чей она, без­услов­но, спра­ви­лась — и в це­лом, и в част­ном слу­чае с Terre d’Hermes. Три главные кар­ты Terre — цит­ру­сы, пе­рец и ве­ти­вер — Кри­стин разыг­ры­ва­ет по- сво­е­му.

— Мне ну­жен был бер­га­мот, который был бы сде­лан спе­ци­аль­но по мо­е­му за­ка­зу, тот бер­га­мот, который со­бран еще зе­ле­ным, до то­го как со­зре­ет,— хо­лод­ная экс­трак­ция, сде­лан­ная для ме­ня ком­па­ни­ей из Ка­лаб­рии. Это ред­кий экс­тракт, и он по­лу­чил­ся до­воль­но до­ро­гим, но дал мне то си­я­ние, ко­то­рое я ис­ка­ла. Пе­рец — в Terre был чер­ный пе­рец, я же ре­ши­ла ис­поль­зо­вать сы­чу­ань­ский пе­рец, за­пах ко­то­ро­го бли­зок к грейп­фру­ту, он очень хо­ро­шо вза­и­мо­дей­ству­ет и с че­ло­ве­че­ской кожей, и с дру­ги­ми ком­по­нен­та­ми, со­еди­ня­ет все, как сыр в фон­дю. Итак, у ме­ня был зе­ле­ный бер­га­мот и сы­чу­ань­ский пе­рец, за­пах ко­то­ро­го, то­же очень зе­ле­ный, да­вал мне ту же энер­гию, а даль­ше я до­бра­лась до дре­вес­ных со­став­ля­ю­щих Terre. И это преж­де все­го ве­ти­вер, у ко­то­ро­го все­гда две сто­ро­ны, од­на ара­хи­со­вая, а дру­гая — тра­вя­ни­стая. И ве­ти­вер я то­же хо­те­ла очень зе­ле­ный.

То есть, ес­ли го­во­рить в су­гу­бо пар­фю­мер­ных тер­ми­нах, в но­вом Terre d’Hermes Eau Intense Vetiver бы­ла за­мет­но при­глу­ше­на ми­не­раль­ность клас­си­че­ско­го Terre и так­же за­мет­но уси­ле­на рас­ти­тель­ная часть — тра­вя­ни­стая, зе­ле­ная.

— Один из са­мых пре­крас­ных и са­мых тро­га­ю­щих ме­ня об­ра­зов — это мо­ло­дые рост­ки, ко­то­рые про­би­ва­ют­ся из зем­ли, они одновременно и очень силь­ные — они про­шли сквозь слой поч­вы, и очень хруп­кие. По­это­му я хо­те­ла до­ба­вить в но­вый Terre мно­го зе­ле­ни,— го­во­рит Кри­стин.

В тер­ми­нах ген­дер­но- куль­тур­ных это срав­не­ние то­же име­ет смысл. Ка­ков тот че­ло­век, который бу­дет поль­зо­вать­ся Terre d’Hermes Eau Intense Vetiver? Или ка­ким он хо­чет ка­зать­ся? Опре­де­лен­но, не та­кой же­ле­зо­бе­тон­ный в сво­ей мас­ку­лин­но­сти, как преж­де, без вся­ко­го ма­чиз­ма, бо­лее эмо­ци­о­наль­ный и да­же уяз­ви­мый — об­раз про­би­ва­ю­щих­ся рост­ков, силь­ных и хруп­ких, по­явил­ся у Кри­стин вполне по де­лу.

— Я са­ма люб­лю муж­ские аро­ма­ты,— со­гла­ша­ет­ся Кри­стин,— когда жен­щи­на ими пах­нет, это не столь­ко со­блаз­не­ние, сколь­ко за­яв­ле­ние. И не люб­лю сло­во « уни­секс » — это и не для жен­щин, и не для муж­чин. 35 лет на­зад я встре­ти­ла муж­чи­ну, джентль­ме­на, Ми­ше­ля Шваль­бе, он был пер­вой скрип­кой у Ка­ра­я­на в Бер­лин­ском фи­лар­мо­ни­че­ском ор­кест­ре — и он поль­зо­вал­ся Nahema Guerlain. В этом бы­ло столь­ко ши­ка, столь­ко ра­фи­ни­ро­ван­но­сти, и это со­вер­шен­но не бы­ло жен­ствен­но, хо­тя это ги­пе­р­жен­ствен­ный аро­мат розы, а бы­ло очень кру­то. С тех пор я не ис­поль­зую опре­де­ле­ния «муж­ские» или « жен­ские» для за­па­хов, у пар­фю­ма нет ген­де­ра.

Но­вые вре­ме­на — но­вый Terre, который мо­гут лю­бить муж­чи­ны и жен­щи­ны, не ума­ляя ни сво­ей му­же­ствен­но­сти, ни сво­ей жен­ствен­но­сти.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.