Па­рад­ный порт­рет аук­ци­о­на

Вы­став­ка Christie’s в Москве

Kommersant - - КУЛЬТУРА - Игорь Гре­бель­ни­ков

В мос­ков­ском пред­ста­ви­тель­стве Christie’s до 10 но­яб­ря по­ка­зы­ва­ют из­бран­ные ло­ты пред­сто­я­ще­го аук­ци­о­на рус­ско­го ис­кус­ства, с которого 26 но­яб­ря стар­ту­ет неде­ля русских тор­гов в Лон­доне.

Впо­след­ние го­ды аук­ци­он­ные до­ма не ба­лу­ют мос­ков­скую пуб­ли­ку раз­вер­ну­ты­ми га­строль­ны­ми по­ка­за­ми ло­тов пред­сто­я­щих тор­гов, под ко­то­рые рань­ше сни­ма­лись му­зей­ные за­лы и це­лые особ­ня­ки,— это слиш­ком за­трат­но,— а пред­по­чи­та­ют бо­лее ка­мер­ный фор­мат. Рас­по­ла­гая для мос­ков­ско­го по­ка­за лишь де­ся­той ча­стью ло­тов, важно со­блю­сти ба­ланс, и Christie’s это уда­лось.

«За­кат в Ве­не­ции» (1873) Ива­на Ай­ва­зов­ско­го — самая до­ро­гая картина на тор­гах (£400–600 тыс.) из со­бра­ния аме­ри­кан­ско­го кол­лек­ци­о­не­ра и фи­лан­тро­па Джо­на В. Клю­ге, па­тро­ни­ро­вав­ше­го в чис­ле про­че­го и Ко­лум­бий­ский уни­вер­си­тет в Нью-Йор­ке, ко­то­ро­му и бу­дет на­прав­ле­на вы­руч­ка от продажи. Сре­ди дру­гих по­ло­тен рус­ско­го ма­ри­ни­ста, об­ра­ща­ю­щих­ся на тор­гах, это вы­де­ля­ют и боль­шой раз­мер, и спо­кой­ный вид Ве­не­ци­ан­ской ла­гу­ны с несколь­ко фан­та­зий­ной па­но­ра­мой ар­хи­тек­тур­ных до­сто­при­ме­ча­тель­но­стей, гон­дол и па­рус­ни­ков, буд­то рас­тво­рен­ных в ма­ре­ве теп­лых за­кат­ных от­тен­ков неба и во­ды.

Па­рад­ные порт­ре­ты бу­ду­ще­го им­пе­ра­то­ра Александра II — дет­ский, в фор­ме лейб-гвар­дии Чер­но­мор­ско­го эс­кад­ро­на (по­вто­ре­ние с ори­ги­на­ла, на­пи­сан­но­го Джор­джем А. Доу, £50–60 тыс.), и под­рост­ко­вый, в фор­ме лей­б­гвар­дии Ата­ман­ско­го пол­ка (с ори­ги­на­ла Фран­ца Крю­ге­ра, £40–50 тыс.),— уже от­ме­ти­лись на тор­гах Christie’s, но ка­ких! В 1929 го­ду кня­ги­ня Оль­га Па­лей, вто­рая су­пру­га ве­ли­ко­го кня­зя Павла Алек­сан­дро­ви­ча (в честь нее он построил один из двор­цов Цар­ско­го Се­ла), пе­ре­жив арест и казнь му­жа и сы­на, смог­ла бе­жать в Фин­лян­дию, а поз­же обос­но­вать­ся в Па­ри­же. С со­вет­ским пра­ви­тель­ством, ак­тив­но при­тор­го­вы­вав­шим на­ци­о­на­ли­зи­ро­ван­ным ис­кус­ством, она дол­го су­ди­лась за при­над­ле­жав­шие ее се­мье про­из­ве­де­ния. Пред­ме­том тяж­бы бы­ли и эти два порт­ре­та, ко­то­рые в ре­зуль­та­те бы­ли проданы от ее име­ни и неко­е­го спе­ци­аль­но об­ра­зо­ван­но­го син­ди­ка­та. Не­смот­ря на то что это ано­ним­ные по­вто­ре­ния с ори­ги­на­лов (ме­сто­на­хож­де­ние ко­то­рых неиз­вест­но), кар­ти­нам, без­услов­но, до­бав­ля­ет це­ны их «ари­сто­кра­ти­че­ский» про­ве­нанс. Кня­ги­ня Оль­га Па­лей по­сле ре­во- лю­ции да­же во­ди­ла экс­кур­сии по сво­е­му двор­цу, пре­вра­щен­но­му в му­зей, а спас­шись от но­вой вла­сти за гра­ни­цей, написала ме­му­а­ры, по­свя­щен­ные ре­во­лю­ци­он­ным го­дам (они из­да­ны в Рос­сии в 2005 го­ду).

Укра­ше­ни­ем вы­став­ки стал пар­ный лот — «Ав­то­порт­рет в се­ром ха­ла­те» и «Порт­рет Ве­ры Шу­ха­е­вой, же­ны ху­дож­ни­ка», на­пи­сан­ные Ва­си­ли­ем Шу­ха­е­вым на де­ре­ве в ма­не­ре ста­рых ма­сте­ров (1921, £300–500 тыс.). Ав­то­порт­рет ча­сто вос­про­из­во­дил­ся в аль­бо­мах и кни­гах, по­свя­щен­ных ху­дож­ни­ку, но ме­сто­на­хож­де­ние его бы­ло неиз­вест­но, по­ка обе кар­ти­ны не об­на­ру­жи­лись недав­но в част­ной фран­цуз­ской кол­лек­ции. Вско­ре по­сле пе­ре­ез­да в Па­риж в 1921 го­ду, где бы­ли за­кон­че­ны обе ра­бо­ты, Шу­ха­ев по­да­рил их разным дру­зьям, о чем сви­де­тель­ству­ют над­пи­си на них. Поз­же про­из­ве­де­ния осе­ли в од­ном со­бра­нии.

Из част­ной фин­ской кол­лек­ции про­ис­хо­дит «Порт­рет Ве­ры Ре­пи­ной, же­ны ху­дож­ни­ка» (1882, £150–200 тыс.), еще с дет­ских лет по­зи­ро­вав­шей сво­е­му будущему мужу (она изоб­ра­же­на на мно­гих его про­из­ве­де­ни­ях, хра­ня­щих­ся в круп­ных му­зе­ях), но по­сле пят­на­дца­ти лет бра­ка, за­брав че­ты­рех де­тей, оста­вив­шей ху­дож­ни­ка, слиш­ком сво­бод­но­го в от­но­ше­ни­ях с жен­щи­на­ми. Пред­став­лен­ный порт­рет, на ко­то­ром Ве­ра Ре­пи­на, уста­ло опер­шись на спин­ку сту­ла, чи­та­ет га­зе­ту, пе­ре­да­ет слож­ность се­мей­ных отношений.

За аван­гард­ное ис­кус­ство на вы­став­ке отвечает «На­тюр­морт» На­та­льи Гон­ча­ро­вой (£100–150 тыс.) из част­ной аме­ри­кан­ской кол­лек­ции: точ­ный год на­пи­са­ния его неиз­ве­стен, но он яв­но вдох­нов­лен Ис­па­ни­ей, где ху­дож­ни­ца вме­сте с мужем Ми­ха­и­лом Ла­ри­о­но­вым впер­вые по­бы­ва- ла в 1916 го­ду по при­гла­ше­нию Сер­гея Дя­ги­ле­ва для ра­бо­ты над спек­так­ля­ми «Русских се­зо­нов». На картине, на­пи­сан­ной в сине-бе­лой гам­ме, ху­дож­ни­ца риф­му­ет ор­на­мент ска­тер­ти, на ко­то­ром сто­ит ва­за с цве­та­ми, с пей­за­жем за ок­ном, со­еди­няя при­ми­ти­вист­скую ма­не­ру с эле­мен­та­ми ку­биз­ма. К со­жа­ле­нию, в Моск­ву не при­вез­ли ни­че­го из вну­ши­тель­ной под­бор­ки ра­бот Лео­на Бак­ста из со­бра­ния на­след­ни­ков сест­ры ху­дож­ни­ка. Это в ос­нов­ном неболь­шие по фор­ма­ту ве­щи, рас­кры­ва­ю­щие все мно­го­об­ра­зие та­лан­тов од­но­го из глав­ных ма­сте­ров рус­ско­го мо­дер­на: эс­ки­зы ко­стю­мов, де­ко­ра­ций, тка­ней, ню, гра­фи­че­ские порт­ре­ты. Сре­ди все­го это­го вы­де­ля­ют­ся боль­шой ак­ва­рель­ный эс­киз сце­но­гра­фии ба­ле­та «Даф­нис и Хлоя» (1912, £180–220 тыс.), а так­же чуть мень­ший по раз­ме­ру эс­киз к «Спя­щей кра­са­ви­це» (1921, £50–70 тыс.).

По­след­ние го­ды аук­ци­он­ные до­ма не ба­лу­ют мос­ков­скую пуб­ли­ку раз­вер­ну­ты­ми га­строль­ны­ми по­ка­за­ми ло­тов пред­сто­я­щих тор­гов, под ко­то­рые рань­ше сни­ма­лись му­зей­ные за­лы и це­лые особ­ня­ки,— это слиш­ком за­трат­но

ФО­ТО ИРИ­НЫ БУЖОР

Гла­ва меж­ду­на­род­но­го де­пар­та­мен­та рус­ско­го ис­кус­ства Christie’s Алексей Ти­зен­гау­зен по­ка­зал в Москве ло­ты, ко­то­рые ско­ро от­пра­вят­ся на тор­ги в Лондон

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.