От­мо­роз­ки и дру­гие звери

Гон­ку­ров­скую пре­мию по­лу­чил Ни­ко­ля Ма­тьё

Kommersant - - КУЛЬТУРА - Ми­ха­ил Тро­фи­мен­ков

Сорокалетний Ни­ко­ля Ма­тьё стал 116-м ла­у­ре­а­том ста­рей­шей и пре­стиж­ней­шей фран­цуз­ской ли­те­ра­тур­ной пре­мии — Гон­ку­ров­ской — за свой вто­рой роман «Leurs enfants apres eux», «Их де­ти по­сле них». Его имя бы­ло огла­ше­но на тра­ди­ци­он­ном обе­де де­ся­ти пи­са­те­лей—чле­нов Гон­ку­ров­ской академии в па­риж­ском ре­сто­ране Drouant. Вме­сте с Ма­тьё по­бе­ду празднует издательство Actes Sud, опуб­ли­ко­вав­шее че­ты­ре из се­ми ро­ма­нов-ла­у­ре­а­тов по­след­них лет.

До сво­их 36 лет Ма­тьё, сын элек­тро­ме­ха­ни­ка и бух­гал­те­ра из ло­та­ринг­ско­го за­хо­лу­стья, за­щи­тив­ший в Уни­вер­си­те­те Ме­ца ди­плом о фи­ло­соф­ском из­ме­ре­нии ки­не­ма­то­гра­фа Тер­рен­са Ма­ли­ка, по его собственным сло­вам, «жрал мя­со бе­ше­ной ко­ро­вы и пе­ре­би­вал­ся по­ден­щи­ной». Путь от пол­ной без­вест­но­сти к зва­нию луч­ше­го писателя Фран­ции он про­бе­жал все­го за че­ты­ре го­да, прошедшие с мо­мен­та вы­хо­да его пер­во­го романа. Про­ле­гал этот путь, что воз­мож­но лишь во Фран­ции, где кри­ми­наль­ная ли­те­ра­ту­ра не гет­то, а на­ци­о­наль­ное до­сто­я­ние, че­рез жанр polar — ур­ба­ни­сти­че­ско­го трил­ле­ра с внят­ны­ми со­ци­аль­ны­ми ак­цен­та­ми. Имен­но в этом жан­ре был на­пи­сан его де­бют «Война жи­вот­ных».

Ма­лая ро­ди­на Ма­тьё силь­нее все­го во Фран­ции по­стра­да­ла от гло­ба­лист­ской де­ин­ду­стри­а­ли­за­ции. Глу­хое от­ча­я­ние «края по­гас­ших домн» — фон и дви­га­тель сю­же­та обо­их ро­ма­нов Ма­тьё, по сло­вам кри­ти­ков, «от­ве­ши­ва­ю­ще­го фра­зы, как по­ще­чи­ны». В пер­вом из них «боль­ные жи­вот­ные кри­зи­са, этой чу­мы ХХ ве­ка», от­ча­яв­ши­е­ся от­мо­роз­ки с за­кры­той фаб­ри­ки, ввя­зы­ва­лись в мут­ную аван­тю­ру с по­хи­ще­ни­ем и пе­ре­про­да­жей де­вуш­ки со страс­бург­ской па­не­ли. Де­бют при­нес Ма­тьё ши­ро­кую из­вест­ность: как раз сей­час вы­хо­дит сня­тый по нему ми­ни-се­ри­ал Але­на Тасма с уча­сти­ем та­ких звезд, как Ро­ш­ди Зем, Че­ки Ка­рио и Ми­шель Сю­бор.

«Их де­ти по­сле них» — роман бо­лее тра­ди­ци­он­ный по жан­ру: ис­то­рию взрос­ле­ния Ха­си­на, аль­тер эго ав­то­ра, Ма­тьё про­сле­жи­ва­ет с 14-лет­не­го до 20-лет­не­го воз­рас­та. Все, как по­ло­же­но: ком­паш­ка из че­ты­рех нераз­луч­ных дру­зей, пер­вая лю­бовь, ко­сяч­ки и пи­во под Nirvana и пер­вое, смеш­ное пре­ступ­ле­ние — кража ка­ноэ с це­лью про­брать­ся на ну­дист­ский пляж. Но свое­об­ра­зие это­го «романа вос­пи­та­ния» в том, что вре­мя дей­ствия при­хо­дит­ся на 1992–1998 го­ды, па­мят­ные вполне бес­слав­ным за­вер­ше­ни­ем 14-лет­не­го прав­ле­ния Фран­с­уа Мит­те­ра­на, по­хо­ро­нив­ше­го со­ци­а­ли­сти­че­ские ил­лю­зии сво­их сто­рон­ни­ков и от­крыв­ше­го эпо­ху нео­ли­бе­ра­лиз­ма. В от­ли­чие от сво­их сверст­ни­ков из ро­ма­нов бы­лых вре­мен, Ха­син, Ан­то­ни, Стеф и Клеб не пи­та­ют ил­лю­зий от­но­си­тель­но свет­ло­го и про­стор­но­го взрос­ло­го бу­ду­ще­го.

По­след­ние несколь­ко де­ся­ти­ле­тий над Гон­ку­ров­ской пре­ми­ей ви­тал дух пас­се­из­ма: сре­ди по­бе­ди­те­лей пре­об­ла­да­ли ро­ма­ны из про­шло­го, в луч­шем слу­чае — из вре­мен немец­кой ок­ку­па­ции. При­су­див приз Ма­тьё, ака­де­ми­ки спо­хва­ти­лись, что как-ни­как пред­став­ля­ют ин­сти­ту­цию, неко­гда ко­ро­но­вав­шую Ан­ри Бар­бю­са («Огонь», 1916) и Ан­дре Маль­ро («Удел че­ло­ве­че­ский», 1933) — ярост­но ан­га­жи­ро­ван­ных пи­са­те­лей, ко­то­рых в на­ши дни то­же на­зва­ли бы ан­ти­г­ло­ба­ли­ста­ми.

ФО­ТО REUTERS

Ни­ко­ля Ма­тьё по­лу­чил Гон­ку­ров­скую пре­мию за свой вто­рой роман «Их де­ти по­сле них»

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.