Ай­бо­лит XXI ве­ка

Сто­лич­ный уче­ный-био­лог уехал в де­рев­ню, что­бы ле­чить ди­ких зве­рей. И те­перь они идут к нему - то с под­би­тым кры­лом, то с ра­не­ной но­гой - как к един­ствен­но­му спа­си­те­лю. Как к род­но­му.

Komsomolskaya Pravda - - Картинки из глубинки - Вик­тор ГУСЕЙНОВ, Вла­ди­мир ВОРСОБИН

В ДЕРЕВЕНЬКЕ У СА­МО­ГО ЛЕ­СА

Дом как дом. На краю де­рев­ни. Ста­рый, с се­ня­ми, с ма­лень­кой две­рью. В ста­ри­ну то ли му­жич­ки бы­ли ро­стом неве­ли­ки, то ли теп­ло эко­но­ми­ли - по­это­му ты бьешь­ся го­ло­вой в ко­сяк.

- Ти­хо, - цы­ка­ет Ми­ха­лыч. - Не пу­гай Аи­ста. И с жу­рав­ля­ми по­осто­рож­нее - неж­ные они, впе­чат­ли­тель­ные. И на со­ву дол­го не смот­ри. Что зна­чит днем все рав­но не ви­дит?! Еще как ви­дит, моя хо­ро­шая (смот­рит на лу­по­гла­зую птич­ку влюб­лен­но). А ей те­бя ви­деть нель­зя. И вол­чи­цу не тро­гай, не в на­стро­е­нии она. Слышь?

Ря­дом что-то взре­ве­ло. И по­шел по де­ревне жут­кий вой.

- Ну вот… - вздох­нул Ми­ха­лыч. - Чу­ет. Чу­жие вы… За­хо­дим в дом. Хо­ро­шо у Ми­ха­лы­ча! Два ма­лень­ких ры­сен­ка гры­зут фо­то­ап­па­рат Гу­сей­но­ва. По со­сед­ству в за­бро­шен­ном до­ме во­зят­ся ка­ба­ны…

- Это не мои, - хму­рит­ся. - Они са­ми по се­бе ка­ба­ны. При­би­лись... Из ле­са при­шли. Зна­ют, по­ро­ся­та, где се­лить­ся. Тут вся окру­га зна­ет - где. Од­на­ж­ды от­пу­стил Ми­ха­лыч в лес ли­са. Да вол­чи­ца по­шла за ним в лес и на­зад при­ве­ла. Ви­ди­мо, объ­яс­ни­ла, что до­ма-то оно на­деж­нее.

- Не­по­ря­док, - от­ру­гал Ми­ха­лыч вол­чи­цу. - На во­ле все­гда луч­ше.

И сно­ва от­пу­стил. Вол­чи­ца сно­ва схо­ди­ла за дру­гом в лес...

Те­перь ста­рый хо­ло­стяк лис си­дит в клет­ке, смот­рит на нас оце­ни­ва­ю­ще - что бы с нас вы­цы­га­нить. А его по­дру­га вол­чи­ца со­ста­ри­лась, вы­жи­ла из ума и за­и­сте­ри­ла. Вы­ла за до­мом в ожи­да­нии лу­ны.

Мы хо­ди­ли по хо­зяй­ству Ми­ха­лы­ча и бла­го­го­вей­но смот­ре­ли на него, как на по­пав­ше­го вдруг в наш ре­аль­ный мир ска­зоч­но­го ге­роя. Как на что-то по­ту­сто­рон­нее. Как на ка­кую-то сол­неч­ную ир­ра­ци­о­наль­ность. По­то­му что в на­шей веч­ной гон­ке за день­га­ми, ко­то­рую мы на­зы­ва­ем жиз­нью, так не бы­ва­ет.

Мо­ло­дой мно­го­обе­ща­ю­щий уче­ный-био­лог бро­са­ет Моск­ву, уез­жа­ет в твер­скую глу­хо­мань, что у го­ро­да Рже­ва, и жи­вет здесь 30 лет. А цель жиз­ни у него - ле­чить слу­чай­ных жи­вот­ных. Он ста­вит про­те­зы под­би­тым охот­ни­ка­ми аистам и жу­рав­лям, вы­ха­жи­ва­ет хищ­ни­ков и вы­пус­ка­ет на во­лю. А кто по­ка­ле­чен на­столь­ко, что во­ля - смерть, тот на­ве­ки по­се­ля­ет­ся здесь. Вот и жи­вут на краю де­рев­ни вол­ки, ры­си, ли­сы, ку­ни­цы, во­ро­ны, со­вы…

И си­дим мы у него в ста­рой из­бе, во­зим­ся с ры­ся­та­ми. «А в го­ро­де том сад, - по­ет Гре­бен­щи­ков. - Все тра­вы да цве­ты, гу­ля­ют там жи­вот­ные неви­дан­ной кра­сы». И тут в ок­но вхо­дит кот. По­том вто­рой, тре­тий, чет­вер­тый… По­том в дом вры­ва­ют­ся со­ба­ки - пер­вая, вто­рая… А Ми­ха­лыч, слов­но древ­ний бог ле­са, пьет по­сре­ди зо­овер­те­па чай и вспо­ми­на­ет: Уче­ный Алек­сей Му­ра­шов и его же­на Яна не толь­ко ле­чат ди­ких зве­рей, но и рас­тят их потом­ство, а по­том вы­пус­ка­ют юн­цов в лес. Вот-вот и это­го ры­сен­ка от­пра­вят на во­лю.

- При­вез­ли из пар­ка Ба­ла­ши­хи ку­ни­цу, ма­лень­ко­го ку­те­ноч­ка, мы его вы­хо­ди­ли и вы­пу­сти­ли в при­ро­ду. Че­рез че­ты­ре го­да он к нам вер­нул­ся. При­полз ра­не­ный, за­лез, под­лец, в во­льер к со­вам, убил их и спо­кой­но лег спать. Мы сна­ча­ла по­ду­ма­ли, что это ка­кая-то ди­кая ку­ни­ца, а он бе­жит к нам, ра­ду­ет­ся. Уз­нал. Мы оста­ви­ли его: с та­ки­ми ра­на­ми в ди­кой при­ро­де не вы­жил бы… - Алек­сей Ми­хай­ло­вич... - го­во­рю. - Чую, про­зву­чит мой лю­би­мый жур­на­лист­ский во­прос, - сме­ет­ся Ми­ха­лыч. - За­чем мне это все на­до, да? - Да. - Как бы вам это объ­яс­нить, - за­ду­мы­ва­ет­ся, гля­дя на нас, Ай­бо­лит-2018.

ЗООПАРК ЗВЕ­РЕЙ УСЫПЛЯЛ

По сло­вам Ми­ха­лы­ча (он же Алек­сей Ми­хай­ло­вич Му­ра­шов), все ре­ши­ла встре­ча с… тря­со­гуз­кой.

- По­па­лась мне в дет­стве ра­не­ная пти­ца, - рас­ска­зы­ва­ет Му­ра­шов. - Я ее вы­ле­чил и вы­пу­стил. И за­был. Про­шел год. Иду по ули­це, и вдруг во­круг ме­ня за­кру­жи­ла птич­ка. И са­дит­ся пря­мо на ру­ку ( сме­ет­ся). Она с птен­ца­ми на кры­ше ма­га­зи­на по­се­ли­лась. Уви­де­ла ме­ня, ра­ду­ет­ся.

Про­ект бу­ду­ще­го пи­том­ни­ка ро­дил­ся у Му­ра­шо­ва во вре­мя его ра­бо­ты в кон­це 1970-х в Мос­ков­ском зоо­пар­ке, ко­гда он уз­нал страш­ную вещь. Ра­не­ные или бро­шен­ные жи­вот­ные, ко­то­рых при­но­си­ли сер­до­боль­ные моск­ви­чи, здесь обыч­но… по­ги­ба­ли. Их то­гда усып­ля­ли. Сна­ча­ла Му­ра­шов, уго­во­рив ру­ко­вод­ство не брать грех на ду­шу, от­крыл при зоо­пар­ке сек­цию спа­се­ния зве­рей. А по­том воз­ле твер­ской де­рев­ни Жел­ни­но воз­ник­ла био­стан­ция Ака­де­мии на­ук, в ко­то­рой Алек­сей и на­чал свой Глав­ный Экс­пе­ри­мент - воз­вра­ще­ние по­ка- ле­чен­ных людь­ми жи­вот­ных в ди­кую при­ро­ду.

И скеп­ти­ки ока­за­лись не пра­вы - жи­вот­ные, ко­то­рых вы­пус­ка­ли био­ло­ги об­рат­но в лес, вы­жи­ва­ли и да­ва­ли потом­ство.

И ста­ли у Жел­ни­но про­ис­хо­дить див­ные ис­то­рии. Зве­ри на­ча­ли при­хо­дить к стан­ции со сво­им вы­вод­ком, слов­но по­ка­зы­вая де­тям - смот­ри­те, есть сре­ди че­ло­ве­че­ства Че­ло­век.

- Од­на­ж­ды при­вез­ли из Моск­вы взрос­лую рысь, - вспо­ми­на­ет Му­ра­шов. - На­иг­ра­лись с ней хо­зя­е­ва, на­до­е­ла. И вот вы­пу­сти­ли мы ее на во­лю. А я ме­сто се­бе не на­хо­жу - как она там… Зи­мой хо­ди­ли в лес смот­реть - есть ли сле­ды. Есть. И го­да че­рез три при­шла, кра­са­ви­ца, с ко­тя­та­ми. По­сто­я­ла у око­ли­цы, «мя­ук­ну­ла» нам (счаст­ли­вая улыб­ка) и по­шла об­рат­но в лес. И так мы вы­пус­ка­ем еже­год­но и зве­рей, и птиц… - Угу, - со­гла­си­лась из клет­ки со­ва. - Угу! Угу! Угу! - вы­су­ну­лись из всех ще­лей и за­ми­га­ли со­ви­ные се­ма­фо­ры.

- Де­тиш­ки «Гар­ри Пот­те­ра» смо- трят, ро­ди­те­ли им со­вят и по­ку­па­ют. А по­том из­бав­ля­ют­ся, - мах­нул ру­кой Ми­ха­лыч. - Все жду, ко­гда мо­да на эту сказ­ку прой­дет.

«КАК ИХ БРОСИШЬ?»

Де­рев­ня Жел­ни­но к это­му Но­е­ву ков­че­гу от­но­сит­ся неод­но­знач­но. С од­ной сто­ро­ны, Му­ра­шов моск­вич. «Хоть и жи­ву здесь 30 лет, но мест­ные об этом пом­нят, - сме­ет­ся Ай­бо­лит. - В этом смыс­ле я ни­ко­гда до кон­ца не ста­ну де­ре­вен­ским».

Но пом­нит де­рев­ня и дру­гое: как спас Алек­сей Ми­хай­ло­вич де­ре­вен­ских от… по­след­них ком­му­ни­стов. В по­след­ние ме­ся­цы со­вет­ской вла­сти мест­ные пар­тий­ные ра­бот­ни­ки по­пы­та­лись «при­ва­ти­зи­ро­вать» окрест­ные ле­са, ку­да сель­ские му­жи­ки хо­ди­ли на охо­ту. Му­ра­шов по­ехал в Моск­ву и в са­мый по­след­ний мо­мент до­бил­ся от­ме­ны ре­ше­ния, оста­вил лес за де­рев­ней. Это мест­ные хо­ро­шо за­пом­ни­ли, и моск­вич стал на­все­гда сво­им.

Но вме­сте с Со­вет­ским Со­ю­зом умер­ла и био­стан­ция.

- Нам по­сле раз­ва­ла СССР бы­ло ска­за­но, что мы мо­жем про­дол­жать де­ло, но толь­ко на спон­сор­ские сред­ства, ко­то­рые нуж­но ис­кать са­мим. Или бро­сить все. Но как их бросишь?! - го­во­рит Му­ра­шов. Уче­ные ис­ка­ли день­ги са­ми. Жи­ли на неболь­шие гран­ты и на по­жерт­во­ва­ния нерав­но­душ­ных лю­дей.

В ка­кой-то мо­мент стан­ция и во­все сго­ре­ла. Алек­сей и его же­на Яна по­се­ли­лись ря­дом в ма­лень­кой де­ре­вен­ской из­буш­ке, ко­то­рую на них пе­ре­пи­са­ла мест­ная ба­буш­ка в бла­го­дар­ность за то, что они по­мог­ли по­хо­ро­нить ей де­да. А при­до­мо­вая тер­ри­то­рия ста­ла ин­тер­на­том для ди­ких жи­вот­ных, при­плод ко­то­рых Му­ра­шо­вы из го­да в год вы­пус­ка­ют в ле­са... Мис­сия? Слу­же­ние? Ре­ли­гия? Жи­вут Му­ра­шо­вы яв­но из свя­то­го прин­ци­па - что­бы остать­ся людь­ми, на­до по­мочь зве­рям. Что, по­хо­же, тро­га­тель­ная по­пыт­ка хоть как-то оправ­дать Че­ло­ве­че­ство. А по­рой жу­равль в до­ме луч­ше, чем си­ни­ца в ру­ке! В от­ли­чие от дет­ской сказ­ки, где ли­са и жу­равль так неудач­но хо­ди­ли друг к дру­гу в го­сти, что веч­но воз­вра­ща­лись го­лод­ны­ми и оби­жен­ны­ми, эти жи­вут в ми­ре и со­гла­сии.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.