Ко­гда я рас­ска­зы­ва­ла мо­ло­дым про 70-е, они не мог­ли мне по­ве­рить!

У од­ной из са­мых по­пу­ляр­ных рос­сий­ских пи­са­тель­ниц вы­шел но­вый ро­ман - «Горь­кий квест», по­свя­щен­ный эпо­хе за­стоя. ЛИЧНОЕ ДЕ­ЛО

Komsomolskaya Pravda - - Книжная полка - Де­нис КОРСАКОВ, Да­рья ЗАВГОРОДНЯЯ Ма­ри­на АЛЕКСЕЕВА

Мно­гие до сих пор вос­при­ни­ма­ют Алек­сан­дру Ма­ри­ни­ну преж­де все­го как ав­то­ра ро­ма­нов про Ана­ста­сию Ка­мен­скую. Пи­са­тель­ни­ца уже дав­но экс­пе­ри­мен­ти­ру­ет с дру­ги­ми ге­ро­я­ми и жан­ра­ми. Два го­да на­зад вы­шла «Обрат­ная си­ла», трех­том­ная са­га, дей­ствие ко­то­рой охва­ты­ва­ет два ве­ка. Сей­час вы­хо­дит трех­том­ный «Горь­кий квест» - и это со­всем уж неожиданная ис­то­рия.

Несколь­ко мо­ло­дых ге­ро­ев ста­но­вят­ся участ­ни­ка­ми стран­но­го и до­ро­го­сто­я­ще­го экс­пе­ри­мен­та: их помещают в ис­кус­ствен­но вос­со­здан­ную со­вет­скую ат­мо­сфе­ру и с го­ло­вой оку­на­ют в 70-е го­ды… При­во­дит все это к дра­ма­ти­че­ско­му фи­на­лу.

«ШКОЛЬ­НИ­КИ НЕ ЗНА­ЮТ ГОРЬКОГО, ХО­ТЯ МОГ­ЛИ БЫ ЧИ­ТАТЬ ЕГО ВЗАХЛЕБ»

ро­ди­лась в 1957 го­ду. В 1979-м окон­чи­ла юри­ди­че­ский фа­куль­тет МГУ. До 1998 го­да ра­бо­та­ла в ми­ли­ции (и до­слу­жи­лась до зва­ния по дпол­ков­ни­ка). Вме­сте с к ол­ле­гой Алек­сан­дром Гор­ки­ным пи­са­ла очер­ки в жур­нал «Со­вет­ская ми­ли­ция», по­том вме­сте с ним на­пи­са­ла де­тек­тив­ную по­весть «Ше­сти­кры­лый Се­ра­фим», опуб­ли­ко­ван­ную там же в 1992 го­ду. Из их имен и был со­став­лен псев­до­ним «Алек­сандра Маринина»; по­том со­труд­ни­че­ство рас­па­лось, а псев­до­ним остал­ся за ней. С 1992-го пи­шет де­тек­тив­ные ро­ма­ны про опе - ра­тив­ни­ка и ана­ли­ти­ка Ана­ста­сию Ка­мен­скую, ко­то­рые уже к кон­цу де­ся­ти­ле­тия при­нес­ли ей сла­ву од­ной из са­мых из­вес тных рос­сий­ских пи­са­тель­ниц. трид­ца­ти На се­го­дняш­ний день вы­шло уже бо­лее ро­ма­нов о Ка­мен­ской. за По офи­ци­аль­ным дан­ным Книж­ной па­ла­ты по­пу­ляр­но2017 год, Маринина - чет­вер­тый по в про­шлом сти ав­тор в Рос­сии, ее кни­ги толь­ко свы­ше го­ду бы­ли опуб­ли­ко­ва­ны об­щим ти­ра­жом 750 000 эк­зем­пля­ров.

- Пе­ред тем как на­пи­сать эту кни­гу, - рас­ска­зы­ва­ет Алек­сандра Маринина, - я несколь­ко раз со­би­ра­ла неболь­шие ком­па­нии из мо­ло­дых лю­дей у се­бя в офи­се. Мы с ни­ми иг­ра­ли в ро­ле­вые иг­ры. В школь­ный урок ли­те­ра­ту­ры 70-х го­дов. В ком­со­моль­ское со­бра­ние. В неро­ман­ти­че­скую си­ту­а­цию - ко­гда ты на ули­це, на сви­да­нии с де­вуш­кой, и вдруг очень хо­чет­ся в туа­лет. Най­ти до­ступ­ный туа­лет - это ведь в 70-е бы­ла огром­ная про­бле­ма… Они от­ве­ча­ли с се­го­дняш­ней точ­ки зре­ния, а я го­во­ри­ла: «Э, нет, так не по­лу­чит­ся!» Еще я спро­си­ла у них, зна­ют ли они, что та­кое ком­со­мол? Неко­то­рые ска­за­ли: «Ну вро­де что­то та­кое слы­шал». Что та­кое ком­со­моль­ское со­бра­ние, ком­со­моль­ская ячей­ка, сек­ре­тарь ком­со­моль­ской ор­га­ни­за­ции, комс­орг - они бы­ли во­об­ще со­вер­шен­но не в кур­се. Все эти ре­а­лии от них бес­ко­неч­но да­ле­ки, они вы­зы­ва­ют у них ужас и недо­ве­рие. - О чем идет речь в «Горь­ком кве­сте»? - Су­ще­ству­ют несколь­ко эс­се о про­из­ве­де­ни­ях Горького, на­пи­сан­ных мо­ло­дым че­ло­ве­ком в кон­це 70-х го- дов. В 1981-м этот че­ло­век умер. А сей­час воз­ник­ла необ­хо­ди­мость вос­ста­но­вить его ха­рак­тер, об­раз мыш­ле­ния, склад пси­хи­ки… Что мож­но сде­лать толь­ко с по­мо­щью этих эс­се. На­до по­нять, что его при­влек­ло в кон­крет­ных текстах Горького, взгля­нуть на них гла­за­ми пар­ня из 70-х. Что­бы это сде­лать, тот, ко­му это нуж­но, бе­рет груп­пу со­вре­мен­ных мо­ло­дых лю­дей и от­ча­сти пре­вра­ща­ет их в мо­ло­дых лю­дей 70-х, по­ме­стив в со­от­вет­ству­ю­щую об­ста­нов­ку. Те­ле­фо­ны толь­ко ста­ци­о­нар­ные, в те­ле­ви­зо­ре два ка­на­ла, кино - толь­ко то, ко­то­рое идет в ки­но­те­ат­рах. Еда - ис­клю­чи­тель­но со­вет­ская: ни­ка­ких ки­ви и аво­ка­до, фи­сташ­ко­во­го мо­ро­же­но­го, гриль-ба­ров, пиц­це­рий. При этом еже­днев­но их те­сти­ру­ет пси­хо­лог. В этих усло­ви­ях они долж­ны про­честь те же са­мые про­из­ве­де­ния Горького и по­де­лить­ся сво­и­ми ощу­ще­ни­я­ми. Та­ким об­ра­зом пы­та­ют­ся вос­ста­но­вить об­раз дав­но умер­ше­го мо­ло­до­го че­ло­ве­ка… - Но по­че­му имен­но Горь­кий? - Из все­го, что я изу­ча­ла в шко­ле, Горь­кий вы­зы­вал у ме­ня наи­боль­шее от­тор­же­ние. Все бла­го­да­ря со­вет­ским учеб­ни­кам. В го­ло­вы вби­ва­ли, что он - ве­ли­кий про­ле­тар­ский пи­са­тель. Сей­час, вы­бро­сив из го­ло­вы чу­до­вищ­ные глу­по­сти из со­вет­ских учеб­ни­ков, я пе­ре­чи­та­ла кни­ги Горького нор­маль­ны­ми све­жи­ми гла­за­ми. Ро­ма­ны «Де­ло Ар­та­мо­но­вых» и «Фо­ма Гор­де­ев», пьесы «Дач­ни­ки», «На дне», «Ме­щане», «Ста­рик», «Вас­са Же­лез­но­ва» в двух пер­вых ре­дак­ци­ях… У него по­тря­са­ю­щие пьесы - ум­ные, тон­кие, веч­ные. Ре­во­лю­ци­он­но­сти там нет вот ни на­сто­леч­ко, они все про веч­ные про­бле­мы. Глав­ное, что ин­те­ре­со­ва­ло Горького, - вза­и­мо­от­но­ше­ния от­цов и де­тей. У Тур­ге­не­ва в цен­тре романа - вза­им­ное непо­ни­ма­ние нра­вов. А у Горького глав­ное - неже­ла­ние де­тей оправ­ды­вать на­деж­ды. Неже­ла­ние при­ни­мать на свои пле­чи то де­ло, ко­то­ро­му ро­ди­те­ли от­да­ли всю жизнь и в ко­то­рое вло­жи­ли всю ду­шу. Жить той жиз­нью, ко­то­рую ро­ди­те­ли те­бе при­ду­ма­ли, при­чем при­ду­ма­ли в первую оче­редь для соб­ствен­ной усла­ды.

- А современные мо­ло­дые лю­ди, с ко­то­ры­ми вы го­во­ри­ли, что ду­ма­ют о Горь­ком?

- Да ни­че­го не ду­ма­ют - они его не чи­та­ли. Все пом­нят толь­ко «Пес­ню о Бу­ре­вест­ни­ке» и сказ­ки, по­тому что они вхо­дят в школь­ную про­грам­му. «На дне» то­же вхо­дит, но о ней вспом­нил толь­ко один че­ло­век, при­чем на­звал пье­су ро­ма­ном. Хо­тя, ес­ли дать школь­ни­кам чи­тать Горького в вы- ди­рую, но ме­ня­юсь! И я не знаю, че­го мне за­хо­чет­ся зав­тра - мо­жет, сно­ва пи­сать про Ка­мен­скую. Тем бо­лее по­след­няя кни­га о ней, «Казнь без зло­го умыс­ла», вы­шла все­го три го­да на­зад.

- Бо­рис Аку­нин в ро­мане «Не про­ща­юсь» убил Эра­с­та Пет­ро­ви­ча Фан­до­ри­на. Вы мог­ли бы убить Ана­ста­сию Ка­мен­скую?

- Нет. По­ка не мо­гу. Хо­тя, по­вто­ряю, все ме­ня­ет­ся… Мы не зна­ем, что с на­ми бу­дет да­же зав­тра, не го­во­ря уж о том, что бу­дет че­рез пять лет. Нет, се­год­ня я ее убить не мо­гу. Мо­гу пе­ре­стать о ней пи­сать, а уби­вать-то за­чем?

- На­при­мер, ра­ди дра­ма­ти­че­ско­го фи­на­ла всей се­рии.

- Ну ви­ди­те ли, тот же Аку­нин - жи­вой че­ло­век, мо­жет, ко­гда-ни­будь ему очень за­хо­чет­ся на­пи­сать еще один ро­ман о Фан­до­рине, и он что-ни­будь при­ду­ма­ет… Я чи­та­ла эту кни­гу, ее фи­нал при же­ла­нии вполне мож­но пе­ре­вер­нуть. Нам не предъ­яв­лен труп Фан­до­ри­на, нет, гру­бо го­во­ря, эпи­зо­да вскры­тия или эпи­зо­да по­хо­рон. Из тако­го фи­на­ла все­гда мож­но вы­вер­нуть­ся.

- По­дав­ля­ю­щее боль­шин­ство ва­ших чи­та­те­лей - жен­щи­ны. Вы не пы­та­е­тесь за­во­е­вать муж­скую ауди­то­рию?

- Да я не за­во­е­вы­ваю ни­че­го и ни­ко­го! Са­ма я жен­щи­на, мой стиль из­ло­же­ния и мои мыс­ли бли­же жен­щи­нам - у них моз­ги устро­е­ны при­мер­но так же. А муж­чи­нам ин­те­рес­нее драйв, экс­т­рим, дви­же­ние, по­го­ни - то, че­го в мо­их кни­гах нет и в по­мине. По­том, муж­чи­ны в прин­ци­пе чи­та­ют мень­ше, у них дру­гой способ про­ве­де­ния до­су­га, ин­тел­лек­ту­аль­но­го от­ды­ха ( улы­ба­ет­ся). Так что все в по­ряд­ке, ина­че и не бы­ва­ет. У Ага­ты Кри­сти, на­при­мер, очень мно­го чи­та­те­лей-муж­чин, но жен­щин все рав­но го­раз­до боль­ше.

- Ко­го вы чи­та­е­те из сво­их кол­лег, ав­то­ров де­тек­ти­вов?

- Скан­ди­на­вов и ан­гли­чан, ино­гда да­же аме­ри­кан­цев. Скан­ди­на­вы - это не толь­ко всем из­вест­ный Ю Не­с­бё, еще Юс­си Ад­лер-Оль­сен, Ка­мил­ла Лэк­берг. Из ан­гли­чан - Ро­берт Брын­дза. Недав­но про­чи­та­ла три романа Джо­ан Ро­улинг о де­тек­ти­ве Кор­мо­ране Страй­ке, ко­то­рые она на­пи­са­ла под псев­до­ни­мом Ро­берт Гэл­б­рейт, - «Зов ку­куш­ки», «Шел­ко­пряд» и «На служ­бе зла». То­же с боль­шим удо­воль­стви­ем. А твор­че­ство сво­их рос­сий­ских кол­лег я прин­ци­пи­аль­но не об­суж­даю с жур­на­ли­ста­ми. С каж­дой кни­гой у Алек­сан­дры Ма­ри­ни­ной ста­но­вит­ся все боль­ше пре­дан­ных чи­та­те­лей. пуск­ном клас­се и рас­ска­зать, о чем он на са­мом де­ле пи­сал, они бу­дут чи­тать его с упо­е­ни­ем.

«АКУ­НИН ЗАПРОСТО МО­ЖЕТ ВОСКРЕСИТЬ ФАН­ДО­РИ­НА»

- Два го­да на­зад вы­шла ва­ша «Обрат­ная си­ла», трех­том­ная се­мей­ная са­га. Несколь­ко неожи­дан­но для ав­то­ра «Ка­мен­ской»…

- Во­об­ще-то се­мей­ные са­ги я пи­шу с 2002 го­да, то есть «Обрат­ная си­ла» по­яви­лась не вне­зап­но… По­ни­ма­е­те, я же пи­шу не для то­го, что­бы ко­му-то по­нра­вить­ся. А про­сто для то­го, что­бы рас­цве­тить соб­ствен­ную жизнь. По­ка мне бы­ло интересно пи­сать де­тек­ти­вы про Ка­мен­скую, я их пи­са­ла. Но с вы­хо­да пер­вой кни­ги про­шло 25 лет. Я не мо­гу за­стыть в од­ном эмо­ци­о­наль­ном и ин­тел­лек­ту­аль­ном со­сто­я­нии, я ме­ня­юсь. Мо­жет, не раз­ви­ва­юсь, а де­гра-

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.