Мак­сим ШАРАФУТДИН­ОВ: «Боль­ше все­го я бо­ял­ся ослеп­нуть по­сле прыж­ка»

ПО­БЕ­ДИ­ТЕЛЬ «ВЫШ­КИ» МАК­СИМ ШАРАФУТДИН­ОВ РАЗ­ВЕ­ЯЛ СА­МЫЕ СТОЙ­КИЕ МИ­ФЫ О ПРО­ЕК­ТЕ

KP-Teleprogramma - - ПОСЛЕ ШОУ - Яро­слав КОРОБАТОВ. Фо­то: Вла­ди­мир ВЕЛЕНГУРИН.

Вми­нув­шее воскре­се­нье опре­де­лил­ся по­бе­ди­тель про­ек­та «Выш­ка», в рам­ках ко­то­ро­го звез­ды осва­и­ва­ли та­кой зре­лищ­ный вид спор­та, как прыж­ки в во­ду. За вре­мя су­ще­ство­ва­ния в эфи­ре Пер­во­го ка­на­ла «Выш­ка» об­рос­ла слу­ха­ми и ле­ген­да­ми. И по­сле окон­ча­ния шоу мы по­про­си­ли чем­пи­о­на, Мак­си­ма Ша­ра­фут­ди­но­ва, по­мочь нам разо­брать­ся в ми­фо­ло­гии про­ек­та.

МИФ ПЕР­ВЫЙ:

У ча­сти зри­те­лей бы­то­ва­ло мне­ние, что ин­три­ги и ре­аль­ной борь­бы на шоу не бы­ло: по­бе­дил тот, кто изна­чаль­но был са­мым спор­тив­ным и под­го­тов­лен­ным.

- На са­мом де­ле осо­бой спор­тив­ной под­го­тов­ки у ме­ня не бы­ло, - рас­ска­зы­ва­ет Мак­сим. - До это­го я за­ни­мал­ся прыж­ка­ми на ба­ту­те - в ка­че­стве хоб­би. Саль­то пры­гал, но ред­ко при­зем­лял­ся на но­ги: ча­ще все­го па­дал ли­бо на спи­ну, ли­бо ли­цом на сет­ку. Ко­гда мы при­шли на шоу, то тре­не­ры по­на­ча­лу от­но­си­ли ме­ня к аут­сай­де­рам, по­то­му что фи­зи­че­ская под­го­тов­ка у ме­ня бы­ла сла­бее, чем у дру­гих ре­бят. До­пу­стим, ес­ли я вхо­дил в во­ду не­пра­виль­но, у ме­ня за­ла­мы­ва­ло спи­ну - не бы­ло мы­шеч­но­го кор­се­та, что­бы удер­жать те­ло в нуж- ном по­ло­же­нии. По­это­му для уча­стия в «Выш­ке» мне на­до бы­ло сде­лать боль­ше, чем ко­му-ли­бо дру­го­му. Я уси­лен­но за­ка­чи­вал нуж­ные мыш­цы, это чем-то на­по­ми­на­ло ле­чеб­ную физ­куль­ту­ру. Но те­ло очень быст­ро адап­ти­ро­ва­лось: неде­ли че­рез две я уже был бо­лее или ме­нее в по­ряд­ке.

МИФ ВТО­РОЙ:

Счи­та­ет­ся, что са­мый глав­ный страх для пры­гу­на - это бо­язнь вы­со­ты.

- Я боль­ше все­го бо­ял­ся уда­рить­ся силь­но гла­за­ми о во­ду, - при­зна­ет­ся Мак­сим. - Бы­ли при­ме­ры, ко­гда у спортс­ме­нов про­ис­хо­ди­ли от­сло­е­ние сет­чат­ки и про­чие ма­ло­при­ят­ные ве­щи. Я бли­зо­ру­кий, у ме­ня в об­щем-то стан­дарт­ное на­ру­ше­ние зре­ния для тех, кто ра­бо­та­ет в офи­се, - ми­нус че­ты­ре. Но во­пре­ки ре­ко­мен­да­ции вра­чей мне при­хо­ди­лось пры­гать в лин­зах. По­то­му что на­до ви­деть во­ду, что­бы по­ни­мать, ко­гда на­до рас­крыть­ся и на­чать вход. Я да­ле­ко не все­гда успе­вал за­кры­вать гла­за и вы­но­сить ру­ки, ко­то­ры­ми на­до про­би­вать по­верх­ность. То­гда уда­ры о во­ду бы­ли на­столь­ко силь­ны­ми, что лин­за ухо­ди­ла под ве­ко. Но са­мое страш­ное ощу­ще­ние воз­ник­ло, ко­гда я на 15 ми­нут по­те­рял зре­ние. В тот мо­мент мне по­ка­за­лось, что я ослеп на­все­гда. По­том вы­яс­ни­лось, что это был ушиб глаз­но­го яб­ло­ка.

МИФ ТРЕ­ТИЙ:

Часть пуб­ли­ки утвер­жда­ла, что об­ста­нов­ка дру­же­лю­бия на про­ек­те на­иг­ран­ная, а на са­мом де­ле участ­ни­ки шоу от­но­сят­ся друг к дру­гу по прин­ци­пу «че­ло­век че­ло­ве­ку волк». Из­вест­но о кон­флик­тах меж­ду звез­да­ми, на­при­мер, о столк­но­ве­ни­ях меж­ду Вик­то­ри­ей Бо­ней и Да­ной Бо­ри­со­вой.

- Нега­тив­ная ре­ак­ция друг на дру­га - это чу­де­са ви­део­мон­та­жа, - утвер­жда­ет чем­пи­он «Выш­ки». - Ко­гда смот­ришь те­ле­вер­сию, там про­скаль­зы­ва­ют мо­мен­ты за­ви­сти или зло­рад­ства, что у со­пер­ни­ка пры­жок не по­лу­чил­ся. Но на са­мом де­ле та­ких мо­мен­тов бы­ло очень ма­ло. Мы дей­стви­тель­но ис­кренне пе­ре­жи­ва­ли друг за дру­га. Мно­гие об­ща­ют­ся и по­сле окон­ча­ния съе­мок. В шко­лу прыж­ков Гле­ба Галь­пе­ри­на (он от­крыл ее под проект) при­хо­дят и Дан­ко, и Вик­то­рия Бо­ня, и Ми­ша Баш­ка­тов, и Влад Де­мин, и дев­чон­ки из «Шу­га Ма­мас» - Анжелика Фро­ло­ва и Вик­то­рия Кузь­ми­на.

МИФ ЧЕТ­ВЕР­ТЫЙ:

Яко­бы «Выш­ка» к спор­ту имеет ма­ло от­но­ше­ния, и тре­не­рам, ко­то­рые го­то­ви­ли чем­пи­о­нов ми­ра и Олим­пий­ских игр, бы­ло от­кро­вен­но скуч­но ра­бо­тать со звез­да­ми.

- Мне по­ка­за­лось, что на­шим тре­не­рам был ин­те­ре­сен этот проект с точ­ки зре­ния пе­да­го­ги­че­ско­го опы­та, - счи­та­ет Шарафутдин­ов. - Ес­ли в работе с на­чи­на­ю­щи­ми спортс­ме­на­ми на­став­ни­ки при­ме­ня­ют ме­тод кну­та и пря­ни­ка, то нас не на­до бы­ло мо­ти­ви­ро­вать. Мы са­ми бы­ли за­цик­ле­ны на ре­зуль­та­те. Мы оса­жда­ли тре­не­ров, тре­буя на­учить, по­ка­зать, объ­яс­нить. Я сам под­хо­дил к тре­не­ру, что­бы взять за­да­ние на дом. По­том мо­ло­дые спортс­ме­ны рас­ска­зы­ва­ли, что тре­не­ры ста­ви­ли нас в при­мер, мол, участ­ни­ки «Выш­ки» за ко­рот­кий про­ме­жу­ток вре­ме­ни осво­и­ли боль­ше но­вых эле­мен­тов, чем вы за год: «За­ни­май­тесь, как се­леб­ри­ти!» Мне бы­ло лест­но это услы­шать.

К сло­ву, Глеб Галь­пе­рин уже по­сле окон­ча­ния «Выш­ки» го­во­рил, что ли­де­ры про­ек­та пры­га­ют на уровне пер­во­го взрос­ло­го раз­ря­да. И это за несколь­ко недель тре­ни­ро­вок!

МИФ ПЯ­ТЫЙ

Прыж­ки - это вид спор­та для ин­ди­ви­ду­а­ли­стов, здесь каж­дый сам по се­бе.

- Чув­ство лок­тя здесь очень важ­но, осо­бен­но в син­хрон­ных прыж­ках, - по­ла­га­ет Мак­сим. - Мно­гие, на­вер­ное, уди­вят­ся, но син­хрон мы на­ча­ли от­ра­ба­ты­вать... в ка­ра­океклу­бе. Это хо­ро­ший спо­соб узнать парт­не­ра, его тем­пе­ра­мент, по­нять, на­сколь­ко вы по ду­ху близ­ки. Мы там пе­ли с Гле­бом Галь­пе­ри­ным, он был мо­им парт­не­ром по син­хрон­но­му прыж­ку, «А не спе­ши­те нас хо­ро­нить» груп­пы «ЧайФ». У Гле­ба, кста­ти, хо­ро­шие слух и чув­ство рит­ма. А еще из спортс­ме­нов, ко­то­рые с на­ми ра­бо­та­ли, хо­ро­шо по­ет Ко­стя Хан­бе­ков. Он пел пес­ни груп­пы «Ко­роль и Шут». Я и не подозревал, что та­кие ро­кер­ские ве­щи мож­но так ме­ло­дич­но ис­пол­нять.

ЕКА­ТЕ­РИ­НА ШПИ­ЦА ОД­НОЙ ИЗ ПЕР­ВЫХ ПО­ЗДРА­ВИ­ЛА МАК­СИ­МА С ПО­БЕ­ДОЙ.

ЧЕМ­ПИ­ОН­СКИЙ ПРЫ­ЖОК МАК­СИ­МА ША­РА­ФУТ­ДИ­НО­ВА.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.