Про­био­ти­че­ская те­ра­пия при ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ци­ях у де­тей/

А А Плос­ки­ре­ва

Lechaschij vrach - - Содержание - Кон­такт­ная ин­фор­ма­ция: antonina@ploskireva.com

А. А. Плос­ки­ре­ва, док­тор ме­ди­цин­ских на­ук, про­фес­сор ФГБОУВОРН ИМ У им. Н. И. Пи­ро­гов а, Москва Ре­зю­ме. Ост­рые ки­шеч­ные ин­фек­ции яв­ля­ют­ся важ­ной про­бле­мой в пе­ди­ат­рии. Од­ним из зве­ньев па­то­ге­не­за яв­ля­ет­ся де­ста­би­ли­за­ция си­сте­мы мик­ро­био­це­но­за, ас­со­ци­и­ро­ван­ная с дей­стви­ем воз­бу­ди­те­лей ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ций. В этой свя­зи про­био­ти­ки ста­но­вят­ся клю­че­вым зве­ном па­то­ге­не­ти­че­ской те­ра­пии ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ций. На­зна­че­ние дан­ных пре­па­ра­тов поз­во­ля­ет со­кра­тить сро­ки диа­рей­но­го син­дро­ма и сни­зить ве­ро­ят­ность раз­ви­тия тя­же­лых форм. При вы­бо­ре так­ти­ки про био­ти­че­ской те­ра­пии не­об­хо­ди­мо ру­ко­вод­ство­вать­ся свой­ства­ми штам­мов, ко­то­рые до­ка­зал и свою эф­фек­тив­ность при ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ци­ях.

Клю­че­вые сло­ва: де­ти, ост­рые ки­шеч­ные ин­фек­ции, диа­рея, про­био­ти­ки.

Abstract. Acute intestinal infections is a significant issue in pediatrics. One of the links of pathogenesis is destabilization of microbiocenosis system, which is associated with the action of intestinal infection agents. In this connection, probiotics become the key link of pathogenic therapy of acute intestinal infections. Prescription of these preparations allows to reduce the period of diarrheal syndrome and probability of severe forms development. Choosing the strategy of probiotic therapy, it is necessary to follow the features of the strains which proved their efficiency under acute intestinal infections.

Keywords: children, acute intestinal infections, diarrhea, probiotics.

Ост­рые ки­шеч­ные ин­фек­ции (ОКИ) про­дол­жа­ют оста­вать­ся зна­чи­мой па­то­ло­ги­ей в пе­ди­ат­ри­че­ской прак­ти­ке, что свя­за­но с вы­со­кой ча­сто­той дан­ной груп­пы ин­фек­ци­он­ных за­бо­ле­ва­ний у де­тей, риском раз­ви­тия неот­лож­ных со­сто­я­ний, тя­же­лых форм и пост­ин­фек­ци­он­ных из­ме­не­ний. Дан­ные Рос­по­треб­над­зо­ра по еже­год­ной ре­ги­стра­ции ин­фек­ци­он­ной па­то­ло­гии в на­шей стране по­ка­зы­ва­ют, что бо­лее 750 тыс. слу­ча­ев ост­рых диа­рей ин­фек­ци­он­ной при­ро­ды при­хо­дит­ся на де­тей. По дан­ным фор­мы № 1 «Све­де­ния об ин­фек­ци­он­ных и па­ра­зи­тар­ных за­бо­ле­ва­ни­ях» за ян­варьок­тябрь 2017 г. от­ме­че­но пре­вы­ше­ние средне мно­го­лет­них по­ка­за­те­лей (СМП) в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции по ост­рым ки­шеч­ным ин­фек­ци­ям уста­нов­лен­ной этио­ло­гии — на 15,0% (148,97 про­тив 129,56), из ко­то­рых 68,5% слу­ча­ев при­хо­ди­лось на де­тей в воз­расте до 17 лет [1]. Огром­ный эко­но­ми­че­ский ущерб ОКИ обо­зна­чен в Го­су­дар­ствен­ном до­кла­де« О со­сто­я­нии са­ни­тар­но эпи­де­мио­ло­ги­че­ско­го бла­го­по­лу­чия на­се­ле­ния в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции в 2016 го­ду». Так, ма­те­ри­аль­ные за­тра­ты при ОКИ, вы­зван­ных неуста­нов­лен­ны­ми ин­фек­ци­он­ны­ми воз­бу­ди­те­ля­ми, и пи­ще­вых ток­си­ко­ин­фек­ци­ях неяс­ной этио­ло­гии со­став­ля­ют 15 684 697,7 тыс. руб­лей в год, а для ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ций уста­нов­лен­ной этио­ло­гии — 76 538 49,0 тыс. руб­лей в год [2].

Важ­ным па­то­ге­не­ти­че­ским ас­пек­том ОКИ лю­бой этио­ло­гии яв­ля­ет­ся раз­ви­тие на­ру­ше­ний мик­ро­фло­ры же­лу­доч­но ки­шеч­но­го трак­та (ЖКТ) (рис.).

Из­ме­не­ние ка­че­ствен­но­го и ко­ли­че­ствен­но­го со­ста­ва мик­ро­фло­ры при­во­дит к де­ста­би­ли­за­ции иерар­хи­че­ской струк­ту­ры мик­ро­био­це­но­за и вли­я­ет на по­вы­ше­ние про­ни­ца­е­мо­сти киш­ки, раз­ви­тие в ней вос­па­ли­тель­ной ре­ак­ции, при­во­дит к сни­же­нию про­тек­тив­ных свойств му­ци­нов ого слоя, что в ко­неч­ном ито­ге усу­губ­ля­ет син­дром де­гид­ра­та­ции и по­вы­ша­ет ве­ро­ят­ность ин­ва­зии па­то­ген­ных/ услов­но-па­то­ген­ных мик­ро­ор­га­низ­мов.

М икр о эко­ло­ги­че­ские на­ру­ше­ния при ОКИ от­ме­ча­ют­ся в раз­лич­ных био­то­пах ор­га­низ­ма че­ло­ве­ка, од­на­ко наи­бо­лее зна­чи­мые из­ме­не­ния ре­ги­стри­ру­ют­ся в мик­ро­био­це­но­зе ЖКТ. До­ка­за­ны

ми кр о эко­ло­ги­че­ские на­ру­ше­ния при ди­зен­те­рии Зонне у 67,8–85,1% па­ци­ен­тов, саль­мо­нел­ле­зе — 95,1%, иер­си­ни­о­зе — 94,9%, ро­та­ви­рус­ной ин­фек­ции — 37,2–62,8%, на­ру­ше­ния со сто­ро­ны мик­ро­фло­ры ЖКТ но­сят вы­ра­жен­ный характер [3, 4].

От­кло­не­ния в ко­ли­че­ствен­ном и ка­че­ствен­ном со­ста­ве мик­ро­био­це­но­за ЖКТ при ОКИ пред­став­ля­ют со­бой од­но из ве­ду­щих зве­ньев па­то­ге­не­за, так как де­ста­би­ли­за­ция си­сте­мы мик­ро­био­це­но­за усу­губ­ля­ет нега­тив­ное вли­я­ние па­то­ген­ных воз­бу­ди­те­лей на те­че­ние и ис­ход бо­лез­ни, при­во­дя к воз­рас­та­нию вы­ра­жен­но­сти вос­па­ли­тель­ных ре­ак­ций со сто­ро­ны сли­зи­стой обо­лоч­ки киш­ки, сни­же­нию тем­пов ре­па­ра­тив­ных про­цес­сов, усу­губ­ле­нию ин­ток­си­ка­ции за счет вы­сво­бож­де­ния ток­си­нов не толь­ко па­то­ген­ных воз­бу­ди­те­лей, но и услов­но-па­то­ген­ной мик­ро­фло­ры (УПФ), зна­чи­мость ко­то­рой в эко­си­сте­ме мик­ро­фло­ры ЖКТ при ОКИ воз­рас­та­ет [5].

В этой свя­зи од­ним из на­прав­ле­ний па­то­ге­не­ти­че­ской те­ра­пии ОКИ яв­ля­ет­ся ис­поль­зо­ва­ние про­био­ти­ков, эф­фек­тив­ность ко­то­рых под­твер­жде­на как оте­че­ствен­ны­ми, так и за­ру­беж­ны­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми и от­но­сит­ся к са­мо­му вы­со­ко­му уров­ню ре­ко­мен­да­ций с по­зи­ции до­ка­за­тель­ной ме­ди­ци­ны — 1А [6, 7]. Ре­зуль­та­ты 63 ран дом из ир о ван­ных кон­тро­ли­ру­е­мых кли­ни­че­ских ис­сле­до­ва­ний бы­ли про­ана­ли­зи­ро­ва­ны в ме­та­а­на­ли­зе, и бы­ло до­ка­за­но, что на­зна­че­ние про­био­ти­ков при ОКИ у де­тей со­кра­ща­ет про­дол­жи­тель­ность диа­реи( в сред­нем на 24,76 ча­са) и ча­сто­ту стул а, при этом рис­ки неже­ла­тель­ных яв­ле­ний, свя­зан­ных с дан­ной груп­пой пре­па­ра­тов, ми­ни­маль­ны [6].

Ре­а­ли­за­ция про­тив о ин­фек­ци­он­но­го дей­ствия про­био­ти­ков за­клю­ча­ет­ся в ан­та­го­ни­сти­че­ском вли­я­нии на па­то­ген­ные и услов­но-па­то­ген­ные мик­ро­ор­га­низ­мы и ре­а­ли­зу­ет­ся пу­тем сни­же­ния рНср еды в про­све­те киш­ки( для кис­ло­мо­лоч­ных штам­мов ), про­дук­ции бак­те­рио­ци­нов, об­ла­да­ю­щих ан­ти­био­тик о по­доб­ным и свой­ства­ми, кон­ку­рен­ции за пи­та­тель­ные ве­ще­ства и сай­ты ад­ге­зии с па­то­ген­ной и услов­но-па­то­ген­ной фло­рой, а так­же за счет оп­ти­ми­за­ции па­ра­мет­ров му­ци­но­во­го слоя (для штам­мов, спо­соб­ных к ад­ге­зии) [8]. Из­ме­не­ние со­сто­я­ния му­ци­но­во­го слоя яв­ля­ет­ся важ­ным па­то­ге­не­ти­че­ским ас­пек­том ОКИ: сни­же­ние его вяз­ко­сти по­вы­ша­ет ве­ро­ят­ность транс­ло­ка­ции мик­ро­ор­га­низ­мов, как па­то­ген­ных, так непа­то­ген­ных, в бо­лее глу­бо­кие слои сли­зи­стой обо­лоч­ки с раз­ви­ти­ем вос­па­ли­тель­но­го про­цес­са. При ОКИ од­ним из ме­ха­низ­мов ре­а­ли­за­ции па­то­ген­но­го вли­я­ния воз­бу­ди­те­лей на ор­га­низм че­ло­ве­ка яв­ля­ет­ся сни­же­ние вяз­ко­сти му­ци­но­во­го слоя [9–11].

По­ми­мо по­вы­ше­ния ко­ло­ни­за­ци­он­ной ре­зи­стент­но­сти мик­ро­фло­ры, для про­био­ти­ков ха­рак­тер­но на­ли­чие им­му­но­троп­но­го вли­я­ния, за­клю­ча­ю­ще­го­ся в ин­дук­ции син­те­за им­му­но­гло­бу­ли­нов (sIgA), ли­зо­ци­ма, ин­тер­фе­ро­нов, сти­му­ля­ции фа­го­ци­то­за, ре­гу­ля­ции си­сте­мы ци­то­ки­нов и др. [12, 13]. При этом им­му­но­троп­ное вли­я­ние про­био­ти­че­ских штам­мов у здо­ро­вых лиц не при­во­дит к из­ме­не­ни­ям со сто­ро­ны им­мун­ной си­сте­мы. В ис­сле­до­ва­ни­ях бы­ло по­ка­за­но, что при пе­ро­раль­ном вве­де­нии ком­би­на­ции про­био­ти­ков Lactobacillus rhamnosus GR-1 и Lactobacillus fermentum RC-14 здо­ро­вым ли­цам из­ме­не­ний в уров­нях сы­во­ро­точ­но­го IgA и IgM не от­ме­ча­лось, а срав­не­ние тит­ров ан­ти­тел (IgG, IgA и IgM), сы­во­ро­точ­ных ци­то­ки­нов, ИЛ-2, ИЛ-6 и ИФН-γ у здо­ро­вых доб­ро­воль­цев, по­лу­чав­ших про­био­ти­ки и не по­лу­чав­ших, по­ка­за­ло, что те­ра­пия про­био­ти­ка­ми не вли­я­ет на их си­стем­ные уров­ни. Дан­ный факт сви­де­тель­ству­ет об от­сут­ствии и мм у но сти­му­ли­ру­ю­ще­го вли­я­ния про­био­ти­ков у здо­ро­вых и мм у но ком­пе­тент­ных лиц и под­твер­жда­ет вы­со­кий про­филь без­опас­но­сти их при­ме­не­ния [14].

Од­ним из важ­ных ас­пек­тов при­ме­не­ния про­био­ти­ков яв­ля­ет­ся си­нер­гич­ное вза­и­мо­дей­ствие с соб­ствен­ной мик­ро­фло­рой ЖКТ че­ло­ве­ка. В этой свя­зи при вы­бо­ре про­био­ти­че­ской те­ра­пии не­об­хо­ди­мо учи­ты­вать, что не­ко­то­рые про­био­ти­че­ские штам­мы по­лу­че­ны от здо­ро­вых до­но­ров (Bifidobacterium lactis, Lactobacillus rhamnosus и др.) и яв­ля­ют­ся аутен­тич­ны­ми ор­га­низ­му че­ло­ве­ка, не­ко­то­рые — на­хо­дят­ся в сим­био­ти­че­ских от­но­ше­ни­ях с ком­по­нен­та­ми мик­ро­фло­ры че­ло­ве­ка (на­при­мер, Streptococcus thermophilus и Lactobacillus spp.).

Си­сте­ма мик­ро­био­це­но­за че­ло­ве­ка яв­ля­ет­ся устой­чи­вым об­ра­зо­ва­ни­ем с чет­кой иерар­хи­че­ской струк­ту­рой. Абсолютным до­ми­нан­том в дан­ной эко­си­сте­ме у де­тей яв­ля­ют­ся би­фи­до­бак­те­рии, лак­то­бак­те­рии от­но­сят­ся к суб­до­ми­нант­но­му ви­ду, а дру­гие ви­ды мик­ро­ор­га­низ­мов от­но­сят­ся к вто­ро­сте­пен­ным или ма­ло­зна­чи­мым ви­дам. Стрес­сор­ное дей­ствие на си­сте­му мик­ро­био­це­но­за, на­при­мер, ОКИ, при­во­дит к де­ста­би­ли­за­ции всей си­сте­мы. При этом дан­ный про­цесс ре­а­ги­ро­ва­ния на стрес­сор­ное воз­дей­ствие но­сит уни­вер­саль­ный характер вне за­ви­си­мо­сти от фак­то­ра агрес­сии (не за­ви­сит от этио­ло­ги­че­ско­го фак­то­ра, фор­мы тя­же­сти ин­фек­ции и воз­рас­та па­ци­ен­та) и вы­ра­жа­ет­ся в смене ти­пич­ной иерар­хи­че­ской си­сте­мы до­ми­ни­ро­ва­ния ви­дов на от­сут­ствие аб­со­лют­но­го до­ми­нан­та в эко­си­сте­ме, воз­рас­та­ние уров­ня до­ми­ни­ро­ва­ния ви­дов, в нор­ме от­но­ся­щих­ся к ма­ло­зна­чи­мым ви­дам (УПФ), и сни­же­ние уров­ня до­ми­ни­ро­ва­ния для ви­дов, ко­то­рые в нор­ме яв­ля­ют­ся аб­со­лют­ны­ми до­ми­нан­та­ми (би­фи­до- и лак­то­бак­те­рий). При устра­не­нии дей­ствия стрес­сор­но­го фак­то­ра (ОКИ) си­сте­ма ми­к­роб и о це­но­за стре­мит­ся к са­мо­вос­ста­нов­ле­нию, про­яв­ля­ю­ще­му­ся вос­ста­нов­ле­ни­ем си­сте­мы до­ми­ни­ро­ва­нии ви­дов, а на­зна­че­ние про­био­ти­ков поз­во­ля­ет оп­ти­ми­зи­ро­вать дан­ный про­цесс [15].

Сле­ду­ет под­черк­нуть, что в эко­си­сте­ме мик­ро­био­це­но­за тол­стой киш­ки де­тей ба­зо­вые мик­ро­ор­га­низ­мы пред­став­ле­ны би­фи­до­бак­те­ри­я­ми, а у взрос­лых до­ми­нан­та­ми яв­ля­ют­ся раз­лич­ные ви­ды бак­те­рио­и­дов, но и би­фи­до­бак­те­рии, лак­то­бак­те­рии, ста­фи­ло­кок­ки, эн­те­робак­те­рии, стреп­то­кок­ки и кло­стри­дии так­же яв­ля­ют­ся неотъ­ем­ле­мы­ми ком­по­нен­та­ми мик­ро­фло­ры. Несмот­ря на зна­чи­мость каж­до­го из ком­по­нен­тов мик­ро­био­це­но­за для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния дан­ной эко­си­сте­мы эти ре­зи­дент­ные мик­ро­ор­га­низ­мы нель­зя ав­то­ма­ти­че­ски счи­тать про­био­ти­че­ски­ми ви­да­ми.

В этой свя­зи пе­ред прак­ти­че­ским вра­чом вста­ет во­прос вы­бо­ра про­био­ти­че­ско­го штам­ма для те­ра­пии ОКИ у де­тей.

Со­вре­мен­ный подход к про­био­ти­че­ской те­ра­пии под­ра­зу­ме­ва­ет штамм­спе­ци­фич­ный подход [16].

При ОКИ у де­тей спектр ре­ко­мен­ду­е­мых про­био­ти­че­ских штам­мов был опре­де­лен Ев­ро­пей­ской ас­со­ци­а­ци­ей дет­ских га­стро­эн­те­ро­ло­гов, ге­па­то­ло­гов и нут­ри­цио­ло­гов (European society for paediatric gastroenterology, hepatology and nutrition, ESPGHAN) в 2014 г. К ре­ко­мен­до­ван­ным штам­мам бы­ли от­не­се­ны штам­мы Lactobacillus GG, Saccharomyces boulardii, Lactobacillus reuteri штамм DSM 17938 (ис­ход­ный штамм ATCC 55730), а так­же в этой груп­пе про­био­ти­ков был рас­смот­рен тер­ми­че­ски инак­ти­ви­ро­ван­ный штамм Lactobacillus acidophilus LB (дан­ная фор­ма со­глас­но со­вре­мен­ной клас­си­фи­ка­ции мо­жет быть от­не­се­на к ме­та­био­ти­кам). Эф­фек­тив­ность в те­ра­пии ОКИ у де­тей штам­мов Bifidobacterium lactis Bb12, Escherichia coli Nissle 1917, Lactobacillus acidophilus, Bacillus clausii со­глас­но дан-

но­му до­ку­мен­ту тре­бу­ет даль­ней­ше­го изу­че­ния. К про­био­ти­кам, не ре­ко­мен­до­ван­ным ESPGHAN в 2014 г., от­но­сит­ся Enterococcus faecium штамм SF68, вви­ду по­тен­ци­аль­ной воз­мож­но­сти пе­ре­да­чи ге­нов устой­чи­во­сти к ван­ко­ми­ци­ну. Од­на­ко Enterococcus faecium из те­ра­пев­ти­че­ской прак­ти­ки не ис­клю­чен, ра­нее бы­ла по­ка­за­на его вы­со­кая эф­фек­тив­ность в те­ра­пии ОКИ [17, 18].

Сле­ду­ет под­черк­нуть, что боль­шой спектр штам­мов, ха­рак­те­ри­зу­ю­щих­ся эф­фек­тив­но­стью при ОКИ, тре­бу­ет даль­ней­ше­го изу­че­ния и опре­де­ле­ния их ме­ста в те­ра­пев­ти­че­ской прак­ти­ке. Наи­боль­ший по­тен­ци­ал в этом плане у ви­дов Lactobacillus и Bifidobacterium. На­при­мер, Bifidobacterium breve в на­уч­ных ис­сле­до­ва­ни­ях де­мон­стри­ро­вал вы­со­кую эф­фек­тив­ность при ро­та­ви­рус­ной ин­фек­ции, уве­ли­чи­вая уров­ни IgA в фе­ка­ли­ях, мо­лоч­ной же­ле­зе и ки­шеч­ни­ке [19].

Для Bifidobacterium longum опи­са­ны про­ти­во­ви­рус­ные эф­фек­ты в от­но­ше­нии ро­та­ви­ру­сов [20, 21].

Штамм Bifidobacterium lactis Bb12 ха­рак­те­ри­зу­ет­ся до­ка­зан­ной ан­та­го­ни­сти­че­ской ак­тив­но­стью в от­но­ше­нии воз­бу­ди­те­лей ОКИ(Bacillus cereus, Clostridium difficile, Clostridium perfringens Type A, Escherichia coli, Listeria monocytogenes, Pseudomonas aeruginosa, Salmonella enterica subsp. enterica serovar Typhimurium, Salmonella enterica subsp. enterica serovar Typhi, Shigella flexneri, Shigella sonnei, Campylobacter jejuni и Candida albicans) [22, 23].

На­зна­че­ние Bifidobacterium bifidum G9-1 оп­ти­ми­зи­ру­ет по­ка­за­те­ли му­ци­но­во­го слоя пу­тем уве­ли­че­ния чис­ла кис­лых му­цин-по­ло­жи­тель­ных бо­ка­ло­вид­ных кле­ток и экс­прес­сии ге­нов MUC2, MUC3, MUC4, tgfβ1 и TFF3 в тон­кой киш­ке, что сни­жа­ет ее про­ни­ца­е­мость [24].

Для Lactobacillus plantarum LRCC5310 in vitro бы­ло по­ка­за­но, что про­ду­ци­ру­е­мые штам­мом эк­зо­по­ли­са­ха­ри­ды ока­зы­ва­ют про­ти­во­ви­рус­ное дей­ствие при ро­та­ви­рус­ной ин­фек­ции [25].

На се­го­дняш­ний мо­мент оста­ет­ся от­кры­тым во­прос об эф­фек­тив­но­сти при­ме­не­ния ком­плекс­ных про­био­ти­че­ских пре­па­ра­тов, так как меж­ду­на­род­ные ре­ко­мен­да­ции пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние мо­но­ком­по­нент­ных про­био­ти­че­ских ле­кар­ствен­ных средств [17].

Од­на­ко есть ис­сле­до­ва­ния, де­мон­стри­ру­ю­щие эф­фек­тив­ность ком­би­ни­ро­ван­ной про­био­ти­че­ской те­ра­пии ОКИ у де­тей. В част­но­сти, ис­поль­зо­ва­ние ком­би­на­ций про­био­ти­че­ских штам­мов при ОКИ бы­ло изу­че­но в несколь­ких пла­це­бо-кон­тро­ли­ру­е­мых ис­сле­до­ва­ни­ях как в Ев­ро­пе, так и в Со­еди­нен­ных Шта­тах. В этих ис­сле­до­ва­ни­ях ис­поль­зо­ва­лись ком­би­на­ции Lactobacillus acidophilus и Lactobacillus bifidus, а так­же Streptococcus thermophilus, Lactobacillus acidophilus и Lactobacillus bulgaricus, ко­то­рые при во­дил и к сни­же­нию тя­же­сти и про­дол­жи­тель­но­сти диа­реи [6]. В ис­сле­до­ва­нии Y.F.Huang с со­авт. бы­ло по­ка­за­но, что на­зна­че­ние пре­па­ра­та, со­дер­жа­ще­го три про­био­ти­че­ских штам­ма E. faecalis T-110, C. butyricum TO-A и B. mesentericus to-A (BIO-THREE), у па­ци­ен­тов в воз­расте от 3 ме­ся­цев до 14 лет, боль­ных ОКИ (48 де­тей с саль­мо­нел­ле­зом, 42 — ро­та­ви­рус­ная ин­фек­ция и у 69 боль­ных этио­ло­гия ОКИ не бы­ла уста­нов­ле­на), при­во­дит к умень­ше­нию об­щей про­дол­жи­тель­но­сти ди ар еи(p <0,0001), сни­же­нию рис­ка раз­ви­тия тя­же­лой фор­мы ин­фек­ции и яв­ля­ет­ся без­опас­ным [26].

Про­ти­во­вос­па­ли­тель­ные эф­фек­ты (ре­гу­ля­ция ИЛ-1β, ИЛ-8 и ФНО-α) и по­тен­ци­аль­ная про­тив о ин­фек­ци­он­ная роль опи­са­ны для ком­би­на­ции штам­мов Lactobacillus helveticus R0052 и Lactobacillus rhamnosus R0011 [27].

Вы­ше­при­ве­ден­ные ре­зуль­та­ты кли­ни­че­ских и на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний поз­во­ля­ют вра­чу вы­би­рать как мо­но­ком­по­нент­ные, так и по­ли­ком­по­нент­ные про­био­ти­че­ские ле­кар­ствен­ные сред­ства для те­ра­пии ОКИ у де­тей. Кри­те­ри­ем вы­бо­ра пре­па­ра­та яв­ля­ют­ся свой­ства штам­мов, вхо­дя­щих в его со­став.

Од­ним из та­ких средств яв­ля­ет­ся сим­био­тик Мак­си­лак, ко­то­рый пред­став­лен в фор­мах, пред­на­зна­чен­ных для при­ме­не­ния и у де­тей (мик­ро­гра­ну­лы в са­ше), и у взрос­лых (кап­су­лы, с трех лет). Мак­си­лак в кап­су­лах со­дер­жит Lactobacillus helveticus, Lactococcus lactis, Bifidobacterium longum, Bifidobacterium breve, Lactobacillus rhamnosus, Streptococcus thermophiles, Bifidobacterium bifidum, Lactobacillus plantarum и Lactobacillus casei в до­ста­точ­ной те­ра­пев­ти­че­ской до­зе каж­до­го штам­ма (108 КОЕ), а в со­став Мак­си­лак Бэ­би вхо­дят лак­то­бак­те­рии (Lactobacillus acidophilus LA-14, Lactobacillus casei CBT, Lactobacillus paracasei Lpc-37, Lactobacillus plantarum Lp-115, Lactobacillus rhamnosus GG, Lactobacillus salivarius Ls-33) и би­фи­до­бак­те­рии (Bifidobacterium lactis BI-04, Bifidobacterium bifidum BF-2, Bifidobacterium longum BG-7).

Бла­го­да­ря при­ме­не­нию ин­но­ва­ци­он­ной технологии про­из­вод­ства MURE® (Multi Resistant Encapsulation), бак­те­рии, при­сут­ству­ю­щие в Мак­си­лак, за­щи­ще­ны от кис­ло­го со­дер­жи­мо­го же­лу­доч­но­го со­ка, со­лей желч­ных кис­лот и пи­ще­ва­ри­тель­ных фер­мен­тов. Ис­поль­зо­ва­ние дан­ной технологии по­вы­ша­ет био­до­ступ­ность боль­шей ча­сти про­био­ти­че­ских бак­те­рий и обес­пе­чи­ва­ет мак­си­мум кли­ни­че­ских эф­фек­тов вхо­дя­щих в со­став пре­па­ра­та про­био­ти­ков. Та­ким об­ра­зом, оп­ти­маль­ный со­став дан­но­го про­био­ти­че­ско­го сред­ства (в него вхо­дят штам­мы, де­мон­стри­ру­ю­щие эф­фек­тив­ность при ОКИ), ин­но­ва­ци­он­ная тех­но­ло­гия до­став­ки дей­ству­ю­ще­го ве­ще­ства и кли­ни­че­ский опыт при­ме­не­ния поз­во­ля­ют ре­ко­мен­до­вать пре­па­рат в те­ра­пии ост­рых ин­фек­ци­он­ных диа­рей.

Ли­те­ра­ту­ра

1. Ин­фек­ци­он­ная за­бо­ле­ва­е­мость в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции за ян­варь-ок­тябрь 2017 г. (по дан­ным фор­мы № 1 «Све­де­ния об ин­фек­ци­он­ных и па­ра­зи­тар­ных за­бо­ле­ва­ни­ях») [Элек­трон­ный ре­сурс]. Ре­жим до­сту­па: http://www.rospotrebnadzor. ru/activities/statistical-materials/statictic_details. php? ELEMENT_ID=9284 (да­та об­ра­ще­ния 10.03.2018).

2. О со­сто­я­нии са­ни­тар­но- эпи­де­мио­ло­ги­че­ско­го бла­го­по­лу­чия на­се­ле­ния в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции в 2016 го­ду: Го­су­дар­ствен­ный до­клад. М.: Фе­де­раль­ная служ­ба по над­зо­ру в сфе­ре за­щи­ты прав по­тре­би­те­лей и бла­го­по­лу­чия че­ло­ве­ка, 2017. 220 с.

3. Же­лез но­ва Л. И. Кли­ни­ко-ла­бо­ра­тор­ные осо­бен­но­сти ми кр о эко­ло­ги­че­ских на­ру­ше­ний сли­зи­стой тол­стой киш­ки при ост­рых ки­шеч­ных ин­фек­ци­ях у де­тей. Ав­то­ре­фе­рат дис. … канд. биол. на­ук. СПб, 2006. 24 с.

4. Physiol. 2009. Vol. 587, Pt. 17. P. 4159–4167.

5. Sekirov I., Finlay B. B. The role of the intestinal microbiota 1in enteric infection // Шен­де­ров Б. А. Ме­ди­цин­ская мик­роб­ная эко­ло­гия и функ­ци­о­наль­ное пи­та­ние. Т. 3: Про­био­ти­ки и функ­ци­о­наль­ное пи­та­ние. М.: Грантъ, 2001. 286 с.

6. Allen S. J., Martinez E. G., Gregorio G. V. et al. Probiotics for treating acute infectious diarrhoea // Cochrane Database Syst Rev. 2010; CD003048.

7. Quigley E. M. Gut microbiota and the role of probiotics in therapy // Curr Opin Pharmacol. 2011. Vol. 11, № 6. Р. 593–603.

8. Ohara A. M., Shanahan F. Mechanisms of action of probiotics in intestinal diseases // Sci World J. 2007, 7: 31–46.

9. Whiting C. V., Tunmore D., Bregenholt S. et al. The role of up-regulated serine proteases and matrix metalloproteinases in the pathogenesis of a murine model of colitis // Am. J. Pathol. 2000. Vol. 157 (6). Р. 1927–1935.

10. Mattar A. F., Teitelbaum D. H., Drongowski R. A., Yongyi F., Harmon C. M., Coran A. G. Probiotics up-regulate MUC-2 mucin gene expression in a Caco-2 cell-culture model // Pediatr Surg Int. 2002, Oct; 18 (7): 586–590.

11. Juntunen M., Kirjavainen P.V., Ouwehand A.C.,

Salminen S.J., Isolauri E. Adherence of probiotic bacteria to human intestinal mucus in healthy infants and during rotavirus infection // Clin Diagn Lab Immunol. 2001, Mar; 8 (2): 293–296.

12. Tacket C., Sztein M., Losonsky G. et al. Humoral, mucosal, and cellular immune responses to oral Norwalk virus-like particles in volunteers // Clin. Immunol. 2003. Vol. 108. № 3. P. 241–247.

13. Van der Waaij D. Evidence of immunoregulation of comporetion of intestinal microflora and itspractica on seguences // Eur. J. Clin. Microbiol. 1988. Vol. 7 (1). P. 101–106.

14. Reid G. Probiotics: definition, scope and mechanisms of action // Best Pract Res

Clin Gastroenterol. 2016, Feb; 30 (1): 17–25. DOI: 10.1016/j.bpg.2015.12.001.

15. Плос­ки­ре­ва А. А. Ост­рые ки­шеч­ные ин­фек­ции ви­рус­ной этио­ло­гии у де­тей

кли­ни­ка, ди­а­гно­сти­ка и те­ра­пия. Ав­то­ре­фе­рат дис. … д.м.н. М., 2016.

16. Hojsak I., Fabiano V., Pop T. L., Goulet O., Zuccotti G. V., Çokuğraş F. C., Pettoello-Mantovani M., Kolaček S. Guidance on the use of probiotics in clinical practice in children with selected clinical conditions and in specific vulnerable groups // Acta Paediatr. 2018, Jun; 107 (6): 927–937. DOI: 10.1111/apa.14270.

17. Szajewska H., Guarino A., Hojsak I., Indrio F., Kolacek S., Shamir R.,

Vandenplas Y., Weizman Z. Use of probiotics for management of acute gastroenteritis: a position paper by the ESPGHAN Working Group for Probiotics and Prebiotics // J Pediatr Gastroenterol Nutr. 2014, Apr; 58 (4): 531–539.

18. Lund B., Edlund C. Probiotic Enterococcus faecium strain is a possible recipient of

the vanA gene cluster // Clin Infect Dis. 2001; 32: 1384–1385.

19. Yasui H., Kiyoshima J., Ushihama H. Passive protection against rotavirus-induced diarrhea of mouse pups born to and nursed by dams fed Bifidobacterium breve YIT4064 // J Infect Dis. 1995; 172: 403–409.

20. Kang J. Y., Lee D. K., Ha N. J., Shin H. S. Antiviral effects of Lactobacillus ruminis SPM0211 and Bifidobacterium longum SPM1205 and SPM1206 on rotavirus-infected Caco-2 cells and a neonatal mouse model // J Microbiol.

2015, Nov; 53 (11): 796–803. DOI: 10.1007/s12275–015–5302–2. Epub

2015 Oct 28.

21. Lee D. K., Park J. E., Kim M. J., Seo J. G., Lee J. H., Ha N. J. Probiotic bacteria, B. longum and L. acidophilus inhibit infection by rotavirus in vitro and decrease the duration of diarrhea in pediatric patients // Clin Res Hepatol Gastroenterol. 2015, Apr; 39 (2): 237–44. DOI: 10.1016/j.clinre.2014.09.006. Epub 2014 Nov 12. PMID: 25459995.

22. Martins F. S., Silva A. A., Vieira A. T., Barbosa F. H., Arantes R. M., Teixeira M. M., Nicoli J. R. Comparative study of Bifidobacterium animalis, Escherichia coli, Lactobacillus casei and Saccharomyces boulardii probiotic properties // Arch. Microbiol. 2009, 191, 623–630.

23. Collado M. C., Meriluoto J., Salminen S. Role of commercial probiotic strains against human pathogen adhesion to intestinal mucus // Lett. Appl. Microbiol. 2007, 45, 454–460.

24. Kawahara T., Makizaki Y., Oikawa Y., Tanaka Y., Maeda A., Shimakawa M., Komoto S., Moriguchi K., Ohno H., Taniguchi K. Oral administration of Bifidobacterium bifidum G9–1 alleviates rotavirus gastroenteritis through regulation of intestinal homeostasis by inducing mucosal protective factors // PLoS One. 2017, Mar 27; 12 (3): e0173979. DOI: 10.1371/journal. pone.0173979. eCollection 2017.

25. Kim K., Lee G., Thanh H. D., Kim J. H., Konkit M., Yoon S., Park M., Yang. S, Park E., Kim W. Exopolysaccharide from Lactobacillus plantarum LRCC5310 offers protection against rotavirus-induced diarrhea and regulates inflammatory response // J Dairy Sci. 2018, Apr 4. Pii:

S0022–0302 (18)30309–6. DOI: 10.3168/jds.2017–14151.

26. Huang Y. F., Liu P. Y., Chen Y. Y., Nong B. R., Huang I. F., Hsieh K. S., Chen K. T.

Three-combination probiotics therapy in children with salmonella and rotavirus gastroenteritis // J Clin Gastroenterol. 2014, Jan; 48 (1): 37–42. DOI: 10.1097/MCG.0b013e31828f1c6 e.

27. Foster L. M., Tompkins T. A., Dahl W. J. A comprehensive post-market review of studies on a probiotic product containing Lactobacillus helveticus R0052 and Lactobacillus rhamnosus R0011 // Benef Microbes. 2011, Dec 1; 2 (4): 319–334. DOI: 10.3920/BM2011.0032. Review. PMID: 22146691.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.