«Ро­шен за­ра­жон чу­мой»

По­ру­че­ние под­го­то­вить ре­пор­таж о во­ен­ном по­ло­же­нии на Укра­ине ока­за­лось невы­пол­нен­ным

Literaturnaya Gazeta - - НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ -

По­сле то­го как пре­зи­дент Укра­и­ны и Вер­хов­ная ра­да вве­ли в при­гра­нич­ных с Рос­си­ей об­ла­стях стра­ны во­ен­ное по­ло­же­ние, мы ре­ши­ли по го­ря­чим сле­дам под­го­то­вить «ре­пор­таж с ме­ста со­бы­тий». Хо­те­лось, что­бы кто-то из укра­ин­ских жур­на­ли­стов рас­ска­зал чи­та­те­лям «ЛГ», как се­бя чув­ству­ют лю­ди, о чём го­во­рят, что их бес­по­ко­ит, как вос­при­ня­ли весть о том, что у них те­перь ко­мен­дант­ский час, а в со­сед­ней об­ла­сти ни­че­го не по­ме­ня­лось. До­пу­стим, где-то вод­ку мож­но сво­бод­но ку­пить, а на Хер­сон­щине, на­при­мер, вслед за во­ен­ным по­ло­же­ни­ем ре­ши­ли вве­сти и «су­хой за­кон»... Ока­за­лось, ре­а­ли­зо­вать за­ду­ман­ное не­лег­ко.

По по­нят­ным при­чи­нам я не бу­ду го­во­рить, ко­му и в ка­кие имен­но го­ро­да Укра­и­ны мы зво­ни­ли, но в ито­ге вы­яс­ни­лось, что тот или иной ав­тор ли­бо про­сто зна­ко­мый жур­на­лист ес­ли не вы­ехал в чу­жие края (ча­ще все­го это бы­ли на­ши Бел­го­род, Курск, Сим­фе­ро­поль, ре­же – Вар­ша­ва, Минск), то от­ка­зы­вал­ся пи­сать «про на­стро­е­ния» зем­ля­ков да­же под псев­до­ни­мом, быст­ро сво­дя раз­го­вор на нет.

Хо­тя че­му удив­лять­ся? Вс­пом­ни­лось, как в мар­те 2014 го­да я зво­нил сво­е­му ав­то­ру в Харьков с по­хо­жей прось­бой, свя­зан­ной с со­бы­ти­я­ми то­го вре­ме­ни и на­ча­лом АТО. С че­ло­ве­ком этим был зна­ком мно­го лет, да­же ка­кое-то вре­мя мы ра­бо­та­ли вме­сте в Москве, а по­том он вер­нул­ся в род­ной Харьков и пи­сал от­ту­да, в том чис­ле для «ЛГ». В от­вет на мою прось­бу он дал ка­те­го­ри­че­ский от­каз и на­звал ме­ня пред­ста­ви­те­лем гру­бой «им­пе­ри­а­ли­сти­че­ской дер­жа­ны». Го­во­рил дол­го и как буд­то по пи­са­но­му... Ну лад­но, мы лю­ди од­ной про­фес­сии: на нет и су­да нет. С той по­ры я о нём ни­че­го не слы­шал.

Ины­ми сло­ва­ми, дав­но по­нят­но, что прес­са на Укра­ине под прес­сом, но всё же кто-то и по­ныне кри­ти­че­ски вы­ска­зы­ва­ет­ся там в ад­рес вла­стей, не за­бы­вая, ко­неч­но, упо­мя­нуть «агрес­сив­ную Рос­сию», – как, на­при­мер, из­вест­ный жур­на­лист Гор­дон, весь­ма изощ­рён­ный защитник ки­ев­ско­го ре­жи­ма. По­нят­но, что по­ми­мо за­пре­та на въезд на Укра­и­ну мно­гим ар­ти­стам шлаг­баум опу­щен пе­ред жур­на­ли­ста­ми и по­ли­то­ло­га­ми из Моск­вы (ес­ли, ко­неч­но, вы не Ар­ка­дий Баб­чен­ко). Ру­гать на чём свет Рос­сию на рус­ском же ТВ мо­жет с пе­ной у рта украинец Ко­втун. На Укра­ине по­доб­ное сло­во­из­ли­я­ние в ад­рес «неза­леж­ной» со сто­ро­ны рос­сий­ских ора­то­ров невоз­мож­но хо­тя бы по­то­му, что ни­ко­го в те­ле­эфир про­сто не зо­вут. Ви­ди­мо, те­перь гай­ки за­кру­тят ещё силь­нее.

Имен­но в свя­зи с этим уез­жа­ли и уез­жа­ют от­ту­да оп­по­зи­ци­он­ные жур­на­ли­сты или про­сто пред­по­чи­та­ют по­мал­ки­вать, опа­са­ясь да­же не за се­бя лич­но, а за свои се­мьи, близ­ких, дру­зей. Мно­гие на­хо­дят­ся в слож­ных об­сто­я­тель­ствах, под­час эле­мен­тар­но нет де­нег, что­бы ку­да-то уехать и где-то жить, да и Рос­сия не очень-то рас­па­хи­ва­ет объ­я­тия пред бра­тья­ми. А вы­ска­зы­вать­ся чест­но – чем всё за­кон­чит­ся? То есть мож­но, ви­ди­мо, най­ти че­му-то по­доб­но­му оправ­да­ние, со­чув­ствие, по­ни­ма­ние, но раз­ве от это­го ме­ня­ет­ся суть про­ис­хо­дя­ще­го?

По­доб­ный опыт был в ис­то­рии. В на­цист­ской Гер­ма­нии. Мно­гие жур­на­ли­сты зна­ют имя чеш­ско­го кол­ле­ги Юли­уса Фу­чи­ка, каз­нён­но­го в 1943 го­ду в бер­лин­ской тюрь­ме Плёт­цен­зее, пом­нят его «Ре­пор­таж с пет­лёй на шее». Но ре­прес­сии кос­ну­лись то­гда пре­жде все­го немец­ких жур­на­ли­стов, осо­бен­но ес­ли они бы­ли ев­рей­ской на­ци­о­наль­но­сти, – как го­во­рит­ся, ев­ре­я­ку на ги­ля­ку!

Гит­лер стал канц­ле­ром Гер­ма­нии 30 ян­ва­ря 1933 го­да, а 5 мар­та на вне­оче­ред­ных вы­бо­рах за его пар­тию (НСДАП) бы­ло от­да­но по­чти 44% го­ло­сов, и она по­лу­чи­ла боль­шин­ство в рейхс­та­ге. Но ведь 56% нем­цев бы­ло в той или иной ме­ре про­тив Гит­ле­ра – кто в край­ней сте­пе­ни (ком­му­ни­сты), кто ме­нее ре­ши­тель­но (со­ци­ал-де­мо­кра­ты, ли­бе­ра­лы, профсоюзы). Став канц­ле­ром, Гит­лер вслед за ра­дио­ве­ща­ни­ем, ки­не­ма­то­гра­фи­ей, му­зы­кой, те­ат­ром, ли­те­ра­ту­рой и изоб­ра­зи- тель­ным ис­кус­ством объ­явил прес­су Тре­тье­го рей­ха объ­ек­том по­ли­ти­ки гляйх­шал­тунг (за­хват кон­тро­ля над об­ще­ствен­ны­ми и по­ли­ти­че­ски­ми про­цес­са­ми). На­ци­сты по­ни­ма­ли: для окон­ча­тель­ной по­бе­ды на­до ре­ши­тель­но сло­мить во­лю со­мне­ва­ю­щих­ся (с про­тив­ни­ка­ми бы­ло го­раз­до ще – их уни­что­жа­ли). Уже 13 мар­та 1933 го­да вла­сти учре­ди­ли ми­ни­стер­ство на­род­но­го про­све­ще­ния и про­па­ган­ды, гла­вой ко­то­ро­го стал гау­ляй­тер Бер­ли­на Йо­зеф Геб­бельс, со­хра­нив­ший за со­бой и пар­тий­ный пост ру­ко­во­ди­те­ля им­пер­ско­го управ­ле­ния про­па­ган­дой. Он чёт­ко сфор­му­ли­ро­вал глав­ную за­да­чу ве­дом­ства: «Мы долж­ны так дол­го об­ра­ба­ты­вать лю­дей, по­ка они не пе­рей­дут на на­шу сто­ро­ну, по­ка они не до­стиг­нут идей­но­го по­ни­ма­ния то­го, что про­ис­хо­дя­щее се­го­дня в Гер­ма­нии не толь­ко необ­хо­ди­мо, но и же­ла­тель­но при­нять».

Как и по­ло­же­но в то­та­ли­тар­ном об­ще­стве, на­ци­сты без про­мед­ле­ния при­ня­лись за прес­су. Оп­по­зи­ци­он­ные СМИ бы­ли за­кры­ты на ос­но­ва­нии за­ко­на «О за­щи­те на­ро­да и го­су­дар­ства». Рейхс­таг ра­ти­фи­ци­ро­вал за­кон «О ре­дак­то­рах», в со­от­вет­ствии с ко­то­рым ру­ко­во­ди­те­лем немец­ких СМИ мог стать толь­ко ари­ец, при­чём обя­за­тель­но член НСДАП или со­чув­ству­ю­щий ей. Ина­ко­мыс­ля­щие бы­ли уво­ле­ны в те­че­ние 2–3 ме­ся­цев из всех немец­ких СМИ. Пер­вый «враг» был устра­нён, и, на­до под­черк­нуть, имен­но жур­на­ли­сты ста­ли пер­вы­ми за­клю­чён­ны­ми конц­ла­ге­ря в Да­хау. Все­го же при Гит­ле­ре в конц­ла­ге­ря бросили при­мер­но ты­ся­чу жур­на­ли­стов, из ко­то­рых не ме­нее 300 по­гиб­ло.

Так что во­ен­ное по­ло­же­ние в ря­де об­ла­стей Укра­и­ны – по­ка цве­точ­ки. Мы ещё мно­гое уви­дим. Это толь­ко на­ши оп­ти­ми­сты-ве­ща­те­ли на те­ле­ви­зи­он­ных ве­чер­них по­лит­шоу на­де­ют­ся, что на­ци­о­на­ли­сти­че­ский ре­жим в Ки­е­ве рух­нет (уже не раз на­зна­ча­лись сро­ки!) под дав­ле­ни­ем эко­но­ми­че­ских про­блем и из-за недо­воль­ства масс. Но вот не ру­шит­ся ни­как. И его гау­ляй­те­ры очень по­сле­до­ва­тель­но, шаг за ша­гом ре­а­ли­зу­ют ими са­ми­ми за­ду­ман­ное и под­прав­ля­е­мое за­оке­ан­ски­ми ин­струк­то­ра­ми: от­ры­ва­ют Укра­и­ну от Рос­сии, на­стой­чи­во и «дол­го об­ра­ба­ты­вая лю­дей». Они вполне да­же хо­ро­шие ученики, и к то­му же им есть что те­рять...

Но это всё фи­ло­со­фия, а за­да­ние ре­дак­ции на­до бы­ло по­пы­тать­ся вы­пол­нить. Раз не по­лу­ча­ет­ся с при­гра­нич­ны­ми об­ла­стя­ми, по­че­му бы не рас­ска­зать: а что в Ки­е­ве-то? Я свя­зал­ся с од­ним из кол­лег-дру­зей и по­про­сил его, ес­ли у него есть же­ла­ние и ес­ли это не очень опас­но, на­пи­сать ре­пор­таж. По­лу­чил от­вет с груст­ным юмо­ром (до­слов­но): «Вы­чис­лят, как вы­пить дать». Ду­маю, не на­до объ­яс­нять, кто, как и за­чем вы­чис­лит.

Прав­да, в ка­че­стве ком­пен­са­ции за от­сут­ствие тек­ста спу­стя час я по­лу­чил сним­ки о его про­гул­ке с же­ной в од­ном из ки­ев­ских пар­ков. На­ря­ду с фо­то­гра­фи­я­ми кра­си­вых пей­за­жей с ут­ка­ми в за­мер­за­ю­щем пру­ду он при­слал сни­мок ур­ны и пар­ко­вой ска­мей­ки. На урне бы­ла над­пись: «непла­ти на­ло­ги на полi­цiю» (ор­фо­гра­фия со­хра­не­на). Это же дуб­ли­ро­ва­лось на ска­мей­ке. А ря­дом бы­ли на­ца­ра­па­ны ( или на­пи­са­ны краской) дру­гие сло­ва: «ро­шен за­ра­жон чу­мой». По­нят­но, что не бы­ло рас­шиф­ров­ки, что это за чу­ма. Мо­жет, ко­рич­не­вая?

«Шо­ко­лад­ный маг­нат», ви­ди­мо, счи­та­ет, что хо­ро­шо око­пал­ся

Кто-то та­ким об­ра­зом вы­ра­зил своё от­но­ше­ние к про­ис­хо­дя­ще­му на Укра­ине. А как же ещё?..

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.