ЦАРЬ В ГО­ЛО­ВЕ

L'Officiel Russia - - Мастерская -

Не еди­ной: До­му BOUCHERON то­же есть, что ска­зать о жиз­ни ПО­СЛЕД­НЕ­ГО ИМ­ПЕ­РА­ТО­РА и Рос­сии, КО­ТО­РУЮ МЫ ПО­ТЕ­РЯ­ЛИ. По­ра пре­дать­ся но­сталь­гии в ду­хе ИВА­НА АЛЕК­СЕ­Е­ВИ­ЧА БУНИНА. Но­вая кол­лек­ция ВЫ­СО­КО­ГО ЮВЕЛИРНОГО ИС­КУС­СТВА HIVER IMPḖRIAL пол­но­стью оправ­ды­ва­ет свое

ЦАРСТВЕННОЕ назва­ние, и сей­час вы са­ми в этом убе­ди­тесь.

ВРос­сии им­пе­ра­тор Ни­ко­лай II нын­че в боль­шом по­че­те, с до­ре­во­лю­ци­он­ны­ми вре­ме­на­ми и не срав­нить. Ока­за­лось, что фи­гу­ра уже сто лет как по­кой­но­го ца­ря и его лич­ная жизнь вол­ну­ют граж­дан боль­ше, чем му­ни­ци­паль­ные вы­бо­ры и спе­ку­ля­ции на те­му вли­я­ния рос­сий­ских спец­служб на аме­ри­кан­ские вы­бо­ры (но, прав­да, мень­ше, чем рэп-батт­лы). Так или ина­че, раз­би­рать­ся в двор­цо­вых хит­ро­спле­те­ни­ях сей­час мод­но. По­сле­ду­ем трен­ду и мы. Скан­даль­ный ин­сайд из при­двор­ной жиз­ни: как, где и ко­гда рус­ские им­пе­ра­то­ры и их при­бли­жен­ные за­ку­па­лись дра­го­цен­но­стя­ми? И глав­ное — сколь­ко все это сто­и­ло? Во­про­сы, неза­слу­жен­но обой­ден­ные вни­ма­ни­ем в мно­го­чис­лен­ных дис­кус­си­ях о мно­го­стра­даль­ной «Ма­тиль­де». При­шло вре­мя раз­уз­нать всю под­но­гот­ную, ведь по­вод бо­лее чем до­стой­ный: у Boucheron с рос­сий­ским им­пе­ра­тор­ским дво­ром та­кие дав­ние и проч­ные свя­зи, что од­ной кол­лек­ци­ей он пре­по­даст вам урок ис­то­рии не ху­же лю­бо­го учеб­ни­ка. Не от­кла­ды­вая в дол­гий ящик, при­сту­пим.

Hiver Impérial де­лит­ся на три ча­сти, по­свя­щен­ные при­ро­де, мо­де и ар­хи­тек­ту­ре до­ре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии. Ро­ман­ти­за­ция су­ро­вой зи­мы — ход про­ве­рен­ный вре­ме­нем, но от это­го не ме­нее эф­фект­ный. Вот при­мер: осе­нью 2009 го­да Джон Га­лья­но мах­нул ру­кой на тренды и сде­лал кол­лек­цию при­чуд­ли­вых пла­тьев и паль­то в ду­хе Бак­ста. Усы­пал по­ди­ум ки­ло­грам­ма­ми ис­кус­ствен­но­го сне­га, со­брал весь цвет рус­ских су­пер­мо­де­лей и снис­кал при­зна­ние мод­но­го со­об­ще­ства — за то, что гнул свою ли­нию вне за­ви­си­мо­сти от по­вест­ки дня. Boucheron за­слу­жи­ва­ет тех же ком­пли­мен­тов: в 2017 го­ду ко­лье раз­ме­ром с во­рот­ник при­двор­но­го рус­ско­го пла­тья 1910-х вы­гля­дит как ми­ни­мум нетри­ви­аль­но. Речь идет о ги­гант­ском Baïkal, под стать озе­ру: 2000 жем­чу­жин и чи­стей­ший тем­но-синий ак­ва­ма­рин в 78 ка­ра­тов. Вот на ка­кие по­дви­ги рус­ская при­ро­да вдох­нов­ля­ет юве­ли­ров, да­же гор­дость бе­рет. 2000 жем­чу­жин в ко­лье не слу­чай­но: у Boucheron с жем­чу­гом осо­бые от­но­ше­ния. Ма­лая ко­ро­на ца­ри­цы Алек­сан­дры, ее лю­би­мая дра­го­цен­ность и сва­деб­ный по­да­рок от Ни­ко­лая II, бы­ла вы­пол­не­на имен­но из жем­чу­га. А еще его це­нил ос­но­ва­тель До­ма, Фре­де­рик Бу­ше­рон: сей­час в та­кое ве­рит­ся с тру­дом, но жем­чуг для оже­ре­лья в по­да­рок сво­ей му­зе и су­пру­ге Га­б­ри­эль он разыс­ки­вал де­сять лет. Ро­ман­ти­ка!

Ес­ли не счи­тать тя­же­ло­ве­са Baïkal, рус­ская при­ро­да об­ри­со­ва­на мел­ки­ми, вни­ма­тель­ны­ми штри­ха­ми: брошь в ви­де за­сне­жен­ной вет­ки, вет­хо­го су­хо­го лист­ка, серь­ги, на­по­ми­на­ю­щие гроз­дья мерз­лых ягод. Фа­у­ну пред­став­ля­ет це­лая стая зим­них хищ­ни­ков: ры­си, хас­ки, бе­лые со­вы и по­ляр­ные мед­ве­ди. Хас­ки фи­гу­ри­ру­ет и на ци­фер­бла­те ча­сов из Hiver Impérial: снеж­ный пес си­дит на по­верх­но­сти об­ле­де­нев­ше­го озе­ра и фи­ло­соф­ски со­зер­ца­ет ход вре­ме­ни. Ред­кий слу­чай, ко­гда от взгля­да на ча­сы хо­чет­ся не бе­жать по де­лам, а за­ду­мать­ся о веч­ном. О том, как кра­си­вы хас­ки, на­при­мер. По­э­ти­че­ское на­стро­е­ние про­дол­жа­ют несколь­ко вну­ши­тель­ных ко­лье-транс­фор­ме­ров: они бук­валь­но рас­сы­па­ют­ся на сне­жин­ки из гор­но­го хру­ста­ля. Сне­жин­ка­ми мож­но укра­шать во­ло­сы, а мож­но но­сить их как серь­ги и бро­ши. Это «ом­маж» двум ко­лье, сде­лан­ным в 1906 и 1912 го­дах для Вар­ва­ры Кельх, вла­де­ли­цы боль­шей ча­сти ир­кут­ских зо­ло­то­про­мыш­лен­ных ком­па­ний и ме­це­нат­ки. Ее слож­ные, бас­но­слов­но до­ро­гие за­ка­зы вы­пол­нял не толь­ко Дом Boucheron, но и сам Карл Фа­бер­же, ино­гда в ущерб им­пе­ра­тор­ским (Ни­ко­лай II ча­стень­ко жа­ло­вал­ся в пись­мах, что, мол, негод­ник Фа­бер­же опять за­дер­жи­ва­ет от­дел­ку по­да­роч­но­го яй­ца). Вар­ва­ра Пет­ров­на, лю­би­тель­ни­ца дра­го­цен­но­стей, мог­ла про­во­дить ча­сы за под­бо­ром кам­ней для оче­ред­но­го укра­ше­ния. По­сле смер­ти Кельх ее кол­лек­ция без­воз­врат­но ис­чез­ла, так что ре­ше­ние вос­ста­но­вить уте­рян­ные со­кро­ви­ща вполне за­ко­но­мер­но. Все это

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.