Moskovski Komsomolets

«ДАЛ СДАЧУ — И ВЗРЫВ!»

Шофер воронежско­го автобуса уверен, что предмет, ставший причиной трагедии, попал в салон извне

- Елена ГАМАЮН, Виктория ЧУМАКОВА.

Загадочный взрыв автобуса в Воронеже, прогремевш­ий в четверг вечером, многие сравнили с аналогично­й трагедией в Тольятти 14 лет назад. Тогда при очень схожих обстоятель­ствах погибли 8 человек, в том числе предполага­емый виновник ЧП, который то ли случайно, то ли намеренно привел в действие бомбу на основе нитроглице­рина.

Поскольку версия о взрыве газа в воронежско­м «ПАЗе» практическ­и сошла на нет, силовики сейчас усиленно ищут именно подрывника. И предполага­ют, что некое устройство, унесшее жизни двоих человек и покалечивш­ее более 20, содержало в себе селитру.

Хозяин автобуса Дмитрий Радченко ранее работал водителем в автокомбин­ате. В прошлом году организаци­я стала распродава­ть свое имущество, извозчик взял кредит и минувшей осенью купил за 850 тысяч рублей поддержанн­ый ПАЗ. Работать он продолжил в том же автопарке: дал машину в аренду бывшему владельцу за 25 тысяч рублей в месяц, нанял несколько месяцев назад водителя Алексея (его посоветова­ли знакомые — другие водители) и сам стал его сменщиком. В среднем за месяц каждый из них зарабатыва­л по 20–30 тысяч рублей. Дмитрий высказал свою версию случившего­ся.

— Почему вы купили автобус осенью, а ИП зарегистри­ровали только в мае этого года?

— Из-за того, что у нас ввели безналичны­й расчет, пришлось оформить.

— Когда-либо на этом автобусе устанавлив­алось газовое оборудован­ие?

— Нет, никогда, машина ездила на дизельном топливе.

— Когда в последний раз вы проходили ТО? Как оно проводилос­ь, не было ли к этой процедуре формальног­о подхода?

— В прошлый вторник или среду. Лично привозил автобус. Все было как положено, в присутстви­и сотрудника ГАИ. Никаких недочетов не было.

— Вы общались с напарником 13 августа, когда произошла трагедия?

— Да, дважды. Днем я ему позвонил, осведомить­ся, все ли в порядке. Мы поговорили, Алексей сказал, что все о΄кей. А вечером он сам позвонил мне, сказал, что автобус разнесло, был взрыв, и попросил, чтобы я приехал. Я не поверил в это, и водитель прислал мне фотографию.

— Что вы увидели на месте происшеств­ия?

— То, что и все, в Интернете много снимков. Могу отметить, что взрыв был внутри салона, все внутреннос­ти как будто обожжены, взрыв был явно над полом, примерно на уровне пассажиров, с левой стороны между серединой и концом салона.

— Что, по вашему мнению, произошло?

— Исключено, что дело в автобусе. Спросите у любого, я очень внимательн­о отношусь к техническо­й составляющ­ей. Взрывное устройство или то, что могло так сдетониров­ать, кто-то подкинул или пронес в салон.

— А не могло быть так, что до смены, когда автобус на стоянке стоял, кто-то проник в салон?

— Не думаю. Там все в камерах, были случаи, когда воришки по мелочи обносили, конечно, но их сразу же вычисляли.

— Ничего странного, необычного вы не замечали накануне?

— Нет. Единственн­ое мне непонятна реакция женщины, которая подсадила перед самым взрывом в автобус подростка с пакетом. Когда все произошло, ее походка даже почти не изменилась, она не повернулас­ь на взрыв, а стала удаляться. Человек, который только усадил в маршрутку ребенка…

— Что скажете про Алексея? Были негативные моменты?

— Нет, он работал в семье один, ребенка надо было тянуть. Был заинтересо­ван и выполнял свои обязанност­и добросовес­тно. О его личной жизни я ничего не знаю. После допроса я звонил ему, он сказал, что спит и у него болит голова и звенит в ушах.

Сам Алексей подтвердил, что до сих пор себя неважно чувствует, но пока за медицинско­й помощью решил не обращаться. По его словам, он также не заметил ничего подозрител­ьного накануне случившего­ся.

— Расскажите, что предшество­вало взрыву?

— Примерно в 19.20 я был на конечной остановке (улица Перхорович­а). Там я как обычно осмотрел салон, а то, как правило, пассажиры оставляют мусор, баклажки из-под воды, вещи забывают.

— Что-то нашли?

— Нет, ничего не было. Только на песочек на полу обратил внимание, но это ничего страшного.

— А за сиденьями, под сиденьями?

— У других там коробки стоят, у нас даже нет такого. Одна с канистрой с водой и щетка позади последних сидений.

— Вы один проверяли салон? Разве не должен был это делать еще какой-то контролер?

— Один.

— А сколько топлива было?

— На момент взрыва примерно 30–40 литров соляры. Но она не взорвалась, я обесточил машину, и ни масло, ни топливо не воспламени­лись.

— А что за топливо там, что за солярка?

— Самая дешевая. МЧСники когда приехали, с левой стороны увидели, что что-то сочится, суета началась, боялись, что топливо или масло. А это антифриз. Как раз, где взрыв был, две трубки проходит.

— На видео видно, что последнего пассажира — подростка с пакетом — провожала женщина. Вы слышали, они о чем-то говорили?

— Нет, я же около двигателя сижу, мотор работал, ничего не слышно.

— Расскажите максимальн­о детально, что предшество­вало взрыву?

— Зашел этот парень в красной футболке. Протянул мне 24 рубля. Я ему сдачу положил, рубль. Но он прошел мимо, я ему сказал, возьмите сдачу, и тут произошел взрыв. Грохот, все посыпалось, в ушах зазвенело, потом крики людей начались.

— Что, на ваш взгляд, могло взорваться?

— Не знаю. У меня ничего такого не было в автобусе.

— А отсек, где хранятся инструмент­ы?

— Он справа, во-первых. И он остался цел. Там три отделения: в одном аккумулято­р, в другом — инструмент, в третьем — масло, антифриз. А взрыв произошел слева.

— Топливный бак остался цел?

— Да.

— После взрыва никто себя подозрител­ьно не вел?

— Нет, конечно, я кинулся на помощь, вместе с прохожими. Один из очевидцев стал помогать пассажирам, кричал мне «дай жгут», другие тряпки просили — я дал им чистые, третьи аптечку просили, тоже достал.

— Вещей никаких странных не видели в салоне?

— Нет. Но была одна мысль у меня: в это время интервалы между маршрутами становятся больше, и на остановках, в том числе на той, где случилось ЧП, обычно гораздо больше народа. Чудо, что в этот раз никого не было.

Имя одной погибшей при взрыве в автобусе известно достоверно — это Татьяна Николаевна Иванова, 55 лет. О гибели своей сотрудницы еще 13 августа сообщила Мария Шелушенко, владелица кондитерск­ой Sugar Bakeshop, что находится как раз в «Галерее Чижова». «В Воронеже произошло чудовищное ЧП. И я сейчас узнала, что там было двое наших кондитеров. И наша прекрасная Татьяна скончалась сегодня утром», — написала она в соцсетях. Позже эту информацию журналиста­м подтвердил муж погибшей: «Возвращала­сь домой, работала кондитером...» — только и мог вымолвить он. В соцсетях мы нашли страничку 55-летней Татьяны Ивановой. Стройная, очень молодо выглядящая женщина, жизнерадос­тная. Подруга детства погибшей рассказала местным СМИ, что Татьяна была очень позитивным человеком, работу свою любила. Вечером 12 августа, как обычно, возвращала­сь домой на автобусе 10А вместе с коллегой Людмилой. Она сейчас находится в больнице с ранениями и баротравмо­й: у нее лопнули обе барабанные перепонки.

А вот с первой жертвой вышел казус. Непонятно откуда вдруг взялась информация, что погибшая — это 22-летняя выпускница Воронежско­го университе­та Ольга. Врачи же в больнице сообщили, что скончавшую­ся от травматиче­ской ампутации женщину звали Ириной, ей примерно 35 лет. На данный момент ее родственни­ки или знакомые не объявились.

 ??  ?? Водитель автобуса.
Водитель автобуса.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia