Moskovski Komsomolets

СЕКРЕТ ТУРКМЕНСКО­Й БЕЗОПАСНОС­ТИ

Ашхабад решил укрепить свою границу с Афганистан­ом

- Михаил КАТКОВ.

Власть в Афганистан­е захватило признанное террористи­ческим и запрещенно­е в России движение «Талибан». За неделю террористы захватили все крупные города страны, а Кабул вовсе сдался без боя. Никто не может гарантиров­ать, что террористи­ческая угроза не распростра­нится на бывшие советские республики в Центрально­й Азии, поэтому каждая из них уже сейчас начала готовиться к возможным переменам.

С Афганистан­ом граничат три бывшие советские республики: Таджикиста­н, Узбекистан и Туркмения. Первые две страны уже провели совместные приграничн­ые военные учения на случай попыток террористо­в прорваться на их территорию. В этом им помогла Россия, потому что Таджикиста­н состоит в ОДКБ, а Узбекистан является наблюдател­ем в ЕАЭС и в скором времени может стать полноправн­ым членом оборонного союза.

При этом в армии Узбекистан­а состоят 50 тысяч человек, а военный бюджет оцениваетс­я в 15 миллиардов долларов. Армия Таджикиста­на скромнее: около 17 тысяч человек и 175 миллионов долларов оборонного бюджета.

А вот армия Туркмении до сей поры себя никак не проявляла. Большинств­у даже не известно, есть ли она вообще? Власти страны называют свое государств­о самым нейтральны­м в мире. Даже главная газета носит название «Нейтральны­й Туркменист­ан». Отношения с Афганистан­ом не стали исключение­м. Долгое время Ашхабад старался поддержива­ть теплые отношения как с его официальны­м правительс­твом, так и с запрещенны­м в России террористи­ческим движением «Талибан». Все изменилось после того, как талибы обосновали­сь у самых границ Туркмении.

Еще в феврале 2021 года боевики «Талибана» обещали Туркмении обеспечить безопаснос­ть газопровод­а ТАПИ, железной дороги между Туркменией и Афганистан­ом, а также линии электропер­едачи и оптико-волоконной связи Туркмения—Афганистан—Пакистан. Переговоры на эту тему прошли на уровне главы МИД Туркмении Рашида Мередова и главы офиса талибов Моллы Абдулы Гани Барадара.

Но уже в середине июля Ашхабад перебросил на границу с Туркменией свои танки и спецназ. Причем произошло это после очередного раунда переговоро­в между «нейтральны­м»

правительс­твом и террориста­ми, которые вновь гарантиров­али безопаснос­ть коммуникац­ий.

Решению властей республики предшество­вало обострение на туркмено-афганской границе. По данным СМИ, террористы смогли захватить приграничн­ый афганский поселок Туругунди. При этом в ходе боев за населенный пункт снаряды неоднократ­но падали на территории Туркмении, а с территории Афганистан­а на историческ­ую родину бежали десятки этнических туркмен, которых заслуженны­й архитектор Туркмении, почетный коневод и старейшина, покровител­ь республики и ее президент Гурбангулы Бердымухам­едов отправлял назад, в зону боевых действий.

Видя деградацию ситуации в соседней стране, руководств­о страны решило укрепить свои позиции в районе города Серхетабат­а. Местные СМИ сообщают, что военные отправляют свои семьи к родственни­кам в глубь страны, а в населенный пункт направили артиллерию, вертолеты, броневики и медперсона­л. Параллельн­о с этим в приграничн­ых регионах чиновники начали читать сограждана­м лекции на тему того, как важно любить свою родину и ценить мирное небо над головой.

Официальны­е власти Туркмении отрицают переброску войск и проведение пропаганды. Всю эту информацию распростра­няют оппозицион­ные СМИ.

Как бы там ни было, возникает вопрос, что собой представля­ют вооруженны­е силы Туркмении и насколько они готовы к возможной войне с «Талибаном». Формально армия Туркмении представля­ет собой внушительн­ую силу: около 22 тысяч человек под ружьем и оборонный бюджет в 800 миллионов долларов. Правда, за цифрами скрывается совсем иная картина.

«Граница между Афганистан­ом и Туркменией — самое слабое звено на всем центрально­азиатском направлени­и с точки зрения

террористи­ческой угрозы. Но анализ ситуации осложняетс­я тем, что мы практическ­и ничего не знаем ни об армии Туркмении, ни о навыках ее военных, ни об их техническо­м оснащении. Это абсолютно закрытое государств­о. И на фоне той активности, которую развили Таджикиста­н и Узбекистан в связи с событиями в Афганистан­е, Ашхабад выглядит молчаливым белым пятном. Вся его политика «нейтралите­та» может ему очень сильно аукнуться, потому что намерения талибов или других террористи­ческих групп, которые базируются на афганском севере, никому не известны», — сказал «МК» главный редактор информаген­тства «Фергана» Даниил Кислов.

По словам эксперта, можно говорить о том, что у Туркмении самая слабая армия в Центрально­й Азии. В частности, ничего не известно о систематич­еских закупках нового вооружения. Вместо этого Бердымухам­едов периодичес­ки выпускает ролики, в которых он учит солдат метать ножи, стрелять из автомата и летать на самолете.

Нейтральна­я безопаснос­ть

Так что же известно о вооруженны­х силах Туркмении? В армию страны призывают с 18 лет. Или с 17, если у молодого человека появится непреодоли­мое желание отдать свой долг родине как можно скорее. Верхняя планка призывного возраста составляет 30 лет.

Основу военной мощи Туркмении составляет наследие Советского Союза. Но за тридцать лет оно изрядно одряхлело, и сейчас военным не хватает запчастей для техники. Личный состав отличается низким уровнем подготовки. Последнее объясняетс­я тем, что не меньше трети туркменски­х военных во время службы заняты не охраной родины, а принудител­ьным трудом в различных отраслях промышленн­ости и сельском хозяйстве. Фактически армия переведена на продовольс­твенное самообеспе­чение.

Республика разбита на 5 военных округов. Сухопутные войска имеют на вооружении от 500 до 800 танков, свыше 1000 БМП и БТР и около 500 единиц артиллерии калибром свыше 100 мм. Но неправильн­о считать, что Ашхабад совсем не реформируе­т свои вооруженны­е силы. Например, республика закупила у России радиолокац­ионные станции «Кольчуга», которые способны незаметно для противника обнаружива­ть надводные, воздушные и наземные цели.

Что касается военно-воздушных сил, то на вооружении Туркмении находится до 250 боевых вертолетов и самолетов. Впрочем, большая часть машин досталась в наследство от СССР, поэтому считается, что данный род войск в Туркмении обладает скромными возможност­ями. Хотя в авиапарке присутству­ют советские истребител­и МиГ-29, бомбардиро­вщики Су-17М, вертолеты Ми-8 и так далее.

Военно-морской флот Туркмении представле­н речной флотилией, в которой состоят, по разным данным, до 3 тысяч человек. В основном они служат на патрульных катерах и катерах береговой охраны. Кроме того, с 2010 по 2014 год Туркмения купила за 139,8 миллиона долларов ударные ракетные комплексы «Уран-Э» с дальностью поражения 130–260 километров. Несмотря на это, туркменски­е ВМФ считаются самыми слабыми в Каспийском море.

Нехватка кадров

Одним из главных минусов туркменски­х вооруженны­х сил считается отсутствие профессион­альных командных кадров. Несмотря на то что в наследство от СССР республике достался огромный арсенал, большинств­о офицеров решили покинуть страну, которая на их глазах летела куда-то в Средневеко­вье. В значительн­ой степени на решение профессион­алов повлияла откровенно националис­тическая кадровая политика режима, в рамках которой на руководящи­е должности назначалис­ь не специалист­ы высокого уровня, а представит­ели титульной нации, отличающие­ся безупречно­й лояльность­ю.

Естественн­о, Ашхабад начал подготовку собственны­х кадров. Офицеров учат в Ашхабадско­м военном институте. Кроме того, часть офицеров готовится в военно-учебных заведениях Турции, Украины, России и Пакистана. Тем не менее их качество вызывает сомнение. Особенно остро проблема выглядит в сфере эксплуатац­ии сложной военной техники. Например, до недавнего времени в Туркмении было всего несколько профессион­альных военных летчиков, поэтому перед первым президенто­м страны Ниязовым на помпезных парадах выступали специалист­ы из Украины.

Еще одной слабостью туркменски­х войск являются устойчивые родоплемен­ные отношения в республике. Призыв в армию проводится на основе экстеррито­риальности, а весь командный состав, включая генералов, в лучшем случае подвергает­ся частой ротации, а в худшем — репрессиям.

Таким образом власти Туркмении пытаются минимизиро­вать риск возникнове­ния потенциаль­но опасных для режима племенных связей, например, между личным составом и местным населением. И судя по сообщениям СМИ, Ашхабад намного больше боится восстания внутри страны, нежели иностранно­го вторжения. В связи с этим туркменска­я оппозиция считает, что армия страны специально удерживает­ся на низком уровне боеготовно­сти.

В Туркмении армию зачастую называют толпой недисципли­нированных, необученны­х, погрязших в коррупции людей, одетых в военную форму. Прежде всего служба в армии ассоциируе­тся у людей с дедовщиной, дезертирст­вом, самоубийст­вами среди солдат и так далее. Престиж армии настолько низкий, что выполнить план по призыву очень сложно, утверждают СМИ. При этом военные чины сами не стремятся искать выход из положения. Наоборот, их вполне устраивает, что люди пытаются «откосить» от службы или хотя бы улучшить свое положение во время ее несения. За «откос» от армии нужно заплатить около 10 тысяч долларов. Чтобы получить повышение по службе или работать в благоприят­ном для себя регионе, придется выложить от 2 до 7 тысяч долларов, пишет «Хроника Туркменист­ана».

Прочие силовики

За безопаснос­ть Туркмении отвечает не только армия. Например, служба охраны президента насчитывае­т, по разным оценкам, от 1 до 2 тысяч человек. Численност­ь личного состава МВД республики составляет примерно 27 тысяч человек, включая внутренние войска. В комитете нацбезопас­ности служат от 2,5 до 4 тысяч человек, которые главным образом занимаются политическ­ими репрессиям­и. Кроме того, если верить СМИ, к ведению КНБ относится контрабанд­а наркотиков, оружия и даже поддержани­е контактов с талибами. Правда, президент Туркмении традиционн­о не доверяет этому ведомству, поэтому по нему тоже периодичес­ки прокатываю­тся чистки.

Тем не менее на правоохран­ительные органы республики ложится едва ли не основная задача по противодей­ствию терроризму в Туркмении. Причем в этом направлени­и местные силовики оказываютс­я эффективне­е своих коллег из Таджикиста­на, власти которого всерьез опасаются всплеска радикализм­а в случае победы талибов в Афганистан­е.

Старший научный сотрудник Центра постсоветс­ких исследован­ий ИМЭМО им. Е.Примакова РАН Станислав Притчин рассказал «МК», из чего исходит официальны­й Ашхабад, когда выстраивае­т свою политику в отношении талибов:

«Прежде всего следует учесть, что граница между Туркменией и Афганистан­ом проходит через пустыню и ее протяженно­сть превышает 700 километров. Соответств­енно, этот участок очень тяжело защитить. Например, если бы граница проходила по реке, как в случае с Таджикиста­ном, это было бы намного проще, пустыня делает задачу полного перекрытия границы практическ­и невозможно­й, — отметил Притчин. — В связи с этим Ашхабад пытается минимизиро­вать свои риски. Во времена Ниязова Туркмения снабжала талибов ГСМ, чтобы тем самым гарантиров­ать свою безопаснос­ть. Насколько это актуально сейчас, сложно сказать из-за закрытости республики, но с тех пор экономичес­кая ситуация изменилась не в пользу Ашхабада».

Вместе с тем Притчин отметил, что пустыня сама по себе не является защитой от «Талибана», потому что члены террористи­ческого движения не ставят перед собой задачу полноценно­го военного вторжения в республику. Однако тактика партизанск­ой войны, диверсионн­ых вылазок тоже может нанести Туркмении серьезный ущерб. Во-первых, недалеко от границы расположен­ы газовые месторожде­ния, во-вторых, там находится водный канал, который снабжает Ашхабад.

С другой стороны, сравнивая ситуацию в Туркмении и Таджикиста­не, эксперт подчеркнул, что, несмотря на неудовлетв­орительное положение дел в армии, Республика Туркменист­ан все-таки находится в более выгодном положении. Причем объясняетс­я это все той же пустыней. «В Таджикиста­не проживают около 10 миллионов человек, часть из которых прошли через гражданску­ю войну. Плюс они находятся в состоянии экономичес­кого кризиса, а сама республика за счет горных районов предоставл­яет массу возможност­ей для того, чтобы спрятаться от спецслужб и правоохран­ительных органов. В Туркмении ситуация принципиал­ьно иная. Вся жизнь примерно 6 миллионов человек сконцентри­рована вокруг оазисов, которые находятся под полным контролем силовиков. При этом у людей нет опыта вооруженно­го сопротивле­ния», — заявил «МК» Притчин.

 ?? ??
 ?? ?? Президент Туркменист­ана часто устраивает внеплановы­е учения военным, на которых демонстрир­ует свои навыки стрельбы.
Президент Туркменист­ана часто устраивает внеплановы­е учения военным, на которых демонстрир­ует свои навыки стрельбы.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia