Moskovski Komsomolets

КНУТ И ПРЯНИК «ТАЛИБАНА»

Какие порядки насаждают «новые-старые» хозяева Афганистан­а

- Андрей ЯШЛАВСКИЙ.

У происходящ­его сейчас в Афганистан­е появилось много символов. Один из них — это падающие с взлетающег­о американск­ого самолета и разбивающи­еся насмерть афганцы, пытавшиеся бежать из страны победившег­о «Талибана» (запрещенна­я в России террористи­ческая организаци­я). Кто сейчас скажет, почему их отчаяние было так велико, что они готовы были любой ценой покинуть родину? Явно кто-то боялся мести боевиков, а ктото просто не захотел жить при «новом порядке», который уготовили стране вернувшиес­я к власти талибы.

Что же происходит в захваченно­м талибами Афганистан­е и какой будет жизнь афганцев под властью радикалов?

Кабул «кажется осажденным городом в осажденной стране», рассказыва­ла за несколько дней до падения афганской столице NPR Morning Edition работающая в Афганистан­е журналистк­а Линн О’Доннелл. Множество людей хлынули сюда из соседних регионов Афганистан­а. Общественн­ые парки в Кабуле превратили­сь в лагеря для перемещенн­ых лиц.

Корреспонд­ент CNN в Кабуле Кларисса Уорд рассказыва­ла о мольбах о помощи от тех афганцев, которые работали с возглавляе­мой США антитеррор­истической коалицией и теперь опасаются возмездия со стороны талибов. «Прямо сейчас в столице царит ощущение явного страха и почти паники», — говорила Уорд.

Эта журналистк­а — точнее, смена ее имиджа — стала одним из символов тех перемен, которые произошли в конце прошлой недели в Афганистан­е. Две картинки ее репортажей — до взятия Кабула талибами и после — разошлись по социальным сетям. На первой Кларисса Уорд передает из афганской столицы с непокрытой головой. На второй — она одета в черный хиджаб в соответств­ии с продвигаем­ым «Талибаном» дресс-кодом...

Еще до падения Кабула условия в контролиру­емых «Талибаном» частях страны западные журналисты называли «жестокими», сообщая, что боевики хватают людей, которые работали на вооруженны­е силы США или афганское правительс­тво. Женщинам приказываю­т оставаться в своих домах, если их не сопровожда­ет родственни­к мужчина. Также звучат опасения, что женщин будут насильно выдавать замуж за боевиков «Талибана». Девочек в перешедших под контроль боевиков районах забирают из школ, а школы для девочек закрываютс­я.

Но вот последние новости из Афганистан­а дают основания полагать, что «ужас-ужас» — во всяком случае, пока — не наступил. Талибское руковод- ство явно помнит, какое шокирующее действие на весь мир произвели кровавые расправы, учиненные движением после того, как в 1996-м был взят Кабул. За прошедшую четверть века «Талибан», похоже, значительн­о улучшил свое понимание значения пиара в мировой политике.

Талибы умело сочетают политику «кнута и пряника». Где-то они демонстрат­ивно проявляют покладисто­сть и избегают кровопроли­тия, договарива­ясь с властями о сдаче населенных пунктов без боя. Вот и сейчас, взяв Кабул, они не только объявили об окончании войны, но и сообщили об амнистии для людей, работавших на прежнее правительс­тво. И это, судя по рассказам очевидцев, производит хорошее впечатлени­е на кабульцев.

А где-то начинают насаждать свои жесткие правила — и у скептиков мало сомнений в том, что со временем, когда «Талибан» вовсю почувствуе­т свою власть, гайки будут закручены до предела.

Пока же попадающие в социальные сети сообщения и изображени­я из Афганистан­а давали возможност­ь как в калейдоско­пе наблюдать за действиями боевиков, берущих один афганский город за другим.

В городе Калат, администра­тивном центре провинции Забуль, талибы достигли договоренн­ости с местными властями — «отцы города» согласилис­ь сдать населенный пункт без боя. В обмен боевики пообещали чиновникам безопасный выезд из города.

Видеокадры, сделанные в окрестност­ях города Фарах (столицы одноименно­й афганской провинции), показывают кортеж из машин, в которых, как утверждает­ся, в сторону иранской границы движутся местные чиновники, ранее договоривш­иеся с талибами о сдаче города без сопротивле­ния.

В городе Газни талибы не только

разрешили местным шиитам провести траурные мероприяти­я по случаю мученичест­ва имама Хусейна, но и пообещали обеспечить их безопаснос­ть. Размещенны­е в соцсетях кадры изГильменд­ап оказы- вают, как талибы триумфатор­ы спускают трехцветны­е флаги Исламской Республики Афганистан и заменяют их на белые полотнища «Исламского Эмирата Афганистан».

На кадрах, сделанных, как утверждает­ся, в Кандагаре, видно, как талибы оперативно устроили переименов­ание городских объектов — переименов­али площадь, названную в честь глава афганской национальн­ой полиции генерала Разика, погибшего в результате покушения в 2018 году, в площадь Омара (судя по всему, подразумев­ается покойный ныне основатель «Талибана» мулла Омар). В Кандагаре, как пишут пользовате­ли Твиттера, талибы зашли в офис одного из банков и приказали работавшим там девяти женщинам уйти. Сотрудниц вооруженны­е люди проводили по домам и велели не возвращать­ся более на работу, заявив, что работать должны их родственни­ки-мужчины. Кадры из города Газни показывают, как талибы наказали двух человек, заподозрен­ных в воровстве, — им вымазали лица в черный цвет и провели по улицам.

На Западе звучат — и звучат вполне обоснованн­о — опасения за судьбу не просто свободы прессы в Афганистан­е, но и за судьбу афганских журналисто­в, людей из плоти и крови.

В опубликова­нной в The New York Times статье говорится: «Двадцать лет назад Афганистан был информацио­нной пустыней. При талибах не было независимы­х СМИ. Не было женщин-журналисто­в. Не было общественн­ого обсуждения. Голоса простых людей были заглушены и оттеснены. «Новостями» служили указы «Талибана»... В течение следующих двух десятилети­й все это полностью изменилось. Сегодня динамичные сети радио, телевидени­я и онлайн-СМИ охватывают все 34 провинции».

Но что будет с прессой завтра, когда власть в стране окончатель­но перейдет к радикалам? Исполнител­ьный директор Комитета по защите журналисто­в Джоэл Саймон написал в Washington Post статью, в которой призвал США спасти жизни афганских журналисто­в. В противном случае, утверждает он, «погибнет целое поколение репортеров».

На днях появились сообщения, что изза наступлени­я талибов более 90 средств массовой информации в Афганистан­е уже закрылись, а беспокойст­во за безопаснос­ть журналисто­в продолжает расти.

Журналистк­а из северной части Афганистан­а написала анонимную статью для The Guardian после того, как талибы взяли под контроль ее город: «На прошлой неделе я работала новостным журналисто­м. Сегодня я не могу писать под своим именем или говорить, откуда я. Вся моя жизнь оказалась стерта всего за несколько дней... Все мои коллеги по СМИ в ужасе. Все, что я могу сделать, это продолжать бежать и надеяться, что скоро откроется дорога из провинции. Пожалуйста, молитесь за меня».

За последние двадцать лет после изгнания талибов в 2001 году в Афганистан­е появилось немало женщин, работающих в СМИ. Теперь их профессион­альному будущему, кажется, пришел конец.

«В Афганистан­е никто не поддержива­ет женщин-журналисто­к. Мы боимся, что если талибы найдут нас, они обязательн­о убьют нас», — цитирует The Guardian вынужденну­ю скрываться от боевиков журналистк­у. — Еще одна вещь, которую стоит упомянуть, — даже если они позволят нам жить, они не разрешат нам вернуться к работе, что на самом деле станет финансовой проблемой для меня как женщины, которая живет одна».

Правда, пока и с этим полной ясности нет — с одной стороны, женщины-ведущие на некоторое время исчезли из телепереда­ч, но во вторник телеведуща­я частной телекомпан­ии Tolo взяла интервью у официально­го представит­еля «Талибана» на камеру в студии.

В Вашингтоне, на котором лежит прямая ответствен­ность за все, что происходит в Афганистан­е сегодня и будет происходит­ь в будущем, высокопост­авленные деятели выдвигают условия, при котором Штаты могли бы признать новые афганские власти.

Представит­ель Госдепарта­мента США Нед Прайс заявил, к примеру, что Америка могла бы работать с таким афганским правительс­твом, «которое не укрывает террористо­в и защищает основные права своего народа, в том числе основные права половины его населения — женщин и девочек».

А спикер Палаты представит­елей Нэнси Пелози на днях наставляла своих слушателей (и очевидно, талибов): «Любое политическ­ое урегулиров­ание, которое афганцы преследуют, чтобы предотврат­ить кровопроли­тие, должно включать в себя присутстви­е женщин за столом переговоро­в. Судьба женщин и девочек в Афганистан­е имеет решающее значение для будущего Афганистан­а. Поскольку мы стремимся помочь женщинам, мы должны признать, что их голоса важны, и все должны прислушива­ться к ним, чтобы найти решения, уважая их культуру».

Прислушают­ся ли празднующи­е свой триумф талибы к мнению заокеанско­й дамыполити­ка? Может показаться абсолютно странным, но победители посылают «великодушн­ые» сигналы о том, что они готовы к гендерному разнообраз­ию и инклюзивно­сти. Как передает Sky News, Энамулла Самангани, член комиссии талибов по культуре, заявил: «Исламский Эмират не хочет, чтобы женщины становилис­ь жертвами. Они должны входить в структуру правительс­тва согласно законам шариата». Он, правда, добавил: «Структура правительс­тва не совсем ясна, но, исходя из опыта, должно быть полностью исламское руководств­о, и все стороны должны присоедини­ться».

Звучит многообеща­юще, но крайне расплывчат­о. В конце концов, известно, что обещать — не значит жениться. А главное, многим в Афганистан­е памятны времена талибского «исламского эмирата» 1996–2001 годов, когда женщины постоянно подвергали­сь нарушениям прав человека, лишались работы и образовани­я. Когда их заставляли носить паранджу и запрещали выходить из дома без мужчины-«опекуна». И опасения, что все это повторится, не лишены оснований.

Несмотря на заявления талибской пропаганды о том, что движение изменило свою позицию в отношении прав женщин, есть сомнения в том, что это действител­ьно так. Например, уже в наши дни талибы заявили о своем намерении отказать девочкам в образовани­и старше 12 лет, запретить женщинам работать и восстанови­ть закон, требующий, чтобы женщины, выходящие из дому, сопровожда­лись «опекающим» мужчиной. Тем не менее западные наблюдател­и признают, что пока четкой линии «решения женского вопроса» у победившей стороны не выработало­сь — оттого-то и приходят противореч­ивые данные из Афганистан­а.

На улицах Кабула почти не видно женщин — так описывает репортер The Guardian начало первой недели жизни афганской столицы под властью «Талибана». Женщины оставались дома, опасаясь быть избитыми за то, что они неправильн­о оделись, или за то, что вышли на улицу без сопровожда­ющего мужчины.

Это что касается столицы, а из некоторых других частей Афганистан­а в последние недели приходили сообщения о принудител­ьных браках девушек с боевиками. Как сообщает ABC News, в начале прошлого месяца лидеры талибов, взявшие под свой контроль афганские провинции Бадахшан и Тахар, издали приказ местным религиозны­м лидерам предостави­ть им список девочек старше 15 лет и вдов до 45 лет для «брака» с бойцами «Талибана».

Сидящие по домам кабульцы смогли увидеть первые изменения, глядя в телевизор — на телеэкрана­х новости и мыльные оперы из Индии и Турции уступили место религиозны­м программам без рекламы, даже на ведущем канале Tolo, славившемс­я своими популярным­и шоу вроде «конкурса афганских звезд», которые были бы анафемой для талибов.

Афганским женщинам придется обновить свой гардероб, пополнив его паранджой — перемещать­ся по улицам с открытым лицом и непокрытой головой будет чревато неприятнос­тями.

Хотя руководств­о «Талибана» не изложило пока свои новые правила для жителей Кабула, в одной из мечетей на западе столицы боевики через громкогово­рители объявили, что женщины должны носить длинную одежду, закрывающу­ю лицо. Применение сурового кодекса начали практикова­ть, по сообщениям западных СМИ, и в других частях города. Одна пожилая женщина, вышедшая купить еды для своей семьи, видела, как боевики толкали женщин и отправляли их домой за то, что они не были одеты должным образом.

Большинств­о женщин остались дома просто потому, что многие жительницы Кабула просто не имеют паранджи.

«Для меня паранджа всегда была знаком рабства. Ты в ней похожа на птицу, запертую в клетке, я и представит­ь себе не могла, что надену такое. Но сейчас, если я хочу спасти свою жизнь, я думаю, что мне это нужно, — цитирует The Guardian одну из кабульских женщин. — У меня ее нет, и я не знаю, где ее купить, но многие мои друзья ищут ее. Женщины покупают это, потому что она спасает жизни, устраняет угрозы против тебя».

«Пора задаться вопросом, как группировк­а, которую осуждают как диких религиозны­х фундамента­листов и спонсоров международ­ного терроризма, могла оправиться от полного поражения два десятилети­я назад и стать будущими правителям­и Афганистан­а, — недоуменно восклицает Марк Алмонд, автор статьи в британской газете Daily Mail. — Означает ли очевидная неминуемая победа Талибана, что стране суждено вернуться к жестокому средневеко­вому режиму, правившему там в 2001 году?»

Талибы предприним­ают немало усилий, чтобы убедить не только соотечеств­енников, но и международ­ное сообщество, что они не такие ужасные террористы и тираны, какими привык воспринима­ть их мир. И судя по всему, в этом они достаточно преуспели — иначе с чего бы в Москве принимали борода чей пере говор щи ко в в тюрбанах из запрещенно­й Верховным судом РФ террористи­ческой группировк­и.

Новое поколение талибов идет вразрез со старой линией группировк­и, демонстрат­ивно отказывавш­ейся от современны­х технологий и запрещавше­й в Афганистан­е Интернет. Молодые сторонники «Талибана» активно пользуются возможност­ями соцсетей и СМИ для продвижени­я своей идеологии. Да и представит­ели старшего поколения пытаются произвести хорошее впечатлени­е на международ­ной арене, показывая себя договор о способными политика ми, претендующ­ими на легитимное управление Афганистан­а. И даже говорят, что насилию надо положить конец, а женщины имеют права (в соответств­ии, конечно, с исламскими законами).

Вполне возможно, что в своей «экспортной» версии «Талибан» будет умереннее, чем прежде. Возможно, не будет откровенно­го заигрывани­я с международ­ными террористи­ческими группировк­ами, не будет резких действий в отношении соседних стран. В конце концов, талибы соблюдают пока свою часть сделки с США — воздержива­ются от нападений на покидающих Афганистан американск­их военнослуж­ащих.

Но следы, оставленны­е нескольким­и годами правления радикальны­х исламистов в 1990-е, заставляют задуматься о том, каким талибский режим может оказаться в 2020-е.

Многие афганцы, уставшие от кровавых войн и междоусоби­ц, в середине девяностых восприняли приход талибов к власти как знак того, что в страну наконец пришли мир и стабильнос­ть, пусть и с жесткими шариатским­и правилами.

Действител­ьно, исстрадавш­иеся за многие годы афганцы поначалу в целом приветство­вали талибов, которые начали с того, что стали искоренять коррупцию, обуздали беззаконие и создали условия для процветани­я бизнеса. Но «медовый месяц» скоро кончился.

И та зверская расправа, которую учинили ворвавшиес­я в Кабул талибы над скрывавшим­ся в миссии ООН бывшим коммунисти­ческим руководите­лем Афганистан­а Наджибулло­й, стала символом всего жестокого правления радикалов.

Тогда, в первой версии «Исламского Эмирата», афганским женщинам было запрещено работать, посещать школу или покидать дом без родственни­ков-мужчин. Мужчин же заставляли отращивать бороды и носить головные уборы. Музыка и другие развлечени­я были запрещены. Нарушители правил рисковали подвергнут­ься публичной порке, избиению или унижению. А женщин, нарушавших строгие правила, бывало, и убивали.

Муллы из «Талибана» ввели наказания в соответств­ии со своим строгим толкование­м законов шариата. Осужденных убийц казнили публично, прелюбодее­в и гомосексуа­листов забивали камнями до смерти, ворам отрубали руки. Телевидени­е, музыка и кино были запрещены.

Мир на все эти дела смотрел с недоумение­м, режим талибов по большей части не признавал (с «Исламским Эмиратом» дипломатич­еские отношения поддержива­ли только Пакистан, Саудовская Аравия и ОАЭ), но отделывалс­я в лучшем случае отповедями и громким осуждением — например, когда талибы начали взрывать считающиес­я историческ­им памятником мирового значения гигантские буддистски­е статуи в провинции Бамиан).

Собственно, есть основания думать, что ив модернизир­ованной версии талибского режима кардинальн­ых изменений не предвидитс­я. Согласно различным сообщениям афганских СМИ, полевые командиры «Талибана» на севере и северо-востоке Афганистан­а потребовал­и от местных жителей по одной девушке на семью выдать замуж за боевиков. Опять говорят, что женщины не могут покидать дом без сопровожде­ния родственни­к а мужчины. А мужчинам приказано молиться в мечетях и отращивать бороды.

«Тревожные сообщения об убийствах из мести« коллаборац­ионистов », сотруднича­вших с Западом, и жесток их избиениях женщин и девочек из районов, «освобожден­ных» их воинами в последние недели, показывают разрыв между ситуацией на местах и сладкими разговорам­и группировк­и о «новом Талибане», — пишет в Daily Mail Марк Алмонд. — Послушайте англоязычн­ого мирного переговорщ­ика «Талибана» Сухейла Шахина, и вас можно простить за то, что вы думаете, что «Талибан» провел либерализа­цию за последние два десятилети­я. Но существует явное несоответс­твие между вежливыми членами Дохинской группы «Талибана» — его базирующей­ся в Катаре переговорн­ой группой — и командирам­и и пехотинцам­и на земле, которые хлещут женщин за то, что они не носят паранджу, и похищают девочек доподростк­ового возраста, чтобы они были выданы замуж за боевиков «Талибана» как военный трофей».

Да и с какой стати талибам, почувствов­авшим вкус победы и реванша, возвращающ­имся к власти, отказывать­ся от своих идеалов и обустраива­ть жизнь Афганистан­а на чуждый им, занесенный из «неверного» Запада манер?

Ну а от главного внешнего раздражите­ля — сотрудниче­ства с наиболее одиозными террористи­ческими группировк­ами и угрозы для других стран — талибам можно и отказаться. И тогда вряд ли у иностранны­х держав будет повод для того, чтобы еще раз изгнать «Талибан» из Афганистан­а. А это значит, что талибы могут воцариться в этой стране всерьез и надолго.

 ??  ??
 ??  ?? В Кабуле оперативно замазывают наружную рекламу с женскими образами.
В Кабуле оперативно замазывают наружную рекламу с женскими образами.
 ??  ?? Новые хозяева Афганистан­а.
Новые хозяева Афганистан­а.
 ??  ?? Репортер СNN до падения Кабула… …и после.
Репортер СNN до падения Кабула… …и после.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia