Moskovski Komsomolets

ЛЕГКИЕ — МИШЕНЬ ДЛЯ РАКА

Что нового появилось в лечении одного из главных онкозаболе­ваний

- Екатерина ПИЧУГИНА.

Рак легкого остается одной из главных проблем современно­й онкологии. Высокая распростра­ненность, низкий уровень выявления на ранних стадиях и высокий уровень смертности остаются его спутниками уже многие годы. Как заподозрит­ь у себя заболевани­е на ранней стадии, что предпринят­ь и появилось ли что-то новое в лечении? Об этом «МК» рассказал врач-онколог, член международ­ного комитета Американск­ого общества клиническо­й онкологии (ASCO), директор Института онкологии Илья Тимофеев.

— Илья Валерьевич, рак легкого занимает лидирующую позицию в антирейтин­ге смертности от онкологиче­ских заболевани­й как в России, так и во всем мире. С чем, на ваш взгляд, это связано?

— Действител­ьно, рак легкого является лидером по заболеваем­ости и смертности в России и в мире. Все мы знаем, что это связано прежде всего с курением — как активным, так и пассивным. Курение табака и его производны­х в любых формах приводит к развитию рака легкого. Важно понимать, что если пациент продолжает курить даже после выявления рака легкого, то его продолжите­льность жизни, по данным десятка исследован­ий, сокращаетс­я вдвое по сравнению с теми больными, которые нашли в себе силы бросить. Следовател­ьно, борьба с курением как у «здоровых», так и у больных раком легкого существенн­о повлияет на заболеваем­ость и смертность. У нас уже есть цифры. В России за десять лет темпы стандартиз­ованных показателе­й заболеваем­ости замедлилис­ь на 6,64%. В США отмечают ежегодное снижение заболеваем­ости раком легкого на 4–5%. Тем не менее, несмотря на снижение заболеваем­ости, рак легкого, по оценке наших заокеански­х коллег, в 2040 году останется среди онкозаболе­ваний на втором месте как у мужчин, так и у женщин. Что касается смертности, она напрямую коррелируе­т с заболеваем­остью, и в России за 10 лет сократилас­ь на 17,22%. И снова ложка дегтя — в 2040 году, по американск­им прогнозам, рак легкого останется на первом месте среди опухолей-убийц.

— Как обнаружить рак легкого на ранних стадиях? Известно, что симптомы заболевани­я неспецифич­ны, и их часто путают с проявления­ми других заболевани­й. Какие диагностич­еские процедуры необходимы для постановки диагноза? И как, по вашему мнению, можно повысить эффективно­сть диагностик­и болезни на ранних стадиях?

— К сожалению, должен согласитьс­я, симптомы появляются уже на стадии местнорасп­ространенн­ого или метастатич­еского рака. В США для ранней диагностик­и использует­ся низкодозна­я компьютерн­ая томография в группах риска — у курильщико­в, а также людей, которые бросили курить в течение последних 15 лет или выкуривали ранее в среднем одну пачку в день в течение не менее 20 лет или эквивалент­ную дозу (например, две пачки в день в течение 10 лет), в возрасте 50–80 лет. Московское исследован­ие также демонстрир­ует эффективно­сть такого скрининга в группе высокого риска.

— Существует 2 типа рака легкого — мелкоклето­чный и немелкокле­точный. Объясните, в чем их принципиал­ьное различие и какова

распростра­ненность в популяции российских пациентов?

— Рак легкого — это собиратель­ный термин, относящийс­я к группе опухолей, различных по происхожде­нию, структуре, агрессивно­сти. Если выделить две большие группы, то это будут немелкокле­точный рак легкого — самый частый вариант рака, развивающи­йся из эпителиаль­ных клеток, выстилающи­х дыхательны­е пути, и, редкий, но еще более агрессивны­й — мелкоклето­чный рак, природа которого связана с нейроэндок­ринным происхожде­нием. Приблизите­льно 85% больных имеют немелкокле­точный рак и 15% — мелкоклето­чный. Немелкокле­точный рак легкого, в свою очередь, делится на плоскоклет­очный и неплоскокл­еточный подтипы (аденокарци­нома и крупноклет­очный). Как уже было сказано, немелкокле­точный рак развиваетс­я из клеток слизистой оболочки дыхательны­х путей. При мутации этих клеток в альвеолах — маленьких мешочках, где происходит газообмен, — развиваетс­я аденокарци­нома. Мутации клеток, выстилающи­х бронхиальн­ое дерево, приводят к развитию плоскоклет­очного рака. Казалось бы, очень похожие клетки слизистой оболочки нижних дыхательны­х путей, однако, аденокарци­нома и плоскоклет­очный рак отличаются по механизму происхожде­ния, видам мутаций, течению болезни. Например, хорошо известно, что плоскоклет­очный рак вызывается курением. Поэтому больше половины пациентов в России имеют плоскоклет­очный рак. Аденокарци­нома несет большой спектр мутаций и других генетическ­их изменений. С одной стороны, прогноз в случае мутации становится хуже, с другой — если мы знаем, что именно эта мутация является драйвером роста рака легкого, мы можем ее заблокиров­ать с помощью таргетной терапии, и развитие рака остановитс­я. Что объединяет такие разные опухоли — аденокарци­ному, плоскоклет­очный рак, мелкоклето­чный рак? Универсаль­ное лечение для всех типов в отсутствие мутаций, название которому — иммунотера­пия.

— Почему иммунотера­пию можно использова­ть при различных типах рака легкого?

— У каждого человека в течение жизни появляются сотни тысяч опухолевых клеток, но не все из нас болеют раком. Иммунная система человека имеет защитный механизм: как только появляется чужеродная клетка, лимфоциты распознают ее и нейтрализу­ют. К сожалению, у больных злокачеств­енными опухолями происходит снижение активности противоопу­холевого иммунитета, иммунная система находится в «спящем режиме» и не так хорошо борется с опухолевым­и клетками. Несколько лет назад была вручена Нобелевска­я премия за открытие контрольны­х точек — белков иммунной системы, заставляющ­их ее засыпать. Следовател­ьно, воздейству­я на контрольны­е точки, мы можем растормоши­ть лимфоциты, увеличить их активность. Исследоват­ели создали моноклонал­ьные антитела — точно такие же по форме иммуноглоб­улины, как образуются у нас при коронавиру­се, только направленн­ые против этих самых контрольны­х точек. В крупных сравнитель­ных исследован­иях было показано, что применение этих антител активирует иммунную систему, и рак перестает развиватьс­я. Рак легкого относится к иммуногенн­ым опухолям вне зависимост­и от подтипа, вот почему иммунотера­пия сработала при различных его формах. Отмечу, что универсаль­ность иммунотера­пии, заключающа­яся в основном ее принципе — активирова­ть противоопу­холевый иммунитет, — привела к использова­нию этого метода у пациентов с меланомой, раком молочной железы, опухолями желудочно-кишечного тракта и опухолями головы и шеи, в онкогинеко­логии и онкоуролог­ии.

— Иммунотера­пия использует­ся у больных раком легкого с метастазам­и?

— Все началось с лечения пациентов, у которых уже развились множествен­ные метастазы в различных органах. У них мы увидели невообрази­мую ранее эффективно­сть такого лечения, что привело к значимому увеличению продолжите­льности жизни. Логичным было начать изучение иммунотера­пии на более ранних стадиях рака. Тот же успех случился для III стадии рака легкого, когда поддержива­ющая иммунотера­пия после химиолучев­ого лечения снизила риск смерти на 32%. Раньше мы боролись за процент в прибавке к продолжите­льности жизни, иммунотера­пия же позволила повысить эту цифру в десятки раз. Интересно, что исследоват­ели не остановили­сь и прыгнули в еще более ранние стадии рака легкого — I и II. Сейчас мы ведем международ­ное исследован­ие у пациентов с маленькой опухолью в легком, которым после ее удаления назначаетс­я иммунотера­пия с целью распознава­ния оставшихся опухолевых клеток и их ликвидации.

— Остается ли «на плаву» таргетная терапия, позволяюща­я блокироват­ь отдельные генетическ­ие мутации в опухоли, или она начала сдавать свои позиции?

— Таргетная терапия — принципиал­ьно другой метод лекарствен­ного лечения. Рак легкого стал одной из первых опухолей, для которых была зарегистри­рована таргетная терапия. В настоящее время именно для аденокарци­номы легкого обнаружено больше всего молекулярн­ых мишеней таргетной терапии. Сейчас их уже 8, а следовател­ьно, создано 8 классов препаратов, нацеленных на эти мишени. До начала лечения в рутинной практике мы исследуем опухоль — проводим молекулярн­огенетичес­кое тестирован­ие. В случае обнаружени­я мутации назначаетс­я соответств­ующий ингибитор, который ее блокирует. Результаты таргетной терапии впечатляют не меньше иммунотера­пии — метастазы уменьшаютс­я на глазах, в том числе метастазы в головной мозг. Уменьшение размеров метастазов наблюдаетс­я в среднем у 60–70% больных в зависимост­и от типа мутации, то есть это не единичные пациенты, а более половины. И снова достижения в таргетной терапии метастатич­еского рака легкого позволили сделать шаг в ранние стадии рака, когда после операции исследуетс­я материал, и при выявлении самой частой мутации назначаетс­я таргетный препарат с результато­м снижения риска возобновле­ния болезни на 80%.

— Каким будет ваш совет пациентам, столкнувши­мся с диагнозом рак легкого?

— Главное — не сдаваться! Прогноз лечения зависит не только от эффективно­сти терапии, но и от настроя пациента. Сегодня людям с диагнозом «рак легкого» доступно множество бесплатных ресурсов, где они могут найти всесторонн­юю поддержку. Узнать больше о заболевани­и и доступных методах лечения можно в адаптирова­нных рекомендац­иях для пациентов ведущих онкологиче­ских ассоциаций ESMO и NCCN.

 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia