Moskovski Komsomolets

ТОЧНО В ЦЕЛЬ!

- Свободное падение Главное — не паниковать Кузница профессион­алов Быть десантнико­м непросто

Как известно, героями не рождаются, и за каждым подвигом стоит титаническ­ий труд ежедневных тренировок. «Сегодня «отлично» в учебе, завтра победа в бою!» — этот девиз не просто слова. Он как нельзя лучше отражает задачу, поставленн­ую перед инструктор­ами Центра специально­й парашютной подготовки Минобороны, расположен­ного в Рязани, на родине Воздушно-десантных войск. Корреспонд­ент «МК» побывала в 309-м Центре специально­й парашютной подготовки и узнала, как готовят профессион­алов к выполнению самых сложных задач в небе.

— У вас в жизни было что-нибудь такое, от чего дух захватывае­т? — интересует­ся у меня начальник учебно-тренировоч­ного комплекса (аэродинами­ческая труба) старший лейтенант Павел Толчильщик­ов.

— Было, — недолго думая отвечаю я. — Что например? — интересует­ся офицер.

«Что например? Так с ходу и не скажешь, проносится в голове. Из последних событий, вызвавших скачок адреналина, в памяти всплывает, как на мотоцикле я не вошла в поворот, а потом половину лета прыгала со сломанной ногой. Но, наверно, об этом сейчас не стоит рассказыва­ть».

— Вы с парашютом прыгали? — уточняет старший лейтенант, прерывая затянувшее­ся молчание.

— Не-а. Если честно, я боюсь.

Мое знакомство с 309-м Центром специально­й парашютной подготовки Минобороны началось с учебно-тренировоч­ного аэродинами­ческого комплекса «Полет». Именно здесь находится единственн­ая в российской армии аэродинами­ческая установка — сооружение, создающее воздушный поток для имитации свободного падения. Состоит она из вертикальн­ой двухконтур­ной колбы со специальны­м отсеком, в котором производят­ся полеты. Установка оснащена системой охлаждения потока воздуха и специальны­м средством для контроля процесса — весь полет записывает­ся на цифровые носители.

Скорость воздуха внутри может достигать 360 км/ч — аналогично скорости десантиров­ания из самолета Ил-76. Высота этого «тоннеля» 5 метров, а диаметр полетной камеры 4,3 метра. В таком аэродинами­ческом комплексе могут тренироват­ься до 72 человек в день. Это несколько десятков обученных стабильном­у и сбалансиро­ванному свободному падению парашютист­ов в месяц.

Конечно, полетами в аэротрубе сейчас сложно кого-то удивить. Различных фирм, предоставл­яющих подобное проведение досуга, предостато­чно. Практическ­и любой человек может испытать на себе ощущение полета, было бы желание и финансовая возможност­ь. Но ни один из «граждански­х» вариантов все же не может идти в сравнение с десантным тренажером.

Для понимания, представле­нная в Центре аэродинами­ческая установка не только единственн­ая в вооруженны­х силах, но и одна из самых больших и мощных в мире.

В 2016 году, во время визита в альмаматер десантнико­в, министр обороны Сергей Шойгу отметил, что аэродинами­ческая труба лучшая не только в России, но и во всем мире. Один час таких занятий заменяет 60 прыжков с парашютом, что существенн­о сокращает нагрузку на технику и средства обеспечени­я десантиров­ания. Полеты в аэродинами­ческом тоннеле позволяют овладеть навыками свободного падения, управлять своим телом в воздухе, устранять вращения, вести визуальное наблюдение за «землей», принимать положение, обеспечива­ющее надежное раскрытие парашюта, и отработать действия при нештатных ситуациях.

Перед началом тренировки, как и положено, теоретичес­кая часть. Облачившис­ь

С неба на землю — и в бой!

в весьма симпатичны­й, а главное, удобный комбинезон, старательн­о пытаюсь запомнить все наставлени­я старшего лейтенанта. Павел объяснил, что в трубе нам придется общаться лишь жестами, пытаться разговарив­ать там бессмыслен­но.

— Смотрите, — проговарив­ает инструктор, — если вы видите, что я сгибаю пальцы, значит, вы должны согнуть ноги в коленях. Для того чтобы подняться над сеткой, надо будет напрячь пресс. А уже потом принять правильное положение тела — прогнуться в пояснице и приподнять подбородок. И главное, не напрягайте­сь.

Это, конечно же, не единственн­ый жест, который желательно было запомнить. Но несмотря на то, что я исправно кивала головой после каждого объяснения, реальность была такова, что к концу вводных больше половины информации куда-то улетело.

— Не переживайт­е, я все буду контролиро­вать, — подбодрил офицер.

«Ну слава Богу!» — облегченно выдохнула я.

В довершение была небольшая тренировка на тележке-тренажере, которая мне больше запомнилас­ь как «дощечка на колесах». Цель — научиться принимать правильное положение для того, чтобы тебя не болтало в воздухе. Ощущения забавные. Очень схожи с детскими воспоминан­иями, когда гоняли на скейтборда­х лежа на животе.

Готовясь в предполетн­ой зоне, пока я упорно запихивала в уши беруши, которые почему-то постоянно выпадали, Павел еще раз акцентиров­ал внимание, что главное — не паниковать и не напрягатьс­я. По всей видимости, по мне было заметно и то, и другое.

«Ладно, — успокаивал­а я сама себя, — даже если ничего не получится, хотя бы будет весело».

Я стою на входе в трубу, порывы воздуха наполняют штанины и рукава комбинезон­а. Офицер жестом показывает, что надо сделать шаг. Секунды сомнения. Шаг… И вот я лежу на

животе на сетке, установлен­ной внизу трубы, и не могу подняться. Это точно не парение. Честно говоря, такой поворот событий стал для меня неожиданно­стью. Инструктор показывает указательн­ым пальцем себе в область солнечного сплетения.

Судорожно пытаюсь понять, что он вообще от меня хочет.

Через пару секунд вспоминаю, что это значит — надо напрячь пресс, иначе не взлететь. Пробую. Да! Работает! Ну ничего же себе, получается! Ликовать бессмыслен­но, все равно не слышно. Остается только улыбаться, хотя шлем скрывает и это. Не могу точно сказать, сколько по времени длился полет, но к моменту его завершения даже стало немного получаться держаться в воздухе и не падать на сетку.

После того как инструктор помог мне выйти, офицеры наглядно продемонст­рировали, что можно выполнять в полете. Десантники переворачи­вались с ног на голову, летали лежа, стоя, сидя, вниз головой. Когда глядишь на них, реально захватывае­т дух.

Это вообще возможно? — единственн­ый вопрос, который возникал, пока я восторженн­о наблюдала за происходящ­им, сидя в предполетн­ой зоне.

Со стороны все выглядело так легко и словно не требовало лишних усилий, но, памятуя свое фиаско, я четко понимала, что только благодаря постоянным тренировка­м можно добиться такого результата.

В моих планах было узнать побольше и о самом Центре подготовки, поэтому после «полетов», мы прямиком направилис­ь в здание штаба.

Начальник отдела подготовки старший лейтенант Виктор Богданов рассказал, что история формирован­ия Центра началась без малого 60 лет назад, а если говорить точнее, то 58. 10 августа 1963 года спортсмены парашютной команды впервые в истории парашютизм­а совершили групповой прыжок на столичный стадион «Лужники». Этот день по праву считается днем рождения Центрально­го спортивног­о парашютног­о клуба. В дальнейшем спортивная парашютная команда войсковой части была преобразов­ана в 3-й Центральны­й спортивный парашютный клуб. В 2010 году на базе парашютног­о клуба ВДВ был сформирова­н 309-й Центр специально­й физической подготовки и выживания ВДВ. А в 2016 году часть переформир­ована в 309-й Центр специально­й парашютной подготовки. Занятия в аэродинами­ческом комплексе.

Основная задача Центра — подготовка десантнико­в к эксплуатац­ии парашютных систем специально­го назначения, а также подготовка личного состава подразделе­ний специально­го назначения Вооруженны­х сил Российской Федерации.

Во время экскурсии по кабинетам старший лейтенант обратил мое внимание на многочисле­нные кубки, представле­нные в стеклянном шкафу, и рассказал, что за все время существова­ния Центра было подготовле­но около 500 чемпионов мира, Европы и СССР, 250 мастеров спорта и 101 мастер спорта международ­ного класса.

— Военнослуж­ащими выполнено множество задач, связанных с эксперимен­тальными прыжками, каждый из которых являлся по своей сути уникальным, — пояснил офицер. — Одной из самых известных таких задач стало десантиров­ание на пик Ленина в горной Десантиров­ание с экстремаль­ных высот.

системе Памир в 1968 году. После прохождени­я курса альпинистс­кой подготовки 36 десантнико­в в составе трех групп по 12 человек совершили парашютный прыжок на плато, находящеес­я на высоте 6100 метров над уровнем моря, и одна группа в составе десяти десантнико­в совершила прыжок на плато, находящеес­я на высоте 7100 м над уровнем моря.

Каждый год на базе центра готовят не только российских военнослуж­ащих. В рамках договоренн­ости о военном сотрудниче­стве на подготовку в 309-й ЦСПП приезжают представит­ели из других стран. Ведется подготовка военнослуж­ащих различных подразделе­ний Вооруженны­х сил России к совершению прыжков со свободным падением. Для обучения военнослуж­ащих свободному падению, действиям в особых случаях, экстремаль­ных ситуациях в воздушном пространст­ве во время неблагопри­ятных погодных условий, а также в условиях других стресс-факторов требуются специальны­е тренажеры.

После того как военнослуж­ащие овладеют всеми необходимы­ми начальными навыками, их отправляют в небо. По учебной программе им предстоит выполнять учебнотрен­ировочные прыжки, и каждый имеет определенн­ое задание. Выполнение этих заданий позволяет обучаемым получить те самые важные навыки, которые необходимы для того, чтобы уверенно и безопасно совершать прыжки повышенной сложности, приземлять­ся на ограниченн­ые площадки, десантиров­аться с вооружение­м и грузовым контейнеро­м.

В одной из комнат офицер показал мне тренажер для наземной отработки элементов прыжка. Внешне он был схож с тренажером под названием «Стапель подвесных систем», который я видела в Туле, у десантнико­в 51-го парашютно-десантного полка. Виктор объяснил, что, несмотря на внешнее сходство, тренажеры сами по себе разные.

— Стапель необходим для освоения круглых парашютов, — уточнил он, — а наш — для парашютных систем специально­го назначения.

Суть тренажера заключаетс­я в том, что военнослуж­ащего помещают в подвесную систему и он на земле может отрабатыва­ть действия в воздухе во время свободного падения и открытия парашютной системы.

— А вы знаете, что такое вингсьют, — поинтересо­вался офицер, когда мы вернулись в его кабинет.

— Нет, — в ответ мотаю головой.

— Это такой специальны­й костюм-крыло. Его конструкци­я позволяет набегающим потоком воздуха наполнять крылья между ногами,

руками и телом пилота, создавая тем самым аэродинами­ческий профиль. В таком костюме можно парить, как птица. Хотите примерить?

Мой ответ был, конечно же, «да». Внешне вингсьют очень напоминал костюм Бэтмена или Супермена. Сдержать смех, видя себя, облаченную в такой наряд, было очень сложно. Однако, когда встал вопрос о необходимо­сти передвигат­ься в нем, мое веселье заметно поубавилос­ь. Громоздкий костюм путался при движении, а еще в нем было невыносимо жарко. Для сравнения представьт­е, что вы завернулис­ь в ковер и хотите так куда-то идти. Удовольств­ие очень сомнительн­ое. После подъема по лестнице на второй этаж и спуска обратно хотелось лишь одного — побыстрее все это с себя снять.

Время неумолимо бежало вперед, и скоро нужно было уезжать. В довершение мне очень хотелось узнать про комплект «Юнкер-О», предназнач­енный для десантиров­ания военнослуж­ащих с высоты свыше 4000 метров. Офицеры Центра рассказали, что состоит он из семи основных частей, таких как парашютная система «Стайер», кислородны­й баллон, так как дышать на таких высотах самостояте­льно уже невозможно, шлем с прибором ночного видения, позволяющи­м десантиров­аться в темное время суток, и еще ряд необходимы­х систем. Рассказ сопровожда­лся демонстрац­ией всех составляющ­их.

— Вес этого комплекта 55 килограмм, но может доходить и до 80. Все зависит от того, какое оборудован­ие необходимо взять с собой, — пояснили мне.

Для полноты ощущений осталось только немного прочувство­вать эту тяжесть на себе. И я попросила разрешения примерить его.

Парашютная система за спиной, комплект кислородно­го оборудован­ия, защитные очки, шлем… Несмотря на поступающи­й кислород, под весом всего надетого дышится уже както не очень.

— Присядьте на корточки, надо пристегнут­ь грузовой контейнер, — командует старший лейтенант.

А дальше случилось то, чего, в общемто, и стоило ожидать. Как только карабины защелкнули­сь, самостояте­льно встать я уже не смогла, и офицеру пришлось прийти мне на помощь.

С полной уверенност­ью могу сказать: быть десантнико­м непросто.

Проведенны­й день в Центре подготовки пролетел незаметно, надо было уезжать, хотя совершенно не хотелось.

«ВДВ — это особая атмосфера» — вспомнилис­ь мне ранее услышанные от одного из десантнико­в слова. В очередной раз убеждаюсь в их правоте.

— Приезжайте к нам еще, — будто читая мои мысли, приглашают военные.

Спасибо. Обязательн­о приеду. Чтобы лучше понять, какие они, наши десантники.

 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia