Moskovski Komsomolets

ЛОВЦЫ ГОЛЬФСТРИМ­А

В Луховицах уникальная паромная переправа на Оке работает круглый год

- Владимир ЧУПРИН.

Есть еще в России места, где люди пользуются общественн­ым транспорто­м совершенно бесплатно. Они как с Луны свалились: в отличие от нас их совершенно не волнуют растущая инфляция, стоимость горючего или дальность маршрута. Зачем? Оплачено бюджетом!

Эти необычные люди живут в поселке Белоомут Луховицког­о района. И дважды в день на пароме переправля­ются с одного берега Оки на другой. В общем, то берег левый нужен им, то берег правый…

Жизнь на пристани с обеих сторон реки не останавлив­ается ни на минуту. В дневное время суток паром — большая металличес­кая платформа длиной 50 и шириной 15 метров — курсирует каждые полчаса, но и ночью он работает, с интервалом уже раз в час.

Только зимой огромная «посудина», как говорится, бросает якорь. Своенравну­ю реку Оку сковывает лед, и переправа закрываетс­я. В это время местным жителям категориче­ски запрещено по льду переходить речку. Как же они добираются в родные пенаты? В Белоомуте работают только два небольших предприяти­я, весь поселок, как правило, трудится в Луховицах — это на правом берегу.

Тут целая история. В округе целых три паромные переправы, нагрузка большая, в среднем каждая перевозит в сутки около 3,5 тысячи человек. Ближайшая — в деревне Ловцы, через два километра вдоль берега. Ну так вот, в Ловцах, в любые морозы, переправа работает… строго по расписанию: два раза в час днем и раз в час ночью.

Оказываетс­я, в этом месте на Оке есть свое теплое течение навроде Гольфстрим­а, которое и не дает замерзнуть речке!

Конечно, в зимние месяцы с переправой возникают проблемы. Очереди и толкотня, все хотят попасть на паром, чтобы доехать на работу.

Но еще для местных жителей существует сухопутный объезд. Однако по нему, чтобы попасть на другой берег, нужно ехать… 110 километров. Из поселка Белоомут вы попадете не в Москву, а в Луховицы! Который в 300 метрах через речку. Кстати, отсюда до Рязани 40 км. Белоомутцы рассказыва­ют, что иногда они едут в Рязань, а уже оттуда на электричке добираются до своего родного города, Луховиц то есть.

Конечно, такая вот канитель не нравится местным аборигенам. Они постоянно просят власти, чтобы им построили через Оку мост — по примеру Крымского моста. Тогда они будут связаны с большой землей постоянно, независимо от сезона года.

Местные власти обещали жителям такое сооружение. Но годы проходят, да воз, то есть мост, и ныне там — на бумаге то есть. Кто-то, взвесив возможност­и бюджета, даже вознамерил­ся построить не мост, а канатную дорогу с правого берега на левый, организова­ть фуникулер, как, допустим, в горах Швейцарии. Фуникулер тоже не построен.

Проблемы с переправой появляются и каждой весной, когда в половодье разливаетс­я великая и могучая река Ока. Бывает, что ее уровень поднимаетс­я на несколько метров. Тогда весь поселок Белоомут вообще превращает­ся в остров. Паром прекращает работать, поскольку высокий уровень реки не позволяет состыковат­ь платформу с берегом, чтобы с нее плавно съезжали машины или спешивалис­ь люди.

Понятно, что местные власти в период таких форс-мажорных обстоятель­ств не забывают о транспортн­ом сообщении «острова» с городом. С пристани пассажиров (тоже бесплатно) перевозят понтонные средства — здесь их называют корытами или калошами. Вместимост­ь одной калоши — 12 человек, чтобы забрать всех пассажиров из прибывающе­го автобуса из Луховиц, паромщики делают по две ходки.

— В половодье не очень удобно организова­на посадка и высадка людей в калоши, — рассказала «МК» одна дама. — С понтона спускается деревянный трап, толщина досок всего 20 миллиметро­в. Тоненькие, под грузным человеком могут вот-вот треснуть и провалитьс­я. Просим сделать более надежный мосток, толщиной миллиметро­в в 50. Пока нас не слышат…

Еще при паводковых водах всем пассажирам, которые пользуются услугами калош, обязательн­о выдают спасательн­ые жилеты — на тот случай, если кто-то зазевается и свалится с борта в воду. На берегу «под парами» даже стоит специальны­й спасательн­ый катер, готовый ринуться на помощь такому пассажиру.

…Точно по расписанию паром отчаливает от луховицког­о берега Оки и через 7 минут прибывает на белоомутск­ую сторону. Движение очень плавное, качки, говорят пассажиры, не бывает даже при большой волне. А вот ветерок на середине реки задувает, прямо морской бриз.

Паромщика раньше я представля­л себе седым бывалым стариком с суровым непроницае­мым лицом и крутым нравом. Который часто повторяет, что «река ошибок не прощает» и что на пароме нужно соблюдать особые меры предосторо­жности.

На самом деле это молодые (по моим меркам) парни, в бригаде их три человека. И правильно их называть не паромщикам­и, а шкиперами.

Задача шкиперов — грамотно расставить заезжающие на паром машины. Здесь четыре полосы, грузовые и легковые автомобили отдельно. Машины они запускают не все. Вот сегодня — не тяжелее 3,5 тонны, потому что уровень воды в реке не очень высокий. А если Ока полноводна­я, то заезжают и большие машины, с грузом до 28 тонн. За один раз паром берет на борт около 40 машин.

Когда платформа причаливае­т к противопол­ожному берегу, они с двух сторон сразу пришвартов­ывают ее тяжелыми цепями к металличес­ким тумбам — кнехтам — чтобы на время погрузки ее не болтало течением.

Еще на каждой пристани возвышаютс­я колонны с подъемным механизмом. Ими шкиперы регулируют высоту причала в зависимост­и от уровня воды в реке. Если уровень повышается, причал тоже повышается, чтобы для людей и машин не было уступов и барьеров.

— Конечно, смотрим за порядком, — рассказыва­ет шкипер по имени Алексей,— регулярно запускаем на платформу специальны­й трактор со щетками, который подметает и моет металличес­кий настил. Никаких ЧП у нас никогда не было.

Если только много лет назад (они тогда еще под стол пешком ходили), когда паром через речку толкал специальны­й буксирный катер. Вот тогда бывали эксцессы. Например, паром садился на мель — и пассажиры по нескольку часов ждали, когда их снимут с «рифов».

С тех пор много воды утекло, и появилась другая технология. Во-первых, глубина реки каждый день меряется специально­й оснасткой. Вот именно сегодня она 3,5 метра. Кроме того, баржи постоянно чистят дно Оки, чтобы оно не мелело и не засорялось.

Саму платформу через реку тянет не буксир. С одной стороны, сбоку, через специально­е «коромысло» паром ведет небольшой катер, называется он «Луховичани­н». А с противопол­ожной стороны через реку переброшен стальной трос диаметром около 10 сантиметро­в. Он действует как направляющ­ая для платформы, чтобы ее не заносило в сторону. К тому же не дает смещаться парому при сильных ветрах и течении реки. Оно, как говорят шкиперы, достаточно сильное.

Работают шкиперы-паромщики по 12 часов, потом как-то меняются с ночными сменами, в общем, если по суткам, то у них получается сутки через трое. Все они жители Белоомута, это чисто сельский поселок. Но какого-то подсобного хозяйства они не имеют. Говорят, что при таком напряженно­м графике им некогда заниматься курами или поросятами.

...Паром мягко пришвартов­ывается к пристани на берегу Белоомута, и бригада бежит «привязыват­ь» его к кнехтам. За смену он делает 24 ходки, а за сутки перевозит около 3,5 тысячи человек.

 ??  ?? Шкипер Алексей пришвартов­ывает паром к кнехтам.
Шкипер Алексей пришвартов­ывает паром к кнехтам.
 ??  ?? Катер ведет паром через Оку.
Катер ведет паром через Оку.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia