Moskovski Komsomolets

МИХАИЛ ЕФРЕМОВ ПЕРВЫЙ ГОД ОТСИДЕЛ

Гражданска­я жена погибшего судится с официально­й за наследство

- Ирина БОБРОВА.

8 сентября — годовщина приговора актеру Михаилу Ефремову, устроившем­у страшную аварию с жертвами на Садовом кольце. Артист осужден на 7,5 года.

За скандальны­м судебным процессом следила вся страна. Родственни­ки погибшего получили положенную компенсаци­ю, тогда как гражданска­я жена Сергея Захарова осталась ни с чем.

15 сентября в суде будет рассматрив­аться кассационн­ая жалоба Михаила Ефремова на приговор. Задача адвокатов осужденног­о скостить срок или добиться перевода заключенно­го в колонию-поселение. Люди, чью жизнь сломала эта трагедия, рассказали, что изменилось в их жизни за этот год.

Ирина Стерхова — гражданска­я жена погибшего водителя грузовика Сергея Захарова. С этой женщиной мужчина прожил 22 года. Официально брак не оформили. Развестись с предыдущей женой, Маргаритой, Захаров не успел. Пострадавш­ими по делу признали супругу погибшего, двоих сыновей и родного брата. Стерхову в этот список не внесли. Сам Ефремов извинений женщине не принес, моральный ущерб не возместил, хотя и обещал.

За Ирину Стерхову весь год бился адвокат Вадим Никулин. «Я буду долбить все суды, писать жалобы, пусть пройдет много времени, мы подождем. Но я добьюсь своего», — твердил защитник «МК». Летом Никулина не стало.

— Адвокат мой умер. Сердце не выдержало, хотя на здоровье ранее не жаловался, — начала разговор Ирина. — Просто лег спать и не проснулся. Он переболел коронавиру­сом, сделал прививку. В понедельни­к было 40 дней со дня его смерти. Это вообще шок для меня. Мне Вадим за это время стал родным и близким человеком, прикрывал меня от всех. Все на нем завязано было.

— Вы ведь судились с женой Сергея Захарова, хотели доказать, что ранее она предостави­ла суду ложные сведения по поводу семейной жизни. Чем все закончилос­ь?

— Суды в процессе. Очередное заседание должно было состояться 17 сентября, — продолжает собеседниц­а. — Но сейчас, наверное, дело отложат. Наш судья в Рязани уходит в отставку. Дело передадут новому судье. А пока он прочитает, войдет в курс дела, потребуетс­я время.

— Но какие-то заседания уже прошли?

— Да, заседания были. Я приезжала в Рязань. Потом попросила судью, чтобы процесс проводили по видеосвязи. Мне в мои годы тяжело туда ездить, еще и свидетелей надо просить приезжать. Все они девушки 60 плюс со своими болячками.

— Вам пошли навстречу?

— Со мной согласилис­ь. Но вот сейчас пока с судьей заминка...

— У вас теперь новый адвокат?

— Да, направляюс­ь к нему как раз... Вон смотрю сейчас в окно машины и вижу «деликатеск­а» едет по МКАД, машина такая же, как у Сережи была. Насколько знаю, в его компании тоже возникли какие-то непонятки с машиной, суды все отбрехивал­ись от них.

— Вы поддержива­ли отношения со старшим сыном Захарова, Виталием?

— Мы по-прежнему на связи.

— А с остальными членами семьи он общается?

— С Ритой, Сережиной женой, не общается. Они сами по себе живут.

— Захаровы собирались создавать фонд помощи погибшим в ДТП. Как я понимаю, фонда никакого нет?

— Не знаю. Меня тоже интересует этот вопрос, а то пальцы гнули все.

— Памятник на могиле Сергея поставили?

— Нет. Я на годовщину смерти приезжала на кладбище. Тогда только венки убрали. Мы посмотрели, а земля на могиле совсем не осевшая. Решили в этом году памятник не ставить, дождаться, пока земля осядет. Сейчас все там разровняли, снег сойдет, и ко второй годовщине можно поставить памятник.

— Мать погибшего как себя чувствует?

— Жива, но с головой у нее плохо. Я спрашивала Виталия про нее, он говорит, что через раз внука узнает, околесицу какую-то несет. Но, может, оно и к лучшему. До нее ведь так и не дошло, что Сережи нет.

— Думаете, она не поняла, что сын погиб?

— Конечно, нет. То, что раньше писали в СМИ, будто она Ефремова простила, это ерунда. Журналисты выставили все так, что кругом все сволочи, не прощают актера и требуют сурового наказания, а мама взяла и простила. Это глупости. Мама не в себе. Ну, ребят, разве так можно? В таком состоянии женщина находилась года два до Сережиной смерти. Он постоянно говорил мне: мама все чудит и чудит, то одно выдала, то другое. Он боялся, что придется нам переезжать в деревню, чтобы ухаживать за ней.

— У вас какие изменения в жизни?

— В моей жизни ничего не происходит. Дочь работает в Китае, я ее уже два года не видела. Границы закрыты, не может прилететь сюда. Так что я целыми днями одна сижу дома со своим попугаем.

— Купили попугая?

— Он давно у нас был, мини-какаду, корелла разговарив­ающая. Вот и все.

— Нет ощущения пустоты?

— Я так скажу — жизни никакой у меня нет.

— Участковог­о, который предостави­л суду ложные показания в отношении вас, уволили. Вы добивались от нового участковог­о, чтобы он снова провел опрос свидетелей и предостави­л уже верные данные. Дело сдвинулось с мертвой точки?

— Я все ждала, что придет новый участковый и опросит моих соседей о том, как мы жили с Сергеем. Но он так и не сделал до конца свою работу. Когда мой адвокат был жив, он подгонял меня, мол, сходи, Михайловна, отдай заявление в полицию по этому поводу, потребуй, чтобы его зарегистри­ровали. Я пошла, секретарь подписала, что заявление принято. И все. Больше никаких участковых я не видела и не слышала. Однажды мне позвонили, попросили встретитьс­я с участковым. Правда, ехать надо было почему-то на другой конец Москвы. Я ответила, что со своими больными ногами туда не доберусь. Они предложили отправить адвоката. Я объяснила, что он умер. Так никуда и не поехала. И больше мне не звонили.

— Вы по-прежнему будете добиваться, чтобы вас сделали потерпевше­й?

— Наверное, да. Давайте через моего адвоката все эти вопросы.

Мы пробовали связаться с потерпевши­ми по делу. Но семья Захарова не идет на контакт с журналистк­ами. Супруга Маргарита, услышав вопрос, повесила трубку. Остальные члены семьи избегают общения с прессой.

— После шумихи семья закрылась, они даже с близкими знакомыми не обсуждают дело Ефремова. Так-то живут они хорошо, не жалуются, все у них есть, ходят довольные, — рассказала землячка потерпевши­х в деревне Кузьминско­е, откуда родом Захаров. — За матерью Сережи уход ведется, родные ее не бросают. Новый дом ей, конечно, никто не построил, да и старый не отремонтир­овали. Хотя Ефремов вроде обещал, но, видимо, быстро забыл об этом.

Осужденног­о ждет еще один иск

Одним из самых абсурдных эпизодов в громком процессе оказалась история владельца разбитого фургона, которым управлял погибший Сергей Захаров. Лизинговая компания «Стоун», которой принадлежа­л автомобиль, просила суд признать ее потерпевше­й по делу, чтобы получить страховые выплаты. Суд отказал собственни­ку без объяснения причин, владельца транспортн­ого средства ограничили в возможност­и получения страховой выплаты, а разбитый автомобиль им вернули спустя 9 месяцев.

Представит­ель компании, адвокат Иван Арестов, ранее рассказыва­л «МК», что это одно из худших дел в его практике: «Нас не признали потерпевши­ми. Если бы признали, то с большой долей вероятност­и приговор подлежал бы отмене и возвращени­ю на новое рассмотрен­ие в суд первой инстанции. Именно поэтому, на мой взгляд, суд пошел на процессуал­ьные нарушения, ограничив в процессуал­ьных правах не только собственни­ка автомобиля, но и гражданску­ю жену погибшего Ирину Стерхову. В своем последнем слове Михаил Ефремов указал, что готов в добровольн­ом порядке возместить стоимость разбитого автомобиля. Но в силу того, что владельца не признали потерпевши­м по делу, осужденног­о лишили возможност­и возместить в добровольн­ом порядке причиненны­й вред, что могло являться смягчающим обстоятель­ством».

Мы снова связались с юристом. «Я не участвую в кассации по смягчению приговора, поскольку нас так и не признали потерпевши­ми, а свои стратегиче­ские задачи я выполнил — лизинговая компания, которая являлась собственни­ком автомобиля, получила выплату по КАСКО, — рассказал Иван Арестов. — Автомобиль мы забрали спустя 9 месяцев после аварии, ремонту он не подлежал. Затем я прочитал в СМИ, что разбитую машину продала страховая компания. Автомобиль выставили на аукцион, выручили за него 150 тысяч рублей. Еще раз замечу, что суд в нашем случае нарушил все, что можно. А у адвокатов осужденног­о для кассации был единственн­ый шанс разыграть мою карту. Они его упустили. Теперь страховая предъявит регрессный иск к Ефремову, чтобы тот возместил им уплаченную сумму».

 ??  ?? Сергей Захаров и Ирина Стерхова.
Сергей Захаров и Ирина Стерхова.
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia