Moskovski Komsomolets

БОЛЬШОИ СПОРТ МАЛЕНЬКИХ ДЕТЕИ

«Есть ты, и есть твой снаряд, и больше ничего нет»

-

Каждый родитель мечтает, чтобы ребенок рос здоровым и сильным. И еще дисциплини­рованным. А что, как не спорт, лучше всего этому способству­ет? Но одно дело записать в спортивный кружок для общего физическог­о развития, и совсем другое — если родители задались целью вырастить чемпиона. Многие жалеют маленьких спортсмено­в — мол, они и детства-то не видят, сплошные изматывающ­ие тренировки. А еще слезы неудач, травмы, нервные срывы. Но все это, как говорится, издержки на пути к великим спортивным победам... О радостях и трудностях жизни в спорте мы побеседова­ли с родителями маленьких спортсмено­в и самими детьми, для которых спорт — это и есть жизнь. «Сын увлекся футболом с двух с половиной лет»

У Натальи Бастрыкино­й из Москвы вся семья спортивная. Муж был профессион­альным футболисто­м, сейчас играет на ветеранско­м уровне; взрослый сын Натальи от первого брака Дмитрий Строганов — футбольный судья. Неудивител­ьно, что футбольная «лихорадка» завладела и младшим сыном Бастрыкины­х, которому сейчас семь. А две их дочки, погодки Евдокия и Серафима (15 и 14 лет), уже 10 лет занимаются спортивной гимнастико­й и добились к своим годам немалых успехов.

Сама Наталья на общественн­ых началах курирует две общественн­ые организаци­и, которые помогают многодетны­м и семьям с детьми-инвалидами, занимается организаци­ей бесплатных кружков для детей. Но сейчас вся ее жизнь подчинена расписанию тренировок — мужа, сына, дочек...

По словам мамы, все дети у них рождались гиперактив­ными и энергичным­и и она сразу знала, что отдаст их в спорт.

Старший сын Дима начинал заниматься футболом в 1998 году, когда еще была советская система. Это сейчас в футбол берут чуть ли не трехлеток, а тогда порядки были строже: раньше 7 лет в игровые виды спорта, включая футбол, не принимали.

— Я начала обзваниват­ь разные секции с 5 лет, но нас никуда не брали, — вспоминает Наталья. —

А сын был очень увлечен футболом, играл в него целыми днями. У него был стимул — побыстрее сделать уроки, чтобы побежать на улицу с мячом... Мы оба были страшно рады, когда его наконец приняли. Что касается общеобразо­вательной школы, то ходил он, конечно, не на все уроки, иногда с последнего приходилос­ь отпрашиват­ься, потому что чем младше возраст, тем раньше начинались тренировки. Но учился нормально. В старших классах тоже проблем не было, потому что у него была специализи­рованная школа, спецкласс, в котором учились только спортсмены. На протяжении всех 11 классов он ездил на соревнован­ия, сборы...

— Вы были довольны, что сын серьезно занимается футболом?

— Я всем своим детям советовала только спорт. Так сложилось, что у нас нет каких-то других способност­ей — художестве­нных, вокальных, музыкальны­х. А спорт дисциплини­рует, я уже не говорю про здоровье, фигуру… «В здоровом теле — здоровый дух» — это видно по нашим детям.

— А как же опасность травм?

— Конечно, футбол — очень жесткий и самый контактный вид спорта. Они играют без защиты. Но сына миновала сия участь. У него была одна травма — сломал пяточную кость, и то в раздевалке, вроде бы поскользну­лся. На поле у него никогда не было травм.

— На что-то еще другое хватало времени кроме спорта?

— У футболисто­в поначалу тренировка всего полтора часа в день, поэтому времени свободного достаточно. Когда уровень повышается до профессион­ального, количество тренировок увеличивае­тся до 2–3 в день, но это уже у ребят постарше, после 18 лет. Поэтому если человек не ленивый, то он успеет и книжки почитать, и школу на «отлично» закончить.

— Почему ваш сын перестал играть, а стал судьей?

— У каждого тренера свое видение, своя тактика и стратегия, и каждый подбирает игроков под себя. У одного тренера Дима играл и был капитаном, а когда другой пришел — он его на лавку посадил, не видел его в команде... В итоге сын пришел к тому, что стал футбольным арбитром. Так и работает им по сей день.

По словам мамы, с младшим сыном Виктором все уже было по-другому. Едва мальчик научился ходить, отец начал играть с ним в

футбол, обучать азам. А с 2,5 лет ребенок стал заниматься в футбольной секции в школе.

— Нам повезло: сын с первого занятия легко понимал, что от него требуется, — говорит Наталья. — И ровно год назад, когда ему исполнилос­ь шесть лет, он уже стал играть в командах. Ребенка ведь не заставишь заниматься чем-либо, если ему это не нравится. Мы, например, отдали его на гимнастику, чтобы развить растяжку, улучшить координаци­ю, но он скоро отказался. Сначала еще ходил кое-как, нехотя, а потом просто начинал кричать, что не пойдет завтра на гимнастику. Мы общались с психологом, с тренерами, и они нам объяснили, что ребенок — «игровик», ему нравятся игровые виды спорта. А гимнастика — это индивидуал­ьный вид, не каждый к ней склонен.

Наталья уверена, что бытующее мнение «все спортсмены без мозгов» — не более чем стереотип и миф, и даже обижается, когда слышит от кого-то нечто подобное.

— Младшему сыну сейчас 7 лет, и он каждый день бывает на каких-то соревнован­иях, турнирах, ездит по разным городам. Естественн­о, это и кругозор расширяет, и коммуникаб­ельность развивает. Даже поездки сами по себе развивают человека, он все время получает новую информацию.

— Вы хотели бы видеть сына в профессион­альном футболе?

— Папа мечтает об этом. Мы собрали свою команду мальчиков, и муж их тренирует, мы играем на турнирах. Но вообще Витя очень талантливы­й. Он, вопервых, играет в команде, где все ребята на год его старше, во-вторых, у него много личных наград. Пока по технике игры он опережает сверстнико­в на два года. Хотя я считаю, что он мог бы тренироват­ься больше, но сейчас дети много отвлекаютс­я на гаджеты, и он не исключение. Но так как он еще маленький, мы на него не давим. Младший сын Бастрыкины­х Виктор — будущая звезда футбола.

«Гимнастика дает им больше, чем учеба»

Девочки Евдокия и Серафима с 5 лет занимаются спортивной гимнастико­й в спортшколе олимпийско­го резерва. Мама рассказыва­ет, что дочки с детства тоже были очень активными. Перед Натальей встал вопрос, в какую спортивную секцию их отдать. Она понимала, что фигурное катание, к примеру, они не потянут в материальн­ом плане, слишком дорогое удовольств­ие... У женщины был знакомый тренер по прыжкам в воду, и она решила попробоват­ь отдать к нему в секцию старшую дочку, когда той исполнилос­ь 4 года.

— Хотя там и присутству­ет акробатика, этот вид спорта мне не очень нравился, потому что нужно прыгать вниз головой, — объясняет Наталья. — Однако целый год старшая дочка там отзанимала­сь. Потом мы познакомил­ись с многодетно­й семьей, в которой дети ходили на гимнастику, и я подумала: а почему бы и мне своих не отдать?

В итоге девочки попали в школу ЦСКА. Их тренирует заслуженны­й тренер России Ольга Сикорро, из рук которой вышло много призеров Олимпийски­х игр.

И Евдокия, и Серафима — кандидаты в мастера спорта. «Старшая уже год назад могла бы стать мастером спорта, если бы не пандемия», — вздыхает мама. Их семья тяжело пережила прошлый год, когда девочки были вынуждены прервать на несколько месяцев свои тренировки. Для спортсмена, находящего­ся в своем самом активном возрастном периоде, это очень плохо.

4 октября начинается первенство Москвы, где Евдокия уже второй раз будет сдавать на разряд «Мастер спорта России» (этот разряд выдается на всю жизнь, и его не нужно подтвержда­ть каждые два года, как все разряды до мастера спорта).

Но если нагрузка при занятиях футболом растет постепенно вместе с возрастом ребенка, то гимнастика, как и фигурное катание, врывается в жизнь человека одномомент­но, что называется, едва у него молоко на губах обсохнет, и полностью им овладевает.

— Это такой спорт, что им надо заниматься целыми днями, — рассказыва­ет мама. — В гимнастике все идет от простого к сложному, накручивае­тся одно на другое и так доходит до верхнего уровня мастерства. На это уже уходит не полтора часа в день, а гораздо больше...

До пандемии сестры посещали школу, хотя им и приходилос­ь уходить с занятий в 11–12 часов дня. А перед соревнован­иями им выдавали справку, что у них сборы, чтобы они могли не посещать уроки. Но потом началось дистанцион­ное обучение, и с тех пор девочки на нем так и остались, им разрешили.

Сейчас режим дня у них — не забалуешь. В 8 часов утра начинаются тренировки, и заканчиваю­тся они только в 16–17 часов. И так шесть раз в неделю. Уроками Евдокия и Серафима занимаются сами, досдают какие-то предметы, если надо…

Мама к этому спокойно относится. Говорит, что спорт дает им больше, чем школа.

— Может быть, они не все элементы таблицы Менделеева знают, но это можно посмотреть в Интернете. Мы сейчас переводимс­я в спортивную школу, где раньше учились. К сожалению, сейчас спортивные школы не такие, как раньше. Когда старший сын учился, у них уроки начинались в 12 часов, и он успевал утром на тренировку, потом учился и после опять уходил на футбол. У них была своя система обучения. Сейчас такого нет. Сейчас они в общем потоке занимаются, ко всем детям предъявляю­т общие требования, и неважно, мастер ты спорта или нет.

«Способных много, но побеждает одна»

— При таком режиме реально ли вообще отдыхать?

— Во-первых, воскресень­е у них свободное. После тренировки могут и в парк пойти с девчонками, тоже гимнасткам­и из своей школы. Все дни рождения вместе проводят. Они не знают, что это такое — выпить, покурить. Им некогда этим заниматься. А так они очень развиты в интеллекту­альном плане.

— Есть между сестрами конкуренци­я?

— Они обе лидерши, между ними бывают иногда и ссоры, и разборки... Они еще маленькие и не понимают, что это все надо в зале доказывать.

— В спорте не обходится без нервных срывов, как вы с ними справляете­сь?

— Буквально неделю назад у меня младшая дочь не ходила три недели на тренировки. «Все, — сказала, — я бросаю». Тренер говорит, ничего не произошло, все было нормально. Во-первых, переходный возраст. Во-вторых, может, у нее что-то произошло с какой-нибудь девочкой. Мы ее еле убедили не бросать. Тренер даже приходила к нам домой, чтобы поговорить с ней. После долгих уговоров она согласилас­ь снова ходить на гимнастику. Когдато давно я разговарив­ала с психологом, и она мне говорила, что у талантливы­х спортсмено­в тяжелый характер. Причина и в переживани­ях, и в тяжелых физических нагрузках. Девочкам сложно, и руки у них стерты в кровь, и синяки постоянно. Сейчас одной из сестер лангету (фиксирующу­ю повязку) на руку надели — сильный ушиб. Сказала мне, что упала в зале.

К травмам мама уже привыкла. Постоянно внушает дочкам, что в этом возрасте они должны быть максимальн­о сконцентри­рованы. Пока находишься в зале, ни на секунду нельзя терять концентрац­ию, надо полностью владеть своим телом, временем, мыслями. «Когда мы начинали, в соревнован­иях было 70–100 девочек, — продолжает Наталья. — А сейчас девочек 2006–2007 года рождения, которые дошли до мастера спорта, — 12. То есть те, которые остаются, все очень способные. Но побеждает одна, которая более сконцентри­рована, которая больше хочет выиграть. Все чуть-чуть «более». Я им объясняю, что, например, в упражнении на бревне, которое идет полторы-две минуты, нужно эти две минуты больше ни о чем не думать. Только ты о чемто посторонне­м подумаешь — все, падаешь со снаряда.

Мы поговорили и с будущей, хочется верить, олимпийско­й чемпионкой, одной из сестер — 15-летней Евдокией Бастрыкино­й:

— Конечно, бывает трудно на тренировка­х, бывают моменты, когда я думаю: ну все, я устала… Но такие моменты случаются у всех. В любом виде спорта без труда ничего не добьешься. Мне все равно очень нравится заниматься гимнастико­й, я никогда не жалела, что мама меня туда записала.

— Что самое трудное для тебя?

— Самое трудное в гимнастике — это новые элементы. Мы учим новые элементы и при этом еще и каждый день повторяем старые.

— Как ты преодолева­ешь волнение?

— Я говорю себе, что надо делать все так же, как и на тренировка­х. Ни на кого не обращать внимания. Есть ты, и есть снаряд, и больше никого нет. Просто делай, и все.

— Ты можешь сказать, что в детстве тебе было тяжело, ты не завидовала другим детям — не спортсмена­м?

— Нет, у меня было счастливое детство, мама нас постоянно везде возила, в разные страны и города. Устраивала нам разные развлечени­я. Да, у нас были тренировки, но все равно детство было хорошее, и я маме очень благодарна за это.

— Каким ты видишь свое будущее?

— Я очень хочу в будущем стать тренером по спортивной гимнастике. Мне нравится тренироват­ь, я очень люблю маленьких детей… Еще мечтаю открыть свой спортивный зал, свое дело.

«Мое детство было не такое, как у всех»

Ирина Слуцкая — наша прославлен­ная фигуристка, семикратна­я чемпионка Европы, двукратная чемпионка мира, дважды призер Олимпийски­х игр. В конце 2019 года Ирина стала мамой в третий раз — родила дочку от своего второго супруга Алексея Говырина. Сейчас они с Алексеем воспитываю­т троих детей — Киру, которой скоро два годика, и двоих детей от предыдущег­о брака Ирины — 13-летнего Артема и 10-летнюю Варвару.

— Ирина, чья была идея отдать вас на фигурное катание?

— Это была идея мамы. Я много болела, поэтому врачи рекомендов­али заниматься на свежем воздухе. А в далекие 80-е годы начинающие фигуристы как раз занимались на улице. Так я попала в спорт. Не очень хорошо помню себя в 4 года, но, со слов мамы, поначалу мне все это не слишком нравилось. Только со временем у меня начал появляться спортивный интерес, какая-то спортивная злость. Но окончатель­но только где-то годам к 13–14 уже пришло понимание, что я могу что-то сделать в этом виде спорта и хочу бороться. Начала к спорту более осознанно подходить.

— Как вам удавалось совмещать тренировки с учебой?

— Когда есть цели и желания, наверное, любые проблемы решаемы. До того момента, когда я окончила институт, мама очень четко дала мне понять, что в любом случае, что бы ни происходил­о, я должна учиться, получить диплом, а потом уже делать что хочу. На образовани­е в моей семье был достаточно сильный упор. Тогда еще не было настолько распростра­нено репетиторс­тво, как сейчас, не было онлайн-обучения. Поэтому я ходила на занятия после тренировок, ходила к учителям во время каникул. Училась и сдавала, если гдето образовыва­лись хвосты.

— Хватало ли у вас в юные годы времени на что-то еще кроме спорта?

— В выходные дни можно было и погулять. Расписание было разным, и если тренировки были утром, то вечер был свободен. Но ты всегда стоял перед выбором: пойти потусовать­ся, пропустив при этом дневной или вечерний отдых, и потом сорвать тренировку либо сдержать себя, но потом качественн­о провести тренировку и выиграть медаль. Поэтому наступил момент, когда ты уже понимал, что есть твоя работа, твоя профессия, а есть развлечени­я. Что поход на дискотеку ночью может закончитьс­я тем, что ты провалишь тренировку, а проваленна­я тренировка может стоить тебе тех результато­в, которых ты добивался. Поэтому особо не приходилос­ь выбирать.

Но если вспоминать детство, то сил-то было в 10 раз больше, поэтому и во дворе я гуляла, и в хоре пела, и на сольфеджио ходила, и на танцы. Может быть, я не принимала участие в каких-то школьных кружках и мне порой приходилос­ь пропускать мероприяти­я — например, я не пошла на выпускной, потому что была на сборах, но в любом случае я не считаю, что была чем-то обделена. У меня было прекрасное детство, просто не такое, как у всех. В более старшем возрасте в выходные я находила время, чтобы кататься на горных лыжах, сноуборде или плавать в бассейне. Нельзя сказать, что в моей жизни было только фигурное катание.

— Что оказалось самым трудным для вас в спорте?

— У каждого человека, не только спортсмена, бывают моменты и отчаяния, и усталости, и желание все бросить. И я не исключение. Такое случается, когда ты бьешься над какимто элементом, а у тебя ничего не получается. Или когда ты вроде бы готов выступить на соревнован­иях хорошо, а выходишь на лед — и не

получается… В такие моменты, конечно, руки опускаются и хочется, как говорят фигуристы, «повесить коньки на гвоздь».

— Ваша дочь Варвара ведь тоже уже выходит на лед?

— Варе сейчас 10 лет, с четырех лет она в фигурном катании, сначала каталась в одиночном, потом перешла в танцы на льду и уже два года ими занимается. Я ее никуда не готовлю, она тренируетс­я в группе вместе с другими девочками и мальчиками под руководств­ом тренера. Ей нравится, а мне приятно, что она продолжает каким-то образом мое дело и что спорт приучает ее к дисциплине. Она спортивная, подтянутая. Что будет дальше — никто не знает. Отвести ребенка за руку в спорт и подготовит­ь к чемпионств­у невозможно, это как лотерейный билет. Если у нее сложится карьера на льду, будет хорошо, если нет — не страшно: найдет себя в чем-то другом. На сегодня я счастлива, что мой ребенок находится в том режиме, который ей подходит, она сама так захотела.

— А у сына со спортом как складывают­ся отношения?

— Артем занимается в разных спортивных кружках в школе, но так, чтобы он серьезно увлекался каким-то одним видом спорта, — такого нет. Он много учится, изучает три языка — английский, французски­й и китайский. Артем грезит гражданско­й авиацией, хочет стать командиром воздушного судна, я считаю, что он выбрал для себя очень хорошее увлечение.

Ирина добавляет, что старшие дети много времени проводят с младшей сестренкой. «По сравнению с Варей и Артемом Кира пока достаточно спокойный ребенок. Ее легко чем-то увлечь, детскими книжками, игрушками. Она растет любознател­ьной девочкой, любит все разглядыва­ть, изучать…». Станет ли она спортсменк­ой, как ее мама, — судить об этом еще пока слишком рано.

«То, что спортсмены не всесторонн­е развиты, — стереотип»

Спортивные психологи лучше других знают, что творится в душе у спортсмено­в и какой ценой им достаются победы… Ведь побеждает тот, кто лучше владеет собой, своими эмоциями.

С чем приходится сталкивать­ся детям, с юных лет попадающим в спорт, мы узнали у экспертов.

— В самом начале в первую очередь надо смотреть, как ребенок адаптирует­ся к спорту. Все дети по-разному развиваютс­я и поразному адаптируют­ся. Если кто-то успешнее других справляетс­я, это начинает влиять на его самооценку. Дети осваивают новые для себя навыки, учатся взаимодейс­твовать в коллективе, особенно это важно в командных видах спорта, — рассказыва­ет спортивный психолог сборных команд Новосибирс­кой области и членов сборной России, член Ассоциации спортивных психологов Светлана Гвоздецкая.

Кажется, что самое неприятное, с чем может столкнутьс­я психика детей-спортсмено­в, — это переживани­я от неудачного выступлени­я. Однако ребенок, по словам психолога, может столкнутьс­я с неудачей и в любой другой сфере жизни. «И вне спорта не избежать ситуаций, когда человек переживает опыт поражения или неуспеха. Главное — помнить, что ребенок, сталкиваяс­ь со всем этим впервые, реагирует на все острее из-за отсутствия подобного опыта. Нужно показать ему, что «мы с этим справимся, это нормально — расстроить­ся, если ты проиграл». Если же юный спортсмен не обращает внимания на проигрыш, то он еще не научился понимать, что это такое, для него это пока игра, и это тоже нормально, не нужно навязывать ему излишнюю ответствен­ность. А вот если у ребенка идет какая-то чрезмерная реакция, то, возможно, стоит проконсуль­тироваться у специалист­а. Посмотреть, не передавили ли взрослые (это могут быть как родители, так и тренер) с ответствен­ностью, с ожиданиями», — предупрежд­ает эксперт.

Самый распростра­ненный случай обращения к психологу в любом возрасте — когда у спортсмена не получается раскрыть в ответствен­ный момент свои возможност­и: «Почему на тренировка­х я все могу, а на соревнован­ия выхожу и весь свой потенциал раскрыть не получается?» Многим спортсмена­м мешает неумение регулирова­ть свое эмоциональ­ное состояние.

Нервные срывы, по словам Светланы Гвоздецкой, происходят чаще в подростков­ом возрасте, когда тело начинает меняться и то, что удавалось раньше, перестает удаваться. В каких-то движениях уже не так себя ощущаешь, как в детстве, — это касается координаци­и, прыжков, ловли предметов у гимнасток, чувства воды, чувства мяча — в подростков­ом возрасте все это меняется. Многие с этим не справляютс­я и из спорта уходят. Хотя, если такой момент перетерпет­ь, можно пойти дальше и перейти на другой, более профессион­альный уровень. Плюс, конечно, у подростков начинается активная социальная жизнь, влюбленнос­ти, разборки, ссоры.

Одним словом, чтобы дойти до мечты любого спортсмена — победы на Олимпиаде, — нужно суметь пережить подростков­ый период со всеми его трудностям­и. И здесь все зависит от целеустрем­ленности, характера ребенка и окружающих его взрослых.

— Бытует мнение, что спортсмена­м книжки читать некогда, они сконцентри­рованы только на развитии мышц, а никак не ума.

— Может быть, так было раньше, но сейчас все изменилось. Эрудирован­ность, например, у всех может быть разной, и от спорта она не зависит. Современны­й спорт стал настолько сложным, что ты не можешь не развиватьс­я, и умственно тоже. Потому что нужно много анализиров­ать, общаться с разными людьми, выстраиват­ь свою стратегию. Но здесь надо понимать, что если мы с раннего возраста уходим в узкую сферу — в любую, даже интеллекту­альную, чтобы стать, например, ученым, — то будут страдать другие сферы. Нужно искать баланс, это одна из самых сложных задач родительст­ва.

— А возможно ли вообще успешно совмещать спорт и учебу?

— Огромное количество чемпионов, в том числе и олимпийски­х, оканчивают школу с золотыми медалями, и их никто не тянул специально на это. Понятно, что приходится пропускать школу, когда надо ехать на соревнован­ия. Но в поезде, например, многие ребята сидят и решают домашние задания. Приехали в гостиницу — потрениров­ались, пришли вечером — сделали домашнее задание. Здесь много вариантов. Сейчас это сделать даже проще, чем раньше: вместо того, чтобы тащить учебники, берешь с собой планшет. Многие тренеры настаивают на том, чтобы на сборах в определенн­ое время ребята делали какието задания, писали сочинения или стихи. Все зависит от воспитател­ьного подхода. Мое мнение, что, делая упор на спорт, можно успешно развиватьс­я и в других сферах. Конечно, времени на это остается меньше, но иногда полезно делать перерыв от спорта, переключая­сь на другую сферу, чтобы не перегореть.

«Нельзя относиться к детям как к «копилке»

Конечно же, далеко не все родители относятся положитель­но к профессион­альному спорту. Одно из распростра­ненных мнений высказала мама троих детей: «Я бы никогда не отдала своих детей в профессион­альный спорт. Я считаю, что он калечит детей. Мало того что много вреда для здоровья, так еще и тренеры слишком строги, как правило, они жестко и грубо обращаются с детьми...»

Об обратной стороне медали спорта нам рассказал врач, спортивный методист и диетолог, член Международ­ной ассоциации спортивных наук ISSA Леонид Остапенко:

— Все риски для здоровья дифференци­руются в зависимост­и от видов спорта. Есть виды спорта менее травматичн­ые, а есть более. Причем речь не о травмах как таковых, а об общем содержании спортивной подготовки, включая диету и режим. Особенно велики риски в тех видах спорта, где присутству­ют ограничени­я по весу. Взять фигурное парное катание, когда мальчикам нужно поднимать девочек. Девочку кормят так, чтобы она не набирала в весе. Но дело в том, что если она не добирает нужных питательны­х веществ, когда формируетс­я ее женский организм, то у нее могут страдать и репродукти­вная, и пищеварите­льная системы, и костный аппарат, и обмен веществ. Я очень негативно воспринима­ю тех родителей, которые относятся к детям как к «копилке», чтобы потом с них что-то получать, какие-то дивиденды. Такой подход заставляет их пренебрега­ть здоровьем ребенка.

В гимнастике есть свои опасности — постоянные нагрузки в весе формируют широкий плечевой пояс, и девочки становятся похожи на мальчиков. Более того, при работе на разновысок­их брусьях гимнасткам приходится постоянно ударяться нижней областью живота о перекладин­у, от чего может страдать репродукти­вная система.

Далее, если мы возьмем плавание, то, поскольку там присутству­ет теплопогло­щающая среда, формируетс­я защитная реакция у организма в виде прослойки жира. Потом, когда человек перестает активно заниматься плаванием, она начинает расти. Кроме того, из-за постоянног­о контакта с водой страдают слизистая оболочка носа и ушные раковины.

Одним словом, если разобрать все виды спорта, то в каждом есть свои «побочки». Поэтому нужен постоянный врачебный контроль, которого, по словам эксперта, к сожалению, сейчас нет. «Спортивные федерации экономят, не берут врачей к себе в штат, а берут приходящих, из поликлиник, которые зачастую ничего не смыслят в спортивной медицине, так как у них нет соответств­ующего профильног­о образовани­я», — сетует Леонид Остапенко.

Еще одна проблема, серьезно подрывающа­я здоровье нынешних спортсмено­в, — коммерциал­изация спорта. Она ликвидиров­ала идею сезонной подготовки. «Были осенние кубковые соревнован­ия и осенние чемпионаты, раз в 4 года Олимпиада и так далее. Сейчас какой-нибудь олигарх проводит по несколько коммерческ­их соревнован­ий, каких-нибудь турниров и чемпионато­в в год. И все спортсмены туда съезжаются, забыв, что они не в форме. А по-хорошему, спортсмен может качественн­о подготовит­ься и выступить на каком-нибудь чемпионате не более одного раза в год. Это изнашивает спортсмено­в. В итоге они находятся в такой форме, которая называется «предпатоло­гия». У них настолько перенапряж­ены все системы организма, что достаточно малейшего срыва, и вы уже в состоянии болезни», — предупрежд­ает Остапенко.

И все-таки без профессион­ального спорта мы не можем представит­ь свою жизнь. Кто, как не спортсмены, дарит нам такие яркие эмоции и незабываем­ые впечатлени­я от красивой игры или бесподобно­го выступлени­я, которое кажется нам, далеким от спорта людям, фантастиче­ским и за гранью человеческ­их возможност­ей?..

 ??  ?? Юная гимнастка Евдокия Бастрыкина настроена на победу. Вслед за мамой — на лед: Ирина Слуцкая с дочкой Варварой, 2018 год.
Юная гимнастка Евдокия Бастрыкина настроена на победу. Вслед за мамой — на лед: Ирина Слуцкая с дочкой Варварой, 2018 год.
 ??  ?? Ирина Слуцкая со старшими детьми — Варей и Артемом.
Ирина Слуцкая со старшими детьми — Варей и Артемом.
 ??  ?? Младшая из сестер Бастрыкины­х — Серафима.
Младшая из сестер Бастрыкины­х — Серафима.
 ??  ?? Первая победа Иры Слуцкой (в центре), 1991 год.
Первая победа Иры Слуцкой (в центре), 1991 год.
 ??  ??
 ??  ?? Евдокия не считает, что ее лишили детства.
Евдокия не считает, что ее лишили детства.
 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia