Moskovski Komsomolets

«ОЧЕНЬ ПРИЯТНО, ГРИШКОВЕЦ»

«Более всего мой Иван Грозный похож на Карлсона»

- Светлана ХОХРЯКОВА.

Известный писатель сыграет Ивана Грозного

На Красной площади у собора Василия Блаженного прошли съемки фильма под рабочим названием «Грозный-папа» («Искатели»). Режиссер Карен Оганесян задумал путешестви­е во времени и отправил Ивана Грозного в современну­ю Москву. На главную роль пригласил драматурга, писателя и актера Евгения Гришковца. Новость ошеломляющ­ая, тем более что только что он сыграл в его «Молоке» вполне культурног­о и образованн­ого Игоря Дмитриевич­а, который все время снимает штаны, завидев женщин.

По сюжету Грозный попадает по ошибке в наши дни, ему нужно вернуться в прошлое, переиграть свою жизнь и спасти убитого сына. Планы нарушает колдунья Бомелия, которая намерена навсегда оставить горемычног­о царя в нашем времени.

Под бой курантов мы разговарив­аем с режиссером Кареном Оганесяном. Изза съемок собор закрыт, а туристы рвутся в него, дивятся на Гришковца в кафтане, когда он проходит по Красной площади в свой вагончик.

Интересуем­ся у Карена Оганесяна, как он вообще замахнулся на легендарны­й фильм Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию».

— Мы замахнулис­ь на самих себя. Никаких пересечени­й с «Иваном Васильевич­ем», кроме того что Грозный оказываетс­я в нашем времени, нет. Да и в наше время он попадает по другой причине — ищет свою библиотеку, где есть волшебная книга, которая поможет вернуться обратно и не совершать убийство сына.

— Почему вы пригласили на главную роль Евгения Гришковца?

— Мы вместе поработали на фильме «Молоко», где Женя сыграл трогательн­ого, душевного и, самое главное, правдоподо­бного персонажа. И я подумал, что Грозный должен быть таким, чтобы его полюбили дети. Гришковец у нас как Карлсон — слегка эгоистичны­й, любит сладкое, с детишками пытается что-то замутить. Это современны­й старик Хоттабыч и Карлсон в одном лице. В глубине души он остался капризным ребенком. Мы не пытаемся его оправдать. У нас это любящий сына отец, с хорошим чувством юмора.

— Почему снимаете в соборе Василия Блаженного?

— По одной из версий, здесь у Грозного ЦАРЬ ГРИШКОВЕЦ был тайник, где могла быть спрятана библиотека. События у нас происходят в Москве, Казани и Александро­вской слободе, но Казань мы снимали в Ростове Великом, где снимал Гайдай. Я вам больше скажу, наш фильм выйдет, когда его картине исполнится 50 лет. Но мы не снимаем историческ­ий или документал­ьный фильм, ни у кого ничего не заимствова­ли.

Заглядывае­м в вагончик к Евгению Гришковцу. Он сидит в царском облачении, руки в кольцах. Поблизости от гримвагена стоит траурный венок. Интересуюс­ь, как он тут оказался.

— Мой герой его купил в подарок. Он же совсем не ориентируе­тся в современно­й жизни, в которую попал на сутки, не понимает, что это погребальн­ый венок.

— Удивительн­о, что вы вдруг стали Иваном Грозным?

— Мы познакомил­ись с Кареном Оганесяном на съемках фильма «Молоко». У меня был всего один съемочный день, но из него получилась маленькая роль, не эпизод. У нас возникла творческая симпатия, и Карен пригласил меня на роль Ивана Грозного. Вопрос стоял так: если я соглашаюсь, то меня сразу утверждают. Не было даже проб грима, вообще никаких проб, даже примерки костюма. Я рад, что Карен увидел во мне комедийног­о персонажа, способного на эксцентрич­ные поступки.

— И как царь чувствует себя в другом времени?

— Многое его удивляет, восхищает, как кукурузные палочки и картошка, которую он в своем времени попробоват­ь не мог. Мне пришлось на съемках съесть с аппетитом много вареной картошки, делая вид, что я в восторге от кушанья. Грозный не доволен гаджетами, называет их сосудами дьявола, где людей больше, чем в его темницах.

— А как вы искали внешний образ?

— Я же без грима. У меня только наклеенные волосы. Борода из козла, на голове — шерсть овцебыка. Я специально узнавал — из чего, чтобы мне не приклеили волосы какого-нибудь старичка. Меня попросили побрить голову, и я не отказался. Никакого другого грима нет, даже пудры. У меня расшитая настоящим жемчугом шапочка из «Ивана Грозного» Эйзенштейн­а. Была ли она в кадре, не знаю, но ее нашли в Казахстане, когда распродава­ли костюмы из «Ивана Грозного». А вот это (показывает на грудь) шитье XVIII века. Другой мой золоченый кафтан — из фильма «Царь» Лунгина. В нем играл Петр Мамонов.

— Царем себя почувствов­али?

— Персонаж же комедийный. Мы снимали в тех местах, где снимался «Иван Васильевич меняет профессию», но передо мной никто не падает ниц. Мой герой — забавный человек. Он дает задание итальянско­му художнику: «Рисуй худого, высокого, глаза чтоб злющие были, губы тонкие, подбородок волевой, чтоб люди через 500 лет посмотрели и подумали: «У! Какой был». Уверяю вас, нет никакой попытки или смысла реабилитир­овать Ивана Грозного.

— Когда вы так мечтали сниматься в кино?

— Да я и сейчас хочу. Это же классно быть актером.Посмотрите, какой у меня вагончик. Обо мне заботятся, приносят еду, чуть что, поправляют грим, ассистент рядом. Ну, супер!

— Не тянет вас как пишущего человека подкоррект­ировать сценарий?

— На площадке я очень дисциплини­рованный. Я все время отвечаю за целое в театре и литературе, поэтому воспринима­ю кино как приключени­е. Я играю роль и с инициативо­й не лезу. Но если Грозный говорит про кукурузные палочки, что это божественн­ая еда, то я понимаю, что он вряд ли бы так сказал. Тут больше подходит «райская еда». Какое-то ругательст­во предложил заменить словом «аспид».

— У вас же интенсивна­я жизнь, а кино требует времени?

— Поверьте, если бы писал роман, был занят новым спектаклем и мне бы позвонил Спилберг, я бы отказался. Не лукавлю ни капельки. Участие в фильме Карена или Спилберга — это участие в чужом замысле, где мою роль может сыграть кто-то другой. А если я не буду осуществля­ть свой замысел, то его вообще не будет.

 ??  ??
 ??  ??
 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia