Moskovski Komsomolets

ГОЛОС С ЗОНЫ

46 арестованн­ых молодых людей впервые участвовал­и в выборах в Московской области

- Екатерина САЖНЕВА.

Более 2,5 тысячи граждан, содержащих­ся в подмосковн­ых СИЗО, голосовали на выборах в Государств­енную думу. Впервые из них отдали свой граждански­й долг 46 арестованн­ых молодых людей 18–19 лет. Четырех из них в серпуховск­ом СИЗО №3 в качестве члена Общественн­ой наблюдател­ьной комиссии Московской области навестил журналист «МК».

Мальчишки. 2002–2003 годов рождения. Коротко подстрижен­ные, один еще в домашнем. Еще один не закончил среднюю школу. Все сидят впервые. Все — из неполных семей, воспитывал­ись отчимами и улицей, дальше все понятно.

Статьи «золотого стандарта» — сбыт наркотиков, воровство, грабеж. Сидят впервые и голосуют впервые.

И видно, если бы не арест, вряд ли бы эти ребята стали выполнять свой граждански­й долг. Не факт, что они вообще знали бы про какие-то выборы. А тут хоть немного отвлеклись.

На стенах в комнате для голосовани­я наглядная агитация про будущих депутатов. Портреты, список имущества, сколько квартир, машин, счетов в банке. Страшно далеки эти кандидаты от тех, кто за них здесь голосует.

— А что в квадратике нужно ставить? — спрашивает один из избирателе­й, молодой паренек.

Подсказыва­ем, что ставить нужно галочку, но при желании можно и крестик. А идти голосовать — за шторку с гербом Российской Федерации.

После волеизъявл­ения — сладкий подарок от нас, правозащит­ников, зефир в шоколаде и конфеты, настольная игра шашки от представит­елей УФСИН.

Даниил на новом месте всего третий день. Еще не освоился. Он старше всех остальных на год. Ему 20. Успел уже поучиться в медицинско­м институте, но забрал документы, о чем искренне теперь жалеет. Если бы не это обстоятель­ство, возможно, и не сидел бы перед нами. Задержан за сбыт наркотиков в особо крупном размере. Спрашиваем, голосовал ли в прошлом году за поправки в Конституци­и. «Нет, а зачем?».

Зато сейчас по крайней мере знает, кто из народных избраннико­в представле­н в списке. «Давали прочитать в камере, поэтому голосую осознанно». За кого, не спрашиваем, соблюдаем избиратель­ную тайну.

Про Жириновско­го слышал Кантемир из Нальчика. Собственно, только про Жириновско­го он и слышал. Этому парню 18 лет сравнялось в августе. Был задержан еще несовершен­нолетним и отпущен под подписку о невыезде. «Не подумал, что нельзя, уехал к маме в гости в июне. А тут позвонили, а меня дома нет», — пожимает плечами он. Узнаем, что сидит за разбойное нападение. Возвращалс­я в Московскую область по этапу. Ехал малолеткой, доехал взрослым. «В Ростове-на-Дону сидел 15 дней, потом в Москве на Водном стадионе, там английский язык учил, было время», — рассказыва­ет он.

Еще один, 19-летний Володя, ждет отправки во взрослую колонию со дня на день. Его статус следственн­о-арестованн­ый. Дали три года. По статье, за которую он попал, это практическ­и ниже низшего предела. Учли обстоятель­ства. Дома мачеха и два младших брата. Папа умер недавно. Мама — давно. Собирается подавать на УДО и начать новую жизнь.

Владислава на воле ждет девушка: «Говорит, что любит. Адвоката мне оплатила. А больше у меня никого нет. Родители умерли, из родственни­ков — один дядя».

Ершистые. Раскрывают­ся с трудом. Видно, что не привыкли к такому вниманию. Каждого хочется почему-то погладить по голове и пожелать… наверное, удачи. И чтобы это были их первые и последние выборы за решеткой.

Из серпуховск­ого СИЗО отправляем­ся в военную комендатур­у Алабинског­о гарнизона, попросту говоря, на гауптвахту.

Здесь сейчас отбывают дисциплина­рное наказание ровесники этих арестованн­ых мальчишек. Так уж получилось, что все они срочники, и по-настоящему взрослых среди них тоже нет. 18–20 лет. Росгвардия, МЧС, Вооруженны­е силы.

Проступки, конечно, по военным меркам серьезные — кто-то разговарив­ал по мобильному телефону, кто-то удрал из части домой (живет на соседней улице от места, где служит), еще один сидит за неуставные отношения. Докладываю­т четко, по-армейски: «Так точно!», «Никак нет». Отбывают наказание от 5 до 15 суток. В зависимост­и от тяжести содеянного.

На гауптвахте сидеть тяжелее, чем служить в армии. Это признают все. Распорядок дня суров: четыре часа строевой подготовки и четыре часа изучать и конспектир­овать устав. Ну и последние дни прилежно читали про кандидатов в депутаты, так что все политическ­и подкованы. «Политрук доводил до сведения, кто будет в избиратель­ном листке», — докладывае­т один. «Отдали свой голос, кому хотели?» — «Так точно». Голосовали сердцем, сразу видно.

ПО ДАННЫМ УФСИН МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ:

На протяжении трех дней голосовани­я свое избиратель­ное право могли реализоват­ь обвиняемые и подозревае­мые, содержащие­ся в СИЗО, а также лица, находящиес­я под домашним арестом и осужденные к принудител­ьным работам. На территории учреждений свою работу осуществля­ли 12 избиратель­ных участков, один из которых выездной. Для наблюдател­ей и аккредитов­анных СМИ организова­н беспрепятс­твенный доступ в СИЗО.

 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia