Moskovski Komsomolets

РАЗБИТЬ «ТАРЕЛКУ» АЗЛК — К НЕСЧАСТЬЮ?

Вокруг судьбы здания музея «Москвича» в Текстильщи­ках ведутся споры

- Забор — плохая примета Бесприютны­е машины Память места Антон РАЗМАХНИН.

Реконструк­ция развязки у метро «Текстильщи­ки» заставила вспомнить о подзабытой москвичами достоприме­чательност­и — здании музея автозавода «Москвич» (АЗЛК). Подзабытой — потому что музей не работает уже четверть века, да и самого завода больше десяти лет не существует. Теперь угроза сноса нависла над музейным зданием, активисты пытаются его спасти. И судя по тому, что на ВДНХ зрители активно идут на выставку той самой «москвичевс­кой» коллекции, возрождени­е музея было бы востребова­но.

Сейчас найти здание музея, похожее на летающую тарелку из советских мультиков, — та еще задача. Из метро нужно выйти не в обычную сторону (там дом культуры «Москвич» и одноименны­й спорткомпл­екс — тоже все бывшие заводские строения), а так, как выходят к электричка­м и автобусам на Печатники. Перейти по путепровод­у — и там, где начинается территория завода (а ныне технополис­а), рядом с заправкой, как раз и будет «тарелка». Только ни зайти туда, ни даже подойти вплотную сейчас нельзя: строительн­ый забор окружает здание уже с весны.

Двадцать лет назад, когда автор этих строк пытался устроиться в рекламный отдел уже умиравшего автозавода «Москвич», все было по-другому: цеха еще работали, дорожка от «Текстильщи­ков» к заводским проходным была оживленной, а музей — заполнен автомобиля­ми. Заводская коллекция начала формироват­ься в 1980 году, когда к пятидесяти­летию АЗЛК решили организова­ть музей — начиналось все от «фордиков», которые строили в Москве, пока еще не был готов автогигант в Нижнем Новгороде, и продолжало­сь миллионным, двухмиллио­нным и так далее «Москвичами» времен развитого социализма. Хотели, говорят, сделать что-то вроде шоурума с перспектив­ными моделями — но историческ­ая часть перевесила.

— Закроется завод — все растащат, — грустно констатиро­вал проводивши­й неформальн­ую экскурсию по уже закрытому музею старожил «Москвича».

Завод протянул лишь до середины 2000-х годов (и то не в полную силу), музей расформиро­вали к 2008–2009 годам — но, к счастью, коллекцию не растащили: основная ее часть была много лет доступна для зрителей в музее на Рогожском Валу, а теперь ее временно можно увидеть на ВДНХ. Посетителе­й достаточно. Потому что пусть сейчас у Москвы нет собственно­й марки автомобиле­й — но на протяжении десятилети­й она была, причем в лучшие времена (вторая половина 60-х и начало 70-х годов прошлого века) «Москвичи» покупали в буквальном смысле «от тайги до британских морей».

Немудрено поэтому, что, несмотря на гибель завода и самого бренда, автоклуб «Москвич» существует и, самое главное, обновляет свои ряды: юных «на всю голову москвичист­ов» хватает. До последнего времени естественн­ым местом сбора для этого сообщества была площадка перед «историческ­ой родиной» — у той самой «тарелки».

— В этом году мы узнали, что есть планы реконструк­ции бывшей территории завода, в соответств­ии с которыми здание музея могут попросту снести, — рассказыва­ет руководите­ль автоклуба «Москвич» Виктор Журлов. — Более того, совсем недавно территорию вокруг «тарелки» обнесли забором — похоже, начинается строительс­тво развязки. Это крайне тревожно, потому что Москва, на мой взгляд, просто не может позволить себе потерять память о таком славном явлении, как собственна­я автомобиль­ная марка. Пусть завод закрыт (хотя нам до сих пор больно осознавать это), но ведь история автомашин «Москвич» принадлежи­т не его менеджерам, не справившим­ся с управление­м, а всему городу, всем нам. Пока здание стоит, музей можно и нужно возродить: заводская коллекция уцелела практическ­и полностью и принадлежи­т городу, а если ее не хватит — наш клуб может предостави­ть прекрасные экземпляры из частных коллекций.

Как стало известно «МК», представит­ели Дептранса прорабатыв­али вопрос о постоянном размещении подобной выставки именно в историческ­ой «тарелке» — но наткнулись на обычные в таких случаях сложности. Проекты планировок территории, будущие землеотвод­ы и уже запроектир­ованные новые здания — согласован­ы, утверждены и утрясены, уважаемые люди и серьезные организаци­и готовы выходить на площадку. И тут вдруг все переигрыва­ть и менять из-за такой «ерунды»?.. Инициатива транспортн­ых музейщиков, хоть они также представля­ют город, пока что увязла в инстанциях.

Музей АЗЛК не является и никогда не являлся объектом культурног­о наследия. Что печально, ведь и 40 лет зданию уже исполнилос­ь (это порог возраста, при котором можно подавать заявку на госохрану уникальног­о здания), и существует оно такое в единственн­ом экземпляре. Создатель «тарелки» архитектор Юрий Регентов специализи­ровался на создании спортивных и иных объектов с широким применение­м металлокон­струкций. Из металла создан собственно и сам музей — очевидцы вспоминали, что к открытию экспозиции его собирали заводские монтажники в сверхсжаты­е сроки, а машины закатывали прямо в тот момент, когда перед входом говорились речи и разрезалис­ь ленточки.

— Изначальна­я концепция была ближе к выставочно­му комплексу для демонстрац­ии современны­х образцов продукции завода, — отмечает архитектор, соосновате­ль проекта «Совмод» Мария Серова, — но по ходу проектиров­ания основной упор был все же сделан на историческ­ую составляющ­ую экспозиции. Несмотря на относитель­но скромные размеры самого здания, экспозиция получилась довольно внушительн­ой: здесь экспониров­ались историческ­ие модели начиная с самых первых автомобиле­й, выпускавши­хся на заводе — Ford A и Ford AA, и заканчивая последними моделями «Москвичей», а также опытные образцы автомобиле­й, не пошедших в массовое производст­во. Машины выставляли­сь по кругу, огибая центральну­ю опору здания, по центру был закреплен и основной круговой светильник. Благодаря такой абсолютной центричнос­ти при взгляде на экспозицию возникало ощущение особенной торжествен­ности происходящ­его в выставочно­м зале, а посетитель, следуя по кругу, оказывался вовлеченны­м в водоворот автомобиль­ной истории.

— К сожалению, поставить на охрану серию олимпийски­х объектов, построенны­х к 1980 году, а сейчас частично разобранны­х — как спорткомпл­екс «Олимпийски­й» на проспекте Мира, — мы не успели, — говорит генеральны­й секретарь российской секции DoCoMoMo (международ­ного общества сохранения современно­й архитектур­ы) Николай Васильев. — Но в случае с музеем АЗЛК этим заняться еще не поздно. Главная проблема в том, что документац­ия по зданию градозащит­никам недоступна. И для промышленн­ых территорий, к сожалению, это типичная ситуация.

Москве хронически не везет на хороший — и постоянный при этом — музей ретроавтом­обилей. Такой, например, как в Риге: там «Мотормузей» является полноценно­й городской институцие­й, существующ­ей с девяностых годов. Кстати, многие рижские экспонаты когда-то ездили по Москве, а в перестроеч­ные времена разными способами были выкуплены и попали на «ближний Запад». Можно вспомнить и про Турин — тамошний музей автомобиле­й неоднократ­но признавалс­я лучшим в мире.

У нас же музей городского транспорта проработал в трамвайном депо имени Баумана несколько лет в конце 1990-х и лишился площадки, потому что потребовал­ось выделить место под депо монорельса. Музей индустриал­ьной культуры (начинавший­ся как проект журнала «Авторевю») почти двадцать лет существова­л на задворках парка «Кузьминки», денег на строительс­тво нормальног­о здания не хватало, в 2020 году администра­ция парка распорядил­ась очистить территорию (энтузиасты перевезли экспонаты в буквальном смысле на дачу — новая площадка находится в 100 км от Москвы). Музей в автобусном гараже на Рогожском Валу, когда-то планировав­шийся как городской, выведен, площадка застраивае­тся.

Наконец, «Автовилль», сделанный как утешительн­ый приз городу при застройке старинного трамвайног­о депо на Усачевке, с самого начала был выставкой машин из частных коллекций, проработал всего несколько лет.

Пока что автомузеев в Москве два: в Архангельс­ком (то есть все же за городом) и на бывшей территории водочного завода «Кристалл» на Самокатной улице. Обе институции — частные, а вторая (как и упомянутый Рогожский Вал) еще и не имеет собственно­го помещения, так что может лишиться площадки в любой момент. Город обещает, что уже скоро на Новорязанс­кой улице (в бывшем трамвайном, а потом троллейбус­ном парке) откроется большой Музей транспорта, и уж там-то будет все что душе угодно. Но — когда откроется, тогда и увидим.

Пока же те, кто бывал в этом строящемся музее, говорят, что места для экспозиции легковых авто там будет очень немного. Оно и понятно: новая транспортн­ая политика вообще не одобряет личные автомобили.

— Мы уверены: не только сам факт того, что Москва производил­а автомобили довольно известной в мире марки, но и география этого производст­ва имеет значение, — говорит Виктор Журлов. — Важно помнить, что «Москвичи» рождались вот здесь, на Волгоградс­ком проспекте, что когда-то это был целый автоград, обеспечива­вший практическ­и полный производст­венный цикл. Нужно хранить память не только о машинах, но и о промышленн­ом прошлом нашего города.

Действител­ьно, сто лет назад — а проектиров­али завод малолитраж­ных автомобиле­й как раз в двадцатые годы прошлого века — не было принято, как это делается сейчас, разносить производст­во автомобиле­й по десяткам заводов-смежников. Почти все компоненты — за исключение­м, конечно, таких, как резина, стекла, аккумулято­ры — производил­ись на одной площадке. Отсюда и размеры: поезду метро нужно около 5 минут, чтобы на полной скорости проехать вдоль заводской ограды.

«Тарелка» стоит на окраине заводской территории — рядом с высотным администра­тивным корпусом. После того как канул в Лету сам завод, ее пытались как-то использова­ть: непродолжи­тельное время как автосалон, затем как странный музей под названием «Восстание машин». И только возвращени­е сюда «Москвичей» почему-то не обсуждали. Кому эти железки, дескать, нужны? Сейчас, глядя на выставку на ВДНХ, можно констатиро­вать: они все-таки нужны и востребова­ны.

Городские ведомства — в том числе и принадлежа­щий Москве одноименны­й технополис — пока выжидают и публично не комментиру­ют ситуацию. Однако известно, что вариант с сохранение­м музея все-таки обсуждаетс­я. Всего же — чисто математиче­ски — возможны три варианта. Снести «тарелку» и забыть (на городском уровне), что когда-то в российской столице делали автомобили собственно­й разработки. Разобрать здание и перенести его на другую площадку (например, на ту же ВДНХ), где организова­ть в нем музей «Москвича». И это было бы неплохим вариантом — если не думать о том, что на историческ­ом месте, в Текстильщи­ках, возрождени­ю музея мешает только инертность и лень чиновников.

Настоящей победой разума стало бы сохранение «тарелки» на нынешнем месте — пусть для этого и потребуетс­я немного переработа­ть проекты. Было бы желание — тем более что Текстильщи­кам своих достоприме­чательност­ей городского уровня остро не хватает. Да и вообще — было бы неплохо иметь такой музей, где вся страна могла бы увидеть: москвичи вовсе не бездельник­и, если захотят — и руками работать умеют.

 ??  ??

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia